Эпоха мертвых

Вновь в который раз за эту ночь послышался громкий стон и скрип кровати. Да он, наверное, издевается! Зажав пальцами виски, я попыталась унять головную боль и сосредоточиться на книге, лежащей передо мной. Всё было впустую. Стоны разносились по всему дому. Наконец мои нервы не выдержали, и я с громким рыком поднялась со стула и направилась к источнику шума. Занеся руку, я, не жалея сил принялась колотить в дверь. ― Нат! ― я попробовала позвать брата, который и стал сегодня моей головной болью, но в ответ мне раздался ещё более громкий стон его новой пассии. ― Нат, богом клянусь, если ты сейчас не откроешь мне дверь, я сама войду! Я блефовала. Конечно, я не стала бы входить в комнату к брату, который сейчас занимался сексом. Вот только разрушенной психики мне не хватало. ― Нат, я серьезно! ― Его пассия вновь громко застонала и замолчала. Неужели закончили? ― Нат, кто это? ― раздался приглушенный женский голос из-за двери. ― Моя сестренка, ― он так же тихо и хрипло ответил ей, а после прокричал так, чтобы услышала и я тоже. ― И ей уже давно следует учить свои уроки, а не ломиться к старшему брату! Я почувствовала, как побагровело лицо от злости. ― Я бы сейчас и делала уроки, если бы мой дорогой и любимый братишка, наконец, заткнулся и выпроводил свою пассию! ― Как она меня назвала?! ― вновь раздался истошный крик девушки. Против воли я закатила глаза и вновь ударила кулаком в дверь. От злости я принялась заламывать руки и уже предвещала, какого размера фингал будет красоваться у брата, если он сейчас же её не выпроводит. ― Думаю, сестренка права и тебе пора уходить. Я услышала, как началась какая-то шумиха за дверью, и против воли прислонилась поближе, чтобы расслышать. ― Что? Ты меня выгоняешь? ― Да Сьюзи, тебе пора идти. Я услышала шаги, направляющиеся к двери, и резко отпрянула. Дверь отворилась и в проходе показалась растрепанная блондинка, держащая в руках смятую блузку и поспешно натягивающая на себя слишком короткую юбку. Я почувствовала, как на моих губах расползается коварная улыбка. Наивные, и почему они вечно на это ведутся? ― Вообще-то я Сара, козел! Девушка резко развернулась и, не рассчитав, ударилась о дверной косяк рукой. ― Ай! Как больно! Как по мне это было слишком наигранно, но я позволила брату самому её выпроводить, так что любезно старалась в это не лезть. ― Сара, правильно? ― девушка стрельнула в него глазами, готовая, если понадобится кинуться и расцарапать ему лицо. Вот уж было бы зрелище. ― Тебе пора уходить. Было здорово, но мы больше никогда не увидимся, так что будь любезна… Слова брата оборвались на половине предложения, когда девушка, не жалея сил влепила ему пощечину. Изумление, написанное на его лице, ни с чем не сравнится. Я поднесла ладонь, ко рту скрывая улыбку, но от Ната это не ускользнуло. ― Не смей! ― он указал на меня пальцем, и я в знак капитуляции подняла руки вверх и засмеялась. Наконец девушка развернулась, и напоследок махнув своими длинными и запутанными кудрями, двинулась вниз по лестнице к выходу. Моё хорошее настроение вмиг улетучилось, и я вспомнила, зачем вообще сюда пришла. ― У меня завтра важный тест, черт бы тебя побрал! ― я вновь почувствовала, как закипаю. Его губы окрасила идиотская веселая ухмылка и он, сложа руки на груди навалился на дверной косяк. К слову, он тоже был растрепан, и от него разило сексом. Черт, кажется, меня сейчас вырвет. ― Чего ты завелась, Мари. Не такими уж и громкими мы были. Я тяжело вздохнула и почувствовала, как злость сменяется усталостью. Был третий час ночи. Завтра меня ждет важный тест по информационной методике счисления, а я совершенно была не готова. ― Я же просила Нат. Мне и вправду нужно готовиться. Брат словно почувствовав смену моего настроения, оттолкнулся от двери и зажал меня в объятиях. ― Эй, ну хватит. Ты всё сдашь. Ты, в конце концов, самая умная в семье. Жаль Нат не мог видеть моей грустной улыбки. Самая одаренная, только это не моя семья. Нет даже не так. Не моя родная семья. Они удочерили меня, когда мне было от силы полтора месяца. Том рассказывал, что нашел меня в поезде во время одного из своих дежурств. И я ужасно ему благодарна. Сабина, его жена, приняла меня сразу как родную, и даже Нат всегда считал меня своей неотъемлемой семьей. Только я ей не была. ― Ну чего ты, ― я почувствовала, что плачу только тогда, когда Нат схватил меня за щеки заглядывая в глаза. Он был выше меня почти на голову, но это не означает, что я была низкой, напротив. Мой рост составлял пять с половиной футов, что делало меня выше почти всех моих сверстниц. ― Да, что-то я совсем раскисла. Прости. Я принялась вытирать лицо рукавом водолазки. Даже думать не хотелось, что сейчас творится с моим лицом. Я уже как второй день не смыкала глаз. ― Тебе нужно поспать, ― я отчаянно завертела головой. Мне нельзя спать, я ещё не закончила. ― Нет Мари, тебе нужно поспать. Это не обсуждается. Я глубоко вздохнула. ― И как ты только это пережил? ― Ну, школа — это ещё нормально, а вот дальше будет действительно сложно. Я даже боялась представить, что будет ждать меня после окончания этого учебного года. Я была выпускницей. Уже был октябрь, а это означало, что у меня так мало времени, чтобы ко всему подготовиться. Чтобы всё решить. Нат ласкового погладил меня по голове и отвел к комнате укладывая спать. ― Мне не пять лет, не обязательно со мной сидеть. Он улыбнулся и лег поверх одеяла рядом со мной. Он не собирался уходить, а это означало, что мне действительно придется ложиться спать. Я не чувствовала сонливость до того момента пока моя голова не коснулась подушки. Я даже и не заметила, как меня вырубило. Я кусала ногти в ожидании объявления результатов. Руки ужасно вспотели, и я была готова просто вскочить и убежать. Не то чтобы это был крайне важный тест, но, если бы я его не сдала, все мои планы могли рухнуть в один момент. Да вот такая вот я, Маринетт Дюпен-Чен, зубрилка и чересчур правильная девочка, которой меня считали окружающие. Хотя я такой и была. Всё время боялась оступиться и подвести близких мне людей. Как когда-то сказала наш психолог, у меня синдром потери. Я страдаю от того, что не могу понять почему родные родители со мной так поступили, хотя мысленно я придумывала сотни причин. Они были наркоманы, бедные, а может просто не хотели детей? В любом случае я оказалась тут, с моей семьей. С того момента как меня удочерили я не покидала городка Миллвуд в Вирджинии, это в нескольких милях от города Бойс где меня нашли. Как-то отец возил меня туда, чтобы показать тот вокзал, он пытался рассказать мне правду, ведь они с мамой четко решили не скрывать её от меня. К счастью, это никак не повлияло на моё отношение к ним. Они были для меня родными и я, не стесняясь, называла их мамой и папой. ― Ну что? Ещё не объявляли? ― голос моей подруги раздался совсем близко, что заставило меня выйти из транса. Несколько раз, моргнув я, наконец, полностью пришла в себя. ― Нет ещё. Алья Сезер моя подруга ещё с младших классов. Страшно вспомнить, сколько мы пережили вместе. Мы были неразлучны, хотя люди всегда и удивлялись, как мы можем вообще ладить. Дело в том, что Аля слегка неконтролируема. Она любит рисковать и никогда не заботится о последствиях. Я же напротив, только о последствиях и думаю. Даже её внешность была под стать характеру. Рыжие волосы, огромные глаза и яркая броская внешность. Она никогда не одевалась обычно. Чаще всего это либо черные кожаные куртки и чекеры, либо яркие неоновые вещи. Блузки и юбки? Она не могла это терпеть. Даже сегодня на ней был надет короткий топ и черные рваные джинсы. Благо моим убеждениям она надела кожаную куртку сверху и её хотя бы не выгнали с теста. Но пытались. ― Я по любому напортачила, ― видеть Сезер взволнованной и даже напуганной, была чертовски странно. Она была бесстрашной. Все время плевала на правила. ― Что с тобой сегодня приключилось? И вообще ты ли это? ― я не смогла удержаться и не подколоть её. ― Ох, брось, тут любой бы занервничал. Вот грымза выйдет и устроит нам разбой. Я заметила, как Аля сжалась. Всё же приятно знать, что не я одна законченная истеричка по поводу этого экзамена, и конечно подруга права. Грымзе, ― так мы прозвали нашего учителя по информационной методике, ― нельзя было сдать просто так. Она была той ещё стервой. Я уже было хотела успокоить подругу в надежде, что смогу успокоится сама, как дверь кабинета открылась. Как и положено сперва вышла оценочная комиссия, а следом за ней наш учитель. ― Ну, все, нам капец. Не знаю, как в таком ступоре смогла вообще различить, что сказала подруга. Я уставилась на лист бумаги, что был в руках женщины. ― И кто же это у нас тут? ― грымза ядовито прошлась по нам глазами, словно уже мечтала нас раздавить как жалких насекомых. ― Сезер. Я заметила, как дернулась подруга. Ох, черт, я действительно впервые её такой видела. ― Поздравляю, четверка. Голос мисс Гранд, а именно так и звали учителя, совершенно не был радостным, напротив. Казалось, словно сама идея нашего существования её угнетала. ― Дюпен-Чен. Я тяжело сглотнула. Боже… ― Поздравляю, единственная пятерка. Больше ничего не имело значения. Я сдала! Боже мы сдали. Я повернулась к подруге и поняла, что её лицо точно передает все те эмоции, что бурлили во мне. Словно по команде мы громко завизжали и обнялись. Сколько нервов и кофе были потрачены на подготовку. ― Мы это сделали, ― пропищала я на ухо подруге, и та одобрительно закивала. Она говорила что-то еще, но я не слушала. Я знала, что она так же счастлива, как и я. За последнюю неделю я, наконец, выходила со школы со спокойной душой. Через три дня у меня начинаются каникулы, я сдала важный тест и теперь полностью могу расслабиться. Что может быть лучше? ― Мы просто обязаны это отпраздновать! Сегодня в семь мы с Нино за тобой заедем. Я хотела возразить предложению подруги. Не то чтобы я не бываю на вечеринках, ― а она определенно тащила меня туда, ― но больше предпочитаю спокойный образ жизни. Я действительно была готова отказаться, но лишь согласно закивала, сама не понимая, что творю. — Вот и договорились! ― подруга радостно обняла меня на прощание и двинулась в сторону своего дома. Жаль, что мы не жили вблизи, даже не в одном районе. Достав из рюкзака наушники и плеер, я включила музыку и двинулась домой. Дорога должна была занять не меньше двадцати минут. Выходя со школьной парковки, я видимо слишком засмотрелась в телефон, что не заметила машину, въезжающую на территорию школы. Черный Range Rover затормозил в каких-то жалких сантиметров от меня. Не успев даже вскрикнуть, я замерла, уставившись в лобовое стекло. Оно было полностью тонировано, и кроме своего испуганного выражения лица я не смогла разглядеть ничего. Спустя несколько мгновений шок прошел, и я поспешила уйти с дороги. Я принялась отходить, но четко ощущала, что машина стоит на месте. Почему она не уезжает? Наш город был слишком мал. Здесь каждый знал друг друга и эта машина с его загадочным водителем, безусловно, была не отсюда. Кто бы это ни был, нужно было скорее убираться. Я шла настолько быстро, что можно было уже легко перейти на бег. Пройдя примерно с полмили, я все же решила обернуться. Никого не было, но гадкое ощущение, что я испытала, никак не хотело уходить. — Это всё нервы, ― пробормотала я. На всякий случай я все же решила выключить музыку. Не пройдя и метра, я почувствовала, как меня испепеляют взглядом. Не останавливаясь, я достала телефон и одним движением сняла блокировку. Это и вправду было одно новое сообщение, но не от Ната. Номер был не определен, и я с сомнением открыла сообщение. «Тебе следует быть осторожной Маринетт, никогда не знаешь, кто может находиться позади тебя». Я почувствовала, как кто-то хлопнул меня по плечу и резко обернулась. Сердце было готово выскочить из груди, пока я осматривала местность и то и дело переводила взгляд в телефон. За спиной никого не оказалось. И сейчас в голове крутился только один единственный вопрос. Какого черта это только что было?!