Ты ведь не такой как все?

Ты поворачиваешься ко мне и бегаешь глазами вокруг дерева, а меня даже не замечаешь. Сердце пропускает удар, а я сажусь куда-то туда, на снег, но вовсе ничего не чувствую, даже мороза. Кроме нас двоих тут никого, ну а точнее, как я понимаю, кроме него тут нет никого. Все ушли. Он идёт дальше, просто проходит мимо меня. Я медленно перевожу взгляд туда, где раньше стоял ты.

***

Трубку никто не берёт, ни его брат, ни его отец. Все буквально забыли про него. Ему только недавно дали телефон, а Эстония специально дал ему телефон Германии, хоть и понимал, что поступает неправильно по отношению к своему брату. Но это было единственным спасением мальчишки от чёртовой депрессии, которая во времена СССР не была распространена. Мальчишка постоянно набирает маленькими пальцами номер своего друга, а в ответ лишь гудки. Он ведь сам не знает что с ним случилось, последний до конца верит что с ним всё хорошо, у него просто забрали телефон.

***

17 лет. Тот хрупкий мальчишка стал довольно красивым русым парнем, который даже сейчас на своём сотовом телефоне набирает номер друга. Даже сейчас гудки. Он медленно поднимается с кровати и направляется на кухню где его ждал вечно весёлый брат. - Доброе ут - не успел тот договорить как на его одарил вечно недовольный взгляд. - Ебало своё закрой. - Тот подходит к сковороде, и сделав себе кофе, уходит в свою комнату. Их отношения с теперь уже Беларусью очень изменились, раньше у них были тёплые отношения, а сейчас холодные. Будто бы держатся на одной волосинке, которая в любой момент может оборваться. Украинец берёт тетради со своего стола и заходит в комнату России, а после кидает их ему на стол. - Вот, и подавись этими тетрадками, уёбок. - он громко хлопает дверью и уходит, собирает свои вещи и направляется в сторону выхода. - Украина, ты куда? - с кухни выходит его старший брат Казахстан. - Опять вязаться с каким-то уёбком, которого заберёшь ты, своими прелестными крыльями! Туда куда мне надо! - он выходит из дома и направляется в сторону ближайшего кафе. А может он и знает что на самом деле произошло? На самом деле он всё слышал, на своё пятнадцатилетие всю правду, даже не смотря на то что это всё было подслушано. Даже сейчас Украина не забыл свою любовь, того которого даже сейчас любит. Он пробовал завести отношения с Канадой, но всё в итоге закончилось грандиозным скандалом, изменой и новой дозой табака, сигаретами которые постоянно тушились об бледные руки и порезами, не глубокими. Он умереть не хотел, уж слишком это будет с его стороны. Хотение увидеть своего любимого не на больничной койке к которой его не подпускали, а рядом с собой, на его плече, с его улыбкой которая прекрасна. Он быстро садится за стол и смотрит в окно, через час начнётся первая пара, а он всё ещё тут, ну уж точно неизбежно опоздает, но украинца это как-то не волновало. Он достаёт телефон набирая уже довольно старый номер. Гудки. Но трубку так никто и не взял, он откладывает телефон и смотрит на все те влюблённые парочки, что мило сидят и также мило болтают. В кафе заходит высокий парень на вид лет двадцати, он медленно присаживается возле украинца и тихо говорит: - Привет. - ответа он не услышал, только тишина, его взгляд упал на грустного украинца. - У меня для тебя есть новости. - Какие же? - наконец подаёт голос украинец и смотрит на своего собеседника. - Итак, первая новость, ты можешь съехать в квартиру, но она по праву принадлежит Германии, так что ты можешь пожить у него до того момента как он полностью не поправится. - недолгая пауза перед второй новостью всё нарастала и нарастала. - Вторая. Германия очнулся, но он и сейчас не в лучшем состоянии. - глаза хохла открылись полностью, а последний с радостью посмотрел на собеседника. Такой же радости по этому поводу в глазах собеседника не наблюдалось. Улыбка, которая красовалась на губах его зияла только из-за появившейся на лице брата. Юноша резко подскакивает на месте и бросается на шею родственника. Тёплые, крепкие объятия, которых не было так давно, которых так давно не видел никто из их семьи. В целом как и улыбку, после того, как Гера впал в кому. С тех пор много воды утекло. Многое произошло, и многое обошло мимо. Каждый год обещают конец света, и каждый раз ныне уже Украина молится богу о том, чтобы перед концом все а, перед своей смертью обмолвиться хоть парой слов с когда-то незаменимым человеком. Эти мысли одновременно огорчают и радуют мальчишку, он думает об этом, заключая старшего в свои цепкие, узловатые, тонкие пальцы. Мысли постепенно уходят, разум проясняется и возвращается в реальность. Без какой-либо ненависти или отчаяния, больше похоже на неохота, но он отстраняется от старшего и вновь широко улыбнувшись убегает на встречу к пришедшему в себя немцу.

***

Я сонно смотрю по сторонам, голова жёстко гудит, тусклые лампы еле-еле освещают всю мою палату. Кислородная маска в который раз выручает меня, позволяя дышать. Мне кажется, что я лежу здесь вечность, хотя так и есть, я так и не увидел своего любимого украинца, и я даже не надеюсь что он меня помнит, но все же я искренне надеюсь на это. Я плохо помню, что произошло, почему я тут, и из-за кого, да и медсестры на мои вопросы молчат, зато на вопросы про Украину говорят что он свободная страна, и очень красивая, ну да. А как иначе?