Семь цветов пиона

Здоровый сон — вот чего не хватало ХанСолю в последние сутки. Он приехал домой во втором часу ночи и даже не приняв душ, забурился под одеяло и крепко уснул. Парень не особо нуждался в будильнике, потому что глаза сами по себе открывались в нужное время. Называть этот феномен можно как угодно: привычка, выработанная годами или же внешний контроль и ответственность. — Слушаю… — хриплым голосом говорит Чхве, приложив смартфон к уху. — Вернон, ты что спишь??? — звонкий голос СынКвана заставляет брюнета одернуть руку и убрать телефон подальше от ушной раковины. — Эй, а это эскорт агентство точно не предоставляет интим услуги? — по голосу можно было понять, что парень ехидно улыбается. — Да, — все еще сонным голосом отвечает ХанСоль. — Тогда как ты объяснишь то, что спишь дольше меня? — смеется блондин. — Уже четыре часа, подъем! Вернон недоверчиво смотрит на дисплей телефона и, прикрывая глаза, шумно выдыхает. — Встаю, — коротко отвечает парень и сбрасывает звонок. Он лежит еще несколько минут, а затем встает с мягкой кровати и, разминая шею, направляется в сторону ванны. Прохладный душ заставляет брюнета взбодриться и проснуться окончательно. Легкая головная боль все еще присутствует, но на этот раз из-за пересыпа. И почему с его приездом в Корею дела идут черт побери как. Желудок стягивает узлом и ХанСоль собирается заказать еду из ближайшего ресторана. Он машинально подходит к холодильнику и открывает дверь. От удивления его глаза становятся больше в раза два, холодильник забит едой практически весь. И все продукты приходились ему по вкусу, начиная от обычной воды и шоколадок, заканчивая спелой сливой. — Мама… — улыбается Вернон и тут же набирает заученный номер. — ХанСоль? — парень слышит любимый материнский голос и не может сдержать радостной улыбки. — Мам, привет, это ведь твоих рук дело, да? — сразу же задает вопрос сын. — Что именно? — смеется женщина, строя из себя дурочку. — Спасибо, я как раз умирал с голоду, — парень берет ланч-бокс и ставит его в микроволновую печь. — Старайся кушать в ресторанах, не ешь одни чизбургеры, хорошо? — на ломанном корейском говорит Джина. — Как скажите, госпожа, — шутит Вернон и ставит кружку с кофе на стол. — Я старалась, но не могу, поэтому буду говорить так, — смеется в голос миссис Чхве и быстро переходит на английский. — У тебя прекрасный корейский! — льстит ей сын и получает в ответ упреки матери. Во время всего «завтрака» ХанСоль разговаривал с матерью и не заметил, как его тарелка опустела, а кофе оставалось на глотка два. Он аккуратно складывает посуду в раковину так, чтобы этого не слышала Джина. Почему? Потому что Вернон любитель накапливать гору посуды, а только потом заполнять ею посудомойку, что жутко не нравилось его маме. — У тебя с отцом все хорошо? — в доли секунды голос женщины стал более серьезным. — Мам, не надо, — ворчит брюнет. — Ладно, просто постарайся быть милым, он ведь твой отец, — поджимает губы Джина, явно волнуется. — Мне нужно работать, я обязательно позвоню тебе позже! Люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, — отвечает ХанСоль. После того, как Джина сбросила звонок, Вернон ненадолго погрузился в свои мысли. Он искренне не понимал свою мать. Неужели возможно настолько сильно любить человека, прощая ему его отсутствие рядом, короткие звонки и абсолютно все. «Встретимся в нашем месте через два часа» — приходит сообщение на телефон Чхве. Подпись: МинГю. Времени было достаточно, поэтому он решает проверить некоторые бумаги, касаемые отеля. Он нервно трет переносицу пальцами, когда видит три сообщения от секретаря и сообщений двадцать от Тины. Тина — подруга ХанСоля, которая выручала его каждый раз, как он просил и делала она это не без причины. Они познакомились не в самых хороших обстоятельствах. Вернон случайно задел ее в клубе, а Тина обругала его всеми обзывательствами английского языка. Впрочем, ее знания английского были одной их весомых причин, почему ХанСоль держал ее при себе. Прочитав один из документов, брюнет открывает нужные программы и быстро делает расчеты и графики. Несмотря на возраст, парень был на славу умен, чем заставил своего отца передать права на отель в столь юном возрасте. Он поработал буквально час и, разминая шею, побрел в комнату. ХанСоль увлекался модой, что было лишь хобби, но тем не менее, это повлияло на его стиль и вкус. Даже если лицо парня будет скрыто под темной маской, он все равно привлечет внимание. Вкратце, Чхве ХанСоль выделялся из толпы сильно при этом не стараясь. — А вот и виновник торжества, — кричит СынКван и тянет руки к Вернону, дабы обнять его. — С возвращением! — поздравляют его друзья. Чхве удивляется тем лицам, с которыми потерял общение уже как года два, не то и больше, но все же радостно улыбается и принимает бокал виски от МинГю. — Надолго ты здесь? — с ходу задает вопрос девушка со светлыми волосами, больше похожими на пепельный. — Скорее всего не уеду больше, — оголяя бокал одним глотком, отвечает Вернон сморщив при этом нос. Он чувствует, как алкоголь достигает желудка и приятно жжется. — МинГю, а где… — не успевает договорить брюнет, как видит своего друга с кальяном в руках. — Как в старые — добрые, — смеется Ким и ставит кальян напротив места, куда уже успел сесть ХанСоль. Когда МинГю высыпал на стол мундштуки, все хором разобрали и, конечно же, трубку передали Вернону. Он вдыхает ароматный дым, заполняя им свои легкие и через пару секунд выдыхает белое облако. С каждым вдохом мышцы потихоньку расслабляются и приятное ощущение разливается по всему телу. Идеальный партнер для крепкого виски со льдом — хороший кальян. В VIP кабинке слышался громкий смех и веселые голоса молодых людей. Но через час почти все спустились на танцпол и продолжали отдыхать. В итоге, ХанСоль остался наедине с МинГю. Несмотря на то, что с СынГваном они общаются намного дольше, у МинГю было проще попросить совета или просто поговорить по душам. Этот парень не был ни оптимистом, ни пессимистом, что позволяло ему смотреть на вещи трезвыми глазами и говорить все так, как оно было на самом деле. — Как тебе эскорт агентство? — вставляя в трубку свой мундштук, полу смеясь спрашивает Ким. — Довольно хорошо, я остался доволен, — положительно отзывается Чхве. — Но я не знал, что девушки там — простушки. — Кажется, попалась тебе неопытная, — МинГю облокотился на спинку дивана, обшитого велюром, и казался очень расслабленным. Если ХанСоль выглядел необычно и имел больше европейские черты лица, то Ким наоборот обладал типичной корейской внешностью. Но он имел абсолютно все параметры модели, и этот парень был в действительности красивым, что Сеи, скорее всего, не упустила бы момента поглазеть на него. — Это точно, — смеется ХанСоль и протягивает руку, прося передать трубку. — Как прошел прием отца? — раскачивая жидкость цвета коры дуба в стакане, спрашивает Ким. — Не спрашивай, — закатывает глаза Чхве. — И я совершил ошибку. — Какую еще ошибку? — хмурит брови МинГю и приподнимается. Вернон этим и отличался от СынГвана — он очень редко совершал ошибки, так как сначала думал, а только потом действовал. — Я сказал отцу, что люблю эскортницу, — поджимая губы, Чхве мотает головой, тем самым признавая глупость своих действий. — Ты сказал что? — сдерживает смех Ким и со звуком ставит на стол стеклянный стакан. — А затем заключил договор с агентством, что буду единственным клиентом этой девчонки. — Ладно… — МинГю скрещивает пальцы рук и опирается локтями на колени. Он исподлобья смотрит в глаза другу и думает. ХанСоль молча ждет вердикта от самого смышленого друга и морально готовится услышать что угодно. — В любом случае, дело уже сделано, — пожимает плечами Ким. — Но скажи, она хоть симпатичная? — Придурок, — разочарованно выдыхает Чхве и откидывается на спинку дивана. — Ну, серьезно, — разводит руками тот. — Это важно же! — Ну, такое себе, — отвечает брюнет. — Не страшная — уже хорошо. И куда важнее то, что у нее практически нет акцента. — Только не говори, что ты снова про английский? — МинГю строит лицо а-ля «покер-фейс» и пристально смотрит на друга. — Молчу, — оголяет зубы Чхве. Ким качает головой, жестами говоря «и чего я только ожидал». Они оба смеются в голос и реакция МинГю идет на пользу ХанСолю. Он уже не считает этот поступок настолько необдуманным, как раньше и настраивает себя на то, что если уж сказал «один», то следует сказать «два».

***

Часы, проведенные с психологом, не оказались зря потраченным, как изначально считала СеИ. Мистер Кан поистине обожал свою работу, которая давалась ему довольно легко. Он в считанные минуты вошел в доверие к шатенке и через полчаса она рассказывала ему, как потеряла родителей. СэУн не только учил своих пациенток понимать людей и проникаться в общество своих клиентов, но и помогал принять свою работу. СеИ начала принимать то, чем занимается. Теперь она казалась увереннее в себе и ее взгляд стал более ярким. — Сейчас я приведу одну из лучших сотрудниц и ты можешь задать ей те вопросы, на которые я не в силах ответить, — он тепло улыбается и, несмотря на то, что он был не эталоном красоты, СеИ немного позавидовала его жене. С таким мужчиной наверное легко. — Хорошо, — кивает девушка и переводит взгляд на свои руки. Единственное, что совершенно не устраивает шатенку — ХанСоль. И зачем он попросил контракт на постоянной основе, почему из-за него она должна отказаться от возможности влюбляться и заводить отношения. СеИ все еще не поставила свою подпись на контракте, который держала в своих руках. Это было довольно выгодно и даже в какой-то мере интригующе. Сон хотела познать его мир и понять, какого быть в обществе золотой молодежи Кореи, но было достаточно много «но», чтобы убрать ручку в сторону. — СеИ? — в комнату заходит высокая девушка с белой кожей и черными волосами. — Анна? — неуверенно спрашивает девушка. — Мхм, — соглашается брюнетка и садится рядом с новенькой. — Давай разговаривать? — смеется она. — Давай, — ее настроение подхватывает и СеИ. — Начнем с того, что ты счастливица, СеИ! — восторженно пищит Анна и берет новую знакомую за руки. Хоть шатенка появилась в агентстве всего месяц назад, но все работницы уже знали о ней. — В плане? — сделав серьезное выражение лица, непонимающе спросила Сон. — Мой первый клиент был старикашка, которому лет семьдесят! — она вздрагивает, когда вспоминает его лицо и дряблую кожу на руках. — И за все мои пять лет в агентстве, клиентов-красавчиков было всего двадцать от силы. Поэтому не смей отрицать! — все эмоции Анна выражала лицом. Казалось, что эмоциональней человека попросту не существует. — ХанСоль? — тихо шепчет девушка. — Чхве ХанСоль… Его лицо сравнимо с искусством, не думаешь? — мечтательно спрашивает брюнетка. — Не думаю, — СеИ смешит то, что девушка старше ее на лет 6-7, но все еще такая девчонка. — Кстати о нем… — она ловит вопросительный взгляд собеседницы и продолжает: — Я не думаю, что справлюсь с этим предложением. — А что не так с этим предложением? — в один миг Анна становится серьезной и больше походит на старшую сестру, в которой нуждалась шатенка последние года четыре. — Я бы хотела начать с легкого, работать с клиентами на выходных, а он предлагает быть с ним всегда, — СеИ опускает взгляд и ходит вокруг да около, так и не решаясь сказать настоящей причины. — Между вами что-то произошло? — словно читает мысли брюнетка и попадает в точку. — Дело в том, что в тот вечер я хотела помочь ему, я просто предложила свои уши, чтобы он выговорился и ему стало легче, а он назвал меня низшим классом общества, — закусывает губу Сон, — разве я сама об этом не знаю? Зачем так отзываться о человеке, которого совершенно не знаешь? — Дорогая моя СеИ, — Анна берет ее за руки и заставляет посмотреть себе в глаза, — ты каждый раз собираешься из-за таких случаев плакать в подушку? Ты такая зеленая, — она мило улыбается и видит, что шатенка не понимает ее. — Разве я не права? — собрав брови в кучу, спрашивает Сон. — А разве я говорю, что ты не права? — тише прежнего говорит Анна, — он — наследник отеля, он не привык, чтобы о нем пеклись и помогали просто так. Он считает, что это замашки низшего класса, потому что не видит такого в своем мире, и знаешь, я не могу осуждать его, он не виноват в том, что не привык к этому, понимаешь? — брюнетка переходит на шепот и ее слова кажутся более четкими и искренними. — Мне стоит подписать? — после долгого молчания и осмысления слов Анны, задает риторический вопрос СеИ. — Решай сама, но я скажу тебе так: это будет огромным опытом, который ты нигде больше не получишь и… Можно подписать хотя бы для того, чтобы любоваться его глазами, — снова смеется брюнетка. — Ахахах, — в голос смеется СеИ и берет в руки контракт с ручкой. — Да, у него правда красивые глаза, — соглашается шатенка и ставит свою подпись. — А теперь собирайся и езжай к нему, — говорит Анна, забирая бумаги. — И еще, не влюбись в него, ты ведь помнишь тон голоса СуХван? — Ооо, да, она настоящий диктатор! — хихикает шатенка. — В смысле ехать к нему? — Он попросил, чтобы ты встретилась с ним, когда подпишешь контракт. Не успела СеИ сказать что-либо или даже спросить, как Анна скрылась за дверью кабинета доктора Кан. Создалось ощущение, что прислали ее не для помощи, а для того, чтобы девушка подписала контракт. Хотя, это вполне вероятно, ХанСоль согласился на хорошую сумму. В любом случае, решение уже принято и подпись поставлена, назад дороги нет, как и денег на выплату неустойки контракта. С отцовского приема ХанСоля прошло четыре дня, но образ парня преследовал СеИ повсюду. На улице слепило яркое солнце, но, тем не менее, было достаточно прохладно и холодный ветер не давал расслабиться. СеИ надела черные обтягивающие джинсы, достаточно теплую водолазку и пальто, что больше походило на пиджак. Туфли или плоская подошва? Конечно же, второе и шатенка уже шла к центральной дороге в своих любимых белых кроссовках. Келли уже позвонила ХанСолю и оповестила о том, что СеИ будет ждать его в кафе, недалеко от агентства. Обрадовался ли ХанСоль тому, что СеИ подписала контракт? Это были смешанные чувства, брюнет мог бы придумать тысячу и одну причину того, почему Сон СеИ, которую он якобы любит исчезла, но какая-то часть его души загорелась скорее не облегчением, а интересом. В последние четыре года он все что и делал, так это работал, работал и еще раз работал. Даже Джина была потрясена, она растила своего сына и знала, насколько он медлителен в изучении чего-либо и насколько ему быстро надоедает подобное. СеИ была глотком свежего воздуха, впервые за это время он отвлекся и начал думать не о том, как бы быстрее встать на ноги и сместить отца. Вернон заходит в кафе и на его глаза попадается СеИ, которая пила горячий шоколад. Он ухмыляется уголком губ и направляется в ее сторону. Шатенка не сразу замечает парня и он несколько секунд стоит сбоку от нее. — И снова здравствуй, Сон СеИ, — девушка слышит бархатный голос и машинально поворачивает голову. Она даже прерывает дыхание, ибо ХанСоль сегодня выглядит потрясающе. Серое пальто поверх белого свитера из мелкого ворса визуально делали его кожу на тон темнее, но уложенная челка и темные брови подчеркивали и без того красивые глаза. Его ресницы были опущены, так как ХанСоль смотрел на девушку сверху вниз и СеИ задается вопросом «Почему же у нее они в раза два реже?!» — Здравствуйте, — мямлит СеИ и переводит взгляд на темную жидкость, которая оставила свои следы на белой керамике. — Мы ведь договорились на «ты»? — он продолжает стоять. — Давай поговорим в машине, здесь очень много лишних ушей. — Хорошо, — покорно соглашается Сон и встает со стульчика. Она идет вперед и у ХанСоля нет другого выбора, как осмотреть стиль шатенки. Бесспорно он удивлен, она одета слишком просто и ему не нравится собранные в небрежный хвост волосы и без брендовские кроссовки. СеИ подходит к пассажирской двери и пристально смотрит на Вернона, затем переводит взгляд на машину говоря только губами «открой». — Я начну сразу с дела, — начинает говорить брюнет, откинувшись на сидение. — Мы будем играть пару для моего отца, его друзей, моих друзей и всех родственников. — А это не превышает твои полномочия? — больше с наездом спрашивает Сон. — Нет, потому что «Сон СеИ обязана сопровождать и уважать интересы клиента», — подняв указательный палец вверх, протараторил Чхве. — А это все — мои интересы. СеИ мало чего понимала в контрактах, составленных профессиональными юристами и даже если ХанСоль водит ее за нос, она бы этого не поняла. Поэтому девушка молча сидела, но злость переполняла ее изнутри. — Для этого мы должны знать друг друга так, словно и правда воркуем по ночам… — Хватит! — СеИ бесстрашно смотрит на своего клиента и поражается тем, насколько этот парень прост и амбициозен в одно и тоже время. — Если хочешь, чтобы мы «ворковали», обещай мне две вещи. — Это не входит в контракт, — коротко отвечает Вернон. — Тогда, я отказываюсь, — решительно говорит Сон. В мыслях она уже пожалела об этих слова десять тысяч раз, потому что чтобы оплатить неустойку контракта, ей нужно будет работать без выходных года два. Но с другой стороны, ХанСоль четко дал понять, что он нуждается в ней. СеИ четко слышала последнее, что сказал брюнет своему отцу и именно поэтому когда она узнала о том, что господин Чхве желает контракт на постоянной основе, ничуть не удивилась. Она играла с огнем, но на 90% была уверена, что воды достаточно. — К черту, — шипит ХанСоль, — какие два условия?