Ведьму рождает пламя

И она осталась. Сама не знала, зачем, но осталась, наслаждаясь нежными поцелуями, контрастирующими с резкими толчками, теплом знакомого тела и ощущением силы мужа, буквально разлившейся по ее венам. Зельда не привыкла просыпаться от запаха свежесваренного кофе и любимых ею сырников. Однако, открыв глаза, поняла, что все это ей не снится. - Как раньше, - он поцеловал ее в лоб, вызывая улыбку на лице супруги. Вытесняя все мысли, хоть и на это мгновение. - Пусть и только на это утро. - С чего это ты решил вдруг устроить мне столь романтический завтрак. Ты не делал этого со времен Академии. Точнее, со времени нашего выпуска. - Хочу, чтобы ты знала, от чего отказываешься, - он улыбнулся, оставляя жену наедине с завтраком и отходя к своему рабочему столу. - Няня собрала Летишу, правда, ворчала все утро, что детей не надо разделять. А еще ты можешь не успеть на завтрак домой, если не начнешь скоро собираться. Что ты, кстати, решила? - Я попрошу Хильду приготовить торт, - Зельда поднялась, призывая магией платье. - Я не узнаю тебя, Фауст, но мне нравится то, что я сейчас вижу. Наверное, это нравилось бы любой женщине. Начинаю верить, что тебя действительно околдовали. Может быть, ты и Сабрину полюбишь? - Вот это вряд ли, я ее сейчас, конечно, не ненавижу, но и любить не стану, - усмехнулся мужчина, глядя на часы. - Поторопись, няня сейчас принесет Летишу. Я, кстати, хотел назвать дочь Юдифью, но понял, что то имя, которое дала ей ты, подходит дочери больше. Няня вошла, не позволяя Зельде ответить. Она несла корзину с одеждой - в другом. Женщина явно старалась быть дружелюбной, но во взгляде ярко читалось неодобрение действиями супругов. - Вот дочь, - она передала Зельде Летишу, но вместо того, чтобы отпустить руку леди Блэквуд, она задержала ее в своей старческой руке. - Детка, я не знаю. что между вами произошло, но ты нужна ему. Кого бы ты в нем не видела, я знаю настоящего Фауста, который не причинит вред своей семье. Никогда. Верь ему, и вы будете счастливы. Женщина говорила шепотом, в то время как Зельда отчаянно хотела возразить, рассказать няне обо всем, банально пожаловаться. Но вместо этого она практически закусила язык, чтобы ничего не ответить. А няня лишь грустно улыбнулась, отпуская руку женщины, а затем вышла, вновь оставляя Блэквудов наедине. - Ты ей нравишься, - Фаустус не улыбался, просто пристально смотрел не жену. - И мы почти похожи на нормальную семью. - Она переживает за тебя, - мужчина усмехнулся, а Зельда вдруг поняла, что им обоим сейчас удивительно неловко. - Мне пора. - Да, - он отвернулся на мгновение, но когда обернулся обратно, ни же, ни дочери уже не было. А Фаустус вдруг почувствовал пустоту.

***

- Наконец-то. Зельда едва не вздрогнула, услышав позади себя голос Пруденс и только потом увидела сидящую на своей кровати Сабрину. А обернувшись, встретилась с напряженным взглядом падчерицы. - Я не хочу знать, почему ты так долго, - блондинка спустила ноги с кровати тети, но только потом заметила по корзине в каждой руке Зельды. - Это Летиша? Он отдал ее нам? - Да, - женщина улыбнулась, и девочки окружили ее моментально. - Она теперь с нами, так что я не зря согласилась на эту встречу. Вы тут всю ночь просидели, что ли? - По очереди, - отозвалась Пруденс, вытаскивая Летишу из корзинки и целуя сестру в лоб. Зельда с улыбкой следила за девушкой, а потому первая заметила стоящие в глазах девушки слезы. - Спасибо. - Ты чего? Все же хорошо, Иуда тоже в порядке, за детьми приглядывает няня, - Зельда осторожно коснулась руки Пруденс, заглядывая в глаза девушки. - Пруденс? - Это я виновата, что мы все оказались в этом ужасе, - девушка всхлипнула, и Зельда отчаянно захотела утешить девочку. - Если бы я сдала тебя отцу, мы бы сейчас не были в этом аду. - Так, девочка моя, тише, - женщина осторожно забрала Летишу, передала ее Сабрине, и заключилась Пруденс в объятиях. - Все, хватит себя корить. Ты не виновата, милая. Ты хотела сделать, как лучше, и видела в Фаустусе отца. Каждый из нас сделал все, чтобы мы оказались в этой ситуации. Все, милая, успокаивайся. Летиша с нами, Фауст тоже пока что не кидается молниями, строя из себя Зевса. Скорее, наоборот, он пытается доказать, что он был под проклятием. - Что? - не выдержала Сабрина, при этом поймав себя на мысли, что непривычно видеть такие отношения между Пруденс и тетей. - Под каким проклятьем?! Кто мог его проклясть? - Не знаю, но если это правда, то многое объяснило бы, - женщина заметила надежду в глазах Пруденс и улыбнулась. - А еще Фаустус готов на торт правды Хильды. - Это странно, - Сабрина тут же поймала на себе два недовольных взгляда. - Я, конечно, все понимаю, но вы ведь обе - Блэквуд, должны понимать, что такое поведение ненормально. Может быть, вы ему и верите, но я - нет. - За что ты так ненавидишь моего отца? - Зельда чувствовала, что надо заканчивать этот разговор, но девушки уже начали ссору. - Ты сама делала все, чтобы настроить отца против себя, вот он и не взлюбил тебя. - Да он мечтал выкурить меня из Академии, врал мне в открытую, а потом вообще отец обвинил Блэквуда в своей смерти... - А ну хватит! - грозный голос тети заставил обеих девушек замолчал. - Вы завтракали? Отлично, хватит ссориться и вперед вниз. А тему с Фаустом предлагаю отложить до тех, пока он не ответит на все наши вопросы. Все ясно? - Ясно, - хором отозвались девушки, и Зельда улыбнулась. - Тогда бегом вниз, а я с Летишей сейчас спущусь.