Счастливый лотерейный билет

      – Ваш заказ, – девушка натянула на лицо дежурную улыбку и аккуратно поставила на глянцевую поверхность небольшого углового столика на две персоны чашку свежезаваренного эспрессо. – Что-нибудь ещё? – «И кто только пьёт кофе в такую жарищу-то? Точно ненормальный!» – хихикнула собственным мыслям официантка.       – Благодарю, – приторно сладко проговорил посетитель, подняв на девушку светло-зелёные глаза. – Разве что твой номерок, Стефани, – заговорчески подмигнул парень, высмотрев на малозаметном бейдже имя официантки, аккуратно выведенное «колючим» почерком.       – Не положено, – сухо ответила девушка, едва сдержав переполняющие её эмоции: «Каков нахал, уж я бы тебе ответила, если бы не испытательный срок,» – рвано кивнув, она поспешила уйти.       – Стеф, ты чего? – донёсся тревожный голос подруги, которая собственно и помогла Стефани устроиться официанткой в достаточно популярное кафе совсем недалеко от университета.       – Пф, да так, пристал один напыщенный индюк, – шумно выдохнула девушка, устало закатив глаза.       – Да ладно тебе, просто ты очень милая даже в форме официантки, – добродушно улыбнулась невысокая блондинка, легонько похлопав напарницу по плечу. – Выше нос. А вот и мой заказ подоспел, – бросила напоследок она, терпеливо расставив на подносе ароматную выпечку и холодные напитки.       – Наконец-то смена закончилась, – поправила огненно-рыжее каре Стефани, накинув на левое плечо потрёпанный временем рюкзак, который когда-то был насыщенно фиолетового цвета.       – Прогуляемся? – заискивающе уставилась на подругу Клэр, состроив грустную мордашку в сто раз убедительнее, чем славноизвестный кот из «Шрека», она скучала по тем беззаботным временам, когда девушки целыми днями напролёт развлекались, не задумываясь ни то что о будущем, даже о недалёком завтра, от чего на утро частенько бывало стыдно.       – Прости, не сегодня, – в очередной раз отмахнулась Стеф, виновато потупив взгляд в ничем непримечательный пол. – Я обещала проведать маму, случай хоть и несложный, как говорит доктор, но она всё равно ужасно медленно идёт на поправку, – её карамельные глаза выдавали с потрохами все тайные опасения девушки.       – Может, тебе нужна какая-то помощь? – подозрительно покосилась на подругу блондинка. – Финансовая, например. Только скажи.       – Ты же знаешь, я справлюсь, – натянуто скривила губы Стефани, попытавшись изобразить подобие улыбки. – Спасибо.       – Хорошо, тогда до завтра, – почти сразу сдалась Клэр, она прекрасно знала, что с чрезмерной вспыльчивостью подруги может сравниться только её жуткое упрямство.       – Да, – согласно кивнула Стеф и шустро выбежала на улицу, даже не обняв на прощание приятельницу, на глаза вовсю наворачивались непрошенные слёзы отчаяния, беспомощности и душераздирающей пустоты внутри.       Над небольшим провинциальным городком собрались беспросветные сизые тучи, небо располосовала зигзагообразная молния, сопровождающаяся заливистыми раскатами грома. Крупные капли тёплого дождя звонко ударялись о раскалённый от летнего солнца асфальт, шипя от соприкосновения с его идеально гладкой поверхностью, что было совсем несвойственно для подобных населённых пунктов.       – Чёрт, как всегда вовремя! – недовольно фыркнула девушка, рефлекторно попытавшись накинуть капюшон, но лишь разочаровано взмахнула рукой, осознав, что она в свободной футболке и коротких джинсовых шортах, едва виднеющихся из-под чёрной трикотажной ткани.       – Подвезти? – донеслось откуда-то из-за спины, Стефани резко обернулась, снова встретившись взглядом с нахальным выскочкой, тот в свою очередь пытливо всматривался в правильные черты её лица, будто пытался понять, какая же реакция сейчас последует.       – Без сопливых разберусь! – тотчас огрызнулась девушка, но решив, что этого недостаточного, уточнила. – Не сахарная, не растаю.       – Не знаю, как ты, но характер явно не сахарный, мелкая, – залился озорным смехом незнакомец и, зарывшись рукой в тёмные короткостриженые волосы, растерянно почесал затылок. – Может всё же познакомимся? Как на счёт парка развлечений и сладкой ваты?       – Я не знаю тебя, ты не знаешь меня. Зачем портить такие идеальные отношения? – угрожающе изогнула тонкую бровь рыжеволосая, скрестив руки на груди.       – Я – Ален, для друзей просто Ал, – парень нерешительно протянул руку, опасливо покосившись на своенравную девчонку. – Ты – Стефани, верно?       – Для Вас – Мадам Локонте, – снова съязвила девушка, высокомерно вздёрнув подбородок. – И никак иначе!       «Everyday when I wake. I'm trying to get up; they're knocking me down…*» – неожиданно раздавшийся звонок прервал порядком надоевший Стеф разговор, она ни секунды не медля вынула из бокового кармана рюкзака старенькую раскладушку, которыми давно не пользуется французская молодёжь.       – Да, Месье Бертлен, – тон девушки тут же переменился, из грубого и заносчивого в тихий и немного встревоженный, она судорожно комкала в руке лямку рюкзака, то и дело прикусывая и без того обветренные губы. – То есть как хуже? Я же заплатила за лекарства на сегодня. Как подорожали? Я не знала…       – У Вас мало времени, Мадемуазель Локонте, – хрипловатый голос мужчины сохранял равнодушие. – Поторопитесь.       – Да, – отрешённо бросила Стефани и отключилась, глаза противно защипало от подступивших слёз, в горле образовался тугой ком. – Не успею…       – Моё предложение по-прежнему в силе, – настаивал на своём Ален, приглашающим жестом указывая на чёрный Ситроен, находившийся в паре метров от них, девушка лишь шумно вздохнула, согласно кивнув.       Парень поспешил открыть дверцу пассажирского сидения, решив невзначай поухаживать за строптивой теперь уже спутницей. У Стеф не было ни сил, ни желания пререкаться с настойчивым посетителем их кафе, который довольно часто заглядывал в явно излюбленное местечко. Сейчас все мысли Локонте находились в первой городской больнице рядом с самым дорогим для неё человеком.       – Эй, ты слышишь меня? – щёлкнул пальцами прямо перед лицом девушки Ал, от чего та мгновенно встрепенулась. – Адрес… Куда едем?       – Риволи пятнадцать, – только и произнесла Стефани, уставившись в окно, за которым то и дело один за другим сменялись дома, магазины и мелькали прохожие в незамысловатых нарядах с яркими зонтиками.       Едва слышно барабанили по стеклу капли дождя, время от времени убираемые дворниками. Они в который раз остановились на светофоре, красный только загорелся и секунды тикали мучительно долго, от чего рыжеволосая нервно постукивала длинными пальцами по глянцевой поверхности панели коробки переключения передач. Когда их ладони случайно соприкоснулись, Локонте резко отдёрнула руку, будто обожглась. Чтобы развеять неловкое напряжение, возникшее в салоне, парень включил проигрыватель, на радио крутили новые хиты поп-музыки, почему-то особенно раздражавшие Стеф сейчас.       – Выключи! – в привычном приказным тоне заявила девушка, даже не шелохнувшись.       – Любишь только рок? – бросил на спутницу быстрый взгляд Ал, но всё же выполнил её слегка неполучившуюся просьбу.       – Любить можно близких тебе людей, – оживилась Стефани, не удержавшись от очередного укора. – И да, я предпочитаю рок, но тебя это не касается.       – Хм, а ты не очень-то общительная, – заметил парень, опять пробежавшись взглядом по вынужденной собеседнице, на мгновение он задумался, что всё-таки вынудило её, такую неприступную, согласиться – его настойчивость или неожиданно возникшие, по всей видимости, весьма не радужные обстоятельства. – У тебя-то хоть друзья есть?       Локонте лишь неловко пожала плечами опустив голову, но так ничего и не ответила. Тем временем послышался визг шин тормозившего на мокром асфальте Ситроена, автомобиль остановился у самого входа в больницу.       – Сколько с меня? – на полном серьёзе уточнила девушка, успев открыть дверцу, чтобы наконец-то избавиться от нежеланной компании.       – Одно свидание, – лукаво подмигнул Ален, но встретившись с недовольным взглядом карамельных глаз лишь огорчённо вздохнул. – Улыбнуться мне хоть раз ты можешь? По-настоящему.       – Спасибо за помощь, – непривычно тихо произнесла Стеф, суетливо выпрыгнув из машины, она уже давно привыкла самостоятельно решать все свои проблемы, поэтому столь спонтанные проявления доброты со стороны едва знакомого парня в некоторой степени обескуражили её, уголки тонких губ слегка вздёрнулись вверх, Стефани давно никому искренне не улыбалась, поэтому сейчас даже не представляла, насколько правдиво у неё получилось.       – Здравствуйте, Месье Бертлен, успела? – запыхавшись, вбежала в кабинет лечащего врача девушка.       – Мадемуазель Локонте, Вы должны были внести оплату ещё вчера или сегодня, но до начала рабочего дня. Уже вечер, – как всегда строго проворчал доктор, аккуратно поправив прямоугольные очки, слегка съехавшие по идеально ровной переносице.       – Простите, я не знала, что лекарства подорожали, такого больше не повторится, – взволнованно залепетала Стеф, сложив ладони в умоляющем жесте. – Значит, сегодня мама не получила необходимую порцию препаратов?       – За кого Вы меня принимаете? – возмутился Бертлен, однако голос по-прежнему оставался хладнокровным. – Я давал клятву Гиппократа, лечить людей моя святая обязанность, к тому же Джаннет моя одноклассница, я просто не мог этого допустить, поэтому внёс недостающую сумму.       – Простите, я не подумала, – виновато склонила голову девушка. – Сколько я Вам должна? – она на секунду запнулась, но всё же отважилась спросить. – Как мама себя чувствует сейчас?       – Об этом я и хотел с Вами поговорить, – не скрывая сожаления, начал мужчина. – Можете ничего мне не возвращать, тем более доплата всё равно составляла копейки. Сейчас Вам нужно собрать гораздо большую сумму.       – То есть? – глаза Стефани неестественно округлились, напоминая монеты номиналом в пять центов.       – Мы не сможем обойтись обычными лекарствами, только посадим печень, – объяснил доктор. – Нужна операция, причём срочно.       – Сколько нужно собрать и за какой промежуток времени? – вдумчиво поинтересовалась Локонте, пытаясь быстро подсчитать в уме, какая сумма у неё есть на данный момент.       – Двадцать тысяч евро, – сообщил Бертлен и, немного помедлив, сказал слова, показавшиеся неслабо озадаченной девушке приговором. – У Вас есть три дня, я позабочусь, чтобы Джаннет доставили в лучшую больницу Парижа, сами понимаете, ситуация крайне сложная и в нашем городке просто не смогут сделать аортное коронарное шунтирование должным образом, учитывая критическое состояние Вашей матери.       – Да, – подавленно произнесла Стеф, в голове просто не укладывалось, как справиться со всеми навалившимися трудностями, поэтому её преследовало одно единственное желание. – Я могу её увидеть?       – Конечно, – понимающе кивнул лечащий врач, сострадательно улыбнувшись. – Ей сейчас нужны положительные эмоции. Не переживайте так, всё будет хорошо.       – Надеюсь, – Локонте поспешила выйти из кабинета, никто не должен видеть её слёз, последнее время держать себя в руках становилось всё сложнее.       – Моя девочка, ты пришла, – едва слышно обрадовалась женщина, попытавшись приподняться на локтях.       – Не стоит, береги силы, – отрицательно покачала головой Стефани и, приобняв мать, присела на стул у кровати, две другие койки в палате, на удивление, пустовали. – Как ты? – сразу поинтересовалась она, но поёжившись от неловкого чувства стыда внутри, добавила. – И прости, я так торопилась с работы, что совсем забыла о гостинцах. Может, хочешь чего-нибудь вкусненького? Я сейчас мигом сгоняю куплю! Ты же меня знаешь, одна нога здесь, другая – там.       – Успокойся, меня хорошо здесь кормят, лучше отдохни, ты и так измотала себя, моя маленькая девочка, – Джаннет накрыла ладонь дочери рукой, слабенько сжав её костлявыми пальцами. – Как ты? Устала сегодня?       – Нет, всё хорошо, – девушка старалась изобразить подобие улыбки, но получилась лишь странная гримаса, глупо исказившая её по-детски милое лицо. – У нас всё будет хорошо, я обещаю.       – Моя самостоятельная дочь, как же ты выросла, – женщина тихонько рассмеялась, но тут же закашлявшись, успокоилась. – Не бери на себя слишком много, солнце, ты сделала всё, что могла. Иногда обстоятельства оказываются сильнее нас, и не всё получается так, как хочется.       – Ты права, – в знак согласия кивнула Стеф. – Но никто не запрещает бороться с обстоятельствами, и я буду бороться до победного, вот увидишь. А сейчас отдыхай и ни о чём не думай, вскоре тебе предстоит нелёгкая дорога в Париж, – она наклонилась к маме и со всей присущей девушке нежностью трепетно расцеловала лицо Джаннет. – Ну, мне пора, до скорой встречи.       – Да, береги себя, моя девочка, – женщина из последних сил ласково улыбнулась дочери, но как только дверь за той закрылась, в карих глазах заискрились слёзы, солёными дорожками стекающие по впалым щекам, надежда постепенно улетучивалась сквозь пальцы, и недавнее известие о приближающейся операции стало последней каплей.       – Привет Клэр, есть минутка? – после долгих раздумий всё же решилась на звонок подруге Стефани. – Твоё предложение на счёт финансовой помощи ещё в силе?       – Что за вопросы? – отозвался на том конце провода сонный голос, что, впрочем, не странно, на часах полвторого ночи. – Могу занять тебе семь тысяч евро, только давай обсудим детали утром, а то я сейчас совсем плохо соображаю.       – Конечно, прости, что побеспокоила так поздно, – торопливо извинилась Локонте, она и не надеялась на столь скорый ответ.       – Всё на столько серьёзно, раз ты решила обратиться ко мне? – робко поинтересовалась девушка, затаив дыхание, она одновременно ждала ответ и боялась его услышать.       – К сожалению, – раздосадовано вздохнула Стеф, крепко зажмурив глаза, чтобы опять не расплакаться. – Спасибо, до завтра.       – Да, доброй ночи, – радушно отозвалась Клэр и, в очередной раз зевнув, отключилась.       «Семь, семь, мало… – Стефани принялась пересчитывать сбережения. – Шесть триста, учитывая затраты на коммунальные и проживание, пять… На операцию всего лишь пять. И где мне взять недостающие восемь тысяч за три дня?» – подходящих вариантов не было, да их и не могло быть.       Джаннет сама воспитывала дочь. Когда девочке исполнилось четыре года, гражданский муж бросил её одну с маленьким ребёнком на руках без средств к существованию, хотя до того самого момента женщина почему-то была абсолютно уверена, что штамп в паспорте ничего не решает. Он ушёл так и не объяснившись. Просто собрал вещи и оставил свою беззащитную семью на произвол судьбы в съемной квартире, зная, что у них нет никаких родственников. Он просто с грохотом хлопнул дверью и разрушил их маленький мир, выстраивавшийся долгих пятнадцать лет.       Локонте включила старенький, пятилетней давности, ноутбук, подарок мамы на шестнадцатилетие. Вкладка из сохранённых никак не хотела загружаться, стрелочка индикатора выполнения безрезультатно прокручивалась в сотый раз, свидетельствуя об очень медленном интернете. Оно и неудивительно, Стеф экономила даже на этом, выбрав самого дешёвого провайдера.       «Неужели отключили? – мелькнула в голове досадная мысль. – Я же оплатила все счета на этот месяц, интернет в том числе. Наконец-то!» – на экране появился долгожданный сайт с омерзительно ярким дизайном. Кричащий заголовок твердил следующее: «Аукцион “Сколько стоит невинность?”».       Девушка уставилась в светящийся экран, будто от её пронзительного взгляда что-то должно было измениться. Она то и дело прокручивала колёсико мышки указательным пальцем, отчего курсор метался туда-сюда от заманчивого «крестика», закрывающего вкладку, к такой ненавистной кнопке «зарегистрироваться». Спустя пару минут размышлений Стефани всё же приняла решение, сделав один из самых главных выборов на данном этапе её жизни.       Нет, она совсем не легкомысленная и, конечно, не меркантильная. Просто девушка была готова заплатить любую цену за жизнь дорогого для неё человека. Они всегда были с мамой только вдвоём против всего мира. Джанет в принципе была всем её миром, который сейчас рушился на глазах. Нет, Стеф не может этого допустить, она в лепёшку расшибётся, но сделает всё, что в её силах.       Девушка загрузила одно единственное фото, на котором выглядела одновременно соблазнительно и невинно. Стефани и сама не знала, зачем постоянно соглашалась быть моделью для Клэр, время от времени устраивавшей фотосессии. Локонте всё равно ни разу не выкладывала потрясающий результат работы начинающего фотографа на странице в социальных сетях, отдавая предпочтение необычным артам.       Она задумчиво вглядывалась в собственный портрет, который никак не мог конкурировать со слишком откровенными фото других участниц аукциона, не стыдившихся выставлять на показ всё, чем наградила матушка-природа. В какой-то момент Стефани даже закомплексовала, считая себя самой обычной среднестатистической девчонкой. Однако ещё больше заставило девушку усомниться в собственной сексуальности отсутствие отзывов и оценок, которые свидетельствовали бы о наличии заинтересовавшихся «покупателей».       Прошёл час. Стеф в очередной раз обновила вкладку и обнаружила, что ничего так и не изменилось. Окончательно отчаявшись, девушка устало вздохнула, аккуратно опустив крышку ноутбука, несмотря на то, что её переполняло желание стукнуть той со всей дури. Всё пропало. Сердце нещадно защемило в груди, словно его зажали в тиски, хотелось разрыдаться и напиться в хлам. Приложив нечеловеческие усилия, Локонте всё же взяла себя в руки и включила электрочайник.       Аромат растворимого кофе заполнил кухню. Девушка на автомате потянулась к ручке на дверце холодильника, в котором давно мышь повесилась, но вспомнив об этом, резко отдёрнула руку. Впрочем Стеф и не хотелось есть, последние полгода она делала это потому что надо, чтобы держаться на ногах с её бешенным графиком. В комнате повисла тишина, нарушаемая тиканьем секундной стрелки. Уже три. Через два часа вставать, и смысла ложиться уже нет.       «Дзинь!» – неожиданно на телефон пришло оповещение, Стефани нехотя перевела взгляд на дисплей. «Вам на почту пришло новое сообщение от…» – на этом моменте текст обрывался, но девушка и так догадывалась, кто был адресантом. Снова включив ноутбук, она убедилась в правильности своих предположений. Её профиль заинтересовал первого «покупателя», который тут же поднял ставки с восьми до двенадцати тысяч долларов.       Пошёл обратный отсчёт: десять, девять, восемь… Новая ставка, повышающая цену до тринадцати тысяч. И снова отсчёт. Совсем скоро её невинность будет продана незнакомому мужчине с ником «Just_your_dream». Три, два… Девушка закрыла руками глаза, со страхом ожидая окончания аукциона. Слегка приоткрыв правый глаз, она, к своему удивлению, обнаружила, что таймер остановился на единице и ничего не происходит. «Ваш профиль отстранён от участия в данном аукционе, а также всех последующих на протяжении одного месяца в связи с нарушением правил пользователя,» – высветилось бледно-голубое окошко в правом нижнем углу экрана – оповещение сайта.       «То есть?» – удивилась Локонте, в глубине души она радовалась, что удалось избежать весьма позорной участи, но в то же время сходила с ума от безысходности. Как теперь быть? Она не успеет собрать недостающие на операцию восемь тысяч, и уж точно не сможет заработать их за такой короткий промежуток времени. Оставалось надеяться на чудо. Однако, к сожалению, Стеф слишком взрослая девочка, чтобы верить в чудеса. ___________________________________________________________________ *слова песни «Feel Invincible – Skillet» (перевод): Каждый день, когда я просыпаюсь, я пытаюсь подняться, но меня сбивают с ног.