Кто ты?

— Там… Там Хейли похитили и собираются провоцировать роды… — с этими словами Ребекка оказалась на балконе. Улыбка мгновенно спала с наших лиц, а по коже прошёлся мороз. Такой же был мороз когда убили Сюзанну и Кола, но я почему-то не придала этому значение. Теперь же я не упущу эту деталь. — Далия, — прошептала я, смотря на Ребекку. — Где они? — Фрея этим уже занимается, — коротко ответила Ребекка, а в её глазах мелькнули слезы. — Я сообщу, если мы что-то найдём, — добавила блондинка, развернувшись она уже хотела уйти, но я её остановила. — Я могу помочь Фреи, — Ребекка дёрнула уголки губ в улыбке, но в глазах была печаль и боль. — Было бы здорово, — она исчезла на вампирской скорости, оставляя нас вновь одних.       К Хейли я также сильно привязалась как и к остальным. Она старалась поддерживать меня в тот переломный момент и я безумно благодарна ей за это. Ей тоже было тяжко, ведь Клаус не признавал того, что она беременна от него. Он просто отказался её защищать и помогать, потому защищала её только я. Именно я отговорила её от того, чтобы она пила волчий аконит. Хейли хотела избавиться от ребёнка, но я оказалась в нужное время и в нужном месте. — Ты чего творишь, дура! — выдергивая из её рук стакан с волчьим аконитом, кричала я. Я просто проезжала мимо, когда увидела Хейли на скамейке. — Я не хочу этого ребёнка! — в тон мне ответила она, всплеснув руками. Ей было тяжело. Я знала это, но она не говорила мне об этом. Она хотела казаться сильной, но эта боль не давала ей нормальной жизни.       На Хейли теперь была открыта охота, ведь она беременна каким-то чудо-ребёнком, который принесёт только смерть и разрушения в этот мир. — Послушай, когда этот ребёнок родится ты отдашь все, лишь бы защитить его или её, — беря её руки в свои, говорила я. Я бы хотела иметь детей, но увы и ах, вампиры не могут иметь детей. Это печально. И больно. — Пообещай мне, что если со мной что-то случиться ты защитишь малыша, — сквозь слезы попросила она, сжимая мои руки. — Хейли… — Пообещай, — упрямо продолжила она, испытывающе смотря на меня. — Обещаю, — выдохнула я, а затем обняла её. — Всё будет в порядке, милая, — осторожно произнёс Кол, тем самым вырывая меня из воспоминаний. В его читалось беспокойство. Беспокойство за меня. — Она умрёт, Кол, — он крепко обнял меня, стараясь как-то успокоить и заставить не думать о плохом. — Она умрёт, — вновь повторила я, давясь слезами. Слёзы больно обжигали не только щеки, но и сердце. Они будто резали его на мелкие кусочки, заставляя чувствовать боль и кровоточить зажившие раны, которые когда-то были покрыты плотной корочкой. Корочка оказалась не такой плотной. — Фрея ждёт, — он оторвал меня от своей груди и стёр ладонью лившиеся слезы. Эта поддержка в трудную минуту так ценна. Когда Кол сам нуждался в этой поддержке, то он находил её в лице меня. Именно я поддержала его тогда. Сейчас он отплачивает мне той же монетой.       Спустившись вниз, мы увидели как горит карта города и тихое шипение Фреи. Стайлз тихо и едко комментировал её действия. Ребекки и Элайджи уже не было, потому нам оставалось только гадать где они. — А где Ребекка? — мой вопрос озвучил Кол, наблюдая за тем как Фрея тушит карту. — Уехали подавлять бунт среди оборотней и вампиров, — отозвался Стайлз, а затем едко отозвался в сторону Фреи. — Может ты какая-то бракованная ведьма?       Раскладывая новую карту, Фрея красочно расписывала как убьёт Стайлз, где похоронит и что скажет остальным. Стайлз угукал, соглашаясь с её словами. Когда Фрея не выдержала в него полетела книга, которая спокойно лежала на столе. — Заткнись, Стайлз, ты мешаешь сосредоточиться, — прошипела ведьма, но я остановила её, когда она начала повторять те же самые действия. — Она скрыта магией, — я ответила на её немой вопрос, а затем прокусив запястье, накапала крови. — Как будто это поможет, — вновь едко отозвался Стайлз в нашу сторону. Мм, братик копает себе могилу. Похвально, что он хочет умереть от рук ведьмы. — Заткнись, Стайлз, пока в тебя не полетело что-нибудь тяжёлое, — усмехнулся Кол, наливая в стакан виски, а затем усаживаясь в кресло.       Произнеся пару слов, кровь начала двигаться по карте, что привлекло внимание мужчин. Они с интересом наблюдали за движущейся кровью. — Церковь, — произнесла Фрея после долгой тишины. Можно было сразу догадаться, что это именно церковь. Ну да. Только я почему-то не подумала об этом.       Тишину разрезал душераздирающий крик. От этого крика вставали дыбом волосы на голове, по коже пробегали мурашки. Это её крик. Это кричали Хейли. — Нет, Кол, ты не пойдёшь со мной, — произнесла я, видя вставающего Кола. Его бровь вопросительно изогнулась. — Там твой старший брат и со мной случится ничего не случится, — он оказался рядом со мной на вампирской скорости. — С чего ты взяла, что там Клаус? — хмуро спросил Кол. — Я знаю это, — я обняла его. — Потому просто доверься мне, — попросила его я. Клаус в церкви вместе с Хейли и я чувствую это. Видимо кто-то все же смог вызвонить гибрида. — Будь осторожна, — он оставил лёгкий поцелуй на губах, а затем я исчезла из гостиной на вампирской скорости, оставляя после себя сладкий запах духов.

***

      Я осторожно и тихо пробралась в церковь, оставаясь полностью незамеченной. В церкви к стене с помощью магии был пригвожден Клаус. Его глаза пылали желтизной, волк рвался наружу.       На полу в почти бессознательном состоянии находилась Хейли, её сердцебиение было слабым и становилось слабее с каждым ударом.       Махнув рукой, Клаус отлип от стены, упав на пол с глухим стуком. Круг из свеч погас, когда я вновь махнула рукой. Ведьмы всполошились и когда Клаус хотел напасть на них, то начали сдерживать магией, ломая его кости.       В центре круга была плетёная корзинка, в которой был ребёнок, укутанный, в какую-то простынь. Ведьмы читали заклинание, а ребёнок начинал плакать.       Сжав руки, ведьмы начали корчиться от боли, ведь сосуды их мозга начали ломаться. А это очень больно, скажу я вам.       Подняв левую руку, я освободила Клауса от воздействия ведьм, которые начали воздействовать на меня, лопая мне сосуды. На меня не должна действовать магия, но она, черт возьми, действует и это очень плохо. — Обещание… — одними лишь губами прошептала Хейли, а затем я не услышала её сердцебиения. — Только через мой труп, сучка, — процедила сквозь зубы я, когда над ребёнком оказался кинжал. Сжимая кулак, я направляла этот кинжал не на ребёнка, а на ведьму, что пытается убить его. Она сопротивлялась и весьма долго, что я даже не заметила как церковь начала гореть.       Когда мои вены начало жечь, а это бывает тогда, когда я использую слишком много тёмных сил, тогда они начинают выжигать меня изнутри. Ведьма сдалась и этот кинжал вонзился в её грудь.       В то время пока я из последних сил сдерживала ведьм, Клаус вырывал их сердца. Безжалостно и упиваясь их страхом.       Когда ведьмы были наконец мертвы, Клаус взял корзинку с ребёнком в руки, крепко держа её. Вены на моих руках стали серыми, местами черными, а кожа в разы бледнее.       Огонь поглощал церковь все больше и больше, что глаза начинали слезиться. Вдруг откуда не возьмись появилась Далия. Эта женщина ядовито улыбалась, воздействия на меня и Клауса, который продолжал держать корзинку. — Уходи, — используя последние силы, я смогла сдержать её ненадолго и этого времени вполне бы хватило для того, чтобы Клаус забрал ребёнка и исчез. — Давай же, уходи! — твёрже произнесла я, когда ведьма оправляться.       В его глазах промелькнула благодарность, а затем Клаус скрылся, оставляя нас двоих. — Ты выбрала не ту сторону, наследница, — сквозь зубы шипела ведьма, воздействия на меня магией и ставя на колени. Я почувствовала во рту металлический привкус, а из носа текла тёплая и алая жидкость. Вены будто выжигали огнём, потому я не могла больше использовать свои силы. — На твоей стороне я бы уж точно не оказалась, — сжимая зубы, говорила я. — Чтобы убить ребёнка, тебе придётся убить сначала меня. — Будь по-твоему, — сила воздействия на меня увеличивалась, а огонь почти доходил до нас. Он едва не поглощал нас.       Когда я начинала все больше и больше слабеть, задыхаясь дымом, в церковь вошла девочка, шепча какое-то заклинание. На удивление Далия начала слабеть, а когда она не смогла сдерживать меня, она исчезла. Просто взяла и испарилась.       Встретиться с полом мне не дала именно эта девочка. Это была дочь Сюзанны — Хлоя и ей всего лишь шестнадцать.       Хлоя помогла мне встать и вывела на улицу, где я старалась не терять сознание. Во рту чувствовался металлический вкус, вены буквально выжигало огнём. Меня жгло изнутри.       Хлоя закинула мою руку себе на шею, а другой держала за талию, поддерживая и ведя меня. В голове был уже туман, перед глазами была лёгкая дымка, а ногами становилось перебирать все труднее и труднее.       Когда мы вошли в дом, Хлоя еле вела меня, ведь ей становилось труднее вести меня. Я держалась на каких-то каплях сознания и сил. В гостиной была слышна ругань, грязные проклятия, разбивающиеся и ломающиеся предметы и детский плач. — Помогите… Помогите ей… — это было последнее, что я смогла услышать.       Дальше ноги стали вдруг ватными, сил держаться уже не было. Вены жгло адской болью, кровь из носа и глаз. Рука соскользнула с шеи Хлои и я… Я погрузилась во тьму. Она затягивала меня, казалась привлекательной. Была только тьма и больше ничего…