Болезнь, сразившая сильнейшего бойца человечества.

– Через пять минут отправляемся дальше, – бросив в нашу сторону строгий взгляд, холодно сказал проходящий мимо Аккерман. – Ты точно нормально себя чувствуешь? – внимательно вглядываясь в, как мне кажется, слишком бледное лицо, спрашиваю максимально ненавязчиво. – Да, Мари, не нужно беспокоиться, – не отрываясь от чтения, юноша неодобрительно покачал головой. – Я просто за тебя волнуюсь, – в голосе невольно проскальзывают нотки обиды, и я смущённо опускаю глаза. – Не стоит, – ободряюще приобняв меня за плечи, парень уверяет не позволяющим усомниться в его словах, непривычно твердым тоном, – если бы был хоть какой-то риск, доктор Мариус не позволил мне отправиться с вами, – выразительно посмотрев на меня сверху вниз, Алан добавил неоспоримый аргумент. ***** Огромные двери деревянной брамы призывно отворились, торжественно приглашая внутрь. Время было совсем раннее и городок, ранее напоминавший мне самый настоящий муравейник, вопреки ожиданиям оказался пустым. Только бросающаяся в глаза громадная вывеска и знакомые очертания построек говорили о том, что прибыли мы за адресом. Досадно поморщилась, плотнее кутаясь в хлопковую теплую шаль, непонятно прячась от прохладного сырого ветра или от неприятных мурашек, пробежавшихся по позвоночнику. Взгляд непроизвольно метнулся на хорошо запомнившиеся цветастые занавески, что сейчас были полностью зашторенные. Не было ни парочки весело резвившихся ребят, ни сладкого дурманящего запаха свежей выпечки. Завернула за первый попавшийся угол и, похоже, впервые заметила признаки так резко обрушившейся осени. Окрашенные в огненные оттенки листья деревьев на длинной аллее хаотично раскачивались даже от самого невесомого потока воздуха. Но едва уловимый шум, разбавляясь лишь с моим учащенным дыханием, создавал отнюдь не привычное романтичное настроение. Как бы не хотела убедить себя перестать попросту накручиваться, все время возвращалась к мысли, что в этот раз поселение встречает меня совсем по-другому. Нагнетающее ощущение тревоги начало плотно оседать на душе, а идея покинуть пределы разведкорпуса уже не представлялась такой привлекательной. Внезапно захотелось очутиться в уютной лаборатории, где помню самую маленькую деталь, где каждый вдох шелком обволакивает лёгкие. Не здесь, на устрашающе безлюдной улице, пронизанной острым копьём необоснованной паники. Тяжёлые ладони бесшумно подкравшегося человека опускаются мне на плечи. Несколько слоев одежды не защищают от обдающего кожу жара, а колени предательски подкашиваются. Когда же улавливаю горьковатый запах любимого парфюма, крик ужаса застревает в горле. – Что-то случилось? – изумрудные глаза юноши загораются волнением, густые светлые брови хмуро сходятся к переносице. Видимо, вся палитра испытанных эмоций прекрасно отразилась на моем лице. – Почему ты убежала? – не дождавшись ответа на первый вопрос, парень задает более конкретный. – Я просто немного отошла, – пытаюсь придать голосу напускной твердости, но, на противовес, трусливо опускаю глаза. – Ты, определённо, что-то недоговариваешь, – настойчиво продолжает Верлен, и от выражения глубокой обеспокоенности на молодом лике мягкая теплая улыбка невольно распускается на моих губах , – Мари, – недовольство ясно улавливается в бархатистом тоне, когда его обладатель отмечает, что я не спешу объясняться. – Ничего серьезного, просто почему-то тревожно, – вцепившись в плотный рукав мужской накидки до покалывания подушечек пальцев, робко призналась. – У меня тоже плохое предчувствие, – вдумчиво посмотрев наверх, на пасмурное небо, признался Алан. ***** – Мы стоим на месте, – отбивая пальцами незамысловатую мелодию и задумчиво смотря куда-то сквозь меня, сухо замечает Ханджи, – рaзработка лекарств стоит на месте, мы зашли в тупик, а в скором времени планируется очередная вылазка за стены, – размеренно продолжает, а у меня ноги становятся ватными, – оно бы очень пригодилось, – она делает глоток крепкого алкоголя и кисло улыбается одним уголком губ. – Что же мы будем делать? – медленно опускаюсь напротив и молвлю как можно более осторожней. Под давлением всепоглощающего чувства вины голос становится очень тихим и робким. – Останемся здесь на несколько дней, – скептически приподняв бровь, ученая отставляет полупустой стакан виски подальше, – главная цель с которой мы сюда прибыли – Вильгельм Шорнел, – голос майора стал заметно холоднее, а цепкий взор впился в мое, наверняка, побледневшее лицо, – известный в научных и, в неком роде, медицинских кругах химик, – продолжила объяснять Зоє, – если он не сможет нам помочь то больше никто, – покачав головой из стороны в сторону, словно желая прогнать угнетающие мысли, оборвалась. – Он, – нерешительно начала но запнулась, не до конца понимая, что именно меня интересовало, а если быть точнее, как плавно подойти к такому важному для меня вопросу, – этот мужчина живёт здесь? – нарочито удивленно спрашиваю, не веря в такое совпадение. – Да, прошлый раз оборудование я покупала у него, – правильно истолковав мои слова, собеседница подтверждает мои догадки. – А как вы собираетесь объяснить ему природу появления прототипа? – пытаясь унять преобладающие над разумом опасные дикие эмоции, произношу тоном, лишенным любых красок. – Он уже знает о тебе, – всего одна короткая фраза срывается с её бледных уст, однако ужасающий смысл заставляет забыть как правило дышать. Шумно втягиваю носом воздух, но такого жизненно необходимого кислорода все равно катастрофически не хватает. Цепляюсь дрожащими пальцами в неровную, покрытую мелкими щепками старую деревянную поверхность стола и грубо тру мягкие нежные подушечки вперёд-назад. Стараюсь собрать как можно больше отрезвляющей, все ещё державшей меня в себе боли. Смотрю на исследовательницу из-под опущенных век взглядом затравленного, раненого, совершенно беззащитного зверька но вместо болезненного воя слышу лишь отдаленно напоминающий мой дрожащий слабый голосок, – а если он расскажет кому? – Не расскажет, – не секунды не колебаясь, ничуть не сомневаясь в сказанном, твердо заявляет женщина. – Как ты можешь быть уверенной в этом? – перебиваю излишне импульсивно и тут же утопаю в желании забрать обратно слова, в которых так непростительно отчётливо слышалось обвинение. Заметив за прозрачными стеклами непривычно полыхающие злые огоньки, испугалась. По-настоящему испугалась того, как легко мораль во мне пала перед примитивным страхом за свою шкуру. ***** – Вот ещё, – поставив на стол миску, доверху забитую ванильным печеньем, довольно заметила пожилая женщина, – совсем о нём забыла, – миссис Пейн сбросила рабочий фартук и плавно опустилась на свободный стул рядом со мной. – Спасибо, вы встречаете нас как всегда тепло, – искренне улыбнувшись, Ханджи произнесла слова благодарности за столь гостеприимный приём, – но не стоило так затрудняться, – мягко добавила ученая, сразу же отвлекаясь на какие-то, несомненно, очень важные записи в своем блокноте. – Ой вы же знаете, мне только в радость, – странно скосив взгляд на мирно попивающего чай и даже не смотревшего в её сторону капитана Леви, сказала Хильда, – жалко Эрвина нет, сколько времени его не видела, он ,похоже, совсем уже забыл обо мне, – в бархатистом голосе легко улавливался упрёк, а светло-голубые райдушки резко заметно потускнели. – Сейчас у него непомерное количество работы, – Зоэ к моему большому удивлению, принялась активно оправдывать отсутствие командора, – множество проблем, к тому же, в скором времени планируется очередная вылазка за стены, – спокойно продолжила объяснять майор, пока я до остервенения сжимала приятно согревающую ладони керамическую чашку. Будто ласковые покалывания в коже и созерцание кокетливо танцующего пара могли помочь отвлечься от тяжелых мыслей, что проникли в голову вместе с ужасным известием. Словно были способны избавить от нежеланной влаги, которая скапливалась в уголках глаз, стоило лишь подумать о страшной судьбе солдат разведкорпуса. – Мари, – настойчивым шумом звучит у самого уха, а спустя мгновение ощущаю несильный, однако ощутимый толчок в плече, – Мари, – терпеливо повторяет Алан, а я недоуменно моргаю, отмечая, что слишком сильно ушла в себя. – Да? Что? – натянуто улыбаюсь, изображая обычную неловкость, и, не придавая никакого значения четырем парам глаз, сосредоточенным на моем лице, медленно делаю глоток крепкого чёрного чая, – простите, немного отвлеклась, – изображая смущённость, робко пожимаю плечами, невнятно бормоча. – На рассвете мы с капитаном Леви отправимся выполнять порученное задание, – благоразумно умалчивая не предназначенные для чужих ушей детали, начала Ханджи, – не знаю, когда мы вернёмся, но предполагаю, что через несколько дней, – серьезно повествовала, опять-таки делая какие-то записи, – на время нашего отсутствия вы с кадетом Вернером останетесь у миссис Пейн, – женщина озвучила главную причину нашего визита к старушке. – Здесь безопаснее чем в любом из заведений для остановки, – смерив меня взглядом, от которого кровь стынет в жилах, капитан не терпящим возражения тоном запечатал разговор. ***** Я прекрасно расслышала плавную поступь за своей спиной, но, не решившись обернуться, продолжила блуждать взглядом по таинственно рассыпанным на небесах звёздах. Полностью отдавшись ощущению шелка, приятно обволакивающего с каждым дуновением ветра, упорно игнорировала более реалистичное покалывание в посинелой коже. Однако было ли возможным пренебрегать слоем мороза, что в медленном смертельном танце покрывал мое тело, начиная с затылка? – Её сын служил в разведке, – внезапно раздается звенящий металлом голос, а я лишь облегчённо выдыхаю, совсем не удивляясь присутствию его обладателя. – Служил, – наконец осмелившись, прерываю затянувшееся молчание, повторив за капитаном слово, так противно липнувшее к языку. – Погиб во время вылазки несколько лет назад, – растягивая речь, сопровождая её намеренно неторопливыми тяжёлыми шагами, начал капитан, – три года назад, – поправился, останавливаясь так близко, что уверенна, мои распущенные волосы развиваясь, непременно, касались мощной фигуры, – холодно, – тон определённо огрубел, понизился, а спустя мгновение на мои плечи бесцеремонно опустили что-то увесистое и теплое. – Спасибо, – нервно запинаясь, робко благодарю Леви, пока одеревенелые персты, отчаянно желая спасения от озноба, натягивают предложенную меховую накидку. – Продолжайте, пожалуйста, – руководствуясь любопытством, как можно более неназойливо прошептала, когда Аккерман, будто забыв обо всем вокруг, уперся на дубовую колону неподалеку и, храня полное безмолвие, увлечённо разглядывал что-то в своей ладони. – Нетерлин, – слышать свою настоящую фамилию было почти так же неожиданно, как пугающую злую усмешку в привычно ровном тоне, – Смит, – он странно передернул головой и спешно спрятал в нагрудный карман рубашки изучаемый только что предмет. – Капитан Леви? – голос предательски дрогнул от смятения, вызванного задумчивой пеленой, с которой солдат вглядывался в мое побледневшее лицо. Резким движением отвернувшись от меня, капитан поднял взгляд на необыкновенно звёздное сегодня небо. Сжав перила ограждения террасы с такой силой, что на костяшках выступили белые пятна, скорбно изрёк, – я достал кадета Пейна из пасти титана, – потрясенная чувственным откровением, кажется, даже перестала дышать, лишь с замиранием сердца следила за каждым изменением в идеальном профиле, за каждой, пускай самой слабой эмоционально закрашенной нотой голоса, – я не успел всего на мгновение, мне не хватило секунды,– признание было наполнено такой горечью, которую никогда не ожидала услышать от сильнейшего бойца человечества. – Вы попытались его спасти, – бездумно срывается с налитых кровью губ, и прежде чем позволить сомнению заполонить сознание, в красноречивом жесте поддержки практически невесомо дотрагиваюсь напряжённого плеча. – Я попытался, – едва слышно пробормотал себе под нос, согласно кивнув, – а он умирал долгой мучительной смертью, – устало прикрыв веки, Леви отбросил голову назад, тем самым подставляя осунувшееся лицо под благословенные лунные лучи. – Наверное, мне лучше уже пойти к себе, – несмело проронила на выдохе, придя к наиболее правильному решению: подарить, как мне показалось, нуждающемуся в этом человеку возможность остаться наедине.