Мы живём, дорогая, мы всё ещё как-то живём

Дом Сириуса был хоть и просторным и светлым, но запыленным. Что, впрочем, неудивительно – он там практически не жил, то мотаясь по стране по делам Ордена, то навещая Поттеров. Джеймс бездумно мерил шагами гостиную, периодически бросая взгляд на Гарри, сидящего на диване. Он был физически не способен выпустить сына из поля зрения. «Волдеморт исчез? Но как? – мятущиеся мысли не хотели останавливаться, информации критически не хватало. – Почему же Гарри остался жив? После Авады…после Авады не выживают». Перед глазами тут же встал образ мертвой Лили. Гарри, до того спокойно игравший с двумя карандашами, невесть как оказавшимися на каминной полке, принялся с недовольным личиком тереть лоб. - Гарри, не трогай! – автоматически бросил Поттер, все еще погруженный в свои мысли. Мальчик скривил губы, не отнимая рук от головы, и начал хныкать. - Мерлин, - вздохнул Джеймс, подхватил сына на руки и отвел ладошки ото лба. – Я же говорил, что нельзя трогать! Теперь будет… Джеймс осекся, не уверенный, что шрамы вообще должны болеть. Прижался губами ко лбу плачущего Гарри – молния ощущалась горячей, и будто бы пульсировала. «Странно. Дело в том, что он растёр свежий шрам, или все же с ним что-то не так?» Ближе к вечеру вернулся Сириус – весь в грязи, пропахший гарью, и с лицом человека, которому срочно надо было выпить. Они устроились на кухне: Джеймс со спящим Гарри на руках, поскольку все еще не мог оставить его одного, и Блэк с непочатой бутылкой виски. - От Дамблдора что-нибудь слышно? - Виделись мельком. Посоветовал пока что не выходить из дома, он сам с утра зайдет, - кратко отрапортовал Блэк. - Почему не сегодня? Сириус долго смотрел перед собой. Вздохнул. Отставил так и не открытую бутылку. - Хвоста поймали. Джеймс встрепенулся: - Где? - Почти в центре Лондона. Этому гаду даже не хватило мозгов, чтобы убежать, - Бродяга вцепился пальцами в волосы. – Я поверить не могу, что такое ничтожество… - Может, как раз поэтому, - мрачно откликнулся Поттер. – Хозяин сдох, и к кому бежать – непонятно. - Джейми, - с болью в голосе повернулся к нему Сириус. – Я так виноват, это все моя вина… - Бродяга, - жёстче, чем хотел, отрубил Джеймс. - Замолчи. Ты виноват не больше, чем любой из нас. Тогда уж включай меня, за то, что согласился на Хранителя, Дамблдора, за то, что ставил защиту, Распределяющую Шляпу, за то, что отправила его в Гриффиндор. Блэк криво усмехнулся, не поднимая глаз. Придвинулся ближе, прижимаясь горячим боком к Джеймсу. Оба неподвижно сидели в тишине, слушая дыхание спящего Гарри.