Карточные домики

В темноте квартиры Техена тускло горят огни из открытого окна, а на диване сопит завернутое в толстовку, скукоженное некто, которому на Рождество явно очень наплевать. У Сокджина же, пардон, шок мировых масштабов. У него просто слов нет. - Это Техен! - весело заявил тогда Чимин на рождественской ярмарке, и первое, что ударило Сокджина со всей силы по мозгам, это отчаянное "красивый". Техен, о котором столько трепался Чимин, оказался... красивым. Даже удивительно. У Пака в друзьях обычно нормальных людей не бывает (взять хотя бы того же бешенного Хосока), а Техен.. Техен смотрит. Черными глазами, с усмешкой на губах. Внимательно и тяжело, так, словно.. Сокджин сглатывает - ничего себе поворот событий, он уже давно так не нервничал. Но.. ему определенно нравится то, куда это все идет. Ему нравится предвкушать то и думать о том, что может значить этот взгляд. И сам Техен тоже - нравится. Чимин по причине своей одуванчиковости смены настроения не замечает. Таскает их по разным прилавкам, когда темнеет - откланивается.. а Техен приглашает Сокджина к себе домой, на "попить чаю и посмотреть фильм ". Такое клише, на самом деле. Но старший не против чая, особенно если с этим парнем. Да и так он хотя бы на одно Рождество сможет притвориться, будто не одинок. Поэтому Сокджин соглашается и даже героически выдерживает неловкий путь до чужой квартиры.. чтобы потом ему вот так вот разорвали все рождественские шаблоны теплых пледов и поцелуев на самом интересном месте. Он медленно поворачивается к разувающемуся Техену. -.. У тебя дома кто-то есть? - У меня дома кто-то есть?!- шарахается Техен совершенно искренне, но тут же хлопает себя по лбу. - Ааа, так это ж Юнги, мы делим квартиру. Не обращай внимания, просто постарайся не шуметь. Проходи на кухню, я сейчас. - Скалится довольно, и, кажется, ему реально весело смотреть на возмущение Джина, но у того по кусочкам рушится вечер, и что вообще значит на _кухню_. Где, в каком вообще месте есть романтика на _кухне_ с желтым электричечким светом и жёсткими стульями? Техен входит следом с упаковкой чипсов, ноутом и черезмерно громадным одеялом в пододеяльнике с рыбками. Суетится, кипятит закальцинированный чайник и ставит перед Сокджином чай со вкусом корицы. С побитой кружки злобно сверлит взгляд какой-то анимешной морды. - Подвинься - невозмутимо просит Техен. Стулья неудобно сдвигаются вместе, но парень ухитряется частично втиснутся на место старшего - а касаться коленями так странно ужасно, и Сокджин бы засмущался, но тупо не успевает: на ноги ложится пуховое одеяло, поверх еще комп и руки с горячими чашками. - И вот это.. твое рождество? - зачем-то спрашивает он, когда Техен действительно включает какую-то тупую комедию на нетфликсе. Тот улыбается, сверкая квадратной улыбкой, и, кажется, сейчас нет на свете человека довольнее него. - Да! Мне показалось, ты заценишь. И на эту честность что-то странно отдается в груди, эхом переходя другому через их прижатые друг к другу плечи и колени. Фильм стартует, но тише не становится: Техен хихикает много, и иногда без повода. Бесперерывно болтает и тянется за новой горсткой чипсов через Сокджина. Не бросает никаких взглядов украдкой, не касается бедра или чего-то еще - лишь прямо и честно, весело и открыто смотрит в глаза. Это правда так странно. Сокджину растерянно и жарко под одеялом. "У Чимина все-таки не бывает нормальных друзей", проскакивает отчаянная мысль. "Этот тоже ёбнутый." А чай в это время пахнет глинтвейном. Но Сокджин скорее уж сдохнет чем признается, что ему неожиданно понравилась эта кислая дрянь.