Падение.

«Вызываемый вами абонент не желает с вами разговаривать», — в очередной раз прозвучало в его ушах. Он снова попробовал повторить вызов. «Вызываемый вами абонент шлёт вас нафиг». Габриэль устало потёр свой нос, точнее, ту часть маски, которая прикрывала его. Он уже на протяжении получаса пытался установить контакт с мадемуазель Дюпен-Чен, но все его попытки были безуспешными. Девушка каким-то неведомым образом раз за разом обрывала любые попытки наладить контакт, хотя в теории это мог делать только он, отказываясь заводить разговор. Постепенно он начал злиться: как она не понимает, что эта бабочка для него важна? Тем не менее, так просто отступать было не в его правилах. Именно поэтому он вновь попытался дозваться до нынешней носительницы акумы. Его упорство было вознаграждено лишь спустя один час, когда новая секретарша — мадам Альбэтр* — что пришла на смену Натали, собиралась принести ему тёплый плед и излюбленный планшет, без которого он не мог заснуть нормально, являясь своеобразной заменой плюшевому медведю. — Ну чего тебе надо? — Недовольно сказала Маринетт. — Ты же видишь, что я с тобой общаться не хочу. Так зачем ты всё время мне названиваешь? — Послушайте, мадемуазель Дюпен-Чен, — начал Габриэль в спокойном тоне. — Я понимаю, что вы очень упрямая личность. Но будьте любезны: в мире существуют интересы не только ваши, но и у других людей, включая меня! Из-за вас я не могу выпустить новую бабочку, из-за чего не могу привлечь внимание Ледибаг и Кота Нуара. — А нафига ты вообще выпускаешь их? Моль предпочёл не обращать внимания на откровенную грубость, что прозвучала в словах девушки. — Что же, похоже, вы будете самой первой, мадемуазель, кто узнает, почему я до сих пор это делаю. — Он вздохнул. — Не так много лет назад я и моя любимейшая жена обладали двумя любопытными вещами, что называются Талисманы. Эти Камни Чудес давали возможность людям приобретать что-то наподобие, как сказали бы современные дети и подростки, что-то вроде суперсил. — И к чему эта прелюдия? — Габриэль буквально почувствовал, как девушка подняла вопросительно одну из своих бровей. — Какая же вы всё-таки грубая, мадемуазель Дюпен-Чен. — Не смог удержаться он от выпада. — Только с тобой. Потому что я не вижу смысла церемониться с тем человеком, что повергал Париж в хаос и разрушение на протяжении долгого времени. — Пожала она в ответ плечами. — Ладно, продолжу свой рассказ. — Вновь вздохнул злодей. — Так вот. В один из дней мы стали помогать Парижу. Тихо, осторожно, стараясь не привлекать к себе внимания. Я, как и тогда, обладал Талисманом бабочки, а она была владельцем Камня Павлина. Но однажды Талисман моей жены оказался повреждён, и это привело к катастрофичным последствиям. Он начал забирать у неё жизненные силы, чтобы продолжать работать. Это привело к тому, что моя жена сейчас всё равно что мертва. Она находится в коме, из которой невозможно выбраться. Как вы можете помнить, мадемуазель Дюпен-Чен, около четырёх лет назад на моей стороне появилась Маюра. Она была одной из тех, кто поддерживал меня на протяжении долгого времени во всех моих начинаниях, да и вообще являлась одной из приближённых к моей семье людей. Несмотря на весь тот риск, которому она себя тогда подвергала, цепляя брошь снова и снова, она ни разу не отступилась от того, чтобы помочь мне забрать Талисманы Кота Нуара и Ледибаг. Но, как вы видите, попытки были безуспешными, а с Маюрой произошло то же самое, что и с моей женой. — Ты так и не ответил на вопрос. — Вновь прервала его Маринетт. — Да дай мне завершить хотя бы! — Проорал он, но его всплеск ярости был встречен лишь хмыканьем. — Я выпускаю акум, чтобы заполучить Талисманы Кота и Божьей Коровки, ведь если их объединить, можно загадать желание. И я хотел бы вернуть самых важных женщин в моей жизни назад. — Как трогательно. — Всплеснула руками девушка. — А задумывался ли ты, Хищная Моль, что всё может быть не так просто? Честно говоря, мне кажется, что у каждого желания должна быть своя цена, ибо так устроен данный мир. — Меня не заботят такие мелочи. — Холодно ответил он. — А если взамен в такое же состояние впадут твои родственники? Ты же ведь не думаешь, что Судьба даст тебе провернуть всё так просто. — Задала простой вопрос Маринетт. Габриэль, к своему стыду, никогда не задавался подобным вопросом прежде. Ему тут же вспомнился Адриан и его нежный взгляд, что он послал отцу, когда он его обнял. Остатки совести стали мучать его, и он подумал, что, пожалуй, на самом деле всё не настолько плохо, если он перестанет выпускать акум и откажется от Талисмана. В конце концов, есть учёные, которые могут помочь ему изучить и, возможно, найти способ прервать проклятие, что сейчас лежало на Эмили и Натали. Конечно, можно ещё попросить Нууру помочь отыскать Мастера, чтобы тот тоже хоть как-нибудь, но смог помочь ему. Была лишь одна проблема, что мешала отказаться от Талисмана ему прямо сейчас. — Ммм… Мадемуазель Дюпен-Чен, может всё-таки, отпустите акуму? Или хотя бы дадите согласие на то, чтобы стать моей сообщницей? Общаясь с вами я постепенно пришёл к выводу, что я впустую потратил все эти годы на борьбу с героями и… Можно я буду обращаться на «ты»? Постоянно держать маску вежливости и этикета очень сложно. — Пожаловался Габриэль ей. — Да ради Бога. — Был услышан очередной фырк в ответ. — Спасибо, Маринетт. Так вот, я понял, что зря потратил своё время на них, в то время как я мог бы попробовать подключить научные ресурсы или попробовал отыскать ещё какой-нибудь способ вернуть их назад. Я бы уже отказался от своего Талисмана, если бы не одно но. Мне мешает сделать акума, что сейчас находится в твоём браслете. Так что не могла бы ты всё-таки сделать одну из двух вещей, что я тебе прдложил на выбор?

***

Тикки ОЧЕНЬ настороженно смотрела на свою Избранную, которая на протяжении последнего получаса общалась с Хищной Молью, а в последние пять минут перешла на разговор вслух. Только квами не могла понять, что же именно говорит главный злодей Парижа, хотя, по словам Маринетт она предполагала, что тот просто пытался всего лишь уломать её. — Нет! — Устало сказала она. — Ну пожалуйста, Маринетт! Что тебе стоит? — Умоляюще звучал голос Габриэля. — Я же чётко сказала, что нет! — С раздражением в голосе ответила она. — Зачем ты мучаешь уже немолодого мужчину и себя? — Уже в который раз спросил её Моль. — Затем, что я тебе абсолютно не доверяю! Ты — злодей, что портил многим жизнь очень долгое время, а такое, знаешь ли, сложно забыть. А уж как ты мне жизнь попортил, зараза! — Уже ментально сказала Маринетт. — В смысле? — Откровенно удивился её собеседник наезду. — Где и как я тебе портил жизнь? — А чья марионетка нагло завалилась ко мне в комнату 4 года назад, стерев окна? Я тогда чуть не упала без сознания от страха. Знаешь как это неожиданно было? А ещё тогда же? Знаешь, сколько я спланировала идеальных операций по привлечению к себе внимания парня, а ты своими бабочками разрушал их? Тебе действительно хочется узнать весь список моих претензий? А если я ещё выставлю счёт за причинение мне морального вреда? И если я буду не одна такая? Поверь, почти каждый парижанин сможет предъявить тебе претензию. И я сильно сомневаюсь, что тебе хватит средств, чтобы откупиться. — Нагло проговаривала девушка. — Эм… Ну я… — Так что иди ты нафиг, Хищная Моль. — С этими словами она оборвала связь. — Маринетт, что это было? — Строго, но в тоже время испуганно спросила квами. — Очередная попытка злодея склонить к сотрудничеству меня. — И ведь нельзя сказать, что девушка соврала. Он действительно пытался уговорить её посодействовать ему Затем она улыбнулась своей квами. — Не бойся, Тикки. Ему не удастся уломать меня. Сам же злодей (хотя он предпочитал чувствовать себя им в прошлом, а не в настоящем) обессилено опустился в кресло, которое он в последнее время стал чаще использовать, потому что возраст начал потихоньку брать своё. В данный момент он не видел выхода из данной ситуации. Добровольно девушка акуму отдавать не хочет, а насильно он также не сможет это сделать. Ведь если сломать браслет прямо сейчас, то бабочка из него не вылетит, а наоборот размножится, в зависимости от количества обломков. А ещё он боялся, что просто не сможет контролировать данную акуму. Наконец, он пришёл, как ему показалось, к замечательной идее. Проблема была лишь в том, что за эти четыре года он заработал почти искреннюю ненависть со стороны героев. Если же эта идея не выйдет, что же… Он обратится к Нууру. Может хоть фиолетовый квами посоветует что-нибудь дельное.

***

— Всмысле встретиться в людном месте для переговоров? — Недоверчиво посмотрел на бумажку Адриан, и даже поднёс её к лампе, как будто проверяя на свет, нет ли на ней ещё чего-нибудь или же убеждался в подлинности данного документа. — Слушай, ты ещё вторую бумажку не видел, парень. От твоей Леди. — Плагг подтолкнул к нему второй клочок, размером с визитку. При этом он не стал упоминать, что видел обоих доставщиков сообщений. И если с Нууру он лишь перекинулся парой слов, узнав из небольшого диалога, что у его Мастера проблемы и он собирается сделать что-то важное (в тот момент он буквально засиял, и Плагг подумал, что если обычно угнетаемый Молью фиолетовый квами улыбается, значит что-то действительно произошло), то с Тикки он имел очень обстоятельный разговор, где он узнал от своей подруги её опасения по поводу её Избранной, и что на ней постоянно сидит акума. Ещё рано было парню узнавать о таких вещах решил он. — От Ледибаг?! — Он буквально вырвал сообщение из лап квами и внимательно прочёл его. — Что значит, что она никак не сможет прибыть на встречу? Как же так? И при этом она сама рекомендует мне туда сходить, намекая, что Моль не причинит мне вреда. «Дело совсем нечисто. Что на уме у этой девчонки?» — Подумал Плагг, которому данное развитие ситуации совсем не нравилось. «И ведь угораздило парня втюриться именно в неё». — Ничего не могу посоветовать в данной ситуации тебе. — Пробурчал квами. — Разве что прихватить с собой камамбер и предложить попробовать его Моли. — Опять ты со своим камамбером! — Возмутился Адриан. — А вот сходить надо бы. Потом всё расскажу Моей Леди. Конечно жаль, что она присоединиться не сможет, так бы мы вдвоём наверняка быстро бы его скрутили. «Очень самоуверенно, парень. Очень». — Вновь подумал Плагг, но и в этот раз предпочёл придержать свои мысли и не произносить их вслух.

***

На следующее утро Тикки отметила очень важную деталь: браслет исчез с руки Маринетт. Ночью девушка не вставала, она это точно знала, точно также она не могла его снять, хоть и пыталась не раз. Неужели всё-таки акума улетела? Но где тогда браслет? Тикки принялась тормошить Маринетт, чтобы та снова не опоздала в коллеж, как это обычно было, хотя она понимала, что это бесполезно. — Просыпайся, соня. — Ласково она погладила девушку по волосам. — Бу! От неожиданности количество точек на Тикки резко умножилось, показывая, что квами испытала страх, а широко открытые глаза, в которых легко читалось возмущение, глядели на довольную девушку с противоположной стороны комнаты. — Это было вовсе не смешно! — Негодующе воскликнула квами. — Нельзя так пугать, Маринетт! — Но это же было так весело! — С удовлетворением в голосе сказала та. — И я уже давно готова. Просто хотела тебя разыграть. — Кстати, где твой браслет? — Спросила Тикки. — Что? — В недоумении посмотрела на свою руку Маринетт. — Я его не снимала. Многолетнее существо лишь покачало головой. Не мог просто так исчезнуть браслет. Но больше у неё вариантов не было. Не лжёт же её подопечная в конце концов! А та и вправду не лгала. Она действительно не снимала. Он просто стал частью её. И голубые глаза с очень сильным намёком на фиолетовый оттенок являлись тому подтверждением. И она знала, что подобное произойдёт. И уже в коллеже эту деталь отметили её друзья. — Маринетт! Что с твоими глазами? — Спросила свою подругу Алья. — А с ними что-то не так? — Удивлённо спросила девушка. — Маринетт! Когда ты это сделала? — Не дав возможность Алье продолжить свой вопрос к ней подскочил Нино. — Что именно? — Ты… Ты в порядке? — Аккуратно поинтересовался у брюнетки Адриан. — Да что с вами такое? — Наконец она воскликнула, недовольная количеством лишних вопросов. — Беспокоились за тебя после событий в пятницу. — Первым сказал Адриан. — Лила ходит мрачная, как будто ей кто-то хорошо врезал, потому интересно узнать, как ты это сделала. — Вторым ответил Нино. — У тебя глаза не совсем голубые, а с фиолетовым оттенком, я даже бы сказала наполовину голубые, наполовину фиолетовые. — Третьей закончила Алья. — Стоп, что? — Удивлённо вытаращились парни, после чего присмотрелись повнимательнее. — Они же только в пятницу были у тебя голубыми! Как ты за два дня поменяла их цвет? — Да, Маринетт, скажи-ка. Я же знаю, что ты эти два дня не вылезала из пекарни, а про версию с контактными линзами я не поверю. — Ребят, поспокойнее! — Маринетт выставила перед собой руки, останавливая поток вопросов, но при этом никому не глядя в глаза. — Я сама обнаружила это только сегодня утром, и абсолютно не имею понятия, как так произошло. Про Лилу я тоже ничего не знаю, так как я с пятницы ни с кем не общалась толком, а то что вы за меня беспокоились… Извините, что заставила вас переживать. — Она виновато улыбнулась, так как ей действительно было жаль. — Знаешь, а тебе идёт данный цвет. — Заметил Адриан. — Пусть и необычно, но всё же интересно. — Спасибо. — Улыбнулась блондину девушка. — Очень приятно слышать от тебя такие слова. А теперь извините, мне надо ненадолго отойти. Три пары глаз внимательно смотрели ей вслед, пока та не скрылась за дверцей женского туалета. — Вам не кажется, что… — Начал Нино. — Маринетт ведёт себя по меньшей мере… — Продолжила Алья. — Странно? — Закончил Адриан. — Не то слово. И ещё: вы заметили, что у неё пропал браслет, что я ей подарил? — Да. А она носила его не снимая. Даже на сон. — Поделилась информацией создатель Ледиблога. С одной стороны Адриану стало приятно, когда он услышал это. Он и не подозревал, что Маринетт так дорожит его подарком. Но тогда зачем сегодня она его сняла? — А ещё она даже не заикалась и не запиналась рядом со мной. — Прибавил Адриан. — Абсолютно на неё не похоже. — Предлагаю у неё самой спросить потом. — Предложил Нино. — Если это наша Маринетт, то ей будет очень сложно что-либо скрыть от нас.

Наивность — не признак недостатка, а наоборот — признак одарённости.

Вопрос лишь в том, какой именно одарённости.