Непробиваемый лед Бирмингема

- Если будете продолжать барабанить пальцами по столу, я уйду, - предупредила Полли Грей, делившая со мной один стол в Гарнизоне. Она сидела, одетая в шикарный брючный костюм, сложив ногу на ногу и гордо выпрямив спину. Хотела бы я так же уметь держать себя, как она. - Извините, - коротко ответила я. Я сложила руки в замок у себя на коленях, приминая пальцами костяшки то одной кисти, то другой. Напряжение внутри меня зашкаливало, но Полли воплощала собой само спокойствие. Она окинула меня взглядом с легкой играющей улыбкой на губах. - Лучше закурите, - она протянула мне свой портсигар. - Спасибо, у меня свои, - отказалась я, достав из сумки сигареты и зажигалку. Кажется, покупка собственных сигарет - лучшее, что я сумела сделать для сегодняшней встречи. Я не знала, как отреагирует Томми на присутствие Полли. Не знала, оправдается ли мой риск и будет ли такой поворот дел благоприятным. Но миссис Грей была согласна передать свой бар лишь при условии встречи со своими племянниками. А, как говорится, цель оправдывает средства (где-где, а в бизнесе уж точно). Я затянулась коптящим дымом, отдающим мятой, и напряжение внутри меня начало спадать. Шелби опаздывали. Может быть, чтобы снова меня испытать. Может для того, чтобы меньше тратить времени на сделку. Сидя наедине с Полли, я чувствовала себя неуютно. Я могла бы спокойно смотреть в глаза и мистеру Шелби, и своей матери, но взгляд Полли Грей заставлял меня прятать свой. - Лайонел, принеси чаю, пожалуйста, - сказала миссис Грей бармену сквозь неуместное молчание. Я с удовольствием поддержала бы любой разговор с ней, если бы не гнетущее волнение. Я не боялась встречи братьев Шелби с предавшей их родственницей. Я боялась, что они вообще не придут. Тогда миссис Грей окажется права: Томми еще не готов. Я опять затянулась сигаретой и прогнала дурные мысли прочь. - Спасибо, но я не хочу, - вдруг отозвалась я, когда Лайонел принес поднос с чайником и парой простых белых чашек. - Ну же,- убеждала Полли. - Позвольте мне угостить вас, пока я еще здесь хозяйка, - я угадала в ее голосе сарказм, но не подала виду. Лайонел разлил багровый напиток по чашкам. Он улыбнулся невидимой сквозь густую бороду улыбкой и отклонился. Я взяла чашку и сделала глоток в промежутке между затяжками: чай оказался почти таким же крепким, как мои сигареты. - Почему вы мне помогаете? - спросила я Полли, которая помешивала сахар чайной ложечкой, задумчиво глядя в чашку. Она резко вонзила свои почти черные, цвета этого самого чая, глаза в меня, и уголки ее губ изогнулись в самой добродушной и в тоже время самой издевательской улыбке. - Дайте мне свою чашку, - вдруг попросила она, с уверенностью взглянув на меня. Как будто в ее просьбе не было ничего странного. Я нехотя пододвинула ей свою чашку, со скрежетом передвигая ее по деревянной поверхности стола. Она тут же схватила ее и дерзко выплеснула на пол жидкость. Я чуть было не рассмеялась, глядя на то, как Лайонел сию минуту подоспел со шваброй и начал усердно вытирать пол. Полли затуманенным взглядом смотрела в чашку, а затем вдруг подняла глаза на меня. На этот раз я не смогла отвести взгляд, хотя мне очень хотелось. Теперь в этих глазах было что-то запредельное, недоступное, что притягивало и пугало одновременно. - Я сразу поняла это, как только увидела вас, - начала она будто не своим голосом. - Я говорила Томми об этом еще до его женитьбы на Грейс, после вашей первой встречи с ним. Но он мне не верил. - Что вы поняли? - я смутилась: она словно лезла мне в душу своими лживыми домыслами, которые многие называли надуманным словом "прорицание". Как будто возможно прочесть человека по остаткам чая в чашке. - Ваша жизнь связана с жизнью Томми. Неотвратимо. И как бы вы не бежали от судьбы, как бы он не пытался отвергать предначертанное, теперь вы связаны. Однажды один из вас вознесет другого, за что заплатит высокую цену. Но, не смотря на это, ваши судьбы остаются сплетенными до конца. Я посмотрела на Полли впервые за нашу встречу без страха. Все сказанное ею казалось мне полнейшей чушью. Как такая женщина, как она, может верить в подобный бред? - Простите, но я не верю во все это. Знаете, магия, гороскопы, предсказания. Я слишком приземленный человек, - я докурила сигарету и растворила остатки в пепельнице. Вдруг крем глаза я заметила, как вдалеке из густого тумана начали появляться темные фигуры. Через большое запятнанное окно в стене я видела, как они приближаются, так изящно, эпично, словно из какого-то американского фильма. Я тут же взбодрилась, совершенно забыв о только что произошедшем разговоре. - Как скажете, - отреагировала Полли на высказанное мной мнение. - Кстати, как ваша сестра? Думаете, ее конец близок? - я не замечала слов Полли, глядя на завораживающие тени, движущиеся на фоне сырости Бирмингема. - Что? - спросила я, вырванная из клетки собственной впечатлительности. - Ваша сестра. Кажется, близится ее кончина, - я посмотрела ошалелыми глазами на миссис Грей, не веря своим ушам. Слезы сами собой навернулись на глаза. - Вы с ней близнецы, не так ли? И она скоро умрет. Да, мисс Герберт, уже скоро. Будьте готовы. Полли, ухмыльнувшись, отклонилась на спинку стула и взяла свою чашку чая. Она надменно преподнесла ее ко рту и взглянула на все еще приближающиеся тени козырьков, которые так занимали мое внимание минуту назад. Ужас от ее экстрасенсорных способностей затмевали гнев и боль, сильнейшая боль внутри меня, по сравнению с которой ее умение видеть чужие жизни уже не значило ничего. - Как вы ... - глотая слезы, вымолвила я. - Как я узнала? - деловито спросила она, косо взглянув на меня. - Как вы посмели? - возмутилась я. В моем тихом шепоте проскальзывала неконтролируемая ярость. Эта ярость заполнила все мое существо, и уже фигуры, находящиеся всего в нескольких метрах от Гарнизона, казались не столь волнующими. - Кем вы себя возомнили? Вершительницей судеб? Как смеете вы говорить мне о моей больной сестре? Как смеете насмехаться над ее болезнью, использовать в своих грязных играх? Вы никем не приходитесь моей семье, миссис Грей, и для меня вы никто, - воздух в легких неумолимо заканчивался, а я не успевала пополнять его запасы. Полли заинтересованно посмотрела на меня без капли негодования или обиды. Кажется, мои слова ничуть ее не задели, отчего буря во мне бушевала все сильнее. - Постарайтесь успокоиться, - рассудительно посоветовала она. - Когда Томми Шелби видит слабости в других, он непременно их использует. Я достала еще одну сигарету из сумки, наскоро вытерев слезы рукавом блузки. Пока я закуривала, Томми Шелби вошел в Гарнизон, а за ним - вся его свита: братья, одетые с шиком, характерным для козырьков, и остальные - типичные представители рабочего класса. Увидев в баре Полли, все как один остолбенели, вытаращив изумленные глаза на нее. Все, кроме Томми. - Что здесь делает эта дрянь? - прорычал Артур, вцепившись в нее взглядом. Я чувствовала, что мне нужно было вступить в разговор и объясниться, но нежеланные слезы сдавливали горло, не дав вымолвить ни слова. Я поднялась с места и отошла к стойке бара, решив не мешать встречи родственников. Томми никак не отреагировал на присутствие Полли Грей в его баре: он сухо смотрел на то, как она покинула свое место и подошла ближе к своим племянникам. - Эта дрянь оформляет свой бар на семью Шелби, Артур, - высокомерно ответила та. - Документы готовы, осталось заверить их подписью. Надеюсь, такая простая операция не доставит вам неудобства? И да. Рада, что ты снова с нами, Томми. В ответ Шелби лишь тяжело выдохнул, опустив голову. Он по-хозяйски пересек комнату и сел именно на то место, где только что сидела я. - Зачем ты пришла, Полли? - разлился его голос в тишине. - Хотела убедиться, что мисс Герберт не лжет, - она взглянула на меня, пока я, закрывшись руками, стояла поодаль от разворачивающейся сцены. - И я в этом убедилась. Я слышала, у вас с мисс Герберт серьезное дело. С чего тебе понабилась такая мелочь, как бар? Томми искоса стрельнул глазами в мою сторону. Я тут же отвернулась от него, продолжая попытки успокоить себя и подготавливая к переговорам с могущественной бандой. Перепалка взглядами с Томасом этому не способствовала. - Просто хочу свой бар обратно. Пить в своем баре, вести переговоры в своем баре. Как в старые добрые времена, - он манерно жестикулировал рукой с тлеющей сигаретой между пальцами, растягивая последние слоги в убаюкивающем баритоне. - Смотрю, ты не растеряла деловую хватку. Я думал твой сын больше не допускает тебя к делам, - Томми знаком подозвал бармена, и тот появился рядом с его столиком с пустым бокалом и бутылкой виски в ту же секунду. Как будто этот бар всегда принадлежал лишь ему. - Он слишком заботится обо мне, - отозвалась Полли, достав из портфеля аккуратно сложенные листы. - Ты ему мешала своими идеями и предложениями, и он тебя отстранил. Говори как есть. Томас вынул из внутреннего кармана круглые очки в роговой оправе и, надев их на переносицу, взглянул из-под них на свою тетю. Та невольно опустила глаза, но ответила, не изменив своей надменности в голосе: - Понимай как хочешь, Томас. Тебе нужно только оставить свою подпись, - она собиралась эффектно бросить бумаги перед племянником, но Томас ловко перехватил их. - Там нет никаких подвохов, просто распишись, - кинула она ему через плечо, медленно, словно тигрица, направляясь навстречу другим козырькам. Томми зло усмехнулся: - Я не поверю ни единому твоему слову, пока рядом с тобой находится твой сын. Полли сделала вид, что не услышала слов Томми, продолжая изучать со всем вниманием стоявших около выхода козырьков. - Финн. Как дела в университете? - осторожно спросила Полли младшего брата, смущенно стоявшего рядом с Артуром. -Нормально. Сложно без основы, но я втягиваюсь, - без тени враждебности ответил тот. В его лице не промелькнуло ни намека на презрение. Скорее скованность, и может даже доброжелательность. Видимо, он один сохранил хорошее отношение к Полли Грей. Может, он не понял сложившейся в семье Шелби ситуации. А может, понял лучше остальных. - Не смей отвечать ей, Финн, - рявкнул старший Шелби. - Нет, я буду отвечать ей, Артур! - вдруг вступился за тетю Финн. - Она не виновата, что ее сын оказался козлом. - Не виновата, значит? - тут старший Шелби резко развернулся к своему брату, и на секунду я испугалась за Финна, но тот встретил разъяренного брата с достоинством, которого я от него не ожидала. - Артур, - хрипло окликнул брата Томас, отчего весь пыл старшего испарился на глазах. - Прекрати. Бумаги готовы, Полли, можешь уходить, - он стремительно подошел к тете и отдал ей один экземпляр так, словно она была простым секретарем, незаметной подручной своего сына. - Надеюсь ни тебя, ни твоего сына, ни кого-то связанного с вашим семейством здесь мы здесь больше не увидим. В ответ Полли только повела бровью. Она тут же направилась к выходу, но, поравнявшись с Артуром, остановилась и надменно произнесла, бесстрашно глядя в его глаза: - Я искренне надеюсь, Артур, что тебе никогда в жизни не придется выбирать между твоим сыном и твоими братьями. Артур лишь проводил миссис Грей взглядом до тех пор, пока за ней не захлопнулась дверь. Комната погрузилась в молчание. Вдруг что-то важное исчезло из этого места. Даже я, абсолютно посторонний человек, чувствовала некоторую грусть от утраты. Миссис Грей ушла, словно ее ничего не связывало с Гарнизоном, но она была огромной его частью. - Мисс Герберт, не объясните нам только что произошедшую ситуацию? Почему здесь была Полли? - вдруг нарушил тишину Томми. Все взгляды тут же устремились на меня, к чему я не была готова. От незаметного зрителя развернувшегося действия я вдруг превратилась в ведущую актрису. Что ж, времени успокоить себя было предостаточно, поэтому я с уверенностью, которой мне на данный момент не доставало, вступила в игру. - У вас свои условия, мистер Шелби, у Полли Грей свои. Вам нужен был бар, ей - встреча с вами. Думаю, я удовлетворила запросы обеих сторон, не считаете? - я стрельнула глазами в Томми и под ритмичный стук каблуков появилась из укрытия, где стояла до сих пор. - Я для того и попросил вас заключить с ней сделку, чтобы мы с братьями могли избежать встречи с ней, - он со всем вниманием ждал моего ответа, как будто хотел на чем-то подловить. - Тогда вам следовало точнее изъяснять свои условия, - ответила я, уверенно улыбнувшись. Шелби вдруг нахмурился, а затем усмехнулся, всматриваясь в мое лицо. - Вы не глупы, мисс Герберт, - заключил он. - Были сомнения? - отозвалась я, продолжая смотреть на Томми. Для меня как будто перестали существовать остальные люди, которые уже обхаживались в своем старом баре, разливая по стаканам алкоголь и празднуя победу, отхваченную с моей помощью. Я бы так и продолжила их не замечать, если бы к столику Томми не подошли два его брата. - Мисс Герберт, - прохрипел подобревший за несколько минут Артур, грея бокал в своих могучих руках. - Зачем вы притащили сюда Полли? Вы ведь знали, что мы ее терпеть не можем. - Говори за себя, - снова вступился за Полли Финн. - Я могу ее терпеть. - Не важно. Кажется, вы много мните из себя, мисс Герберт. Мы с такими дел не имеем, - каре-зеленые глаза старшего Шелби встретились с моими, и я почему-то не увидела в них ярости или злобы. Это были глаза доброго человека из простого народа, который привык говорить что думает. - Насколько я знаю, вы никаких дел пока не имеете, - отозвалась я, - а мое предложение весьма щедрое. Артур начал хмуриться, его губы искривились, но глаза совершенно не изменились, и если бы не его сжатые в кулаки ладони, я, возможно, и не поняла бы, что Артур злится. - Кого эта девчонка строит из себя, Томми? Большого парня? Она же вот только пешком под стол ходила! Я отказываюсь работать на нее. Томми, наблюдавший за нашим напряженным разговором, легко ответил: - У тебя нет выбора, Артур. Ее отец уважаемый человек, а Элеонора представляет своего отца здесь. Значит мы работаем как на него, так и на нее. Это ясно? - он поднял глаза на брата, и Артуру пришлось проглотить свою агрессию в который раз. - К тому же работа максимально проста и понятна даже для человека, который "вот только пешком под стол ходил", - подхватила я, ввергнув старшего брата в молчаливый ступор. Я заметила, как Финн улыбнулся уголком рта, и эта его ухмылка придала мне уверенности. - Не против, если я объясню вам суть? А вы уже решите, каким образом действовать. Я посмотрела вопросительными глазами на братьев: Артур продолжал по-детски дуться, что выглядело крайне смешно, Финн, как и я, ожидал, что ответят остальные. Лишь Томас дал добро, едва заметно кивнув. - Итак, - начала я быстро, словно скороговоркой, изъясняться, - двадцать пятого числа этого месяца мой отец возвращается из штатов с прибылью от продаж и частью нераспроданных автомобилей. Он приплывает на пароходе Мэдс в Ливерпуль в семь часов утра. Оттуда нам необходимо отправить автомобили и деньги до назначенных пунктов. Автомобили будут доставляться поездом в салоны, находящиеся в трех городах: Глазго, Манчестер и Эдинбург в том порядке, в котором я их назвала. Деньги должны направиться в Лондон, где мой отец передаст их представителю банка. На этом ваша работа завершится. На всех стадиях вы должны обеспечивать охрану моему отцу и его людям. Соответственно, деньги и автомобили должны остаться в том количестве, в котором их перевезли в Британию из США. А теперь о самом приятном для вас, - я достала чемодан из-под стола и положила его перед братьями так, что он оказался ровно посередине. Я щелкнула замками и открыла створку. Новенькие купюры лежали в нем ряд к ряду, словно одним сплошным рисунком покрывая дно. Я развернула его перед братьями. - Пол миллиона фунтов. Это аванс. После выполнения работы вы получите остальной процент предназначенных для вас денег, - я взглянула на Шелби, переводя взгляд от одного брата к другому. Выражение лица Томми, как я и ожидала, не изменилось совершенно. Зато другие братья не пытались бороться с эмоциями: Финн широко улыбался, нескромно разглядывая выложенные перед ним деньги, а Артур сидел с видом человека, вдруг выигравшего Джек Пот. - Да! - вдруг взревел он, захохотав вульгарным смехом. Он встал и уперся кулаками о деревянную крышку стола, а затем со всей силы ударил ими по столешнице. - Да! Козырьки вернулись! Твою мать, мы вернулись! - он потрепал сильной рукой Финна по голове, взъерошив ему волосы, и меня невольно поработила улыбка от взгляда на столь искренние братские чувства. - Вернулись! - выкрикнул он, прежде чем покинуть стол переговоров и направиться к другим козырькам, все еще празднующим возвращение в Гарнизон. Я проводила его взглядом, уловив его радостные возгласы рядом с брутальными мужчинами. - Есть вопросы по этому делу? - спросила я, вернув внимание на оставшихся за столом братьев. - Ну, Финн? - вдруг обратился к брату Шелби. - Есть вопросы? - Томас внимательно посмотрел на него, так, что его морщинки между бровями углубились еще больше. Младший Шелби мялся. Очевидно, ему было не привычно принимать участие в делах братьев. Я прекрасно помнила, какого мне было, когда отец впервые взял меня с собой для заключения сделки, а потому собиралась проявить максимум внимания и терпения к вопросу Финна, даже если ответ на него будет очевидным или неуместным. - Вообще-то, да. У меня есть вопрос. Вы платите слишком большие деньги за очень простую работу, мисс Герберт. Разве в этом нет подвоха? - его вопрос встретился молчанием. С моей стороны это было вызвано лишь тем, что я не ждала от Финна такой рассудительности. Но наше молчание подкосило младшего Шелби. - Я... Я имею ввиду, что... разве это не значит, что работа представляет большую опасность, чем вы описываете? Шелби почти незаметно кивнул в сторону брата в знак одобрения, и Финн в ту же секунду расслабился, откинувшись на спинку стула. - Что ж, мисс Герберт. Как вы ответите на этот вопрос? - свысока спросил Том, точно как учитель обращающийся к своими малолетними подопечными. Финн этого не замечал, возможно, в семье с ним по-другому никогда не общались. А во мне данная манера Тома вызывала раздражение. - Вы правы, - выпалила я. - Совершенно. И прошу вас, Финн, зовите меня Нора. Никаких мисс Герберт от вас я больше не потерплю, - я улыбнулась Финну, пытаясь уязвить своим поведением гордость второго брата. - Автомобильный бизнес сильно развивается в последнее время, особенно в Америке. А потому и конкурентов у моего отца предостаточно. Недавно его шпионы выяснили, что за его состоянием охотятся опасные люди. Вроде вас, - я стрельнула глазами в Тома. Он встретил этот выстрел ответным огнем. - Но на их счету гораздо больше убийств. Это весьма могущественная итальянская мафиозная семья, они известны своей кровожадностью. Ради денег эти люди пойдут на все. Но ведь вы Острые Козырьки. Слава о вас бродит и за океаном. Поэтому, я считаю, что при неблагоприятном исходе силы будут равны. Лицо Финна сделалось немного испуганным, но он старался не подавать виду. Мистер Шелби сложил ладони углом, слегка касаясь кончиками пальцев губ, изображая крайнюю задумчивость. - И когда вы собирались нам рассказать об этом незначительном обстоятельстве, Нора? - приглушенно спросил Томас, делая акцент на моем имени. Я вскинула брови: - Вы же не думали, что все будет настолько просто, мистер Шелби? Томас в задумчивости просверлил глазами стакан и ответил спустя пару секунд, что оказалось для меня полной неожиданностью: - Вы правы, Нора. Считайте, что с этого момента мы работаем на вас. Двадцать четвертого утром я заеду за вами, и мы отправимся в Ливерпуль. Надеюсь, вы не возражаете против моей компании? - Нет, конечно, нет. - поспешно ответила я, скрывая свое изумление. Вдруг вновь наступило напряженное молчание. Я внезапно почувствовала, что теперь, когда детали обговорены, а деньги переданы, стала лишней в этом баре. Мужчины, среди которых был и Артур, уже изрядно напились: они смеялись, пели непристойные песни под аккомпанемент топающих ног. Кажется, эта картина мне не предназначалась. - Если на сегодня мы решили все вопросы, то я, пожалуй, пойду, - я сняла со стула бордовое пальто с объемным меховым воротником и наскоро надела его, совершенно не заметив протянутых рук мистера Шелби, который, судя по всему, собирался по-джентельменски помочь мне. - До встречи, Нора, - Томас протянул мне руку, и я крепко пожала ее. - До встречи, мистер Шелби. Финн, - я кивнула последнему и спешно вышла из бара. Как только дверь за мной захлопнулась, я поспешила скрыться из поля зрения козырьков, прильнув спиной к кирпичной стене бара. Хотелось вдоволь надышаться, но, очевидно, объема легких мне не хватало для того количества воздуха, который мне необходимо было вдохнуть. Я начала искать в сумке сигареты - единственного подручного успокоительного, которое мне было доступно. Их не было. У меня почти началась паника: курение казалось единственным спасением от пережитого в этом баре стресса. Но вдруг передо мной возникла рука, протягивающая мне мои сигареты. - Не это ищешь? - спросил мальчишеский голос. Я подняла глаза и увидела Финна, нахально мне улыбавшегося. После только что прошедшей встречи он неожиданно изменился. В баре младший Шелби мне казался скованным юношей, действующим под неустанным контролем братьев. Сейчас же он напоминал мне тех наглецов, с которыми я училась в университете: такой же хулиганский взгляд и хитрая полуулыбка. - Именно, - весело ответила я, забирая портсигар из его рук. Я быстро затянулась от понесенной Финном зажигалки и громко выдохнула. - Перенервничала? - вдруг спросил он. Его вопрос поставил меня в тупик. - С чего ты взял? - Да, так... Просто... Кури меньше в следующий раз. Я удивленно уставилась на него. - И как это влияет на нервозность? Финн смущенно улыбнулся. - Ну, если человек много курит перед встречей, значит сильно нервничает. Если сильно нервничает, значит его можно легко использовать. Этот прием мне рассказал Томми, когда я совсем пацаном был. Я с прищуром оценила Финна, про себя удивляясь такой перемене. В Гарнизоне он был частью банды Шелби и моим подчиненным. За стенами Гарнизона он хотел быть моим другом. Отец, конечно, учил меня разделять бизнес и дружбу, но мне и в голову не приходило, что ее можно разделить одной кирпичной стеной. - Ну, спасибо тебе за совет, - ответила я, выдохнув дым. Финн тоже закурил, как и я, прислонившись к стене. Я оглядела его с ног до головы: ноги скрещены, поза расслаблена, рука, точно так же, как и у брата, легко, без напряжения подносит ко рту сигарету. Мне вдруг захотелось его лучше узнать, поэтому я спросила: - Так ты учишься в Оксфорде? Он коротко усмехнулся. От такой его усмешки мне тоже захотелось улыбнуться. - Пытаюсь, - ответил он, пронзая взглядом из-под нахлобученной набок серой кепки уходящее за горизонт солнце. - Но выходит не очень. Это инициатива Томми. После того, как козырьки распались, он принудил меня пойти учиться. Вдруг обеспокоился о моем будущем. - Я тоже там училась в свое время. - Правда? - сразу же переспросил он. Мы проговорили около часа, пока резко не похолодало, и вместе с дымом от сигарет изо рта не стал выходить пар. Я поведала ему свои университетские истории, он - свои. Разговор лился рекой, легко и беззаботно, словно я сама была еще студенткой, свободной и немного легкомысленной, единственной заботой которой являлась успешная сдача экзаменов. После Финн со всей галантностью, на которую был способен, помог мне сесть в мою машину, с размахом захлопнув за мной дверь. Я улыбнулась ему на прощание, он - развязно махнул рукой в ответ.