Господин рыцарь

Федден Хиллс. Городской парк. Конец марта. День. Больше года назад.       В парке было тихо. Легкий ветерок качал голые ветви деревьев, роняя сухие, пережившие зиму, листья. Он поднимал их в воздух вместе с пылью, играясь и едва слышно шелестя. Тусклое солнце изредка показывалось из-за туч, будто дразня теплом и светом, что бы через мгновение весь окружающий мир вновь погрузился в серую хмарь. Остатки снега под деревьями и на жухлой траве газона соседствовали с лужами на заасфальтированной дорожке. Шел дождь.       Мелкая морось неприятно жгла лицо, впиваясь в кожу ледяными иголками. Вилл натянула шарф повыше, зябко передернув плечами — холод уже пробрался под куртку, и лишь ее теплое дыхание не давало ему крепче сжать объятия. Она сидела на лавочке, поджав под себя ноги, спрятав покрасневшие кисти глубже в рукава. Она пряталась сама, закрывалась в собственной раковине, отгораживалась от всего: от проблем, ссор и ругани, от несправедливости и осколков ее детского мирка, разбившегося о суровость реального мира.       Вилл не была наивной. Да, она видела, что ее папа задерживается на работе, что ее мама недовольно хмурится глядя на него, слышала как они говорят друг с другом, думая что их дочь уже спит. И все же она верила. Глупо, донельзя наивно и совершенно по-детски, но верила, что они останутся семьей, мама и папа помирятся и все будет как прежде, вот только…       «Я не желаю жить с таким человеком как ты!..»       «Как я на тебе вообще женился?!..»       «Ненавижу!»       Вилл обхватила голову руками, сжимаясь в комок. Шапка съехала на глаза, скрывая злые слезы, одна за другой покатившиеся по бледным щекам.       «Дочка, кого ты любишь больше, маму или папу?»       Отец смотрит с надеждой. Он жаждет услышать заветное «папу», а заодно доказать супруге, что он лучше. Мама стоит позади него и то же смотрит. Ее взгляд так же полон надежды, но вместе с тем там плещется смесь злорадства, убежденности и капелька страха. Потому что Вилл может не сказать «маму». А сама Вилл дрожит, не может выдавить ни слова и чувствует как болезненно сжимается сердце в груди.       Пенни Харлейсон говорила об этом вопросе, рассказывая почему живет с бабушкой и отцом, но даже без истории Пенни Вилл понимает почему он был задан. И она сбегает. Отпрашивается, чтоб смыть набежавшие слезы, а потом тихо проскальзывает мимо занятых друг другом родителей. В торговом центре много людей — затеряться легко, выйти из здания еще проще. А дальше… бежать, куда глаза глядят.       «Ненавижу вас обоих!!!»       Вилл всхлипнула, хлюпнув носом, и провела языком по губам, слизывая капельки соленой влаги. Она отняла голову от коленей, вытерла жестким рукавом глаза, да так и замерла, встретившись с чужим испуганным взглядом.       Напротив нее точно так же застыл мальчишка, немногим младше. Он был одет в голубую курточку, ярко-желтые резиновые сапожки и вязаную финскую шапочку, из-под которой торчали золотистые волосы. Разноцветный зонтик в его руках чуть подрагивал, от чего мелкие капельки дождя, собираясь в крупные, стекали по мордочке нарисованного Микки Мауса, будто слезы.       Девочка сжала губы в тонкую линию и повела плечом, чувствуя, как краснеют щеки. То, что кто-то увидел ее такой, неимоверно смущало. Мальчишка от ее движения дернулся, побледнев, но продолжил испуганно смотреть необычными серыми глазами. Медленно он отступил на шаг, другой, а потом бросился прочь, постоянно оглядываясь, поднимая тучи брызг из потревоженных луж.       Вилл следила за ним, пока Микки Маус окончательно не скрылся из виду. Тогда она натянула шапку почти до кончика носа и нахохлилась как воробей, вновь уткнувшись в колени, продолжая предаваться унынию и редким всплескам злорадства, когда представляла как родители ее ищут, но не могут найти. Правда, долго спокойно жалеть себя ей не дали: кто-то присел рядом, скрипнув досками.       Вилл украдкой посмотрела на гостя. Им оказался молодой парень в строгом костюме, проглядывающем сквозь ворот тонкого пальто. А лицо… Девочка вздрогнула и постаралась как можно незаметнее натянуть шарф повыше — предстать в замерзшем и зареванном виде перед человеком, чьи песни есть в твоем плеере… жутко смущающе. Тем более если постер с ним украшает дверь в твою комнату…       — Ты потерялась? Нужна помощь? — от мягкого доброжелательного тона Вилл напряглась, невольно отклоняясь от говорившего подальше. — Эй, не бойся, я не причиню тебе вреда, я хочу помочь.       — Не надо, все в порядке, — промямлила она в ответ.       — Оу, это просто замечательно! Но скоро начнет темнеть — негоже сидеть в парке одной. Ты ведь слышала о призраке, верно?       — П-призраке? — Вилл вскинулась, забывшись, и перевела удивленный взгляд на парня.       — Призраке, — кивнул он. Зелено-серые глаза хитро сощурились и юноша расплылся в заговорщической улыбке. Наклонившись к ней, он прошептал: — Тебя Ликург за баньши принял.       Проследив, куда показывает знакомый-незнакомец, она встретилась взглядом с давешним мальчишкой. В этот раз он рассматривал ее с любопытством, а не страхом, отвлекшись от мобильника, который держал в руках. На заявление своего старшего друга он по-детски надул губы и вздернул нос, после чего вновь уткнулся в экран.       Девочка тихонько фыркнула, приподняв уголки рта в намеке на улыбку. Это не осталось незамеченным.       — Вот ты и повеселела. Тебе идет улыбка, — парень откинулся на спинку лавочки, закинув ногу за ногу. — Меня зовут Феликс, а это Ликург — мой ученик.       — Я Вильгельмина, но лучше просто Вилл.       — Приятно познакомится, Вилл, — кивнул Феликс. Он вытащил из внутреннего кармана пальто пачку бумажных салфеток и протянул ей. — Держи, а то вон, носом хлюпаешь и глаза мокрые.       — С-спасибо, — девочка отвернулась, чтобы привести себя в порядок. Было неловко, но приятно. — «Надо же, актер и музыкант, но так запросто говорит со мной и вообще…»       — Почему ты плакала?       — Я…       Вилл немного помялась, комкая в руках салфетку, а потом ее будто прорвало. Она рассказывала о родителях, об их ссорах, о том как она уговорила их пойти в кино, как радовалась, когда они держали ее за руки и перебрасывались шутками, о том как все пошло наперекосяк, о вопросе и, наконец, о своем побеге…       — Пусть они тоже почувствуют как мне больно! Пусть поищут!       Вилл гневно топнула ногой, расплескав содержимое небольшой лужицы. В процессе повествования она слезла со скамьи и теперь нервно расхаживала взад вперед перед слушателями. Не дождавшись слов одобрения, девочка обожгла их возмущенным взглядом, но тут же потерянно застыла: Ликург смотрел себе под ноги, сжав губы в тонкую линию, а вот Феликс… Он понимал ее — это она сразу почувствовала, да только зеленые глаза были полны грусти и сожалений. Слабо улыбнувшись, парень тихо произнес:       — Однажды я сильно обиделся на маму. Сказал, что пойду в одно место, а сам сбежал в другое… Вернулся как раз на похороны.       Последние слова он произнес почти весело, расплывшись в кривой, но широкой улыбке. Мурашки побежали по спине Вилл — эта улыбка была на редкость жуткой. Весь запал куда-то улетучился — стало тоскливо и одиноко. Забытый холод вновь вернулся, будто наваждение спало, унеся тепло с собой. Девочка подула на покрасневшую, потрескавшуюся кожу рук, потерла шершавые ладошки друг о друга в попытке отогреть их. Вдруг длинные пальцы обхватили ее кисти, потянули, а чужое дыхание обожгло теплом.       — Прости. Это было низко, я не хотел пугать, — Феликс снова подул, глядя на нее из-под опущенных ресниц. — Просто не совершай моих ошибок. Твоя жизнь претерпит лишь одно изменение: мама и папа будут любить тебя не вместе, а по отдельности, но поверь не менее сильно.       — Я и не обижаюсь, — тихо ответила Вилл. Парень едва заметно кивнул и чуть сжал ее ладошки в своих.       — Какие вы все кислые!       Громкий голос, раздавшийся прямо за спиной, застал их врасплох, от чего все трое ощутимо вздрогнули. Разрушитель спокойствия широко улыбнулся, показав сверкающую белезну зубов. Он прицокнул языком и, ехидно сощуривщись, поинтересовался:       — Неужели попали на дегустацию лимонов под видом апельсинов? Так их не по цвету различать надо, а по запаху!       — Де-е-ймон, — обреченно протянул Феликс и неодобрительно покачал головой, бросив на девочку виноватый взгляд.       — Фу-фу-фу, братец! Тебя нельзя подпускать к детям, потому что ты из них всю радость выпиваешь! — несмотря на веселость, взгляд, которым одарил ее парень был жесткий. На мгновение Вилл даже показалось, что зрачок светился красным, а сам взор полнился алчностью и заметной долей досады. — Пф, назгул недоделанный.       — Сначала разберись в ситуации, — вздохнули в ответ. — И почему именно недоделанный?       — Потому что недоделанный назгул — это дементор. И не спорь что наоборот! Кстати, всем привет!       Не дав Вилл времени сориентироваться новопришедший сунул ей в руки бумажный стаканчик. Точно такой же перекочевал к Ликургу, а другой, побольше, достался Феликсу. После чего в урну полетела картонная подставка, а названный Деймоном плюхнулся на лавку и сербнул исходящую паром жидкость, зажмурившись от удовольствия. Девочка принюхалась — пахло горячим шоколадом. Отказывать себе она не стала.       — Фух, еле сбежал. С этим концертом устал как пес! Хочется ноги не вытянуть, а протянуть, б-р-р! —парень картинно передернул плечами, тут же резко сменив тему: — Так, ладно, призрак городского парка, где твои родители?       — А? Э-э-э…       — Ясно. Где живешь то хоть знаешь?       — Конечно!       — Говори и мы проводим тебя. Закат через полчаса, вон небо уже розовое, — Деймон махнул рукой на расцвеченные в алую гамму облака. — Нечего по ночи одной шастать.       Только сейчас Вилл заметила, что дождь кончился, пропав вместе с серой хмарью. Девочка улыбнулась, но улыбка тут же померкла. Ругать буду-у-т!.. Поняв причину заминки Феликс поспешил успокоить ее:       — С твоими родителями я поговорю. Психолога посоветую. Но тебя все равно накажут…       —…хоть и помягче, — закончил за него брат. Метким броском он отправил свой стакан в урну, довольно щелкнув пальцами. Собрав черные, топорщащиеся на макушке волосы, в низкий хвост юноша встал и поманив их за собой пошел на выход из парка, бросив ехидное: — Оттягивать воссоединение не стоит, к тому же призрак тут и вправду есть, советую не задерживаться!       Пискнув Вилл, на пару с Ликургом, вцепилась в Феликса. Тот звонко рассмеялся и ускорил шаг, догоняя брата. И хотя порки избежать не удалось, да и в целом день был просто паршивый, Вилл все же могла назвать его одним из лучших дней в своей жизни. Потому что именно в этот день Ликург, бегавший отдавать снимки в печать, наткнулся на нее. Потому что именно в этот день у нее появилось двое новых друзей, оказавшихся надежнее старых. А это многого стоило!

***

Хиттерфилд. Школа Шеффилд. Сентябрь. Утро. В настоящем.       Вилл сидела на подоконнике в женском туалете подперев щеку рукой и слушая сбивчивый рассказ Хай Лин. Монолог повторялся уже второй раз: сначала для самой Вилл, а теперь подошедшим Ирме и Корнелии, но от этого приятнее не стал.       — …а мы его сдали им прямо в руки, — грустно подытожила китаянка.       — Вот! Я же говорила, не может такой красавчик быть злодеем, — победоносно фыркнула блондинка и с вызовом уставилась на подругу.       — Данные мировой развлекательной индустрии говорят об обратном, — Ирма покачала указательным пальцем перед носом Корнелии, а потом резко ткнула в ее сторону. — У кого комната вся в плакатах с…       Холеная ладошка с розовыми ноготками мгновенно зажала ей рот. Блондинка облегченно выдохнула и расплывшись в кривой улыбке пояснила, обращаясь к подруге:       — Совсем. Неважно.       — Ну неважно, так неважно, — пожала плечами Вилл, раздраженно дернув ногой. — Чего там с повстанцем и прислужниками тирана? Что от нас требуется?       — Да, чего твоя бабушка от нас хочет? — поддержала ее Корнелия, убрав ладонь. О чем тут же пожалела.       — Проведем спасательную операцию! — воскликнула Ирма, стукнув кулаками.       — Нет-нет-нет, никаких спасательных операций. У нас скоро тест по математике.       — Тарани — зануда.       — Ой, тихо вы, дайте сказать.       Все взоры обратились к Хай Лин. Девочка нервно сглотнула и неловко почесала щеку. Пауза затягивалась.       — Ну и? — поторопила Вилл.       — Бабушка сказала что… Кхм-кхм… «Вы хранительницы равновесия, защитницы добра и справедливости. Я не могу указывать вам что делать, могу лишь дать совет: слушайте свое сердце — оно подскажет правильный путь».       — Как то… туманно…       — Согласна. Будем реалистами, — Вилл спрыгнула с подоконника и подхватив рюкзак повесила себе на плечо. Девочки терпеливо дожидались продолжения. — Мы не знаем о том мире ничего вообще. Кто борется? За что борется? Как борется? Какими силами они обладают? Какие опасности нас там поджидают? Может там повсюду крапива растет? А у меня на нее аллергия, между прочим. Так что, предлагаю для начала разжиться информацией и самое главное потренировать свои силы. А теперь по кабинетам, скоро звонок.       Тряхнув рыжими волосами Вилл поправила на плече рюкзак и вышла не дожидаясь остальных.

***

      В разговорах с Элион время пролетело быстро и весело. На математике им правда сделали замечание, но на первый раз простили. Тогда подружка хитро улыбнулась и принялась рисовать, к концу урока положив перед Вилл ее искусно выполненный портрет. Его девочка аккуратно вложила в середину тетрадки, желая показать маме, когда та вернется из поездки. Ну, а пока Вилл помахала Элион рукой (подруга жила в противоположной стороне), еще раз напомнив о прогулке и отправилась домой в компании остальных стражниц. Разговор о домашке тут же съехал на повстанца.       — Я вот все думаю, как там этот паренек?.. — в который раз вздохнула китаянка.       — Допрашивать будут, — буркнула Вилл. Эта тема ей порядком надоела.       — Ух, а может и пытать… — зябко передернула плечами блондинка.       — Ну что, Корни, ай-да спасать твоего парня! — засмеялась Ирма.       — Иди ты, — огрызнулась та. — Лезть неизвестно куда, неизвестно за кем.       — Согласна с Корнелией. Можете звать меня трусихой, но на завтрашней фотосессии предпочту не светить синяками.       — Мне их и после получать не хочется, — поделилась Вилл. Девочка огляделась, отмечая реакцию остальных и вдруг встала как вкопанная — она чуть не прошла свой поворот. — Э-э… Тарани, ты разве не идешь домой?       — Папа главный по кухне, значит, обед — биологическое оружие. Хех, пойду есть к Ирме. Пока Вилл!       — Пока!       — До завтра!       — Эй, а договориться о тренировках? — возмутилась девочка. — Кто-то хотел спасателем поработать! Что, ограничимся плевками в лицо и освежающим ветерком?       — Завтра обсудим!       — Не парься, само все устаканится, — Ирма подмигнула ей и ускорилась догоняя остальных.       Вилл смотрела на удаляющиеся спины и чувствовала… раздражение? Хм, нет, скорее обиду. Назначили главной, все уши тем повстанцем проели, а теперь «не парься». Что ж ладно, в конце концов, это не ее проблемы.       Девочка фыркнула, подтянула лямку рюкзака и свернула в безлюдный переулок, срезая путь. Вообще, ходить по таким местам одной ей запрещала мама, но Вилл частенько запрет нарушала ради экономии времени, впрочем, не шатаясь по столь злачным местам после заката. Что в Федденхилз, что здесь, всех их (места) объединяло одно: грязь. Узкие, темные срезы, просто утопали во всяком мусоре. Стены по обыкновению украшали граффити вперемешку с нецензурными надписями, а покоробленный асфальт заливало протекшее содержимое мусорных пакетов, скопившихся не иначе как со времен Линкольна.       Перепрыгивая один из мутных ручейков, Вилл наступила на крышку колодезного люка. Воздух моментально заискрил голубыми молниями, а нога ухнула в открывшийся портал, утягивая за собой хозяйку. Девочка нелепо взмахнула руками, дернулась и завалилась на спину. В нос тут же ударил противный запах гниения. По коже побежали мурашки от ощущения расползающихся на одежде мокрых, вонючих пятен.       Выдохнув сквозь стиснутые зубы, Вилл рывком вскочила на ноги, обтерла запачканные руки о ближайшую стену и, порывшись в рюкзаке, вытащила кристалл. Портал мигнул ярким всполохом и исчез, оставив раздраженную девочку пинать злосчастный люк.       Надо ли говорить, что домой Вилл пришла не только грязная, но и злая сверх меры, ведь если бы Тарани пошла с ней… Впрочем, сама растяпа — под ноги смотреть надо внимательней. И все же, мерзкий червячок обиды неприятно грыз упавшее ЧСВ.       В прихожей она скинула рюкзак и тут же отправилась в ванную. Оттираться пришлось долго — вонь въелась в кожу и смываться просто так не собиралась, но сдалась под натиском душистого мыла и жесткой мочалки. Чуточку подобревшая Вилл закуталась в махровый халат и вышла из ванной.       — Тебя кто-то обидел?       Девочка подпрыгнула на месте от испуга, тут же облегченно выдохнув:       — Привет Дей, ты напугал меня, — Вилл слабо улыбнулась, все еще держась за сердце.       Парень хмыкнул, тряхнул копной алых волос и, отлепившись от подпираемой стенки, шагнул к ней, заключая в объятия. Она обняла в ответ, зарывшись пальцами в мягкие пряди и вдыхая аромат дорогого парфюма и выпечки. Самое то для многострадального носа.       — Так… кто этот самоубийца? — спросил друг, отстранившись, заглядывая в глаза.       — А? А… Никто. Поскользнулась, — девочка небрежно отмахнулась, показывая всю несущественность происшествия. — Кстати, мне кажется или этот вкусный запах идет не только от тебя, но и с кухни?       — Переводишь тему? Ладно уж, храни свои тайны, мисс самостоятельность, — усмехнулись в ответ. — Идем, я приготовил единственное блюдо, которое делаю хорошо — блинчики.       — Ура-а! Дей, ты лучший!       — Знаю, но так и быть напоминай мне об этом почаще, — парень расплылся в довольной улыбке и важно прошествовал на кухню.

***

      Пока Вилл ела, Деймон, мурлыкая под нос веселую песенку, потягивал травяной чай, довольно щуря серо-зеленые глаза. Друг сидел к ней боком, по привычке болтая ногами и отстукивая аккуратным ногтем напеваемый мотив. Он был одет в обычную толстовку, на сей раз фиолетовую, и плотные кожаные штаны. Вместо привычных белых ботинок стальными набойками красовались высокие сапоги из темно-красной кожи. Девочка хмыкнула:       — Ты что сбежал со съемок?       — С примерки, — Дей закатал рукав, обнажая наруч из сине-серого сплава. — Хочешь весь комплект покажу?       — Шутишь? Конечно да!       — Тогда после прогулки с Элион, — друг тепло улыбнулся, заметив ее секундное замешательство и Вилл, смутившись, покраснела. — Я тут заезжал к Мелли и приобрел у нее карту города, заодно мы с ней отметили самые интересные места. Ее книжный почти в центре площади. Зайдите, поздоровайтесь. А вечером, скажем часов в десять, я встречу вас во-о-т здесь, — Деймон ткнул пальцем на обведенный в кружок торговый центр       — Обязательно. Давно ее в живую не видела: все по телефону, да по телефону… Кстати, — спохватилась Вилл, — как ты вошел? Тебе мама ключи выдала?       — Пф, нет, конечно. Когда мы с братом вам с вещами помогали, Сьюзен квартиру еще не выбрала, какие уж тут ключи? Нет, она нам только адрес передала, так что сюда я пробрался совсем нелегальным способом.       — Неужели шпильками открыл?       — Обижаешь, — Дей выпрямился и посмотрел на нее чуть с высока. — Отмычками!       — А-ха-ха-ха-ха! Не делай такое лицо, ты на индюка похож становишься: важный такой, ух! Только гребешок забыл покрасить.       — У индюков нет гребня, у них горло красное. И не забыл, а оставил специально, — парень взъерошил светлый «хохолок» на ярко-красном фоне остальной гривы. — Это мода такая и еще…       — …прекрасно оттеняет мои татуировки, — спародировала Вилл и провела пальцем по своей щеке как раз в том месте, где у друга красовались черные «клыки». — Ты эту фразу каждый раз говоришь, как колер сменишь.       — Что поделать, — в ответ Дей развел руками. — Такой уж я «сорока»: люблю все яркое и блестящее. Ты… не в обиде?       — На сюрприз-то? Нет. Я рада, что ты пришел. А скоро у нас будет ремонт и замена окон в том числе, тогда тебе не придется возиться с дверью.       — На те которые вверх открываются? — уточнил Дей. Вилл кивнула. Друг расплылся в хитрой улыбке, положив подбородок на скрещенные руки, и лукаво прищурился. — Принцесса предлагает рыцарю план побега от дракона-охранника?       — Именно. Чую в этом году из-под домашних арестов я не вылезу, — насупилась Вилл.       — Математика? Понимаю, сам ее не люблю, — друг поморщился как от зубной боли. — Попроси Феликса помочь, он не откажет. Только и последующие темы пройдите. У нас съемки, ты же помнишь?       — Кстати где он? — спохватилась Вилл. — Он придет сегодня?       — Нет, работает допоздна, — Дей неопределенно махнул рукой и вздохнул, поднимаясь. — Ладно, беги приводить себя в порядок, а то опоздаешь на встречу.       Поблагодарив, Вилл выскочила из-за стола и направилась в свою комнату. На ходу стащив полотенце, она принялась бешено вытирать им волосы. Фен помог окончательно высушить рыжую шевелюру, после чего был небрежно кинут на смятую постель, куда следом отправился и халат — порядок в ее комнате всегда был редким гостем. Напялив джинсовый костюм, первым попавшийся под руку, Вилл взглянула на часы, ойкнула и, схватив карту и мобильник, выскочила за дверь. Уже в коридоре, когда она пыталась втиснуться в оба кеда одновременно, ее окликнул Дей:       — Постой! Из рюкзака сначала все вытряхни. Я его вместе с остальными вещами в машинку запихну.       Вилл чертыхнулась, подцепила двумя пальцами означенную вещь и попросту вывалила все содержимое посреди своей комнаты. За спиной послышался неодобрительный цокот, но недовольство друга-чистюли девочку волновало мало. В конце концов, она опаздывает! Вот только кое о чем Вилл забыла: от очередного встряхивания кулон яркой вспышкой выскользнул из рюкзака и со звоном упал на пол, завертевшись волчком.       — Что это? Какой яркий…       — Ничего! Китайская игрушка с лампочкой. Неужели никогда не видел? — нервно выпалила Вилл, поспешно сгребая компромат в руку.       — Дай его мне, — свистящий шепот раздался в ответ.       Мурашки пробежали по спине Вилл. Страх. Он сковал внутренности, сжал горло ледяными пальцами и осел инеем в животе. Этот голос не принадлежал ее другу, то был чужой: алчущий и злой шепот. Она медленно повернулась — Деймон ласково улыбался. Его зеленые глаза лучились добротой, а на щеках появились очаровательные ямочки. Друг протягивал ей правую руку, левую спрятав за спину.       — Просто п-посмотреть, — юноша изогнул бровь, как бы намекая на странную задержку.       Вилл непонимающе захлопала ресницами, потом мотнула головой и, улыбнувшись в ответ, отдала кулон. Молния не ударила, небеса не разверзлись, а Сердце Кондракара ни капельки не изменилось. Деймон повертел его в руке, потер большим пальцем и, наконец, легонько подкинув, вернул ей.       — Прикольная штука, удивительно качественно сделана. Умеют же эти китайцы, когда хотят!       — Ага. Умеют…       — Беги, не буду задерживать, — друг хмыкнул и посторонился.       — Пока! То есть, до встречи!       Она махнула ему на прощание и выбежала за дверь. Перепрыгивая через ступеньки, девочка старалась не думать о капельках крови, быстро стертых сапогом ее друга. Она заметила их и теперь у нее появились вопросы. Вот только… А нужны ли ей ответы?

***

      Как только замок щелкнул, недовольный пес растекся лужей и собрался уже на кровати Вилл. Начал он, естественно, с претензий:       — Ну и кто ты после этого?       — Пострадавший? — я помахал левой рукой у него перед носом. Гор фыркнул. — Не пыхти. Ты мне ладонь когтями проткнул!       — А ты Сердце отдал! Свернуть девчонке шею, и мы в шоколаде!       — С цветом угадал, а вот субстанцией ошибся. Мы же все вместе обсуждали, и ты, между прочим, согласился, а сейчас чего? Жадность проснулась?       — Она и не засыпала, — рыкнул пес, распаляясь еще больше. — Давай, работай! Посудомойкой, прачкой, кухаркой!.. Делать-то больше нечего.       — Нам тут ждать до вечера. Ты сам есть хотел — это раз. Два — аромат помойки не предел моих мечтаний, тем более машинка сама все сделает, я только загружу в нее вещи. Ах да, — остановившись на пороге, обернулся к псу. — Не ревнуй. Девчонка нам нужна. То, что именно она, а не стражница воздуха, оказалась хранительницей нам только на руку. А планы всегда можно подкорректировать.       — Как с вами людьми сложно. Планы подкорректировать… — пес почесал за ухом и, прищурившись, окинул меня взглядом. — Так бы и сказал, что самку вашу защищаешь!       — Тьфу, черт с тобой! Иди блины доешь, зубоскал.       Я вышел из комнаты и занялся делами: запустил стирку, вымыл вылизанную псом посуду, разобрал свои сумки…       — Отложи цацку, пошли, погуляем! — воодушевленно тявкнул Гор. Хвостом вытащив из моих рук нагрудник, он ткнул меня в плечо мордой. — Пошли, может та новенькая тоже маг? Недаром же они сошлись. А маги — это всегда интересно.       — Я не говорил брату, но эта новенькая меня беспокоит. Понимаешь, у принцессы через полгода совершеннолетие, она должна вернуться. Точнее…       —…ее должны вернуть. А Хиттерфилд у нас город-окно, точка соприкосновения, а значит, у тех гадов нет иного выхода кроме как привести ее сюда. В таком случае, есть вероятность, что пропажа нашлась сама.       — Именно! Но я не определился с линией поведения. Ну, если Элион — принцесса.       — Вот и посмотришь на нее в естественной среде обитания, а там решим. Если что, мое предложение все еще в силе. Я не полиция — сроков давности не назначаю.       Я улыбнулся, покачав головой, и протянул Гору руку. Пес довольно рыкнул, моментально вернувшись в отметины. Накинув капюшон и надев солнцезащитные очки, я запер квартиру, отправившись за подругой. Ориентировался на запах магии Сердца.       Девчонки нашлись быстро: у ларька с хот-догами. Немного постояв у витрины магазина напротив, отправился вслед за ними.       «Ты есть будешь?»       «Вредную, непонятного происхождения пищу, носящую название моего родственника?! — возмущенно прорычал пес и совершенно спокойно продолжил: — Мне два и горчицы побольше».       Хмыкнув, расплатился и, забрав пакет, юркнул в проход между домами. Поесть хотелось в одиночестве и, что не мало важно, на свежем воздухе, то бишь без выхлопных газов. Пожарная лестница очень удобно располагалась рядом с мусорными контейнерами, так что, использовав их в качестве подставки, уже через пару минут я оказался на крыше. Отсюда открывался великолепный вид на город.       Высокие, с зеркальными стеклами здания финансового центра, на которые почти невозможно смотреть из-за яркого солнца, стоят на севере особняком. Их крыши венчают красные огоньки — предупреждение летчикам. Средние по величине жилые кирпичные дома, к коим принадлежит и этот, занимают большую видимую мне часть. На юге расположена частная зона с ее милыми одиночными домиками, утопающими в цветах, посаженных заботливыми хозяевами. А на западе, в просвет между высотками, видно кусок судоходного канала и гигантский ажурный мост. Насколько я знаю, недалеко оттуда располагается пляж, а чуть дальше начинается водная зона парка. Где-то там, у одного из многих мостиков-переходов, Фрост схватил главаря повстанцев и, заодно, познакомился со стражницами, с Вилл.       — Ефли не хофешь ефь, офай мняв!       Гор разместился на моих плечах, щуря глаза от теплых солнечных лучей. Свою долю угощения он уже забрал и сейчас наслаждался им (косясь на мой хот-дог), с громким чавканьем проглатывая кусок за куском. Испачканной одежды я не боялся — пес слишком жаден, что бы оставить хоть крошку, хоть капельку. Решив не испытывать его выдержку (скорее совесть), впился зубами в еще теплую булку. Гор сопроводил это действие разочарованным вздохом и заглотил оставшееся целиком. Обжора.       — Ты девчонок видишь?       — На три часа. И нет, предвосхищая твой вопрос, не чувствую. Ликург бы сказал, он же видящий, а мне запах кондракарского все перебивает, — скривился пес.       — Ясно. Поглядел? Может теперь наведаемся к ее тете? Времени полно, — огонь быстро сжег пустую упаковку. Я посмотрел на подхваченный ветром пепел и отряхнул руки, — Посмотрим на саму женщину и более внимательно на ее родственников.       — Давай, — Гор вернулся в метки. Черный рисунок тут же нагрелся, а по телу разлилось будоражащее ощущение силы. — «Вперед!»       Не задерживаясь, разбежался и прыгнул. Краткое ощущение полета волшебно. Почувствовав под ногами бетон крыши, я кувыркнулся, помогая Гору погасить удар, побежал дальше и снова прыгнул. Мало кто ходит с задранной головой, а если таковые и имеются, что ж они увидят только тень, не более. Я — ветер. Ветер мести. Ведь в моем черном списке непозволительно много имен…       Вилл сама того не подозревая существенно облегчила мне жизнь поведав адрес новой подруги (девчачья болтовня бывает полезной). Именно поэтому Мелли сделала ту карту. Интересные места на ней — попросту ориентиры.       В скором времени в Хиттерфилде я стану очень частым гостем и знание города лишним не будет. Оз предположил, что Кондракар вступит в наши с повстанцами прятки-салочки, когда принцесса будет «готова» принять трон. И я склонен согласится с ним — выбор новых стражниц говорит сам за себя. В таком случае, нежелательные элементы стоит поскорее исключить.       «Люблю ходить в гости!» — пес расхохотался.       Я растянул губы в зловещей ухмылке — нужный дом был прямо перед нами.

***

      В торговом центре оказалось ожидаемо многолюдно. Так что Вилл, в компании светловолосой девочки, я заметил не сразу. Потом уже усиленно махал, привлекая внимание и приглашая к занятой мной скамейке.       К сожалению, в доме математички никого не оказалось, а запаха, который мог сто процентно выдать жителя иного мира, Гор не почуял. Тонкий аромат влажности и болота, присущий расе беглецов был, но множество комнатных растений и аквариум с цветущей водой картину смазывали. Либо это обычная земная семья, либо нормальные «улики» просто выдохлись за давностью лет. Поживем — увидим.       — Привет, Дей! Познакомься, это Элион, я тебе о ней рассказывала, — сходу начала Вилл.       — Рад познакомиться. Я Деймон, но лучше Дей, — я кивнул, с любопытством рассматривая смуглую мордашку. Девочка забавно покраснела и опустила взгляд в пол. — Вы были на смотровой площадке? Нет? Сходим? Говорят, город ночью прекрасен.       — А это далеко? Мне родители сказали быть дома до десяти… — закусив губу, с явной досадой в голосе спросила Элион.       — Не волнуйся, успеем, — я посмотрел на нее поверх стекл очков и подмигнул. Подхватив Вилл под руку и махнув Элион, повел девочек на обзорную точку, заведя непринужденную беседу: — Как город, понравился? Я сам тут не особо ориентируюсь, так как бывал лишь пару раз. О, а что насчет мороженного…       Болтали мы долго, но как я не присматривался… В общем, родство на глаз я определять не умею. Гор и подавно. Свет Меридиана он не почуял, но это ничего не значило, ведь мага в Ликурге он тоже не определил. Следовательно, если магии мало (не в нашем случае) или она просто спит — пес бесполезен. Как бы он не скалися, доказывая обратное.       Решив не играть в загадки, я пошел другим путем. Мне нужен был волос, да вот беда, Элион словно и не девчонка — ни одного волоска на одежде! Выдернуть незаметно тоже не получилось — предполагаемая сестричка держалась от меня на расстоянии. Не бегать же за ней в конце концов! Пришлось сознаваться, благо мы уже шли домой, а главное делали это задворками (опаздываем, как обычно).       — Элион, постой. Я хотел попросить… — давай, Деймос, выдави из себя смущение! Чем ты милее, тем больше к тебе доверия. — Видишь ли, ты очень похожа на одну женщину… Нашу с Феликсом маму.       — Э-э?       — Что, правда? — Вилл с любопытством, стала рассматривать нас обоих. — Хм, есть немного. Ой, прости! Пожалуйста, продолжай.       — Спасибо, — я прислонился к стене, пустыми глазами наблюдая за жизнью города, собираясь с мыслями. Так, главное не заржать, а то почему то прямо разбирает. — Это случилось почти тринадцать лет назад. Я и Феликс, мой брат, сбежали из дома. Отец разыскивал нас, но наткнулся на банду наркоторговцев. Его убили. Мама не выдержала — слегла. Ее положили в больницу, там она и скончалась, предварительно родив дочь. Девочку записали мертворожденной, но, как потом выяснил дядя, ее продали.       «Еще один золотой мужик в нашу копилку», — довольно фыркнул пес.       — И ты думаешь, это могу быть я? — удивилась Элион. — Но почему? Сколько таких, похожих на меня? На т-тебя!       — Пф, хе-хе! Не придумывай себе ничего такого, жизнь — не дамский роман и тем более не индийское кино. Я прошу один волос, тогда и узнаю — сколько вас, похожих. Я так многих уже проверил и ничего.       — Может дать объявление? — поинтересовалась Вилл.       — Никто из моей семьи не хочет разглашать всю эту историю, поэтому по сети ничего не гуляет, но и не откликается никто. Пусть так будет и впредь, прошу вас обеих сохранить наш разговор в тайне. Даже от родителей.       — Окей.       — Хорошо. Я узнаю результат? — спросила Элион, протягивая несколько волосков.       — Какой бы он ни был, — заверил ее я. — А теперь, прощай. Твой дом за поворотом.       — До свидания. Пока, Вилл.       — Пока, спишемся! — махнула ей та.       Внимательно проследив как я убираю будущие тест-образцы за пазуху (на самом деле я их Гору отдал), Вилл фыркнула и приняв предложенный локоть, пожаловалась:       — А мне вы не рассказывали… В интернете и вправду ничего, одни только теории вашего звездного происхождения.       — Оз обмолвился пару раз. И вообще, это больно. Тебе ли не знать.       — Ну прости.       — Ай, забудь. Проехали, — я встопорщил подруге волосы, от чего та фыркнула и принялась приводить свою шевелюру в порядок. — А интернет — большая помойка. Пример: если к моему имени добавить слово «искусство», то можно распрощаться со здравым смыслом. Некоторые фанатки хуже журналистов из желтой прессы: те напишут, а эти нарисуют.       — Все так плохо? — Вилл прищурившись, вздернула бровь.       — Набери — узнаешь! Хотя нет, не травмируй свою нежную психику и мою заодно, а то вдруг проникнешься…

***

      Дома Вилл тут же вспомнила про «реквизит». Она долго рассматривала матовый нагрудник, проводя пальчиками по едва заметному узору, терла царапины на металле, будто пытаясь определить настоящие ли они, или сделаны специально. Примерила плащ, утонув в нем и чуть не расквасив нос, когда запнулась о ткань. Потом минут двадцать она размахивала моими кинжалами и строила горделивые позы перед зеркалом.       Наблюдать за ней было весело, даже Гор тихонько хихикал, глядя как девочка пытается просунуть голову в кольчугу. А уж как Вилл обрадовалась, когда я выудил из седельной сумки еще один «одолженный реквизит»! Восхищенно пискнув, она убежала в свою комнату для примерки.       Пока подруга переодевалась, я снял толстовку и с помощью Гора надел недостающие части доспеха. Остановил себя на мысли что собираюсь наколдовать дымку, скрывающую лицо. Да уж, вот что значит привычка. Закрепив плащ, я вышел из гостиной и постучал в комнату Вилл. Из-за двери послышалось недовольное пыхтение, следом тяжкий вздох и, наконец, сдавшись она попросила помощи.       — Как ты только во всех этих ремешках не путаешься? — протянула Вилл, в зеркале наблюдая за моей работой.       — Ничего сложного. Это снаряжение охотников. Оно спроектировано так, что бы легко было надевать самому, без посторонней помощи.       Я затянул последнее крепление и удовлетворенно оглядел свою работу. Темно-коричневая туника и узкие штаны, подчеркивали хрупкую фигурку девочки. Кожаные наручи выделяли тонкие кисти, а кираса в виде перехлестнутых полос из матово-серого сплава придавала ей воинственный вид. Кольчугу из того же металла она догадалась пододеть под низ. Не хватает только лука за спиной и колчана, полного стрел. Но это я устрою.       — Сфоткаемся? — Вилл просительно заглянула мне в глаза.       — Конечно.       Я засек место куда нужно будет встать, выставил таймер и пристроил фотоаппарат на полку. Вилл улыбнулась, глядя в объектив. Расплывшись в улыбке, обнял ее одной рукой, а второй поставил рожки. Белая вспышка на миг ослепила, а после мы, склонившись над экраном, стали рассматривать фотографию. Естественно, за рожки я получил тычок в плечо и требование сделать еще одно фото. Повторив всю процедуру, снова улыбнулся, приготовившись «ловить птичку», как вдруг тишину комнаты нарушил неожиданный вопрос:       — Кто ты такой? — спросила Вилл, прижимаясь ко мне спиной и заглядывая прямо в глаза, задирая голову. Улыбка увяла, «птичка» вылетела, а мы так и стояли, молча смотря друг на друга. Девочка не выдержала первой, впрочем дав мне время подумать. — Почему ты молчишь? «Руби правду матку-матку. Это ведь есть в плане?»       — Эм… Почему ты спрашиваешь?       — Не отвечай вопросом на вопрос! — возмутилась Вилл, хмуря брови. — Днем у тебя был чужой голос. А еще я видела кровь на полу, хотя ты быстро ее затер. Это как минимум необычно, и потом, ты рассказывал Элион грустную историю своей жизни, а сам пытался не засмеяться. Уж поверь, я тебя знаю и ты — врал ей, — она обличительно ткнула меня в грудь.       — Пф, аха-ха-ха! Я раскрыт, ха-ха-ха! — отсмеявшись, выдохнул и потрепал настороженную подругу по голове. — Ладно, стрекоза, ты меня раскусила. Я и вправду соврал ей.       — Но зачем?       — Надо, юная стражница, надо!       Вилл ощутимо вздрогнула и отошла от меня на шаг. Хмыкнув, покачал головой, тепло ей улыбнулся и сказал:       — У тебя есть шанс получить ответы, причем довольно легко. Поблагодари Ликурга при встречи.       Блестящая золотая пластинка в форме ромба, скользнула меж пальцев и закачалась на тонкой цепочке как маятник. Я довольно оскалился, смотря на недоуменное личико подруги, и, слегка поклонившись, пафосно произнес:       — От лица правителя Меридиана, князя Фобоса, я, рыцарь его светлости, приглашаю вас, моя леди, отправиться в королевство Меридиан!