Кто ты?

      Сейчас мы все были на кухне и готовили ужин, точнее кто-то готовил, а кто-то просто был морально с нами.       Лера хоть и умела вкусно готовить, но делала это редко, потому она сидела с Клаусом в обнимку.       Хоуп была ещё мала для приготовления такого ужина, потому просто сидела за столом и поддерживала разговоры.       Элайджа также сидел за столом и поддерживал разговоры, а Ребекки не было на кухне вовсе. Она была на улице, разговаривая с кем-то.       Кол хоть и готовил безумно вкусно, но сегодня этого не делал, потому он просто находился со мной и мы тихо перешептывались. Мы говорили на свои темы, что-то обсуждали, иногда он даже говорил как сделать лучше.       Потому ужин готовила вновь я. За свою долгую жизнь я научилась готовить очень вкусно, что многие меня приглашали работать шеф-поваром, но я отказывалась. Не нужно мне такое счастье. Сегодня на ужин было жареное мясо, точнее стейки, салат из свежих овощей, а точнее из огурчиков и помидорчиков, заправленных оливковым маслом. На десерт мы купили торт и мороженое, а для мороженого ещё и свежие ягоды. Так что, ужин будет вкусным.       Для взрослых мы поставили на стол две бутылочки красного вина, а для Хоуп водичка или апельсиновый сок. Вино было большой выдержки, потому было очень шикарным.       На столе уже давно стоят тарелки и разложены столовые приборы, вообще все было готово и ждали только стейки и салат. — Кол, последи за мясом, пожалуйста, — я оставила быстрый поцелуй на щеке Кола и вытерев руки о полотенце, направилась к себе в комнату за подарком для Хоуп. Кол цокнул языком, но просьбу мою выполнил.       Поднявшись в комнату, я открыла выдвижной ящик туалетного столика и ничего не нашла, кроме косметики. Здесь должна быть маленькая, бархатная коробочка, в которой был кулон с моей магией внутри. Этот кулон был потерян мною в далёком начале четырнадцатого века, но несколько недель назад я нашла его и хотела подарить Хоуп.       Она могла бы пользоваться моей силой. Он бы подпитывал её, когда она нуждалась в этом. Если моя память мне не изменяет, то он принадлежал моей настоящей маме, но из-за каких-то проблем ей пришлось залезть в долги и отдать этот кулон. Теперь же он был найден мною, но теперь вновь утерян.       Я осмотрела этот туалетный столик и комнату ещё раз, но ничего не нашла. Я просто не нашла кулон с самой сильной магией внутри! Подумаешь, ерунда!       Нервно поджав губы, я спустилась обратно вниз и позвала Леру. Клаус неохотно отпустил её, но все-таки отпустил и был весьма заинтересован. — В дом кто-нибудь посторонний приходил? — тихо спросила я, на что получила ее недоуменный взгляд. Я старалась говорить тихо, потому что нас могли подслушивать, чего я не очень хотела, да и волновать как-то не очень хотелось. — Нет, — ответила она, кидая лёгкий и быстрый взгляд на кухню. — А что случилось? — немного погодя добавила Лера. Её взгляд был обеспокоенным. — Я не могу найти кулон, который хотела подарить Хоуп на день рождения, — выдохнула я, проводя ладонью по лбу. — Его нет там, где он был, — немного погодя добавила я. — Я заказывала пиццу, — вдруг произнесла она. — И просила оставить курьера её на кухне, пока я ищу деньги, — виновато произнесла Лера. Кто-то вновь пытается подпортить мне жизнь, что не очень хорошо. Вот всегда находится тот, кто очень хочет испортить или подпортить мою жизнь.       Отец бы не стал связываться с магией, особенно с моей. А вот мои недоброжелатели вполне могли. Врагов, которые связываются с магией, у меня не так много, а значит это Бонни, с которой мы и беседовали последний раз.       Кстати, Кристи мертва. Я убила её как только была проездом в Новом Орлеане, полгода назад так. Сейчас мы были далеко не в Новом Орлеане, а в самом Лос-Анджелесе. Иногда выбирались на пляж, но чаще всего проводили время дома. — Прости, — тихо произнесла она, но я лишь обняла её, решив оставить проблемы на завтра. — Всё в порядке, — я устало вздохнула, когда она отстранилась. — Идём, нас ждут, — я кивнула в сторону кухни, а потом мы вернулись на кухню.       Стейки оказались уже готовыми и стояли на столе. Салат, кстати, тоже. Вино оказалось разлитым по бокалам и все лишь дождались нас.       Вечер проходил в семейной обстановке. Мы смеялись, говорили о нашей жизни без Майклсонов, мы говорили обо всем на свете.       Грязная посуда давным-давно была в посудомоечной машине и сейчас некоторые ели десерт. Я поедала вновь свежие ягоды.       Кол сидел откинувшись на спинку стула, держа свою руку на моих ногах. За два года я отвыкла от его собственнических замашек и его напора. Было ощущение, будто я вновь влюбляюсь в этого мужчину… — Знаете, — вдруг произнесла Хоуп, привлекая всеобщее внимание. — У вас было наверное тысяча таких моментов, и пережив этот момент, я почувствовала себя частью «всегда и навечно», — по щеке Ребекки скатились солёные дорожки, вызывая дрожащую улыбку. — Я безумно благодарна тебе, — она посмотрела на меня. — Ты постоянно была рядом, во многом помогала, поддерживала и просто была опорой. Ты заменила мне маму, несмотря на шестнадцатилетнее отсутствие. Я люблю тебя, мама, — по моей щеке скатилась одинокая слеза. Уголки губ дрогнули улыбке, а уже через секунду мы друг друга обнимали. Эта девочка впервые в жизни назвала меня мамой, несмотря на то, что её мама сгорела в церкви…       Даже Клаус пустил слезу, наблюдая за нами. Его безумно тронули слова дочери, ведь я взяла на себя ответственность за его дочь. Я не дала ей закрыться в себе и постоянно была рядом с ней. Я хотела, чтобы девочка чувствовала себя нужной… — Я тоже люблю тебя, милая, — тихо прошептала ей на ухо я, вызывая её улыбку и слезы.       Остаток вечера мы провели в этой же семейное атмосфере, вновь беседуя, но на этот раз разговор шёл о нашей жизни в эти два года. Было трудно говорить об этом, но стало легче. Не было тяжести в груди, которая душила и не давала вдохнуть в себя воздух полной грудью.       На дворе была уже глубокая ночь и я смывала макияж в ванной. Кол сходил в душ раньше и быстрее меня, потому был в комнате на кровати.       Краситься я тоже стала редко и не ярко, так реснички тушью подкрасить и все. Даже моя любимая вишневая помада теперь одиноко лежала в косметичке.       Смыв с лица остатки туши, я поправила лямочки чёрного бюстгальтера. Из-за большого нахождения на солнце, я загорела и теперь чёрное белье отлично сочеталось с загорелой кожей. Да и вообще многие вещи хорошо сочетались с загорелой кожей.       Всё время, пока мы ужинали, Кол раздевал меня взглядом и пожирал. Этот блуждающий взгляд по всему телу был слишком горячим и жарким, что иногда я ерзала на стуле, что не укрывалось от внимания Кола. Рука Кола, находившаяся на моей ноге, лишь подливала масла в огонь, распаляя желание обоих ещё сильнее.       Облизнув губы и тяжело выдохнув, я вышла из ванны, выключив за собой свет.       В комнате был приглушенный свет, создавая приятную атмосферу и обстановку.       Когда я хотела окликнуть Кола, меня грубовато прижали к стене, но это оказался Кол, который мгновенно заткнул меня поцелуем.       Требовательно, ведь безумно хотел этого. Напористо, потому что хотел гораздо больше. Чувственно, ведь сильно любил.       Его руки крепко и сильно сжимали мою талию, притягивая ближе к себе, к своему шикарному телу.       Ответив на поцелуй, я оказалась оторвана от пола, Майклсон закинул мои ноги на торс, что только заставляло ерзать о пах Кола, который шумно дышал из-за этого. — Наконец, мы одни, — покрывая шею жаркими поцелуями, прошептал Кол.       Его руки мгновенно сжали мои запястья, заводя их над головой и прижимая меня ещё сильнее к стене.       Поцелуи сменились на более грубые и напористые, на что низ живота заныл, желая куда большего, чем сейчас.       Уже через какую-то жалкую секунду я оказалась сидящей на своём туалетном столике. Его руки грубо сжимали ягодицы, придвигая меня ближе к себе.       Оставив жаркий поцелуй на пульсирующей вене, он обнажил свои белоснежные клыки и впился ими в нежную, бархатную кожу.       Я лишь блаженно откинула голову назад, буквально тая в его руках. Спустя несколько жадных глотков, он оторвался от шее, проводя языком по губам, тем самым собирая остатки крови. Его трюк удался и теперь уже я впилась в его губы жарким и требовательным поцелуем.       Его клыки царапали губы, потому во рту чувствовался вкус крови. Его руки плавно тянулись к застежке бюстгальтера, специально дразня меня.       Уже через секунду пуговицы его рубашки упали с глухим стуком на пол, открывая взгляду его шикарное тело и накаченный торс. Майклсон усмехнулся, оставляя меня без бюстгальтера.       Прижавшись к его крепкой груди обнажённой грудью, я потянулась к пряжке его ремня. Пряжка упала на пол с глухим стуком, вызывая приятную дрожь в теле.       Его движения сначала были мягкими и нежными, медленными и плавными, что заставляло изнывать от желания.       Но через некоторое время его движения сменились на грубые и резковатые, а поцелуи на требовательные и жадные.       Жадные и голодные поцелуи рассыпались по всему телу, заставляя сердце трепетать, бабочек в животе порхать и просто быть счастливой с любимым мужчиной…       Я оставляла кровавые следы на его спине и торсе, от чего тихо стискивал зубы, а затем оставлял грубые поцелуи.       Кровь безумно кипела в венах, было слишком и горячо, будто мы скоро обожжемся и сгорим в этом пекле.       В последний раз выдохнув его имя, я обмякла в его руках. На губах была глупая улыбка, глаза горели и ярко блестели даже в приглушенном свете. Я просто была счастлива, что любимый мужчина вновь рядом…       Оставив мягкий поцелуй на губах, Кол уложил меня на свое плечо, обнимая одной рукой за талию, а другой переплетая пальцы рук.       Он заботливо укрыл нас обоих одеялом. Так заботливо и нежно, заставляя моё сердце трепетать от любви к этому мужчине.       Засыпая, я прижалась к нему ещё ближе, оставив сладкий поцелуй на его щеке и прошептав слова любви, я провалилась в царство Морфея.