Мы живём, дорогая, мы всё ещё как-то живём

Джеймс Поттер, сирота, вдовец, отец-одиночка – слишком много определений тому, что теперь лежит на два метра под землей. Похороны прошли будто во сне - все вокруг вдруг встало с ног на голову и категорически отказывалось возвращаться. Петунья, затянутая в черный костюм, рыдала Джеймсу в плечо. Сириус, непривычно мрачный, сиял свежим фингалом - Ремус появился перед домом утром, с порога врезал Блэку и устроил такой скандал, что Джеймс облил их ледяной водой и пригрозил проклясть, если оба не успокоятся. Но напряжение между ними висело настолько плотное, что было трудно дышать. Никого больше не звали – да и ни к чему было. Магическая Британия грохотала и хрипела в послевоенных разборках, а соратники по Ордену были достаточно тактичными и занятыми людьми, чтобы не приходить без приглашения. Потом, все потом. Джеймс передал Гарри на руки Люпину и отправился провожать свояченицу, рассчитывая, что при ребенке эти двое хотя бы дуэль не устроят. Покрепче ухватив Петунью за предплечье, Джеймс как мог аккуратно аппарировал обратно в старый сквер. Пока она пыталась отдышаться и не сблевать, Поттер рассеянно следил за опадающими листьями, не зная, что сказать, и чувствуя себя неловко и инородно. Петунья, с красными глазами и опухшим лицом выглядевшая не как стерва, а как школьница, вытащила из сумочки какой-то предмет: - Бабушка подарила его Лили на Рождество, когда ей было шесть. Лили его обожала и носила, не снимая, до школы, - и, не глядя, протянула Джеймсу подвеску с криво вырезанной из дерева лилией. - Я подумала, что стоит его отдать. - Спасибо тебе, - Поттер сжал деревянный цветок в ладони. – Правда, спасибо. Петунья махнула ему рукой и медленно побрела к своему дому. Ей было о чем подумать. - Пиши, если что, - крикнул ей вдогонку Джеймс. Возвращаясь к дому Сириуса, Поттер малодушно надеялся, что конфликт будет исчерпан. Но все надежды тут же посыпались прахом, стоило ему услышать ругань и грохот. Гостиная неприятно напомнила поле битвы, в разных углах которого замерли взъерошенные друзья. «Зато не пыльно», - отстраненно подумал Джеймс. Снова начинала болеть голова. - Кажется, я просил все вопросы решать без драк и – желательно, - словами через рот. И Ремус и Сириус синхронно вскинулись: - Он считал меня… - Да я… - Мне насрать, - невежливо перебил их Поттер, устало потерев переносицу. – Ещё раз – словами, через рот, и без оскорблений. Нас всех предал и обманул Хвост. Так что выяснять сейчас, - он повысил голос, - кто был большим недоверчивым ослом – верх идиотизма. Сириус фыркнул. - Кажется, звание «Осёл года» - все же моё. - В очередь, - слабо усмехнулся Ремус. Джеймс хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и внутренне выдохнул: - Чините погром, герои. Гарри спит? - Наверху, заглушающее стоит - отозвался Люпин. Подошел, стиснул в объятиях. – Сейчас эгоистично прозвучит, но я чертовски рад, что ты живой.