Ночные танцы

      Это было необычно серое утро. Даже вороны, любители пасмурного неба, не хотели парить над могучим Лондоном и оглушать проходящих внизу людей своим омерзительным карканьем. Казалось, в этот день скорбил весь город. Возможно, так оно и было, ведь сегодня похороны её отца…       Тэрра проснулась намного раньше Джейкоба. Оглянувшись вокруг, девушка поняла, что ночь выдалась довольно бурной. И пусть зрительная память подводила её, язык тела рассказал ей абсолютно всё. Рассказал о каждой горячей точке, где Фрай касался шелковистой кожи, оставляя горячими губами своеобразные ожоги. Рассказал о прикосновениях во всевозможных точках, где ранее не было чужих рук. По телу невольно пробежали мурашки, а внизу живота образовался узел. Фрикс начала припоминать прошедшую ночь. Посмотрев на лицо ассасина, девушка лишь слегка улыбнулась и убрала прядь волос со лба парня.       — Он такой милый, когда спит… — прошептала себе под нос танцовщица. Неужели она сделала это… Она спасла человеку жизнь. Так же, как и он когда-то спас её. Да, не без помощи инспектора Абберлайна, о котором Джейкоб неоднократно упоминал при их ночных беседах, но всё же… — Ты ведь мог этого не делать, Фрай… Зачем ты спас меня тогда? — прошептала Тэрра.       — Потому что таков долг любого джентльмена, мисс Фрикс. Выручать даму в беде, — усмехнулся Джейкоб, открывая глаза и слегка потягиваясь.       — И давно ты не спишь? — хихикнула девушка, прикрываясь одеялом.       — Ну, точного времени я не скажу… Но час приблизительно, — улыбнулся парень, приподнимаясь на локтях.       — Скажи…       — М?       — А что теперь будет с «Ящерами»? Они ведь не успокоятся, — настороженно поинтересовалась Тэрра.       — А что с ними? Мы сейчас оденемся, позавтракаем, и я сообщу своим ребятам, что пора надрать пару чешуйчатых задниц, — пояснил ассасин, поднимая одежду с пола.       — Вы слишком самоуверенны, мистер Фрай, — усмехнулась Фрикс.       — А вы слишком застенчивы, мисс Фрикс, — подколол в ответ парень, окидывая взглядом девушку. — А может, тебе не одеваться? Ты и так прекрасно выглядишь.       Тэрра отвернулась, но Джейкоб понимал, что она покраснела. Она так наивна, как дитя, и так прекрасна, словно ангел, посланный ему с небес. Фрай резко закрутил головой, отгоняя от себя подобного рода мысли.       — Сегодня вечером, в семь часов, на кладбище… — прошептала девушка, натягивая платье.       — Ты хочешь, чтобы я пришёл?       — Да брось… Ты ведь знал, что я позову тебя, — фыркнула девушка, а в голосе её были различимы нотки скорби. Это было неудивительно. Она хоронила отца.       — Ну… — протянул Фрай, натягивая брюки. — Знаешь, пока тебе нет смысла думать об этом. Сейчас только… — замолчал ассасин и посмотрел на циферблат карманных часов, что валялись на полу. — Сейчас только три часа дня.       — Как три часа? — воскликнула девушка и в ускоренном темпе принялась натягивать колготки.       — Эй, не бойся. Берта идёт мимо цветочных лавок и кладбища. Ты успеешь, — попытался успокоить Фрикс Джейкоб, резко ухватив её за щёки.       — Я не из-за этого боюсь, Джейкоб. Я опоздала на работу! — возразила танцовщица, и Фрай рассмеялся. — Что смешного?       — Ты, видно, забыла, как попросила отгул на несколько дней, не так ли? — улыбнулся парень, надевая цилиндр.       — Точно… Спасибо, что напомнил, — облегчённо выдохнула Тэрра и, обуваясь, прошипела от боли.       — Что-то не так? — спросил Фрай.       — Мне бы не помешала ванна…       — Увы, такой услуги я тебе предоставить не могу. Мы можем заехать к тебе, так и быть, — смирился Джейкоб, как в вагон ввалился пьяный Грач, а за ним следом разъярённая Агнес.       — Стой, паршивец! — кричала женщина вслед пьянице.       — Какого чёрта? — вскрикнул Фрай, ловя бандита на руки.       — Ох, мистер Фрай. Они напились и стали требовать вас, — вздохнула Агнес, перебирая край юбки руками.       — И по какому поводу требовали? — поинтересовался парень, усаживая жертву алкогольного опьянения в неглубокое кресло.       — Сообщить… ик… что мистер Ривз… — икая, пытался выговорить несчастный.       — Что мистер Ривз? — резко воспрял духом ассасин.       — Повержен, мистер Фрай, — гордо объявил Грач, выскакивая из кресла и тут же падая.       — Тихо-тихо, Макс. Агнес, позови парней, пусть заберут его, — потребовал Джейкоб.       — Да, мистер Фрай, — кивнула женщина и удалилась из вагона.       — Значит, кто-то его всё-таки убил… — пробурчала себе под нос Тэрра, подходя к окну.       — Ну так, мы же живём в Лондоне, — пожал плечами ассасин.       — Это другой Лондон… Не тот, который я знала, — с грустью протянула Фрикс, разворачиваясь к парню.       — А ты думала, что над Лондоном сплошь и рядом раскинуты радуги? О, моя дорогая. Ты глубоко заблуждаешься, — усмехнулся Джейкоб и заметил, что девушка шутки не оценила.       «Молодец, Фрай. Никогда не можешь вовремя заткнуться…» — проворчал на самого себя в голове парень.       — Твой дом на следующей станции… — прокашлявшись, объявил тихий убийца.       — Прекрасно, — немного оживилась Тэрра.       — Я приду к тебе, как только улажу всё с Ящерами, — вставил Фрай, и в вагон зашли трое парней. — О, ребята. Забирайте этого сомелье.       Парни дружно забрали птенца из гнёздышка и уже на следующей станции вышли из поезда, а за ними следом вышла и танцовщица. Ассасин не стал спускаться, а лишь вышел на лесенки вагона, дабы помочь леди спуститься.       — Джейкоб! — воскликнула девушка, как только колёса поезда заскрипели.       — Да? — резко повернул голову парень.       — Я буду ждать тебя на кладбище, — сказала Тэрра, и Фрай даже не успел заметить, как она растворилась в толпе.       «Наверное, ей хочется побыть одной», — предположил Джейкоб и вошёл в вагон-бар.       — Итак, леди и джентльмены. Может, кто-нибудь уже расскажет мне, как был свергнут наш превосходный мистер Ривз? — воскликнул парень на весь вагон, и несколько человек подняли руки. — Хм… Лидия, говори.       — Был убит сегодня ночью на одной из станций. Пытался залезть в ваш вагон. Мы с Джилл его и скрутили… — проговорила рыжуля и демонстративно прижала свою очаровательную округлость на стул, опрокинув в себя остатки пива.       — Только скрутили? — саркастично выгнул брови главарь банды. Девушка промолчала. — Лидия-я-я, — протянул Фрай.       — Ну ладно, ладно. Может, не совсем мы его убили, — сдалась Лидия.       — А кто тогда? — пришёл в недоумение Фрай.       — Ваша красавица «Берта», Джейкоб, — послышался голос Джилл, и парень обернулся. — Пока мы его скручивали, он провалился меж вагонов. Так что теперь его можно собрать по кусочкам. Или наделать котлет из того фарша, что от него остался, — пояснила белокурая красотка и присоединилась к подруге. — Мы с Лидией не успели его выхватить из-под колёс. Этот идиот пытался порезать нас ножом.       — И кому, скажите на милость, я теперь должен по две пинты, леди? «Берте»? — залился смехом Джейкоб.       — Эй-эй! Но это же не они прикончили Ривза! — возмутился Джек.       — А я должен им по две пинты не за его убийство, а за хорошее ночное наблюдение, — съехидничал Грач. — Агнес, налей этим очаровательным леди по две.       — Как скажете, мистер Фрай, — недовольно проворчала Агнес.       — Ну так и быть, повышу тебе плату за то, что заботишься о «Берте», — крикнул женщине парень, и та улыбнулась во все тридцать два. Вернее, в тридцать один.       — О, благодарю, мистер Фрай! — поблагодарила парня женщина и с счастливым лицом направилась к барной стойке.       — Хех… — лишь усмехнулся ассасин и направился прочь из вагона.       — Вы не будете праздновать с нами победу, Джейкоб? — язвительно поинтересовалась Джилл.       — Радоваться ещё рано. Мы устранили лишь Ривза. Когда его папаша поймёт, что его сынок превратился в месиво, то не успокоится и будет искать виновников.       — Предлагаете убрать и его? — оскалилась Лидия.       — Да. Нанесите ему визит, но не убивайте. У него ещё дочь, насколько мне помнится, — договорил ассасин и удалился в свой вагон.       Зайдя в обитель бардака, Джейкоб принюхался. В вагоне до сих пор витал запах её духов. Таких нежных, лёгких, словно аромат цветов в весеннем саду после дождя. Дождь… Она любила дождь. Несмотря на всю её наивность и искренность, эта девушка любила, когда шёл дикий ливень, а на небе были белые, словно крылья ангела, облака и где-то между ними мелькало солнце, пытаясь одарить жителей Лондона своими тёплыми лучами.       — Ох, Ив… Она бы тебе понравилась, — сказал пустоте младший близнец и сел на софу. — Ведь она…       Ассасин замолчал. Ему не нужны эти сахарные словечки, чтобы описать, какая она. Зачем? Он может сказать всему миру просто и ненавязчиво:       «Я люблю её…»       Джейкоб провалился в воспоминания.       Ему тогда было лет пятнадцать. Он и Иви жили некоторое время с бабушкой на окраине Кроули, а по соседству жила очаровательная девушка по имени Лилит. Высокая, статная девица была не по годам зрелой и привлекательной. Фрай решил побороться за неё с Рафаэлем — парнишкой из дома напротив, что приехал с родителями из Франции.       В тот день было довольно пасмурно. Джейкоб вызвал Рафаэля на дуэль. Конечно, не на оружии, но кулаки тоже сгодились.       — Да перестань, Джейкоб, — попытался предотвратить драку француз. — Ты же знаешь, что ей нравлюсь я.       — А при чём здесь она? Может, я просто хочу начистить тебе… — парень не успел договорить, как к ним выбежала Лилит, а за ней Иви. — Предательница… — прошептал Джейкоб, обиженно смотря на сестру.       — Эй, вы! А ну прекратите! — вскрикнула златовласка. — Вы два идиота! Что ты, Джейкоб, что ты, Рафаэль! А ты, Фрай, в особенности! По-мимо того, что сломал нам забор, так ещё и нос Рафаэлю решил сломать!       — Эй, полегче с обвинениями, — встряла Иви. — Забор сломал не Джейкоб, а Рафаэль. Так что не нужно обвинять моего брата. Он конечно недотёпа, но заборы не ломает!       — Но Рафаэль сказал…       — Ты нарываешься на драку, милочка, — нахмурилась старшая Фрай, и Лилит умолкла.       Парни лишь переглянулись.       — Да ну вас к чёрту, Фрай. Вы оба больные. Что ты, что твоя сестра, — фыркнул Рафаэль и получил в нос.       — Может быть, моя сестра и зануда, но мы хотя бы не перекладываем свою вину на другого, — улыбнулся Джейкоб и, взяв сестру под руку, направился в сторону дома.       Им тогда здорово влетело от бабушки, но их это не особо волновало. Они гордились своим поступком, потому что смогли защитить честь друг друга. И вот сейчас, сидя один на один с одиночеством в вагоне их «дома на колёсах», Джейкоб знал, что хотел бы это повторить. Повторить, чтобы показать сестре, что, несмотря на все их ссоры и споры, он всегда ценил и любил её.       — Где же ты, сестрёнка? — спросил у головы зебры Фрай и слегка разочаровался, не услышав ответа. Хотя, он и так его прекрасно знал…       Потолок показался ей слишком скучным объектом наблюдения, и поэтому она перетащила лохань к окну. Спустя час мучений Тэрра смогла расслабиться и, рассматривая пасмурное небо, задалась одним единственным вопросом:       «Ну где же этот дождь?..»       Она хотела дождя, ведь сейчас ни одно другое состояние погоды не могло выразить всё то, что было у неё в душе.       Как она пойдёт к нему на могилу? Как она сможет оплакивать того, кто почти всю жизнь измывался над ней, а в последние минуты своей жизни готов был пойти на…       Тэрра покрутила головой в разные стороны как можно быстрее, чтобы не вспоминать тот день. Она решила, что пора принять то, что было, и отпустить…       Отпустить? Вы шутите?..       Да что вы знаете о том, каково это… отпускать…       Вы больше не сможете прикоснуться к его коже, почувствовать столь родное тепло, что исходило от этого человека. Ведь тепло в его теле сменил мёртвый холод… А этот запах… Вам так его не хватает… Вы достаёте его вещи и принюхиваетесь к ним… Вам кажется, что этот человек рядом… Но… нет…       Вы не можете увидеть его живых эмоций, вы больше не прикоснётесь к нему. И он не придёт к вам, когда вы останетесь одни…       Вы представляете, каково это… отпустить?       Вы живёте с пустой надеждой на то, что рано или поздно изобретут машину времени и вы сможете поговорить в последний раз, обняться, посмотреть друг другу в глаза… Сможете сказать всё то, что скрывали в своём сердце. Вы сможете закончить всё так, как хотелось бы вам, а не обстоятельствам… И вот вы ждёте, ждёте, ждёте… И в такие моменты вы не понимаете, сколько всего упускаете… Сколько событий, знакомств, встреч проходит мимо вас… Но вы не можете сделать это резко, словно щелчок шпингалета… Вы не можете освободиться от этих тяжких цепей памяти… Вы не можете отпустить, просто потому что когда-то этот человек был дорог. Безумно дорог, сколько бы боли он вам ни причинил.       Фрикс всхлипнула. Она понимала, что думает сейчас совсем не о родном отце. Она думала о мистере Роте.       — Я скучаю, мистер Рот… — прошептала девушка, закрывая лицо руками. Ей резко стало холодно, несмотря на то что вода в лохани была по-прежнему тёплой. Девушка подняла голову и посмотрела на циферблат часов. Половина пятого. Времени, чтобы сходить в цветочную лавку, переодеться и забежать на работу, достаточно. — Пора…       Тем временем Джейкоб пытался собраться с духом. Ему эти похороны могут даться особенно тяжело, ведь именно он убил её отца. И что хуже всего, убил на её глазах. Он не знал, что скажет ей во время процессии. Не знал, какие слова можно подобрать, чтобы не обидеть её. Хотя, хуже уже точно быть не может.       — Мистер Фрай, — прервала размышления ассасина Агнес, но увидев его не то хмурое, не то опечаленное лицо, замешкалась. — Извините, я зайду позже.       — Нет-нет. Постой, Агнес, — остановил женщину Фрай, и та посмотрела на него с недоумением. — Скажи… У тебя когда-нибудь бывало такое, что ты очень сильно обидела человека, лишила его чего-то и из-за страха, что он тебя не простит, не можешь быть с ним.       — Ну вы конечно загнули, Джейкоб… — вздохнула Агнес. — А к чему такие вопросы? Это касается той юной леди?       — Просто ответь на вопрос, — потёр глаза парень и устремил взгляд в окно.       — Нет. У меня такого не было. Да и, признаться честно, я никого и не любила всю свою жизнь, кроме «Берты». Для меня она не просто ящик с болтами, мистер Фрай, — пояснила Агнес, понимая, что не этого от неё хотели услышать. — Слушайте, если вам действительно важно моё мнение… Не загадывайте. Просто попросите прощение. Если человек вас простит, значит это «что-то» было не так уж и дорого ему.       — А если нет? — повернулся Джейкоб. — Если не простит?       — Тогда тут два варианта. Либо подождать, либо объяснить, почему вы так поступили. Есть и третий вариант, но вам он не понравится.       — Уйти, не так ли? — поинтересовался парень. Повисло неловкое молчание. Наконец Фрай натянул цилиндр на голову и, поправляя края, решительно направился к двери вагона. — Кстати, — резко остановился он, — зачем приходила?       — Да там ваши драку устроили, — возмутилась женщина.       — Идиоты, — пробурчал ассасин и покинул вагон, зная, что не помешало бы нанести визит одному старому знакомому.       Идя меж столиков до сцены, Тэрра пыталась найти глазами Брюса.       — Как сквозь землю провалился… — буркнула под нос девушка и, зайдя в комнату для персонала, увидела картину довольно интимного характера. Резко захлопнув двери, Тэрра несколько секунд боялась даже дышать. Через некоторое время дверь открыл бармен. Весь красный, зацелованный, в полурасстёгнутой рубашке, он выглядел довольно удовлетворённым, но точно не уставшим.       — Ты что-то хотела? — поинтересовался парень, вытирая помаду с лица.       — Я хотела сказать, что выйду завтра… — усмехнулась Фрикс и, разворачиваясь, чтобы покинуть заведение, хмыкнула. — Застегни шеринку.       — Упс, спасибо, — замешкался парень и скрылся за дверью.

***

      Вы когда-нибудь думали, что ваша жизнь ничего не стоит? И не потому что человеческая жизнь бесценна, а потому что вы всего лишь микроскопическая песчинка в этом огромном мире звёзд. Быть может, где-то есть проблема глобальнее и важнее, чем невзаимная любовь или потерянная вещь.       Но…       Что мелочь для вселенной, то может стать для кого-то крахом целого мира.       Смерть.       Нет. Не наша. Тех, кого мы любили. До беспамятства любили.       И пусть её отец приносил ей невыносимую боль, она будет скучать по нему. В её памяти останутся моменты, когда ещё при жизни матери отец читал ей сказки перед сном, целовал в макушку и говорил, что любит её.       А что сейчас?..       Она смотрит на его могильную плиту и не может понять. Радоваться или же оплакивать его. Падать на колени и просить, чтобы он вернулся, или же отпустить.       Джейкоб стоял рядом и просто молчал. Ему было не лучше. Можно даже сказать хуже… Фрай понимал, что помимо убийства её родного отца, он лишил её и родственной души. Рота.       — Вроде бы я должна плакать, как положено хорошей дочери, — прошептала Тэрра, кладя на свежевскопанную землю два белоснежных цветка лилии. — Но его смерть… Я любила отца. Вернее то, что было в нём хорошего. Когда он был мне отцом…       — Ты никому ничего не должна, — сочувствующе произнёс ассасин, положив тяжёлую ладонь на хрупкое плечо девушки.       — Странно, наверное… Но я бы хотела быть с мистером Ротом. В смысле, он больше был похож на моего отца. Но даже не смог умереть на своих условиях…       — Поверь, он умер так, как хотел умереть, — сам того не замечая, шепнул Фрай, осознавая, что ходит по безумно тонкому льду.       — Да неужели? — повернулась к парню танцовщица. — Хотела бы я посмотреть на того ублюдка, которому мистер Рот позволил бы себя убить.       Джейкоб сглотнул. Он понимал, что нужно признаться. Он не сможет держать это всё в тайне, и лучшего момента будет просто не найти.       — Ну так посмотри на него… — тихо сказал парень, опуская поля цилиндра на глаза. Ветер сорвал несколько листов с пожелтевшего клёна, и они ударили по лицу девушки. — Как видишь, он меня не убил…       — Ты… — шепнула Тэрра. — Ты убил мистера Рота!       — Тэрра, я…       — Ты! Ты убил моего отца… И человека, который… — тяжело дыша, говорила девушка, глотая слёзы одну за другой и отходя от парня всё дальше. — Зачем, скажи?       — Я задавал ему тот же вопрос… — ответил ассасин. Небо стало практически чёрным, словно бездна, из которой сыпались иглы дождя.       — И что же он ответил?       — Я могу.       Фрикс растерялась.       — То есть… Ты… Убил самого дорогого для меня человека, просто потому что мог? — сквозь смешки и паузы спросила она.       — Потому что он был опасен!       — Для кого? Для тебя?       — Для людей!       — С чего ты взял? Он не сделал ничего плохого!       — Не говори о том, чего не знаешь! — вскрикнул Джейкоб, не выдержав. — Это была наша последняя миссия… — уже спокойным тоном начал он. — Мы хотели взорвать завод, чтобы освободить рабочих. Но там были дети… Я просил его подождать, но он всё равно дал приказ взорвать здание. Я кое-как вытащил детей… А потом получил письмо с приглашением в театр на представление, — Фрай сделал паузу и почувствовал, как о ткань пальто ударяются капли. Как они буквально прожигают кожу и делают невыносимо больно. Ведь прямо сейчас он может просто потерять её. Взглянув на Тэрру, он понял, что та ждёт продолжения. — Он поджёг театр и запер там людей. У меня не было выбора…       — Ты врёшь… — прошептала девушка.       — Нет, Тэрра… Я не вру.       — Выбор есть всегда! — воскликнула Фрикс.       — Но тогда его не было! — не выдержал ассасин. — Я не хотел его убивать! Я любил Максвелла и всё бы сейчас отдал, чтобы он был жив! Если ты думаешь, что его убийство принесло мне хоть каплю удовольствия, то ты ошибаешься! Это единственный человек, об убийстве которого я жалею каждый божий день!       Джейкоб выдохнул. Вся сила, что была в нём буквально несколько минут назад, просто испарилась, и парнем овладела слабость. Ему казалось, что он рухнет прямо здесь и сейчас.       — Ты ведь не просто убийца… Не так ли?       — Я… Я не могу тебе сказать, Тэрра.       — Кто ты такой?! — кричала Фрикс. Она хотела правды. Она жаждала её, даже если это убьёт её окончательно.       — Я ассасин… — выдохнул Фрай.       — Кто?       — Не суть важно… — опустил глаза парень. Он хотел подойти к девушке, обнять её, но на каждый его новый шаг вперёд она делала шаг назад.       — То есть…       — Не бойся меня, прошу. Я ничего тебе не сделаю…       Тэрра была в замешательстве. Бежать? Кричать? Упасть на землю? Что сейчас нужно сделать, чтобы весь этот кошмар кончился? В груди безумно давило, а сердце, казалось, и вовсе разорвётся.       — Уходи…       — Что?       — Ты не слышал? Я сказала уходи, — отрезала танцовщица.       — Но давай поговорим, прошу тебя, — просил Джейкоб.       — Нам не о чем разговаривать. Уходи, Джейкоб! — воскликнула девушка. Сердце пылало яростью, а боль, что сжала грудь, казалось, перешла на всё тело.       — Нам есть о чём поговорить, — настаивал парень.       — Хорошо, — нервно ответила Фрикс. — Тогда скажи. Я тебе понравилась потому, что похожа на мистера Рота, не так ли?       Ассасин молчал. Он и так сделал ей слишком больно, а если он скажет ей абсолютно всё… Он может окончательно добить её. Странно… Он был убийцей, но не хотел убивать…       — Ну же! Я жду ответа! — крикнула обиженная, а Фрай лишь посмотрел на неё полными жалости глазами. — Значит, я права… — шмыгнув носом, вынесла вердикт Тэрра.       — Да. Сначала так и было, но потом ты мне действительно понравилась. Я правда… — попытался объяснить Джейкоб.       Дождь по-прежнему постукивал по полям цилиндра, заставляя их слушать лишь им двоим грустную песню. Девушка подставила лицо прямо под капли, чтобы Фрай не увидел её слёз. Но он видел. Он буквально чувствовал, как её кожа горит от слёз, где они оставляли солёные следы.       — Знаешь, Джейкоб, а ведь я тебя… — начала Тэрра, но так и не закончила.       — Ты? — обнадёженно спросил ассасин. Она тоже его любила… И ему не нужно было слов, чтобы это понять.       — Да. Только теперь уже всё равно. Прощай, — попрощалась Фрикс, ступая по мокрой земле к выходу с кладбища.       — Да пойми же ты! В этом мире не всё как в сказке! Кого-то приходится убивать! — крикнул ей вслед парень.       — Тогда убей меня сейчас, чтобы я не мучилась! — закричала в ответ девушка, разворачиваясь и вызывающе разводя руки в сторону, готовясь принять пулю. Джейкоб не делал никаких движений. — Ну же! Убей меня! Ты и так всё у меня отнял!       — Я не буду этого делать… — прошептал Фрай.       — Тогда оставь меня в покое, — смахивая слёзы, шепнула в ответ танцовщица и зашагала к воротам, оставляя ассасина с мыслью о том, что он только что лишился ещё одного любимого человека…       Он не станет её догонять… Потому что не хочет сделать хуже…