Be Gay. Do Crimes

      Самым неприятным в работе констебля, как опытным путем выяснил Азирафаэль, была необходимость постоянно бегать (нет. не за преступниками, о чем вы. За кофе вышестоящему по должности тирану в сержантских погонах) и просиживать бесконечные часы на летучках Гавриила. По крайней мере, справляться со второй бедой парень уже научился.       «И юный Рыбак вошел и преклонил колени на душистые тростники, покрывавшие пол, и обратился к Священнику, читавшему Библию, и сказал ему громко.» — Внимание! — слух мутно уловил знакомые командные интонации. «- Отец, я полюбил Деву морскую, но между мною и ею встала моя душа. Научи, как избавиться мне от души, ибо поистине она мне не надобна. К чему мне моя душа?» — Эй, — Азирафаэль вздрогнул, отрываясь от страницы. Сержант Шедвелл, обычно крайне спокойно относившийся к своим служебным обязанностям, прямо-таки преображался с появлением начальства. Вот и сейчас, недовольно шикнув на парня, он снова весь обратился в слух. Воровато оглянувшись, Азирафаэль снова нырнул в книгу, продолжая чтение на предусмотрительно заложенной пальцем странице «- Горе! Горе тебе, ты лишился рассудка. Или ты отравлен ядовитыми травами? Душа есть самое святое в человеке и дарована нам господом богом, чтобы мы достойно владели ею. Нет ничего драгоценнее, чем…» В этот раз констебль прямо-таки подпрыгнул на месте — тяжелая рука опустилась на плечо, над головой раздался знакомый голос — Внимание! — вот сейчас Азирафаэль уже окончательно захлопнул книгу, судорожно пытаясь упрятать эту улику должностного непослушания куда-нибудь под бесчисленные документы и папки, разваленные на столе. Но, кажется, на сегодня пронесло — возникновение шефа за его спиной оказалось лишь очередным ораторским ходом последнего. Гавриил продолжал, — у меня чудесная новость, — решительно влетевший в помещение он победно улыбался. Бывалые сотрудники неверяще переглянулись — такая добродушная фамильярность с подчиненными, прямиком из американских фильмов про провинциальных шерифов, их шефу была не свойственна, — кажется, мы напали на след…внимание, — улыбка расползлась еще на несколько сантиметров, — Светоносного! — по офису пронесся неверящий шёпот. Ничего не понимающий Азирафаэль, беспокойно забегал взглядом по удивленным лицам, — нам удалось выцепить одного из его бегунков*. Бедняга великодушно согласился познакомить нас со своим боссом, — шутливая улыбка моментально иссохлась, — завтра состоится передача товара особой ценности, и Светоносный будет рисутствовать. Мы перехватим и товар, и преступника. Так что за работу! — он изобразил в воздухе какой-то нелепый победный жест. Отлипая наконец от спинки стула констебля, он склонился к Шедвеллу, — сержант, в мой кабинет. Сейчас.

***

      Что может быть увлекательнее хлипкого пластикового стаканчика кипятка? Только неаккуратно опущенный в этот стакан пакетик чая. И, конечно, опущенный так, что веревочка с красочным ярлычком безвестно сгинет во все том же кипятке. — Эй, салага, — Азирафаэль дернулся на голос сержанта. Изобразить на лице что-то напоминающее приветливое уважение после того, как ты секунду назад усердно дул на обожжённые пальцы, довольно сложно. Но констебль определенно постарался, — сегодня у тебя счастливый день. Кажется, шеф тебя запомнил — приказал взять на сегодняшнее задание. Ну, каково? — сержант приземлился на свой стул. Совсем не задумываясь, Шедвелл потянулся к злополучному стаканчику Азирафаэля. И парой глотков опустошил, решив всю дилемму парня — тот постарался выглядеть как можно менее шокированным — Простите, но…кажется, я ничего не понимаю. Кто этот Светоносный? Пробовал пробить по базе данных — ничего. Никаких дел на него нет, но тогда почему… — А где сахар? Ты почему не положил? Запомни, констебль, девять ложек. Девять. Пью только такой, — сержант продолжал потягивать вероломно присвоенный чай с выражением полнейшего презрения на лице. Азирафаэль непонимающе уставился на Шедвелла — не такой ответ он ожидал услышать на свою путаную триаду. — Но, сержант… Простите, то есть… Я хотел спросить! — Ну, Светоносный или Люцифер, Денница. Нет? — растерянность на лице Азирафаэля не просветлела ни на йоту, — не знать этого шельмеца! Да как вас только в полицию берут. Тьфу… — сержант с чувством впечатал хлипкий пластиковый стаканчик в стол, — Светоносный управляет Лондоном, — великодушно пояснил Шедвелл, — весь рынок наркотиков: снег, кислота — все оружие из-под полы поставляется им. Самая широкая сеть тайных агентов, «свои» люди на каждом управленческом посту. Говорят, никто никогда не видел его лица, не знает настоящего имени….но, как по мне, это все мелочи. Раз ничего сверхъестественного нет, — «да еще и количество сосков чересчур близко к норме» — добавил про себя Азирафаэль. — то и разговор с этим жуликом короткий, — сержант многозначительно сложил руки на животе, — а про девять ложек ты все-таки не забывай.