Расскажи мне сказку

      Иногда эта база была шумной, а иногда замирала в пугающем молчании. Зэн не знал, чего ждать в этой тишине. Всё чаще, когда они поднимались с Бэем на крышу, он думал, что хотел бы сходить за стену, и с какой-то тихой, лёгкой завистью смотрел на тех, кто толпой выходил за ворота. Однако, сколько он ни просил у Шан разрешения сходить c одной из групп, получал жесткий отказ. Это вводило в ступор, потому что Зэн не знал почему. Бэй пожимал плечами, хотя и честно признавался, что и сам не слишком часто покидал базу. И он даже не мог ответить, хотел ли этого.       Зэн вернулся после тяжёлого дня, проведённого в четырёх стенах маленького, душного склада, в свою такую же маленькую комнатку. После почти трёх месяцев, прожитых здесь, он мог с уверенностью сказать, что уже очень привык к светлым, немного облупившимся стенам, к стойкому запаху лекарств, к наконец вычищенному ковру неожиданно светло-зелёного цвета. Теперь приходится мучить Бэя и постоянно напоминать, чтобы он снимал обувь и оставлял её на притащенной со склада ненужной деревянной коробке, словно из-под фруктов. Сначала он негодующе ворчал и забывал разуваться, но через неделю-две даже стал сам это делать, чтобы потом не получать осуждающего взгляда.       Зэна забавляло, что теперь, когда он упорно наводит порядок в комнате: разбирает бумаги на столе, складывая их по алфавиту, протирает пыль, подметает пол и аккуратно складывает одежду в комоде, Бэй потихоньку перестаёт наводить бардак и сам пытается прибираться. Хотя обычно это больше похоже на потерянного ребёнка в магазине игрушек — у него разбегаются глаза и в итоге он просто сидит на кровати с книгой в руках. Зэну это казалось довольно забавным и пока не раздражало.       Он осмотрел комнату и приметил неожиданно заправленную кровать Бэя. Это казалось немного странным, но вызывало улыбку. На столе оказался всё тот же завал из разных бумаг, но на этот раз не всех, если судить по открытым ящикам стола. Зэн выдохнул, оставил рюкзак уже со своими личными инструментами у деревянной полочки для обуви, разулся и прошёл к столу, чтобы весь этот бардак разобрать. Обычно здесь разбросаны медкарты пациентов и составленные врачом планы лечения. Он мог часами сидеть с ними, пытаться составить идеальный, найти возможные ошибки. При этом он всегда рассуждает вслух и даже иногда ругается. Обычно Зэн пытался помогать, хотя, скорее, только наводил на мысль и поддерживал его диалог с самим собой.       Сейчас на столе были разложены всё те же планы лечения. Правда, Зэн в них мало что понимал. Всё-таки это были специальные слова, а не основные, которые он уже выучил. Раскладывание карт и планов по алфавиту хорошо помогало с изучением букв раньше. Сейчас было удобно просто повторять. На глаза вдруг попалась медицинская карта с именем «Молли Сондерс». Зэн тяжело вздохнул, вспомнив, как она пришла на следующее утро после смерти брата, чтобы посмотреть на него в последний раз, а его тела там уже не было. Она с такой чистой яростью глядела на Бэя, будто была готова разорвать его на части, но не сделала ничего. Возможно, Молли понимала, что он не виноват, но обвинить в произошедшем горе хоть кого-нибудь гораздо проще, чем тонуть в своей печали. Иными словами, она перевела свою скорбь в гнев и направила его на Бэя. Зэн не мог её винить. В конце концов, очень тяжело потерять единственного родного человека.       Зэн вздохнул и сложил её карту вместе с планом в остальную стопку. Всё же Бэй про неё не забыл, хотя и не знал, что делать, судя по множеству зачёркнутых слов в её плане. Она не была ранена, значит врач хотел бы оказать ей психологическую помощь, но не знал как. Он всё же хирург, а не психолог.       Постучав стопкой бумаг по столу, чтобы выровнять её, Зэн вдруг услышал мягкий женский голос из коридора, зовущий его по имени. На секунду ему показалось, что он уже слышал где-то этот голос, но не мог вспомнить, где именно. Положив стопку бумаг на стол и обувшись, Зэн вышел в коридор и осмотрелся. В конце у двери выхода стояла совсем молодая девушка с тёмно-каштановыми короткими волосами чуть ниже ушей. Она внимательно смотрела на Зэна практически чёрными глазами и, медленно подняв тонкую руку, жестом позвала его за собой. Он зябко поёжился, но всё же потихоньку направился к ней, пытаясь вспомнить нужное слово:       — Вы хотите помощь? Вам нужен врач?       Девушка не ответила, дождалась, пока он пройдёт половину коридора и скрылась за дверью, слегка её приоткрыв, однако Зэн не слышал скрипа. Ему показалось, что она вот-вот исчезнет, потому добрался до выхода почти бегом и выскочил на улицу. Звуки исчезли. Стуки молотков, разговоры, скрип металла. Будто время застыло. Девушка показалась из-за угла здания администрации, поманила рукой за собой и снова скрылась.       — Что ты хочешь мне показать? — спросил Зэн у пустоты и поспешил за ней.       Добравшись до того угла, он осмотрелся и увидел её уже у странного забора в самом дальнем углу базы. За всё время он так и не собрался с мыслями, чтобы туда сходить. Да и времени как-то особо не было. Он медленно, воровато осматриваясь, прошёл за ней и хотел было спросить, что там, но девушка вдруг пропала. Забор возвышался почти на два метра вверх над головой. Вообще, он явно был сетчатый, но прямо на сетку прикрепили кривые листы металла. Возможно, чтобы укрепить и спрятать то, что находится внутри. Зэн приложил руку к металлическому, немного ржавому листу и хотел заглянуть внутрь через пустоты, где есть только сетка, но вдруг услышал знакомый голос за спиной:       — А что ты здесь делаешь?       Он вздрогнул, отпрянул от забора и обернулся, но успокоился, увидев там своего друга из ангара с одним слепым глазом — Тобиаса. За время починки электросети он наконец смог с ним немного познакомиться. Он проходил мимо к загонам с животными, неся с собой два металлических ветра с водой. Однако, заметив Зэна, Тоби остановился и поставил вёдра на землю.       — Я просто не был здесь и решил посмотреть, что там, — почти честно ответил Зэн, решив умолчать о странной девочке.       — Не ходи больше сюда. Шан узнает — получишь, — предупредил мужчина и вернулся к вёдрам. — А к буффало ты не ходил?       — Нет, не ходил, — Зэн покачал головой и глянул на загоны с животными.       — Пойдём, посмотришь. Может, даже потискаешь, если им понравишься, — Тоби слегка улыбнулся и вернулся к своему маршруту.       Зэн обернулся и глянул на странный забор, после чего всё же отправился следом за Тобиасом. Загон для животных располагался рядом со странной, запретной для Зэна зоной, правда немного в отдалении. Звери оказались не такие огромные, как ему сначала почудилось. Отдаленно они напоминали коров, только с очень большой головой, густой тёмно-рыжей шерстью, местами с проплешинами. У некоторых животных был большой плоский горб, с которым они достигали полного человеческого роста. Зэну показалось немного несуразным, что передняя часть тела казалась гораздо более развитой, чем задняя: задние ноги были какие-то совсем маленькие в сравнении с передними. Чем-то это животное напоминало треугольник, вершина которого была у хвоста, а основание у головы.       — Смешные, — не удержался от комментария Зэн.       Тобиас усмехнулся, спокойно вошёл в загон и вылил воду в длинные металлические корыта. Видимо, он уже несколько раз ходил и не в одиночку, потому что воды во всех поилках было достаточно много. Зэн всё же заходить побоялся, но с испугом вдруг обнаружил, что один зверь подошёл к хлипкому, низенькому заборчику из длинных деревянных балок и высунул к гулю свою огромную голову. Зэн глянул на Тобиаса, а тот с улыбкой слегка кивнул в сторону животного. Выдохнув, он всё же нерешительно протянул к нему руку и погладил по жёсткой шерсти. Буффало шумно вдохнул и выдохнул в сторону слегка испуганного гуля, после чего громко и глухо замычал. Вдруг Зэн заметил, что глаза у них тёмные-тёмные, такие же бездонные, как у Шан. Правда, глаза этого спокойного животного казались Зэну более живыми.

***

      После Зэн множество раз видел ту странную девочку. Каждый день она вела его к этому забору, но что-то всегда мешало: взявшиеся из ниоткуда знакомые, дела. Его это начинало раздражать. Несколько раз он спрашивал, не живёт ли здесь такая девочка, но всегда получал опровержение своей мысли, что над ним кто-то подшучивает.       Он стал нервным и боялся снова её увидеть. Странное поведение быстро заметил сосед по комнате и несколько раз пытался спросить, что случилось, но Зэн боялся рассказать, ведь его могли бы посчитать сумасшедшим, а он себя таковым не считал. Правда, позже страх достиг своего пика, и он смог поймать Бэя в дневное время и очень осторожно попытался завести этот странный диалог. Он попросил друга с ним посидеть. Просто посидеть. Бэй согласился, молча сидел минут пять, но потому всё же не выдержал:       — Ду, если что-то случилось, ты можешь мне рассказать. Кто-то тебя прессует? Не бойся, мы разберёмся.       — Нет, — Зэн покачал головой и тяжело вздохнул. — Нет, здесь все, вроде, нормальные. Дело в другом.       — В чём? — осторожно спросил Бэй и пересел к другу на кровать.       — Я... Иногда я вижу вещи, которых нет, — осторожно начал Зэн. — Ну, то есть, они не плохие, чаще всего, но я боюсь, что схожу с ума.       — Какие это вещи? Это, ну, животные? Может, числа или странные люди, которые говорят тебе делать плохие вещи? — попытался понять Бэй, приложив руку Зэну на спину.       — Нет, это другое, — Зэн покачал головой. — Я вижу людей, но они... Они не агрессивны, в основном. Они не пытаются заставить меня что-то делать.       — Хорошо. Когда ты видел кого-то последний раз?       — Вчера, когда работал в администрации.       — Кто это был? Можешь описать? Что он делал?       — Это девочка. Точнее, девушка. Ей на вид лет пятнадцать. Волосы короткие, очень ровно пострижены, ещё чёлка есть прямая. У неё тёмные волосы и глаза. А ещё платье голубое, такое... Как мешок. Дурацкое. И широкий жёлтый пояс, — попытался объяснить Зэн. — Она ничего не говорит. Только зовёт. И ничего не делает. Обычно, стоит где-то и ждёт, когда я подойду. И она всегда ведёт меня к забору. Тому, странному, в самом дальнем углу базы.       — Ты видел её раньше? — поинтересовался Бэй, погладив друга по спине.       — И да, и нет, — он неопределённо покачал головой. — Я не могу вспомнить, где её видел, но я будто знаю, кто она. Только не могу вспомнить.       — Хм, — Бэй задумался. — Я мало что понимаю в психике, но думаю, что у тебя просто какое-то расстройство памяти. Ну, знаешь. У тебя так много воспоминаний и некоторые настолько старые, что ты, возможно, даже о них не знаешь. Давай вот что попробуем, — предложил Бэй и взял подушку, положил её себе на колени и отодвинулся к краю кровати. — Ложись, положи голову на подушку.       Зэн немного растерянно посмотрел на него, но все же лёг.       — Устройся максимально удобно, закрой глаза и слушай мой голос, — продолжил врач и упёрся руками за своей спиной. — Сконцентрируйся на образе этой девушки.       — Хорошо, — Зэн слегка кивнул и закрыл глаза, перестав ёрзать.       — Ты входишь в большое и очень светлое помещение. Там очень тепло, где-то негромко звенят колокольчики, и вокруг витает приятный запах. Твой любимый. Что ты видишь? — негромким, бархатным голосом начал Бэй.       — Я вижу очень много цветов. Большие высокие вазы с букетами, горшки с комнатными растениями. Я вижу маленькую стойку с семенами и кассой, — тихо выдохнул Зэн.       — Там есть кто-нибудь? — уточнил Бэй.       — Нет, я один, — Зэн слегка помотал головой.       — Ты проходишь мимо прекрасных растений, потрясающе пахнущих цветов. Они слегка задевают тебя, мягко гладят листьями по рукам. Этот бесконечный коридор вдруг заканчивается, и в конце ты видишь девушку в голубом платье с тёмными волосами. Что она там делает?       — Она... — Зэн замычал, словно пытался вспомнить, но мучился от боли. — Она плетёт венок...       — Какой венок?       — Из белых ирисов.       — Из белых ирисов? Ты уверен? — осторожно спросил Бэй.       — Да. Это белые ирисы. Она надевает венок себе на голову и смотрит на меня, — продолжил Зэн дрожащим голосом.       — Стой, — попытался остановить его Бэй.       — Она говорит: «Это ты» и проваливается сквозь пол, — закончил Зэн.       — Ду, — осторожно позвал его Бэй и слегка потряс за плечо.       — Я знаю её, — выдохнул Зэн и посмотрел на друга. — Но я не помню, кто это.       — Значит она из очень далёкого прошлого. Ещё из довоенного, — Бэй слегка улыбнулся и погладил его по плечу. — Скажи мне, если вдруг ещё раз её увидишь. А пока отдыхай. Такие штуки обычно трудно даются.       — Хорошо, — Зэн слегка улыбнулся и приподнялся. — А ты разве психолог?       — Нет, я хирург, но раньше ходил к психологу, — усмехнулся Бэй и встал. — Был очень неспокойным подростком.       — Сложно представить, — усмехнулся Зэн, глянув на друга.       — Поверь мне. Сбегал из дома, ругался с родителями, дрался в школе и за её пределами. Но, что самое страшное, однажды принял какой-то наркотик и пропал на трое суток. Так и угодил к психологу, — коротко рассказал Бэй, накинул куртку и отошёл к двери. — Я скоро вернусь. Пока отдохни и обо всём подумай. Может, ещё что вспомнишь.       Зэн слегка кивнул, устроился поудобнее и прикрыл глаза, когда Бэй вышел. Из головы всё не выходила эта картина девушки с венком ирисов на голове посреди цветов. Он точно помнил, что его родители держали цветочный магазин, но никак не мог вспомнить именно эту девушку. Её платье, причёска и глаза казались такими знакомыми, но мозг отказывался говорить, кто же это.       В дверь тихо-тихо постучали, хотя это больше походило на шкрябанье ногтями по облупившейся краске. Зэн приоткрыл глаза и глянул на дверь, когда она слегка приоткрылась, словно потревоженная сквозняком. Он скользнул взглядом по стене и обнаружил окошко приоткрытым. Встать, правда, всё же пришлось, чтобы всё проверить.       — Эй? — спросил он у тишины, когда выглянул за дверь.       По спине побежали мурашки. Такой жуткий холод объял его, что задрожали руки и плечи. Он судорожно выдохнул и приобнял себя, безуспешно пытаясь согреться. Тихий, мягкий шёпот отозвался из тишины. Зэн вновь осмотрелся, но никого не увидел. Начиная чувствовать слабость от холода, он прошёл к выходу и выглянул на улицу. Прямо посреди дороги стояла девушка с венком белых ирисов, упавших с головы на шею, в глупом голубом платье и милых розовых туфельках на низеньком каблучке.       — Кто ты? — практически одними губами спросил Зэн, но вместо ответа получил самую очаровательную улыбку, какую он когда-либо видел: она широко улыбнулась, обнажив слегка желтоватые, ровные зубы с необычно крупными передними, прищурилась, словно была готова засмеяться. Почему-то от этой улыбки стало только хуже. Сердце так больно кольнуло, что хотелось плакать, просить прощения за исчезнувшие воспоминания, но потом девушка перевела взгляд в сторону ангара и указала туда рукой. Зэн посмотрел на ангар, хотел ещё что-то спросить, но девушка уже исчезла. Постояв с потерянным видом несколько минут, он поспешил в указанную сторону. У него появилось странное предчувствие.       По приближению к торговой площади, он услышал голоса:       — Молли! Молли, перестань!       — Сделайте что-нибудь!       Прямо по центру торговой площади завязалась драка. Точнее это маленькая Молли с силой кого-то избивала, а тот только защищался, пытаясь закрыть лицо руками. Охраны рядом не оказалось. Наверное, они куда-то вышли. Простые люди столпились вокруг, словно зрители, но никто не торопился их разнимать. Это чем-то напомнило зрителей на довоенных турнирах по борьбе.       Пробравшись через толпу, Зэн увидел на полу поваленного Лю Бэя. Должно быть, Молли напала неожиданно или очень хорошо умела драться, потому что Зэн не нашёл объяснения, как такая невысокая молодая девчушка смогла повалить на землю высокого мужчину. Ну, как высокого. Бэй был немного выше самого Зэна.       — Стой, Молли! — позвал её Зэн и попытался оттащить, схватив за руку, когда она замахивалась.       — Отпусти! — злобно прорычала девушка, отдёргивая руку назад, но гуль не послушал и только схватил уже за вторую руку.       Вскоре вернулась охрана и помогла. Точнее, там справился всего один Тобиас. Молли сильно сопротивлялась и брыкалась, но он заломал её руки за спину и прижал к стене, после чего глянул на присевшего рядом с Бэем Зэна и спросил:       — Он в порядке?       — Да, я нормально, — отозвался сильно севшим голосом медик и попытался шмыгнуть носом. — Мой нос...       — Кого ты обманываешь? От носа там только кость, — грустно улыбнулся Зэн и помог несчастному встать.       — Моя кость, — усмехнулся Бэй и встал, опираясь на плечо друга.       — Мы с ней разберёмся, — сообщил Тобиас и потащил девушку к выходу из ангара.       Пока Зэн неторопливо вёл пострадавшего в больницу, до них донёсся разъярённый голос девушки:       — Это не конец, ты, облезлый урод!       Этот крик неприятно кольнул, но обижаться на сходящую с ума от скорби и ярости девушку было бы глупо. Бэй ничего не говорил, только странно похрипывал, словно его нос сломался настолько сильно, что забрал у него возможность нормально дышать. Он не раздражался, никак это не комментировал, плевался кровью и несильно сжимал в ладони рубашку друга.       В больнице Бэй не смог сам себя обработать, потому что будто на время потерял зрение. Зэн взял на себя инициативу и сам помог всё обработать с пояснениями.       — Жаль, что у нас льда нет, — вздохнул Бэй и посмотрел заплывшими красными глазами на Зэна. — Я почти вижу тебя.       — Сиди спокойно, — вздохнул Зэн, убирая все неиспользованные средства обратно. — Твой нос точно восстановится?       — Конечно. Я ещё могу дышать, кровь остановилась. Правда, возможно, потом будут проблемы, но кривой нос меня точно уже не испортит, — усмехнулся Бэй.       Зэн тяжело вздохнул и всё не мог выкинуть из головы две навязчивые мысли: Молли и та странная девочка-подросток. С Молли всё понятно — она безумно зла на врача, что он не смог спасти её брата, а вот о той девушке остаются только вопросы.       — Что там вообще произошло? — наконец спросил Зэн, отведя Бэя в комнату и усадив на кровать.       — У меня закончились кое-какие лекарства. За их аналогами пришлось идти к Стеф. Ну, та девушка со сломанной кассой. Она продаёт наркотики, в основном. Терпеть её за это не могу, — тяжело вздохнул Бэй и снял куртку.       — Лекарства нужно было к кому-то отнести? — уточнил Зэн и повесил его куртку на вешалку.       — Нет, нет. Всё нормально. Я хотел взять заранее, — он покачал головой и лёг на кровать, устремив расплывчатый взгляд в потолок. — Молли налетела со спины и ударила какой-то трубой прямо под колени. Это было больно, знаешь. Потом... Я упал, и она начала бить меня кулаками по лицу. Она не хотела убить. Тогда бы использовала трубу. Она просто хотела сделать больно.       Зэн вновь тяжело вздохнул и очередной раз обвёл взглядом комнату, где ничего с его ухода не изменилось. Порядок наводить не пришлось, так что он просто присел на кровать, глядя на побитого друга и даже не зная, что ему сказать, да и говорить ли вообще. В конце концов, беспокоить его своими видениями сейчас было бы совсем невежливо.       — Ду? — негромко позвал его Бэй, повернувшись к нему на бок.       — А, да? — вышел из мыслей Зэн и посмотрел на друга.       — Я тут подумал... Что с тобой произошло? — вдруг поинтересовался Бэй.       — В смысле? — он уточнил, не поняв, что именно он имеет ввиду.       — Что ты здесь делал? Почему ты не в Китае? — задал вопросы иначе Бэй и прикрыл глаза.       — Если честно, я не очень хорошо помню. Будто отрывками, — выдохнул Зэн. — Я помню, что был на Аляске. Никогда не видел так много снега, как там. Потом помню, как на нас напали. Ну, как напали? Они хотели вернуть себе Аляску.       Я спокойно сидел в одном из многочисленных металлических коридоров. Было ужасно холодно, тёплая шапка, ботинки и куртка никак не спасали, а ведь я находился в помещении. Мне было безумно жалко тех, кто держал свой пост на улице. Честно говоря, все эти скалы, льды и сугробы меня даже немного пугали. Я видел в кошмарах, как падаю со скалы, застреваю в сугробе и задыхаюсь. Иногда я до сих пор содрогаюсь от страшных снов и мучаюсь от холода, хотя вокруг объективно тепло.       У меня были странные чувства в тот день. Я чувствовал себя подавленно и едва ли мог что-то делать. Никак не мог собраться с мыслями, словно их занимало что-то другое. Помню, что я был один. Один в огромном, тихом помещении. Кажется, я тогда чинил автоматы. Они постоянно там ломались, словно не выдерживали температур. Хотя, я не оружейник. Честно говоря, мне было даже немного стыдно, что приходилось чинить оружие, о котором я не так уж и много знал.       День, когда Аляску всё-таки отбили, был безумно холодным. Но, честно говоря, я не могу вспомнить, что со мной случилось. Будто холод пробирал меня до костей не снаружи, а изнутри. Наверное, это было что-то серьёзное, возможно, связанное с семьёй. В тот день ко мне со спины подкрался человек в нашей стелс-броне. Удивительная штука. Я до сих пор восхищаюсь ей. Думаю, возможность в ней поковыряться была самой приятной частью моей службы. Человек сильно напугал меня, и я чуть не выстрелил в него. Слишком нервный был. Он весело посмеялся и снял с себя маскировку. Он был высоким — почти на голову выше меня. Чёрная, полностью закрытая, как комбинезон, броня подчёркивала его длинные ноги и широкие плечи. Да и вообще весь его визуально сильный силуэт. Помню, он опустил рыжую маску шлема, но... Я не могу вспомнить его лица. Никак не могу вспомнить.       Он рассмеялся и крепко меня обнял. Его броня была очень холодной, но от объятий мне внутренне было очень тепло, хотя чувство жуткой тоски никуда не пропало. Я помню, что мы говорили о чём-то, прежде чем снаружи послышалась стрельба и крики. Он ушёл проверить и велел мне ждать его на том же месте.       В случае чего нам всем говорили кончать жизнь самоубийством, но никогда не сдаваться в лапы противника. Я был слишком слаб и жалок, чтобы это сделать. Когда американцы прорвались, они не убили меня, потому что я был всего лишь техником. Из оружия у меня был только маленький пистолет, поэтому я бы при всём желании не оказал должного сопротивления. У меня была возможность застрелиться, но я... Я не смог. Из-за меня того человека тоже захватили в плен. Он не бросил меня, пытался вызволить, но в итоге мы оба были связаны и отправлены в лагерь для военнопленных.       — Честно говоря, мне до сих пор за это стыдно, — тяжело вздохнул Зэн. — Может, было бы гораздо проще, если бы я всё же убил себя.       — Ду, не надо, — покачал головой Бэй. — Страх — совершенно естественен. Я не могу себе представить, чтобы даже самый большой прилив патриотизма заставил кого-то лишить себя жизни. Это совершенно неестественно для людей.       Зэн слегка улыбнулся и выдохнул:       — Знаешь, зови меня Зэн. Это будет справедливо.       — Как «удивлённый»? — улыбнулся врач, приподнявшись на кровати.       — Да, «удивлённый», — слегка кивнул и посмотрел в сторону двери, когда в неё вдруг постучали.       Бэй приподнялся и сел, спустив ноги с кровати. Зэн же встал и открыл дверь. Там стоял Тобиас, почему-то выглядящий прямо мрачнее самой тёмной тучи. Он посмотрел за Зэна и тяжело вздохнул:       — Шан хочет нас видеть.       — Что ей надо? — тяжело вздохнул Бэй и встал.       — Не знаю, — Тоби покачал головой и отошёл с прохода, чтобы выпустить гулей.       Зэн смутно представлял, что сейчас может сказать Шан. Наверняка что-нибудь насчёт драки. Хотя, Молли ведь уже к ней утащили. Наверняка она получила серьёзный выговор. Правда, Зэн всё же не хотел думать, как именно её могли бы наказать.       Кабинет Шан снова весь был заполнен дымом, но теперь настолько густо, что даже Бэю и Тобиасу стало плохо. Шан недовольно хмыкнула и нараспашку открыла окно, чтобы проветрить. Перед её столом уже стояло три стула, которые обычно находились вдоль стены рядом с книжным шкафом. По центру, прямо напротив девушки, садиться никто особо не хотел. Это было забавно и нелепо одновременно. Решился всё же Зэн. Остальные сели с краю. Шан внимательно всех осмотрела и перевела взгляд на Лю Бэя:       — Выглядишь так себе. Молли здорово тебя приложила. Кулаки или труба?       — Кулаки, — выдохнул Бэй, потрогав припухлости под глазами.       — Она больше не принесёт нам проблем, — сообщила девушка и посмотрела на Зэна. — Ты ведь хотел за ворота?       — Да, — Зэн слегка кивнул.       — Вам нужно сходить в город. Я дам список деталей и мест, где они могут быть. В вашем распоряжении три дня, — рассказала Шан и по столу передала Зэну листочек.       — Сейчас? Ты с ума сошла? — возмутился Бэй, вскочив и уперевшись руками в стол.       — Это безумие, — поддержал его Тоби. — Выходить на этой неделе сродни самоубийству.       — Нам нужны эти детали. Собирайтесь. Выдвигаетесь сегодня вечером, — неожиданно строго сообщила девушка и встала, чтобы отойти к окну.       — Цзоу, это очень опасно, — надавил Бэй, сжав руки в кулаки.       — Нельзя немного отложить? Бэю досталось, ему бы пару дней. Или мы можем взять кого-то другого, — попытался урегулировать назревающий конфликт Зэн.       — Вы хотите к Молли? — спросила Шан, чуть обернувшись к ним.       Зэн невольно сглотнул, почувствовав на себе пугающе пустой взгляд Шан, а потому взял лежащий перед ними список и просмотрел его:       — Здесь не очень много. Может, мы управимся даже раньше.       — Звучит отлично. Можете идти, — с этими словами девушка отвернулась обратно к окну.       Бэй пытался что-то сказать, хотя и не знал, видимо, что, потому что не проронил и слова. Он раздражённо выдохнул и широкими, быстрыми шагами вылетел из её кабинета. Тоби последовали за ним, только уже медленнее. Зэн тяжело вздохнул и встал, но у выхода обернулся и глянул в спину девушке:       — А что случилось с Молли?       — Иди. У вас мало времени, — уклонилась от ответа Шан, даже не обернувшись.       Зэн хотел возразить, вновь взглянул на листок, где не понял некоторые слова, и всё же вышел, быстро нагнав подождавшего его Тоби. Он же ушёл собираться, а Зэн смог догнать врача только в комнате. Тот метался в маленьком помещении из угла в угол, как пойманное дикое животное. Как только Зэн вошёл, он тут же отвлёкся на него и сразу начал:       — Ду, нам нужно поговорить.       — Зэн, — напомнил он и стал потихоньку собираться.       — Что? — не сразу понял Бэй, а после раздражённо выдохнул. — Зэн, нам правда нужно поговорить.       — Говори. А ты уверен, что сможешь идти? — поинтересовался Зэн и посмотрел на него.       — А, да, я в порядке, — он выдохнул и, встретившись с недоверчивым взглядом друга, с улыбкой добавил. — Честно.       — Знаешь, я тоже хотел кое-что сказать, — начал Зэн, оставив рюкзак на своей кровати.       — Да? — удивился Бэй, но почему-то стал теребить манжет своей рубашки, будто нервничал.       — Я хотел сказать тебе спасибо за то, что меня слушаешь, — Зэн подошёл к нему и взял за руки. — Просто... Я сам не знаю, что это всё такое, но когда я рассказываю тебе, мне будто становится немного легче. Будто в голове проясняется.       Бэй ничего не ответил, слегка сжав руки друга в ответ. Обоим было странно чувствовать, как они нервно сжимают ладони друг друга, но от этого словно становилось немного проще жить. Бэй слегка наклонился и ткнулся в лоб Зэна своим, тихо прошептав:       — Всё хорошо. Поговорим, когда вернёмся.