Мы живём, дорогая, мы всё ещё как-то живём

Поттер нервно расхаживал по комнате и рассеянно ерошил волосы. Дамблдор очевидно недоговаривал. Или, что скорее всего, сам не понимал до конца, что произошло, и не хотел озвучивать пустые догадки. Джеймс, конечно, все понимал. И что нужно время и ресурсы, а еще знания, о которых даже директор мог не слышать. Джеймс все понимал, конечно. Но не беситься не мог. Речь идет о смерти его жены и безопасности ребенка. Если есть хоть малейший шанс, что Волдеморт не мертв... Горячечные мысли крутились в голове, становясь все более гротескными и раздражая. Выводило из себя все - и неясное будущее, и сочувственные взгляды Сириуса, и даже визги разыгравшегося Гарри. Пробормотав что-то похожее на: "Мне нужно пройтись, посиди с ним", - Джеймс схватил куртку и почти выбежал на улицу. Еще не хватало срываться на сыне. Джеймс закрыл глаза и глубоко задышал. Впрочем, было одно невыполненное обещание. И, какое совпадение, о психологическом комфорте этого человека можно было не заботиться. После полудня на Тисовой улице было на удивление немноголюдно. То ли низкие серые тучи отпугивали прохожих, то ли город отходил после Хэллоуина - неизвестно. Что бы ни было причиной, но к дому 4 Джеймс подошел никем не замеченный. У самой двери он замер, глубоко вдохнул, остужая раздражение, и нажал на кнопку звонка. Все же он обещал помириться. "Но, - Поттер криво усмехнулся, - если меня пошлют, то в чем моя вина?" Изнутри послышался детский плач и торопливые шаги. - Я же просила не звонить, что за тупоголовые курьеры у... - миссис Дурсль распахнула дверь и замерла с некрасиво распахнутым ртом. Постороннему наблюдателю могло бы показаться странным, что молодой, ничем не выделяющийся мужчина в очках, джинсах и куртке способен вызвать такой ужас и ступор, но для Петуньи явление Поттера на порог её дома было поистине катастрофой. Джеймс быстро подставил ногу, не давая ей захлопнуть дверь. - Здравствуй, Петунья, - как мог вежливо поздоровался он. Миссис Дурсль зашипела, заставляя задуматься о родстве со змеями: - Убирайся откуда пришёл, ненормальный... -...не менее нормальный, чем ты, - вставил мужчина. -...тут, слава богу, таким как ты не место! Тут живут достойные люди, не то что ты с моей полоумной сестрицей... - Она мертва, - холодно оборвал её Джеймс. Петунья замерла. - Что? "Давай, ну же. Скажи ещё какую-нибудь гадость", - мысленно произнес он. Так хотелось все же выплеснуть куда-то накрученную злость, бессилие и растерянность. - Её убил Волдеморт, - еще более холодно продолжил Джеймс. Сложил руки на груди. - Завтра похороны. В полдень. Я подумал, что ты хотела бы знать, но, очевидно, это не так. Уже развернувшись, чтобы уйти, Поттер почувствовал хватку на запястье. - Подожди. Петунья выглядела растерянно. Все же пустить волшебника в дом немыслимо, но... - Проходи в гостиную. Пока она наверху успокаивала ребенка, Джеймс разглядывал фотографии на каминной полке. Множество снимков маленького Дурсля - кстати, он же вроде ровесник Гарри? - но не одного фото сестры. Послышались звуки шагов. Джеймс обернулся навстречу испуганному взгляду Петуньи. - Как это произошло? – её глаза были влажными, а голос срывался. Мужчина отошел от камина, машинально отметив, как Петунья шарахнулась назад, держа дистанцию. - Волдеморт охотился за нами. Всеми, и Гарри тоже. Последний год мы прятались в надежном месте, но нас предали, - Поттер скрестил руки на груди и прерывисто вздохнул. Немного пугало, как просто это звучит в сухом остатке. – Он пришел в наш дом, меня завалило обломками от взрыва, Лили погибла, закрыв Гарри собой. Волдеморт исчез. Его пособники в розыске. - Ты…и твой ненормальный мир! Погубили Лили! – лицо Петуньи покраснело, будто бы она задыхалась. – Я всегда говорила, что от этого проклятого колдовства одни беды! Из-за тебя, проклятый ублюдок, я её не увижу! - Ах, из-за меня?! – с пол-оборота завелся Джеймс. – Это ты, чокнутая истеричка, оборвала с ней общение. Ты, сама, вычеркнула ее из своей жизни только потому, что она не такая как ты! Когда бы ты спохватилась о её отсутствии, не приди я сюда, м? Через месяц? Через год? Через пять лет? Под старость, если бы твой внук взглядом поджег занавески и спросил, откуда это у него? Петунья дернулась, как от удара, рухнула на диван и затряслась в рыданиях. Джеймс моментально остыл и замер в растерянности. «Идиот, - мысленно обругал он себя. – Какая бы она не была, но Лили – её сестра. Не тебе одному плохо, хватит козлить уже». - Эй, - он осторожно дотронулся до плеча. – Прости, я не… Я зря хамил. Рыдания постепенно затихли. Петунья медленно отняла руки от лица, но взгляд не поднимала. Казалось, она погрузилась глубоко в свои мысли и не замечает стоящего рядом зятя. Джеймс неловко откашлялся: - Если ты хочешь, я могу зайти за тобой, а потом перенести обратно. Так будет быстрее. - Имеешь в виду ваш богомерзкий магический способ перемещения? – голос Петуньи был тихим и надтреснутым. - Именно его. Повисла пауза. - Согласна, - она широко распахнула глаза, вспомнив что-то, и подскочила с дивана. – Уходи, скоро вернется Вернон, он всего на час отъехал на работу, суббота же! Удивленный Джеймс даже не успевал ничего возразить, подталкиваемый женскими руками к выходу. - А… - Заберешь меня из сквера ниже по улице, там есть тихое место у деревьев. За полчаса. Дверь закрылась прямо у Поттера перед носом. Он постоял немного, ошарашенный, весело фыркнул, и направился к скверу – безлюдное место для аппарации не помешает. «Интересные дела творятся».