Trembling Giant

Кроули не был обычным демоном. Дело в том, что у него был один дар. Дар, о котором он думал, сидя рядом с ребенком. Падший притворялся слепым нищим, натянув на глаза черную повязку. Ребенок тихо плакал, весь в синяках и ссадинах. Прежде чем он осознал, что собирается сделать, Кроули дотронулся до этого ребенка. Синяки исчезли прямо у него на глазах. Кроули перевел взгляд на свою руку. Глаза сверкнули золотом, когда забытое воспоминание внезапно всплыло в его сознании. — Для чего мне дана возможность исцелять, если нет тех, кто в этом нуждается? — спрашивал он, тогда еще ангел, а не Кроули. Это было его первым вопросом среди многих-многих других. Ангел, который лишь задавал вопросы. Он почувствовал чью-то руку на своем плече. Чьё-то присутствие ощущалось невероятно сильно, было одновременно и ужасным, и прекрасным, но, главное, наполненным такой любовью, что каждый раз он был ошеломлен. Это была Она. Ангел обнаружил себя стоящим на коленях. — Дитя мое, подожди немного. Поверь мне, скоро ты поймешь. Это точно не было ответом. Он ничего не понял. Он пошел со своими вопросами к старшему брату. Его звезды плыли за ним по небу, соединяясь в созвездия, которые бледнели в сравнении с сиянием благодати его брата и его чистыми белыми крыльями. Его собственные крылья были как галактики, над которыми он усердно работал, создавая множеством голубых, серебряных, пурпурных и розовых цветов. Все звезды и галактики выжигались с его крыльев до тех пор, пока не осталась лишь бездонная и ужасная, как бездна, тьма. Черные крылья олицетворяли пустоту, его потерю всего. Так он думал. Но несмотря на то, что у него не было больше ангельской благодати, его дар частично сохранился. Демоны не должны уметь исцелять. Почему у него этот дар? Он задавался этим вопросом на протяжении многих лет, но давно перестал получать ответы от Нее и тем более спрашивать свое новое начальство. Вместо этого, он смотрел на своего ангела, которого отправили на Землю, чтобы противостоять ему, или, возможно, в наказание за то, что ангел потерял свой огненный меч. На самом деле, здесь были всегда только они двое. Кроули не обращал внимания на низших демонов или на других Падших. Никто из них никогда просто не оставался надолго Земле. Только он и ангел наблюдали за людьми и их развитием. Искушая, исцеляя и спасая их. Слушая их музыку или пробуя их еду. И все из этого было просто потрясающе, все то, что делают люди.

***

1670  — Сэр. — Ребенок, которого он исцелил, дотронулся до его плеча. Его голос был очень тих. — Вы в порядке?  — Нет, — честно ответил Кроули. Ему не следует быть честным. Не тогда, когда он вспоминал, как благодать была вырвана из него. Воспоминания приходили всякий раз, когда он пользовался даром. Все, что он делал, это лишь задавал различные вопросы Ей. Зачем создавать вред? Зачем нужны страдания? Зачем создавать их, если она против того, чтобы кто-то страдал? Почему изгнала своего брата? Кроули помнил эти вопросы. Когда он забыл свое имя, то забыл, кто он такой. Он даже почти не помнил своих трех братьев, все они были старше него. Но это теперь не имело значения. — Как зовут тебя, мальчик? — спросил в конце-концов Кроули. — Фергюс, сэр. А вас? — Кроули. Кроули снял очки и пристально посмотрел на ребенка своими змеиными глазами. Тот даже не вздрогнул. Он следовал за ним. Как бы Кроули не старался его прогнать, ребенок не собирался отступать. В конце концов падший сдался и даже взял его в ученики, научив выживать и ставить на первое место именно свое выживание, а не спасение кого-либо. Ребенок вырос. Хитрый и умный, он явно склонялся к темной стороне жизни. Однажды это дорого ему обойдется. Но он знал все риски. Кроули не был уверен в своих чувствах насчет этого. Судя по всему, он просто привычно искушает и портит человека. Но ему не хотелось делать подобное с этим человеком. В одну ночь Кроули просто исчез из жизни подростка. Кажется, ему определенно нужно посетить Италию и позволить Азирафаэлю соблазнить какой-либо пастой. Они могли бы попробовать новый сорт вина.

***

«Это было правильным» — думал Кроули, вертя вилкой в тарелке и потягивая вино вместе со своим ангелом. Паста была хороша. О, какие же чудесные вещи придумали люди. Кроули не знал ни о впечатлении, которое произвел на того ребенка, ни о семидесятилетнем возрасте демона, принявшем его имя. В конце концов, в канцелярии Ада его все еще называли Кроули или Змеем. Его имя — просто цепочка рун, предшествующих любому человеческому языку.

***

Следующий доклад Адама должен был быть про Альфу Центавра. — Мы можем туда отправиться. Кроули разрывало от восторга, когда он поставил тарелку с яблоками перед Адамом и выхватил у него начатое эссе. Их тринадцатилетнему крестнику понравился маленький коттедж, который они с Азирафаэлем приобрели. Вокруг коттеджа был разбит большой сад с красивыми растениями, что испугано дрожали, стоило Кроули проходить мимо, и тянулись к Азирафаэлю, когда тот прогуливался по саду. — На Альфу Центавра? — уточнил Азирафаэль, сидя напротив подростка с книгой на коленях и наслаждаясь горячим какао. — Именно так. — Кроули, не скрывая своего энтузиазма, кивнул в подтверждение. — Я создал эту систему. — Это самые близкие к Земле звезды, не считая солнце, — задумчиво проговорил Адам. Кроули очень надеялся, что его крестник захочет посетить звездную систему. На данный момент Альфа Центавра C будет находится рядом со звездами Центавра A и B, поэтому ему хотелось показать красоту союза этих трех звезд и Азирафаэлю, и Адаму. Люди пока плохо изучили Центавра C, поэтому Адаму было бы здорово иметь подобное в своем докладе. Кроули не был поклонником НАСА, вовсе нет. Просто он был слишком увлечен звездами. — Ты никогда не рассказывал, что работал над этим, дорогой. — Азирафаэль закрыл книгу и внимательно посмотрел на демона. — Кажется, раньше я был звездным кузнецом, — признался Кроули, несмотря на то, что в его памяти оставалось еще слишком много белых пятен. Например, он не помнил, как его звали, когда он был ангелом, или же не мог вспомнить многое из того, чем занимался в то время. Он никогда не забывал о падении. О вопросах, которые постоянно задавал. Но все это уже не имело значения. Рай, Ад, ничего из этого. Теперь они были на своей стороне. Демон, ангел и бывший антихрист. Почти как настоящая семья. — До того, как решил неторопливо прогуляться вниз? — поддразнил Азирафаэль с лукавой улыбкой. Кроули поймал себя на том, что улыбается в ответ. Каждый день, что он проводил в обществе Азирафаэля, не заботясь о масках, был блаженством. Он даже на время мог забыть, что был изгнан. — Мы можем взять с собой Пеппер, Брайана и Уэнслидейла? — спросил Адам. Его дружба с троицей Этих стала лишь прочнее после событий с Армагеддоном. — Не вижу причин этого не делать, — улыбнулся ангел. — Это было бы приятное времяпровождение. Мы могли бы взять «Бентли». — Только не мой «Бентли» — вяло запротестовал Кроули. — Ты снова его переделаешь. К сожалению, они не смогли взять с собой Этих. Не тогда, когда Кроули прикинул, что на его «Бентли» потребуется гораздо больше времени и сил, чем на телепортацию Азирафаэля, Адама и самого Кроули. Мама Адама согласилась присмотреть в этот день за псом. Они стояли в вечных сумерках на Проксима Центавра B, маленькой экзопланете. Оба крыла Азирафаэля заслоняли Адама, стоящего между ангелом и демоном. Адам на всякий случай держал их за руки. Вокруг них кружился ветер и струился свет, золотисто-лавандовый, что сливался с темно-пурпурным и синим светом. — Они ее еще не обнаружили, — тихо произнес Кроули в лучах заката, что длится здесь больше суток. — Планету или звезду? — уточнил Азирафаэль, задевая своим белым крылом черное крыло Кроули. Интересно, был ли здесь Азирафаэль раньше? Слушал ли пение звезд? — Обеих. Они постояли еще немного просто так, наслаждаясь видом золотого света на горах и огромного каньона под ними. Вдалеке на вечернем небе ярко сияли две звезды. — А это, — указал Кроули, наклоняясь к Адаму и Азирафаэлю, — Альфа Центавра A и B. — И это ты их создал? — изумленно спросил Адам. — Да. — протянул Кроули с легкой улыбкой на лице. В последнее время он стал чаще вспоминать своё прошлое. Забавно, как долго он помнил лишь только боль падения и собственные нескончаемые вопросы. Теперь же он мог вспомнить, что создавал. — Спасибо, дорогой. — Азирафаэль ободряюще сжал его руку. — Пойдем смотреть на Альфу Центавра! — Адам обнял обоих крестных, стараясь не задеть их крылья. — Конечно. И Кроули, и Азирафаэль перемещались в пространстве на крыльях и их движения были идеально синхронны. Они пролетели достаточно много, чтобы стало возможно увидеть три планеты, вращающиеся вокруг двойной звездной системы и две яркие звезды, что вечно будут танцевать друг с другом. Когда их свет дотянулся до Кроули, Адама и Азирафаэля, оставшиеся части благодати Кроули откликнулись на зов звездной системы. Альфа Центавра ответила песней, пронося ее через свет, омывая их троих рассказами о солнечных вспышках, притяжении планет и огнях далеких звезд, о том, как они счастливы, что он вернулся, о сожалении, что так долго не навещал. Они пели о своей любви к создателю, посылая волны света и танцующих солнечных зайчиков. Азирафаэль, Кроули и Адам просто нежились в тепле Альфы Центавра и слушали эту песню. — Кроули, дорогой, нам пора. — ангел нежно коснулся крылом его волос. Он не мог помочь, но старался поддержать. Эти прикосновения все еще казались чем-то новым и особенным, несмотря на прошедшие два года. Но сейчас это прикосновение было также напоминанием о том, что они не могут поддерживать силовое поле вокруг Адама постоянно. — Увидимся позже, Альфа Центавра. Кроули высвободил немного силы, что была частью его, прощаясь со своим творением. Он положил руку на плечо Адама и кивнул в сторону Азирафаэля. Свет Альфы Центавра обволок их напоследок и Кроули помахал рукой. Они полетели обратно, так и не услышав последний ответ звездной системы. Имя в звездной песни, которому потребовалось целых четыре года, чтобы достичь земли. Имя, бывшее наполовину песней, но наполовину криком звезд. Рафаэль.