Случайные встречи

Услышав Зов, Аманда даже бровью не повела, ни на секунду не переставая любезничать с надоедливым юным гасконцем. Никакие бессмертные в ее планы на этот вечер категорически не вписывались. Пусть незнакомец настороженно оглядывает толпу, пытаясь поймать такой же ищущий взгляд и угадать, кто из присутствующих — его коллега по бессмертию. Совершенно безнадежное занятие на балу, где только гостей под сотню человек, а уж если посчитать всю обслугу и сопровождающих… И Аманда уж совершено точно не собирается облегчать ему задачу и хоть как-то показывать, что тоже слышит его присутствие. Тем более, её меч остался в карете. Аманда улыбнулась, делая вид, что веселится очередной совершенно несмешной шутке гасконца, а потом позволила увлечь себя к самому дальнему из небольших балкончиков, ласточкиными гнездами прилепившихся снаружи особняка. Там все надежды и мечты пылкого юноши были жестоко и вероломно разрушены: пару раз приложившись затылком о стену, он покладисто сполз к ногам Аманды. Она присела рядом проверить пульс бедняги — вдруг пришибла ненароком. Прикинула, не связать ли, но решила, что не стоит. Даже если очухается раньше срока — вернется в зал искать свою обидчицу или проявит благоразумие и переключит внимание на какую-нибудь более покладистую девицу. И уж точно не будет выглядывать Аманду на давно опустевшем балконе. И совершенно зря. Совершив хитрые манипуляции, Аманда вытащила из-под подола платья арбалет и крюк с веревкой. Ну вот, спрашивается, куда тут еще и меч прятать? Аманда зарядила арбалет, прицелилась и выстрелила в крышу особняка. Проверила надежность веревки, обмотала ее вокруг руки и лихо перемахнула на соседний балкон, выходящий уже не в зал, а в закрытую от гостей часть дома. Там она проворно отстегнула от корсета юбку и рукава платья — ее личная модификация бального фасона, которой Аманда заслуженно гордилась. Всё-таки одно дело — перелететь между балконами, а совсем другое — карабкаться вверх по отвесной стене. Оставшись в тонкой батистовой рубашке, панталонах и корсете, Аманда аккуратно сложила в уголке балкона временно ненужные части наряда и начала восхождение к намеченной цели. Добравшись до нужного ей окна, Аманда устроилась на карнизе и бриллиантовым перстнем вырезала небольшое отверстие в стекле. Просунув внутрь руку и открыв оконный запор, она проскользнула внутрь, втянула веревку и напоследок выглянула во тьму сада — убедиться, что проникновение прошло незаметно и никто не собирается поднимать тревогу. Довольная успешностью первой части операции, Аманда приступила к собственно хищению хозяйкиных драгоценностей. Единственное, что отвлекало и нервировало — то усиливающееся, то ослабевающее ощущение Зова. Спальня графини находилась непосредственно над бальным залом, и два этажа между ними были недостаточным расстоянием, чтобы перестать чувствовать присутствие бессмертного. Это-то Аманду и подвело. Она как раз заканчивала потрошить последнюю шкатулку, когда, ощутив спиной чужой взгляд, резко обернулась и увидела стоящую в дверях графиню. — Так-так-так… юная воровка, значит, — графиня не спешила ни падать в обморок, ни звать на помощь, и обе женщины прекрасно понимали, почему. Двое бессмертных могут водить друг друга за нос в многолюдной толпе, но, столкнувшись лицом к лицу, ошибиться невозможно. Аманда оглянулась в поисках оружия, но, как назло, спальня благородной дамы вполне соответствовала ее статусу и никаких висящих на стене мечей в ней не наблюдалось. Разряженный арбалет остался на подоконнике. Из оружия Аманда располагала лишь кинжалом за корсетом, который она тут же и обнажила. Графиня повторила ее жест. Обе хмыкнули. Кинжал графини был чуть длиннее, но Аманда порадовалась и этому. Хорошо, что графиня не оказалась параноиком, не расстающимся с мечом даже на балу в собственном замке. Графиня сделала первый выпад, Аманда парировала, но графиня уклонилась и стремительным ударом достала соперницу самым кончиком лезвия. Аманда отскочила, ткнулась спиной в прикроватный столик и задела локтем подсвечник. Подсвечник? Прекрасное средство защиты! Вытряхнув свечи, Аманда пошла на графиню с кинжалом в одной руке и подсвечником в другой. — Так нечестно! — возмутилась графиня. — А кто говорит о честности? Графиня фыркнула и перехватила второй подсвечник. Какое-то время дамы почти с равным успехом кружили по спальне, потом Аманда наступила на подол платья графини, та ожидаемо споткнулась, но в последний момент успела огреть Аманду подсвечником. Той почти удалось увернуться — удар пришелся в плечо, а не в висок, но в итоге обе дамы запутались в одном подоле и свалились на кровать. Аманда оказалась сверху, но оба кинжала оказались приставленными к горлам соперниц, что уравнивало шансы. — И что дальше? — Аманда скосила взгляд на рукоять кинжала графини — вроде бы без сюрпризов типа отделения с ядом, но наверняка в полумраке не разберешь. — Одним ударом этой зубочисткой голову не снести, — с нескрываемым сожалением заметила графиня. — Ну, можно пилить медленно и нудно, — оскалилась Аманда. — Да, но для этого одна из нас должна быть мертва, а вторая — нет. — Проблемка, однако, — согласилась Аманда. Графиня на минуту задумалась, потом неожиданным рывком перекатилась через Аманду, оказалась сверху, нагнулась, не обращая внимания на упирающийся в ее шею кинжал, и поцеловала Аманду в губы. — А если так? — Интересный вариант, — ответила Аманда, ослабляя нажатие кинжала и чувствуя ответное движение у своей шеи. — Или проверим, кто из нас первый очнется после одновременной смерти? — Что-то не хочется. Графиня хмыкнула, отбросила кинжал и слизнула каплю крови с царапины на шее соперницы. Аманда поборола короткое искушение воспользоваться шансом прирезать графиню, которая не теряла времени даром и уже успела ослабить шнуровку корсета, добраться до грудей и начать посасывать один из сосков Аманды. Вместо этого она подалась вперед, обхватывая графиню ногами и задирая ее платье. Впрочем, дамам скоро надоело путаться в одеждах. И они ненадолго отвлеклись — Аманда расшнуровала платье графини, у которой была господская задняя шнуровка, и та рыбкой выскочила из опавшего к ее ногам наряда. Вернувшись в постель, они уже не спешили — у одной безнадежно сорвался бал, у второй — ограбление. Аманда раскинулась на постели, позволяя графине устроиться между ее ног и начать ласкать— сначала медленными и дразнящими движениями пальцев, а потом проворным и ласковым язычком, доводя почти до оргазма. И когда Аманда уже постанывала от удовольствия, язычок снова сменили пальцы графини, такие длинные и гибкие, с каждым движением проникающие всё глубже и дарящие всё больше наслаждения. В первое мгновение Аманда чуть отстранилась, а потом подалась вперед, насаживаясь на входящую в нее руку, отдаваясь ей и позволяя безраздельно собой обладать… *** Проснувшись незадолго до рассвета, Аманда быстро оделась и бесшумной тенью скользнула к окну. — Тебя как зовут, красавица? — послышалось из кровати. — Аманда, — сказала она, шагнув на подоконник. А скользя по веревке вниз, услышала ответное: — Кассандра.