Los/Ver

      С самого утра телефон Эдди разрывался от сообщений. Было пару сообщений от друзей с напоминанием времени и места встречи, но не они разбудили астматика. Множество сообщений в сети от «Анонимного Пользователя» с промежутком в пятнадцать минут были тому причиной.       Анонимный Пользователь: Ты спишь?       Анонимный Пользователь: Нужно встретиться.       Анонимный Пользователь: Не игнорируй меня.       Анонимный Пользователь: Каспбрак, ебанутая ты хуйня, ответь!       Анонимный Пользователь: Или я убью кого-нибудь!       Анонимный Пользователь: Я не шучу!       Анонимный Пользователь: Ты еще спишь? Реально?       Анонимный Пользователь: Я думал, такие, как ты, встают с петухами.       Анонимный Пользователь: Хотя ты и так с петухами просыпаешься. Вы же все там петушки.       Анонимный Пользователь: Бля. Прости. Нам правда нужно поговорить.       Не глядя на экран, Эдди выключил телефон и перевернулся на другой бок, собираясь спать дальше, но его мать стала стучать в дверь, прогоняя остатки сна и поднимая мальчишку с кровати.       — Боже, мама, ты с ума сошла! Я же сплю! — Заспанный, взлохмаченный Каспбрак недовольно смотрел на свою мать, держащую в руках трубку от домашнего телефона.       — Я просила перезвонить позже, но твой друг настоял, что это срочно. — Полная женщина протянула телефон сыну. — Как закончишь, спускайся завтракать.       — Ладно. Спасибо. — Эдди тяжко вздохнул и забрал трубку, возвращаясь в комнату. — У аппарата.       — Ебать, ты соня! Тебя не учили, что надо отвечать, когда пишут.– С другой стороны раздался нахальный голос, который меньше всего хотел услышать астматик с утра пораньше.       — Я даже знать не хочу, откуда у тебя мой номер, Бауэрс. — Эдди сел на кровать, возвращая свой телефон в жизнь. — Тебе говорили, что ты больной на голову мудак? — Подростка передернуло от количества сообщений.       — Я был в участке и стрельнул номерок в твоем личном деле. — Генри хрипло засмеялся. — Встретимся сегодня.       — А не пошел бы ты на хер? — Ипохондрик стал переодеваться, придерживая телефон плечом. — Я не буду с тобой встречаться.       — А раньше ты говорил другое, а, защитник пидорасов. — Хулиган наигранно заныл. — Говорил, что поможешь мне. А теперь слов своих не держишь?       — Задрал! — Эдди посмотрел на время. — Я занят сегодня и смогу уделить тебе не больше часа, тебе ясно?       — Этого хватит. Давай в той беседке, где мы уже говорили. — Голос Генри стал мягче.       — Скажу сразу, я предупрежу друзей, где и во сколько я буду во время встречи с тобой. В половину второго в парке. — Не став дожидаться ответа, астматик сбросил и пошел вниз, где на кухне его уже ждал травяной чай и яичница с беконом. ////////       С самого раннего утра Ричи с отцом возились в гараже, чиня старый пикап. Мистер Тозиер пообещал сыну, что если они успеют его починить и продать до конца учебного года, то половину денег он отдаст подростку на съем жилья. Он не говорил с неудачником напрямую о том, что же так движет Ричи снять квартиру, но догадывался, что дело в сыне его покойного друга. Не зря же эти двое все время вместе. Мужчина даже понимал, что они не просто дружат, но предпочитал не вмешиваться, принимая своего ребенка таким, какой он есть. Поэтому работа кипела вовсю. Старый рок, лязг металла и стук раздавались из гаража. Изредка миссис Тозиер заглядывала к ним, принося новую порцию холодного лимонада, заставляя тем самым своих «мальчишек» делать перерыв на несколько минут, после которого они с новыми силами принимались за работу. Возможно, поэтому Ричи и закончил раньше, чем планировал. Можно было бы еще поработать, но детали еще не успели прийти, поэтому мистер Тозиер отпустил сына погулять, напоминая о том, что завтра в школу.       Наскоро отмывшись от масла и переодевшись в любимые драные джинсы, футболку с «Killer Queen», парень прихватил куртку с рюкзаком, запрыгнул на велосипед и помчался к дому Каспбраков. «Вот же малыш удивится, когда я за ним заеду», — думал Ричи, когда направлялся к знакомому дому. Но удивился уже он, когда миссис Каспбрак сказала, что ее сын уже давно ушел на встречу с другом. ////////       Патрик Хокстеттер не виделся с друзьями после ночного инцидента. Его не наказали родители, которые, порядком уставшие от выходок сына, игнорировали его существование. Он сам перестал приходить на тусовки. В дураках оказались все, но почему-то только Патрику было стыдно перед лидером за свой проигрыш. Хулиган ждал, когда лидер вспомнит о нем, но Генри словно забыл про его существование, тем самым добивая Хокстеттера. Стерпев несколько дней игнорирования от Бауэрса, парень решил действовать напрямую. Если Генри в нем больше не нуждается, пусть скажет ему это в лицо, а если нужен, то пусть не отталкивает. Они же друзья. Друзья с привилегиями. Горько усмехнувшись, Патрик направился к главному хулигану, собираясь разобраться в том, что между ними происходит. Бредя пешком вдоль парка, Хокстеттер все думал, с чего же начать их разговор. Можно сразу же вывалить на Генри все, что у него на душе, но с другой стороны они же не девочки, чтобы заниматься подобной ерундой. Нужно начать сразу с привилегий, ведь Генри нравилось, когда Патрик опускался перед ним на колени. В такие моменты лидер отморозков успокаивался, каким бы взвинченным он не был, и заботливо поглаживал друга по щеке, если тот заглатывал больше, чем мог осилить и давился.       Уже стоя на остановке в ожидании автобуса до ферм, Патрик заметил интересную картину. Его Генри и педиковатый астматик из сборища Заики Билла шли по аллее вместе. Хокстеттер даже дымом подавился. Что этому больному нужно от лидера? Так еще и очкастый Балабол идет за ними поодаль и явно занимается слежкой. Даже велосипед спрятал в кустах. «Какого черта тут вообще происходит?» — задался вопросом Патрик и, перебежав дорогу, присоединился к слежке. ////////       — Нам не обязательно вместе идти на место встречи. — Эдди припарковал свой велосипед на стоянке, защелкнув замок на цепи.       — Сама судьба свела нас. — Генри криво усмехнулся, пожевывая фильтр незажженной сигареты.       — Твое сталкерство, а не судьба. — Каспбрак сплюнул рядом с задирой, вызывая у того табун мурашек по всему телу. — Я же сказал, что приду. Такой конвой мне был ни к чему.       — Я говорил тебе, что из тебя бы вышел отличный отморозок? — Все еще не отогнав наваждение от плевка, промурлыкал Бауэрс. — Кончай ломаться и давай ко мне.       — Не в этой жизни, дебил. — Осмотревшись по сторонам, Эдди быстро направился к скрытой тропинке, стараясь не привлекать ненужного внимания. ////////       — Стоять! — Когда Ричи хотел уже завернуть за угол, следуя за своим неудачником и хулиганом, его кто-то схватил за шиворот и потянул назад. — Балабол, что тут, блять, происходит?       — Арх… — Тозиер чуть не упал на потянувшего его Патрика, сразу же хватаясь за футболку, не позволяя ей задушить себя. — Дебил! Что у тебя за привычка такая душить людей?       — Отвечай на вопрос! — Засранец из последних сил сдерживался, чтобы не кричать неудачнику в лицо, хватая того за грудки. — С какого хера Маменькина детка и Генри вместе куда-то идут?       — Представь себе, я тоже в душе не ебу. — Ричи брезгливо скинул с себя руки и поправил одежду. — Самому любопытно, вот и иду за ними. Правда, из-за тебя меня уже могли раскусить. И за языком следи, если зубы тебе еще нужны.       — Что вякнул?! — Хокстеттер хотел уже ударить подростка, но остановился. — Куда они могли пойти?       — Так я тебе и сказал, урод. — Балабол достал пачку и сигарету, подкуривая. — Есть идея, но если хочешь узнать, то иди за мной. Только без фокусов, или я тебя убью. — Даже как-то спокойно выдал Ричи, выпуская дым.       — Ой, напугал. — Патрик тоже закурил.       — То-то думаю, завоняло. — Усмехнулся шутник и выглянул из-за угла. — Так и знал.       — Что ты там знал? — Хулиган пропустил подкол, решая действовать сообща с неудачником.       — Можем спокойно покурить, а дальше ни звука, понял? — Балабол отключил все звуки в телефоне. — И под ноги смотри потом, чтобы не выдать нас. — На это Патрик лишь кивнул, доверяя Ричи. ////////       — Ну, и в чем была такая необходимость встречи? — Эдди сел на лавку ближе к выходу. — Я тебя внимательно слушаю.       — Будто не догадываешься. — Генри сел поодаль, наконец подкуривая пожеванную сигарету.       — Просвети же меня. — Астматик скрестил руки на груди. — У нас чуть меньше часа, а потом мне нужно идти.       — Я хотел бы поговорить о нас. — Взгляд парня скользил то по синякам на коленях, то по скулам неудачника, то по ключицам, слегка выглядывающим из ворота футболки, то по поджатым губам.       — Нет никаких «нас»! — Категорично отрезал ипохондрик. — Я думал, ты понял это еще в прошлый раз.       — Да послушай же ты меня! — Генри повысил голос, но видя то, как дернулся подросток, стих. — Я просто хочу, чтобы ты услышал то, что я тебе сказать хочу. Не уродуй и, пожалуйста, не провоцируй. Я не отличаюсь тактом и терпением, и только из-за того, что я хочу тебя, я еще не навредил тебе. Но и мое терпение не железное.       — Я тебя не боюсь. — Эдди сглотнул от того, как хулигана кидает из крайности в крайность. Вот он только что вопил, а теперь спокойно разговаривает. Зря он согласился на эту встречу. Ричи его убьет, если узнает об этом. Бросит, а потом убьет, это точно. — Так что засунь свои угрозы себе в жопу. — Несколько раз встряхнув бутылек с лекарством, Каспбрак сделал пару крупных вдохов.       — Просто выслушай, а потом я с удовольствием выслушаю тебя. — Генри подошел к Эдди, садясь на свой рюкзак перед парнем и заглядывая ему в глаза.       — Удачно ты сел, как раз в случае чего смогу тебе по роже дать. — Неудачник от такой внезапной близости вжался спиной в спинку лавки, что не осталось незамеченным для хулигана.       — Не нужно бояться, Каспбрак. — Бауэрс затянулся, выдыхая дым в сторону. — Я тебе ничего не сделаю. Пока что. Я начну?       — Валяй. — Эдди настороженно наблюдал за хулиганом и прикидывал время, за которое он сможет сбежать от него.       — Начнем с того, что ты — тот еще отморозок, просто скрываешь свое истинное «я». — Генри заметил, как ипохондрик уже хотел, что-то сказать, поэтому парню пришлось тормознуть поток слов жестом. — И я не имею в виду твою взбалмошность и грязный рот, хотя это и возбуждает. Ты в курсе, что ты мог забить Патрика? — Видя замешательство в карих глазах, Бауэрс продолжил. — В курсе. Ты же у нас умничка и прилежно посещаешь курсы для поступления в медицинский. Ты хотел его не избить, а убить. И, если Урис просто чокнутый психопат, то за твой рассудок я не переживаю. Тебе же понравилось слышать хруст под своими пальцами?       — И что, если это и так? — Если сначала Эдди хотел отрицать слова хулигана, то теперь он решил с ними согласиться. Да, ему понравилось. И даже очень.       — Оу, значит принимаешь в себе эту часть. — Генри расплылся в довольной ухмылке и даже позволил себе погладить ноги Касбрака, останавливаясь только тогда, когда пальцы коснулись низа шорт комбинезона. — Отлично. Ты же жестокий парень на самом деле. И злой.       — У меня бешенство. — Эдди скривился от чужих прикосновений и ударил мысом кроссовка парня по локтю. — Руки убрал, придурок!       — Ай-яй, какая недотрога. — На это Генри лишь рассмеялся. — Это мне тоже нравится в тебе. Рядом с этими уродцами ты тратишь время впустую. Они не могут раскрыть твоего потенциала, а я могу. Я могу тебе дать все, что ты хочешь.       — И что же я хочу? Генри, ты сам придумал себе какую-то херню, сам в нее и поверил. Заканчивай с этим бредом и дай нам нормально закончить этот год. — Каспбрак посмотрел на время, но раздосадованно цокнул. Обещанный час еще не истек.       — Ты хочешь ярости и страсти. — Генри как-то шумно выдохнул и уже тише продолжил. — Чтобы до разбитых колен и кулаков, до сорванного голоса.       — Генри, тебе нужна помощь. — Ипохондрик вздохнул и поднялся со своего места. — Эта встреча последняя. Больше не тревожь меня.       — А не то что? — Бауэрс резко подскочил, хватая неудачника за плечи и прижимая спиной к колонне, не позволяя тому сбежать. — Расскажешь своему очкарику? Он уже одной ногой в могиле! Чем он лучше меня? Что он делает такого, что ты не можешь заметить меня.       — Убери руки. Ты мне противен. — Холодно ответил неудачник. Ему было страшно, да так, что ноги отнимались, но показывать страх нельзя. Не при Генри. — Оу, ты хочешь знать? А я тебе расскажу. — Эдди стоило бы замолчать, когда пальцы до боли сжали его плечи, но в таких ситуациях инстинкт самосохранения у парня отключался. — Тебя интересует то, как часто и каким образом он меня ебет? Как за волосы таскает, когда его хер у меня в глотке? Как я ему позволяю кончать в и на меня? Тебе в подробностях или вкратце? О, а еще ты когда-нибудь трахался по накурке? Это сногсшибательно. Обычно меня ебут жестко, до искр из глаз, а тут я думал, что свихнусь, настолько долго и сладко это было. Это тебе хотелось узнать, урод? — Последние слова Каспбрак выплюнул в лицо хулигану. — И знаешь почему я тебе это говорю? Потому что тебе это со мной не светит. Твой предел — это Патрик, который фанючит на все, что связано с тобой.       — Ты же в курсе, что теперь ты отсюда не уйдешь? А потом я приду за Балаболом, и ему не жить? — Генри встряхнул подростка, больно прикладывая того затылком о колонну.       — Это ты не уйдешь. — Воспользовавшись тем, что Бауэрса занесло, Эдди незаметно достал перцовый баллончик из сумки-бананки. — Проверим заодно, такой ли я отморозок, коим ты меня считаешь. ////////       Как только курящие подростки избавились от окурков, они направились к предполагаемому месту, где должны быть Генри и Эдди. Максимально тихо Ричи шел к беседке другим путем. Раньше тропинка была основной, но во время дождя ее размывало, превращая некогда нормальный путь в грязевое месиво. Поэтому уже как год она была скрыта высокой травой, и только те, кто часто ей пользовались, еще помнили об ее существовании. Патрику не нравился путь, но сказать ничего против не мог. Если это очкастое недоразумение знает местоположение его лидера, нужно идти и помалкивать. Когда беседка стала заметной с тропинки, Тозиер показал на нее Патрику и, приложив палец к губам, приказал хулигану не шуметь, на что тот лишь кивнул. Выбрав кусты, которые почти находились рядом со строением, подростки притаились, подслушивая чужой разговор. Ни для отморозка, ни для неудачника он не стал приятным. Каждый из них хотел вмешаться, но и любопытство брало вверх. Хокстеттер скрипел зубами от того признания, что Генри говорил астматику. Чем этот чумной лузер лучше его? Ведь он, Патрик, всегда был рядом с ним, не это радужное чудо, а он! Так почему главарь смотрит на неудачника? Если бы не Рич, он бы уже давно сорвался с места, останавливая Генри. Ведь неудачник не стоит и капли того, что испытывает к нему главный хулиган.       А Ричи был спокоен. По крайней мере внешне. Он вообще редко менялся, когда его перекрывало. Он просто с отсутствующим взглядом мог ударить или наорать. Ни поигрывающих желваков, ни сбитого дыхания. Он только пару раз беззвучно усмехнулся из-за ответов Эдди. Надо же, какой дерзкий. И храбрый. Тозиер знал о том, что Каспбрак уже встречался с этой тупой скотиной, но тогда он не стал пытать парня о причине встречи. А тут вот где собака была зарыта. По-хорошему нужно было разозлиться на Спагетти и устроить ему разборки, но зачем? Балабол тогда на кухне сказал, что ему доверяет. Поэтому и злости он не чувствовал. Лишь беспокойство, когда голос Генри стал срываться. Поэтому он и поспешил снять рюкзак, чтобы в случае чего запустить его в хулигана.       Запахло жареным тогда, когда Эдди встал и собрался уходить. Каждый из шпионов понимал, что сейчас что-то будет. Поэтому на фразу «Ты же в курсе, что теперь ты отсюда не уйдешь?», Ричи уже стал подниматься, чтобы проломить череп, а Патрик был уверен в этом, но был остановлен хулиганом. Хокстеттер прекрасно понимал соотношение сил, поэтому перспектива того, что Генри убьет мелкого астматика, его радовала. Недолго думая, Патрик набросился на Тозиера, удерживая того со спины. Лишь тогда, когда раздался крик Бауэрса, оба наблюдателя выскочили из своего укрытия, наблюдая следующую сцену.       Эдди всегда носил с собой перцовый баллончик. Он прекрасно понимал, что для хулиганов был лакомым кусочком, но за все время их травли, неудачник ни разу им не пользовался, успевая убежать от обезумевших засранцев. А сегодня не успел. Генри с катушек съехал, поэтому нужно было переходить от отступления в атаку. А как атаковать, если этот придурок держит его так, что синяки останутся, и головой приложил, что в глазах на мгновение потемнело? Оставался только один выход — ослепить, а потом бить. Так Эдди и поступил. Задержав дыхание и зажмурившись, неудачник распылил Бауэрсу перченый спрей в глаза, а когда тот завопил от боли, завалил хулигана на пол, садясь верхом и смыкая пальцы на шее главаря задир. Если бы они были бы одни, то Каспбрак точно придушил Генри. Ударив Патрика своим затылком о его нос, Ричи первым оказался на месте незаконченного убийства. Взяв Эдди подмышки, Тозиер стал оттаскивать буквально озверевшего Каспбрака, который все норовил закончить начатое, грязно и громко ругаясь. Хокстеттер сразу же кинулся к Генри, пытаясь ему помочь хотя бы подняться.       — Малыш, тише. Все хорошо. — Старался достучаться до неудачника Тозиер, крепко прижимая Эдди к себе, то и дело получая то по ногам, то под дых. — Уведи уже Генри отсюда, придурок! — И, если с астматиком болтун разговаривал мягко, но на Патрика он кричал. — Или я его сейчас отпущу.       — Вы оба конченные уроды! — Орал в ответ патлатый хулиган. — Вы не доживете до конца года!       — Отпусти меня, Рич! Я придушу этого мудака! И сучку его! И Рыгало! И Виктора! Всех этих тварей поубиваю! — Эдди стал топтать ноги Балабола, чтобы хоть как-то освободиться. — А ну иди сюда, говно собачье!       — А я говорил, что ты — тот еще отморозок. — Пусть Генри не мог ничего видеть, но он наслаждался тем, что слышал. — Мы отступим и даже не тронем вас, как и договаривались. Но ты подумай над тем, что я тебе сказал, Эдди.       — Пошел ты на хер! — Теперь настала очередь Каспбрака швыряться ботинками. — И не смей ни к нам, ни к моим друзьям подходить. В следующий раз я тебя пырну твоим же ножом, что даже кавкнуть не успеешь, как сдохнешь, мразь!       — Я это запомнил. — Патрик заметил, что Ричи с каждой минутой все тяжелее сдерживать разъяренного ипохондрика, поэтому напоследок показав неудачникам средние пальцы, патлатый прихвостень поспешил увести лидера хулиганов из беседки.       — Все закончилось. Все хорошо. Малыш, возьми себя в руки. — Как хулиганы скрылись из виду, у Эдди начался приступ, поэтому болтун усадил его на лавку. Оно и неудивительно. Астматик так не психовал уже очень давно, а с катушек съехал так вообще в первый раз. — Давай, дыши. — Ричи сам подносил ингалятор к губам астматика, заставляя его вдыхать лекарство. — Смотри на меня. Все закончилось.       — Ричи, я не могу. — Стоило адреналину сойти на нет, как наступила истерика, которая била мелкой дрожью и не давала парню с фантомной астмой и вдоха сделать. — Я реально хочу убить эту мразь!       — Фу, гадость какая. — Тозиер мягко улыбнулся и дал сделать еще пару вдохов. — Малыш, он того не стоит. Я сам с этим разберусь, ладно?       — Нет! Они убьют тебя! — Эдди вцепился в руки Ричи, а на глазах наворачивались слезы. — Блять! Ричи, я тебя убил! Черт. Я должен догнать их!       — Стоп! — В этот раз Балаболу пришлось прикрикнуть на неудачника. — Никто никого не убьет, ясно? И не думай мне тут реветь. Ты должен успокоиться за пятнадцать минут, а потом мы поедем в убежище.       — Но Ричи… — Начал было Каспбрак, но остановился, наблюдая за тем, как Тозиер достает уже знакомую ручку, раскручивает и достает косячок. — Что это?       — Дурь. Я для Стэнли доставал, поэтому она легкая, но тебе поможет. — Выудив из кармана зажигалку, парень протянул все Эдди. — Тебе нужно успокоиться, или ты не сможешь дышать.       — Не нужно. — Смахнув выступившие слезы, ипохондрик через силу начал дышать.       — Хорошо. — Убрав травку обратно, Балабол сел рядом, слыша, как подросток делает успехи. — По этой причине вы встречались в прошлый раз? — Неудачник сам закурил, спасая нервы глубокими затяжками синего «Честера». — Я в норме, но в убежище я покурю, и это будет не табак.       — Я тоже походу. — Эдди спрятал лицо в ладонях. — Нужно было сразу тебе рассказать.       — Забей. — Знал бы кто, каких сил стоило Ричи не сорваться, но из-за ипохондрика, который еле-еле борется с истерикой, ему приходилось держаться. Должен же быть среди них хоть один здравомыслящий человек. — В любом случае ты сам все расскажешь ребятам. Соберем конфу уже в убежище и предупредим всех.       — Ты же не кинешь меня теперь? — Каспбрак убрал ингалятор в боковой карман за ненадобностью.       — После того, как ты провоцировал Генри рассказами о нашей половой жизни? — Ричи усмехнулся. — Эдуардо-Андале, вы должны на мне жениться, чтобы моя честь не была запятнана! И немедля!       — Придурок. — Эдди тихо засмеялся. — Сразу как переедем в нашу квартиру, сразу же женюсь.       — Вот и славно. — Шутник потрепал по голове и поцеловал в макушку. — Поехали уже к ребятам.