Я хочу ребёнка!

— Любимый, тебе помочь? Чимин тихонько заглянул на кухню, где Юнги с видом знатока отчищал сковородку от немного пригоревшей кожи курочки. Ну, с кем не бывает? Зазевался немножко, пригорело. Но менее вкусно не стало! Мин-и даже понравилось. Осталось только следы преступления убрать и немнооожечко почистить плиту. И всё, он снова молодец. — Нет, родной, спасибо, я почти закончил, — мягко улыбнулся Мин, вытирая очищенную сковородку и ставя её на место. — Обещаю, в следующий раз жарить ничего не буду, честно-честно. Омежка хихикнул, прислоняясь к дверному косяку и проводя мизинчиком по своей нижней губе. Ах, его муж становится таким милым, когда пытается за что-то извиниться. Чимин ведь и не думал на него злиться за то, что он забыл его предупредить о сегодняшних гостях. Мин-и ведь любит лучшего друга, обожает его альфу и души не чает в их маленьком сынишке! А то, что их балаган разбудил омегу посреди дня… Так ничего, ему не нужно столько спать. Иначе чем ночью заниматься, правильно? — А мне понравилась твоя курочка, — мурлыкнул младший, подходя ближе и вставая на цыпочки, чтобы поцеловать хёна. — Сделаешь такую же как-нибудь ещё, ммм? Клянусь, было вкусно~ — И кому же из вас было вкусно, а? — хохотнул мужчина, придерживая животик донсена и зарываясь носиком в его растрёпанные светлые волосы. Совсем недавно покрасили! Потому что «я с отросшими корнями не красивый, а ещё толстый и ты меня разлюююбиииишь». Юнги тогда еле сдержался, чтобы не захохотать над обиженным личиком мужа. Ничего страшного, это ведь был не самый страшный заскок омежки во время беременности. Да и он имел право на каждый из них. Ведь ох уж эта омежья натура… Раньше Юнги думал, что слабому полу не повезло только в плане течек и родов. Но он как-то совсем позабыл о том, что между этими двумя пунктами есть дооолгие девять месяцев кошмара. То есть… Для него-то это кошмаром не было, ибо Чимин-и, как и всегда, вёл себя словно маленький Ангел. Он совсем редко мог позволить себе какую-то из ряда вон выходящую странность, поэтому Мин-старший почти не знал забот вот уже полгода. Однако, как было сложно его омеге, когда мужчина уходил на работу, он узнал совсем недавно и даже не от Чимина! Тэхён такая добрая душа! Но проводя довольно много времени с лучшим другом, которому теперь были нужны внимание и поддержка больше, чем раньше, он поведал Юнги о том, через что проходит омега в такой период. Рассказал о личном опыте со своим альфёнком и о том, на что нехотя временами жалуется сам Чимин. Конечно, нелегко принять свой новый вес, который растёт с каждым днём, становится сложно ходить, неудобно сидеть, постоянно уставший, но сон никак не идёт. А уж когда омега перестаёт чувствовать аромат отца ребёнка… Эх, токсикоз тут как тут! И ладно, если немного подташнивает. А ведь бывает, что полоскает хуже, чем при отравлении! И кусок в горло не лезет… У альфы едва волосы на голове не зашевелились, когда он понял, на что обрёк любимого своим согласием полгода назад. Это ведь просто какой-то ночной кошмар!.. И Юнги до сих пор бы так считал, если бы не Мин-и. Его маленький, округлившийся омежка, который в его присутствии никогда не перестаёт улыбаться. Надо было видеть ту радость в глазах парня, когда тест так скоро показал ему две полоски. Он носился по квартире, визжа от радости, не переставал целовать мужа и то и дело подбегал к зеркалу, чтобы посмотреть на свой пока ещё плоский животик и погладить его, приговаривая, как он ждёт малютку. И как уже всем сердцем любит его… А эта улыбка, широкая и счастливая, не сходила с его лица все эти шесть месяцев. Его счастье было настолько заразительным, что Юнги никак не мог устоять. Пусть вначале он даже не слишком понимал, что именно произошло и что их вскоре ожидает… Всё изменило узи на четвёртом месяце. Они ждали омегу. Мальчика-омегу, как и хотел Юнги. Конечно, он давно понял это, поскольку аромат возлюбленного стал более сладким. Но увидеть всё самому на большом экране… Как их малыш едва заметно шевелится внутри, как горят глаза Чимина при виде своего маленького сокровища… Мину казалось, он схватит сердечный приступ от умиления с этой картины. Совсем немного, малыш. Скоро мы будем семьёй… — Ладно, уже поздно, — опомнился мужчина, мягко целуя мужа в сладкие после мармелада губки. — Идите спать. Я тут закончу и приду. — Хорошо… — тихонько зевнул омега и пошёл в спальню. Маленький пингвинчик~ И альфе казалось, что он никогда не устанет смотреть на это чудо… Но его ждёт плита, да. Сперва работа, а полюбуется супругом он попозже. В конце концов, зря он что ли себе на завтра выбил выходной? Старший расправился с кухней почти что через час, поэтому в комнату к мужу зашёл на цыпочках. Чимин был уже переодет в свою любимую пижамку и дремал возле ночника с книгой в руке. В последнее время он очень часто засыпает вот так, не дочитав главу. Юнги с улыбкой вздохнул, обходя кровать и присаживаясь на её краешек со стороны омеги. Мх… Его Мин-и выглядит просто непозволительно очаровательно, наев себе небольшие щёчки. А округлая фигура нисколечки не умаляет его привлекательности. Альфа ничего не мог с этим поделать! От сладкого аромата кружило голову и сопротивляться себе не было никаких сил. Ну… он же ничего такого не делает, верно? Он просто любуется своим законным супругом. Убрав книжку на тумбочку, предварительно сделав закладку на том месте, где остановился донсен, Юнги опустил руку на животик омеги, мягко поглаживая его круговыми движениями. Он знал, что малыш это любит. Ведь уже через пару минут он почувствовал небольшой толчок в свою ладонь. Вот так! Папа спит, а малыш не спит! Малыш хочет, чтобы его приласкали. Альфа не смог сдержать улыбки, осторожно приподнимая футболку мужа и припадая губами к горячей, туго натянутой коже. У старшего буквально мурашки пробежали по спине от тихого стона возлюбленного, когда тот повернул голову, но так и не проснулся, позволяя Юнги действовать дальше. Хён прижался своей холодной щекой к животику, чувствуя колебания внутри и приходя от этого в какой-то поистине неописуемый восторг. Он вдыхал аромат своих малышей, ощущая лёгкую эйфорию от происходящего. А затем… Он нарёк себя последним извращенцем, когда понял, что беременный муж его нереально возбуждает, о чём уже вот как минут десять активно сигнализирует упирающийся в ткань домашних штанов член. — Мин Чимин, неси ответственность, — пробормотал Юнги, поднимаясь поцелуями выше и, задрав футболку мужа до плеч, припадая к бусинке соска, обводя его горячим языком и захватывая в плен зубами. Из груди омеги вырвался тихий стон, но глаз он так и не открыл, хотя дыхание его стало более глубоким. Малыш подогнул ножки, слегка ёрзая на постели и отчётливо давая понять супругу, что игры его бесследно не проходят. — Моя сладкая конфетка… Устроившись между ног омеги, мужчина осторожно приспустил его пижамные штаны, лицезрея просто крышесносящую картину. Чимин был восхитительным! Особенно вот такой, немного неповоротливый, неуклюжий, до безумия милый и весь его! Прикусив нижнюю губу от нетерпения, альфа обхватил своими длинными музыкальными пальцами возбуждение Мин-и и проехался ими от основания до головки, а затем обратно, заставляя супруга тихонько захныкать и податься бёдрами вперёд. О, да, ему нравилось… Ему безумно нравилось! Тогда к чему спешить? Обхватив согнутую ножку одной рукой, Юнги припал к коленке губами, целуя своего кроху через ткань штанов, но даже это заставляло член омежки нетерпеливо дёрнуться в руках мужа. Мин продолжал изводить омегу, стягивая пижамные штаны до щиколоток и скользя губами по внутренней стороне бедра Чимина. Его сонные, высокие стоны… Это была божественная музыка! И это было то, что никто другой никогда не услышит. Это музыка для Юнги… — Ты изверг… — хныкал непроснувшийся до конца муж, приподнимая бёдра навстречу альфе. На кончике члена уже проступали капельки семени, но Мин не планировал заканчивать с ним так быстро. — Юн-и… — Я люблю тебя… — шептал он, медленно погружая в постепенно увлажняющееся колечко мышц сразу два пальца, растягивая омегу для себя и срывая с губ новые и новые стоны. — Я буквально околдован тобой, детка… — Ммммх… — выгибался Чимин, придерживая одной рукой живот, чтобы не завалиться никуда по неосторожности. — Юнги… Разве можно?.. — Мы осторожно, — пообещал альфа, целуя округлое пузико чуть ниже пупка и обхватывая губами большой палец младшего. — Я уточнял, в определённых позах ребёнку это не навредит. Чимин облизнул пересохшие губы, делая бровки домиком и оттого выглядя таким беззащитным… Но он был до одури счастлив. Наслушался же в больницах, что из-за беременности мужья начинают гулять от омег в поисках простого удовлетворения потребностей! Что омеги перестают их привлекать с животами и что после родов интимная жизнь исчезает чуть ли не на несколько лет! И не из-за нехватки времени… а просто из-за отсутствия влечения. Мин-и так боялся, что Юнги… Нет, не изменит. Юнги не такой и он бы ни за что так не поступил со своим мужем. Чимин ему в этом плане безоговорочно доверял. Однако… Страхи, что супруг потеряет к нему интерес после рождения малыша… Что хён больше никогда не сможет посмотреть на него так, как когда-то давно, ещё в колледже… Они были ровно до этой минуты. — Что я?.. — Всё хорошо… — улыбнулся альфа, помогая младшему осторожно перевернуться и встать на четвереньки. Ох, с этого ракурса омега был ещё более восхитительным! — Боги, маленький мой, ты просто бесподобен… — быстро поговорил он, пристраиваясь сзади и приставляя член к такому манящему увлажнённому смазкой колечку мышц, медленно входя внутрь и вынуждая Чимина снова едва не проститься с гравитацией. Придерживая животик одной рукой, Юнги начал медленно двигаться, второй ладонью сминая аппетитные ягодицы Мин-и и оставляя на них лёгкие покраснения. Он знал, что его котик любит, и всегда давал ему то, что нужно. Больше он никогда не напугает его, ни за что не оставит в сомнениях. А уж доказывать свои чувства точно не устанет… Чимин опирался двумя руками в матрас, чтобы не потерять равновесие, но это было очень сложно. Попробуйте сами, когда ваш муж — Мин Юнги! От него голова кругом даже на стадии предварительных ласк, а уж когда дело до процесса доходит… Мин-и чувствовал своего альфу внутри и вы вряд ли найдёте на всём белом свете омегу, что был бы счастливее Чимина. Темп постепенно нарастал и теперь омега даже не пытался пожалеть соседей и сдержать свои стоны наслаждения. Ему было слишком хорошо, чтобы он задумывался о чём-то подобном. Сминая простыни и чувствуя приближающуюся эйфорию, он ощутил поцелуй на своих лопатках и не выдержал, изливаясь на новые простыни в бурном оргазме одновременно со своим избранником. Поддержав мужа, Юнги вышел из его тела, помогая устроиться на своей половине, а сам отлучился за влажными салфетками, ликвидируя последствия их небольшой шалости. Чимин сонно натягивал свои штанишки обратно, наблюдая за тем, как альфа отчищает его место и даёт ему чуть-чуть подсохнуть, пока сам переодевается в пижаму. И омежка просто не мог отвести взгляда от него. Чимину так повезло… Только он вправе смотреть на это слишком стройное для альфы тело, царственно бледную кожу, осветлённые в знак солидарности волосы и мягкую, снисходительную улыбку. — У нас самый лучший папочка, да? — хихикал Чимин, поглаживая разбушевавшийся животик. — Такого второго нам не найти. А мы и искать не будем, правда? Нам никто больше не нужен… — Опять с сыном за моей спиной секретничаешь? — тихо засмеялся альфа, аккуратно двигая омежку к его месту и подкатываясь ближе. — Что-то я не расслышал про папу. Какой-какой я? — Самый-самый, — улыбался Мин-и, сонно потирая глазки и чувствуя короткий толчок. — Вот, и Тэм-и со мной согласен… Но не слишком зазнавайтесь, молодой человек! Разбудили мне ребёнка, и что прикажете сейчас делать с этим егозой? Спать он теперь явно не намерен. — Ха! Ваш егозёнок и до того не слишком-то противился бодрствованию! — веселился альфа, спускаясь обратно к животику мужа. — Он мой настолько же, насколько и твой, — довольно произнёс Чимин. — О, поверь, любимый, уж в этом я не сомневаюсь, — мягко поцеловал животик Юнги. — А вообще… Спасибо тебе, Мин-и. Я и правда не понимал, какое ребёнок, на самом деле, счастье. И… я тут подумал… — О чём? — Когда родится Тэм-и, то, может, через годик… Заведём второго?..