ПОДСЛУШАНО НСТ

      Парни всё еще сидели в раздевалке. После того как дверь захлопнулась, Тэн сразу проверил коридор на наличие людей. Снаружи никого не было, поэтому немного нервничая, тот все же смахнув все на сквозняк, на всякий случай закрыл дверь на ключ и вернулся к диалогу с Джэмином. — Нет, я просто не могу поверить в то, что тебе нравится Лукас! Ты видимо совсем спятил! — Я знаю, как это выглядит, но подожди с выводами! Дай мне объясниться.       Джэмин развел руками и поджал губы с эмоцией безысходности на лице. Пытаясь смириться с ситуацией, он был весь во внимание и желал поскорее разобраться в том, что сказал Тэн. — Валяй.       Тэн сел на скамейку, прижал руки к голове и сжал между пальцами свои волосы, будто с побуждением вырвать их в любую секунду. Неловкость и сожаление о сказанном пожирали его изнутри. Но деваться было некуда. Он поднял голову вверх, и, сделав быстрый вдох и выдох развернулся к Джэмину уже в нормальной позе, начав свой рассказ. — До того как Лукас перевелся к нам, мы уже были знакомы и часто общались. И, знаешь, это общение было просто потрясающим…       С этих слов Джэмин был уже удивлен, от чего его брови подскочили вверх. Он ожидал, что все будет не просто. Но чтобы настолько? — Потрясающим? С Лукасом? — не мог не уточнить Нана, с толикой издевки в голосе. — Да, именно! Наверно, надо предупредить, что в этой истории будет много удивительного. Но, черт, это все действительно произошло, блять, со мной. — Я уже запредельно удивлен! Куда дальше? — Джэмин ощутил стойкое желание повысить голос на эмоциях, но сразу одернул себя. — Ладно. Продолжай. — В общем, мы познакомились с Лукасом несколько ранее нашей реальной встречи в жизни. Мы переписывались несколько недель до этого, и, черт, я просто не мог не влюбиться в наши разговоры обо всем и ни о чем сразу. Я не мог не влюбиться в него. Он создавал впечатление невероятно умного, отзывчивого, талантливого, доброго, — уже начинал тараторить Тэн, — разностороннего, толерантного, жизнерадостного человека с утонченным видением мира и прекрасным чувством юмора…       Читтапон эмоционировал с каждым новым словом всё сильнее, стараясь смотреть по сторонам — куда угодно, но только не в глаза обомлевшего и неосознанно осуждающего его Джэмина. — …Я думал, что схожу с ума, потому что чудилось, что такого человека как он — просто не может существовать, ведь в нем все казалось идеальным… — ему пришлось сделать еще один вздох рывком, прежде чем продолжить. — Казалось. Пока я не встретил его в жизни. И словно реально начал сходить с ума, — остановился на этом таец.       У Джэмина вырвался нервный смешок от этого абсурда. Ложно догадываясь, о чем говорит Тэн, ему было сложно сдерживаться. Судя же по виду Тэна, ему было не менее дискомфортно. Казалось, еще чуть-чуть и он заплачет от переизбытка эмоций и болезненных воспоминаний. — Знаешь, что самое обидное бывает в жизни, Джэмин? Не то, что ожидания порой не оправдываются. Не то, когда ты понимаешь, что все что ты видел, оказывается чистой ложью. Самое обидное это не разочарование в себе и даже не разочарование в ком-то другом. Самое обидное, это когда против тебя начинает играть сама судьба, руша все твои планы, уничтожая твою психику, забирая всю твою надежду и низко втаптывая в грязь.       Казалось, что заплачут сейчас уже оба. Тэн — вкладывая в слова свою историю. А Джэмин — видя в них свою. Ему хотелось бы кивать глубоким фразам Тэна и дополнять их своими рассуждениями, но нужно было держаться, чтобы не сбить товарища с мысли. — Когда я встретил Лукаса в школе в начале прошлого учебного года, я не поверил своим глазам. Я думал, это какое-то чудо, но тайно надеялся, что его романтичная натура подстроила всё это и переехала в Сеул, чтобы учится потом вместе со мной. Только меня сразу смутило, что он никак не реагировал на мой взгляд и на меня в целом. А потом меня еще больше сбило с толку то, как его представила наша классная, потому что в сети у него было другое имя. Но я решил не заморачиваться по поводу этого, так как многие ставят в сети псевдоним. В общем, весь первый урок я наблюдал за ним. Но он ни разу не посмотрел в мою сторону и все никак не брал телефон, чтобы ответить на мои вопросы в переписке. А потом на перемене я не сдержался и чуть не набросился на него с радостными возгласами и просьбой прекратить уже игнорировать меня. Однако он с отвращением кинул в мою сторону кучу оскорблений вперемешку с посылом, что впервые видит меня и чтобы я не приближался к нему. А потом он развернулся и начал уходить, — Тэн сделал небольшую настораживающую паузу в рассказе, скрепил ладони в кулаке и грустно прикусил губу, — и именно в этот момент мне пришло сообщение от него же, что нам нужно поговорить. Но, понимаешь, Лукас не мог в этот момент отправить его, потому что он шел впереди меня без телефона в руках…       Джэмин сидел с широко открытыми от шока глазами и никак не мог понять, что к чему. Так и хотелось протянуть удивленное: «всмыыысле? , но видя туманность мыслей Наны, Тэн продолжил, отвечая на не озвученные вопросы. — Да, ты все правильно понял. Некто очень жестокий общался со мной с фейковой страницы от имени Лукаса. Хотя, вернее будет сказать от его «лица». Лукас ведь очень самовлюбленный и держит на странице сотни своих самых разных фоток, которые видимо и одолжили у него, даже не предполагая, что моя с ним встреча возможна… — Ах-ре-неть, — только и мог сказать Джэ. — Да. Согласен, — печально закивал Тэн. — И что же в итоге? Что ты ответил псевдо-лукасу? — Ничего. Потому что я написал ему, что он обманщик и я не хочу с ним ни о чем разговаривать, а потом сразу кинул в черный список. Было настолько обидно, что мне сразу стало плевать на мотивацию того человека. Я ведь по сути влюбился не в того анонима, а, к сожалению в набор черт. В том числе и внешность, — неожиданно Тэн нашел в себе силы выдавить слабую истерзанную улыбку и сказал. — Если честно, внешность заимствованная у Лукаса привлекла меня сильнее всего. И кстати, поэтому я все еще не могу стереть все чувства. Юкхей ходит призраком прошлого у меня перед глазами, и когда молчит, то постоянно напоминает мне о выдуманном образе идеального человека.       Джэмин выслушав Тэна закрыл лицо ладонями, растирая кожу в попытке привести себя в чувства. Со своей особо чувствительной эмпатией, собственные проблемы напрасно могли бы показаться ему сейчас просто никчемными, если бы он задумался в попытке сравнить ситуации. Но Тэн сумел полностью переключить всё его внимание на себя, и в голове теперь крутилось лишь куча картинок произошедшего с другом, и вопросов по типу: «что за нахрен?!» — Тэн, это просто отвратительно. Как этот человек мог поступить так ужасно с тобой? И почему ты всё же не поговорил с ним? — Что, — в замешательстве тихонько произнес таец. — Я не пытаюсь его оправдать, совсем наоборот. Но, просто… — Джэмин боялся сказать следующее, и опустил глаза вниз. — Просто, что если этот человек тоже полюбил тебя, и может даже гораздо раньше вашей переписки, и хотел общаться с тобой, но очень боялся делать «первый шаг» в жизни? Потому и решился на такое. Почему ты не выяснил этого?       Джэмин был умен. Очень умен и объективен во многих ситуациях. Каждый раз, Читтапон восхищался уровнем эрудиции и логики парня. Всегда брал пример именно с него — в первую очередь. Неосознанно заимствовал чужие: знания, безграничную любовь к жизни и к людям, а также взгляды на мир. Авторитетность мнения Джэмина в глазах Тэна была на вершине. Но сейчас, она вдруг резко упала со скалы и покатилась кубарем по склону, наматывая на себя весь предыдущий опыт и разрастаясь пугающим снежным комом.       Тэн впервые не мог понять и принять позицию Джэмина. Не мог понять, как он мог говорить ему сейчас такое с контекстом, будто Тэн виноват во всем. К тому же, в голову прокралась обида, поскольку Джэмин противоречил сам себе, вынуждая Читтапона рассказывать о его проблемах, но никак не раскрывая и части своих.       К сожалению, Тэну попросту было невдомек, что На, как обычно спроецировал поведение анонима на себя и потому нашел ему оправдания.       Внутри у Тэна бурлило что-то непонятное, не дающее так просто опозорить себя. Чувство достоинства было задето, и хоть совсем немного и, всего на пару секунд — Тэн все же успел начать оправдываться, что остановиться уже было сложно. — На самом деле я хотел. Спустя пару дней, когда я уже остыл, мне захотелось серьезно поговорить с тем человеком. Но когда я открыл нашу переписку, то обнаружил, что его страница удалена. И я просто остался наедине со своими чувствами к несуществующему персонажу. Вот и все. А на счет страха сделать «первый шаг» я отчасти понимаю это… Но, Джэмин, я не понимаю, и наверно никогда не пойму — зачем ради этого притворяться другим человеком!       Напряжение между друзьями возрастало. Тэн хмурился и смотрел на Джэмина неоднозначно. Хотелось услышать слова абсолютной поддержки и понимания. Однако, парень придерживался совсем не того мнения, которое ожидал услышать таец. — Ладно, этого я тоже не понимаю. Выдавать себя за другого человека — это уже перебор, — сказал Джэмин, и на душе Тэна немного отлегло. — Но, я все равно считаю, что, возможно… — Джэ все еще старался быть как можно более аккуратным в подборе слов, особенно после того как заметил недовольство в глазах друга. Лишний раз задевать парня ему не хотелось. — Может быть… Тебе не стоило так сразу обрубать с ним связь, а попытаться разобраться для начала? Кто знает, может быть у вас получилось бы что-то.       Тэн замер, смотря словно сквозь Джэмина. Разум кричал о верности слов одноклассника, но характер и эмоции не давали возможности согласится с очевидным: Тэн как всегда был слишком эмоционален и поспешил в той ситуации, даже не смотря на то, что в игнорирование обманщика нет особого греха. — Да. Может и стоило. Может быть. Но, видишь ли, я не упомянул еще одну важную деталь в этой истории… Я знаю, кто скрывался за тем самым фейком.

***

— Лэлэ! — воскликнул Джисон, хватаясь за руку старшего, и обеспечивая себя опорой. — А пошли прогуляем последний урок? — А? Чего это ты вдруг? — Да не хочу я тухнуть и засыпать на этой истории. К тому же, у меня домашка не сделана. Ну пошли! — У нас и так много прогулов, ты с ума сошел? — Если тебе станет от этого легче, то да. Сошел, — улыбался Джисон, скрывая внутри секрет о том, почему он «сошел с ума». — Ну не знаю… Я не хочу чтобы тебе влетело.       Джисон подвис на мгновение. Беспокойство Ченле в первую очередь о нем, а не о себе, смутило младшего. Да, Джисон получает за свои косяки от родителей в разы хлеще других, но, ситуация в семье у Лэлэ тоже не отличается оптимизмом, что волновало Джисона не меньше. Поэтому не возмутиться — не получилось. — Да при чем тут я? Мне то пофигу. За себя бы лучше переживал. — Я то о себе попереживать успею, только тем и занимаюсь, между прочим. А вот за тебя кто будет?       Разговор пошел совершенно не в то русло, и ребята поняли, что их спор как никогда ранее имеет слишком серьезную и от того — уже смущающую окраску. Оба волнуются друг о друге больше, чем о себе. Оба понимают и видят это, и оба осознают, что ни один из них не хочет причинять второму неудобства такими темами. Потому, через секунду в коридоре и раздается неловкий обличающий смех двоих парней. — Ладно, пошли прогуляем. К черту. Я тоже не хочу сидеть на истории, — все же соглашается Ченле, и они направляются в сторону выхода. — Эй! Вы куда намылились? — послышался недовольный голос бдительного старосты. — Звонок на урок через две минуты! — Мы в туалет. Ща вернемся, — бросил за двоих Джисон, и с глупой, объясняющей всё улыбкой, снова обхватил Лэлэ за руку, ускоряя шаг. — А ну стоять! Знаю я ваши «туалеты», которые у вас дома! — не унимался Тэен и уже было направлялся за самыми безрассудными прогульщиками в их классе, как его руку резко перехватили, останавливая движение. — Да ну брось ты, Тэен. Это не твоё дело гоняться за прогульщиками. Они в любом случае уйдут. Так что побереги нервы, — пытался успокоить Ена сам Джэхен, в то время как прогульщики уже скрылись из виду. — А вообще, лучше бы взял с них пример. Совсем немного забить на проблемы, тебе бы не помешало.       В ту же секунду, Юно испугался и почти пожалел что сказал это самому нервному человеку в классе. Почти, потому что лицо Тэена преобразилось настолько сильно и комично, что стало казаться, будто он кривляется. Истерический смешок вырвался из горла Дже и ударился о плотно сведенные губы, издавая приглушенный, но понятный звук. Глаза Тэена от этого выпучились лишь сильнее, а брови поплыли вверх. — Чего? — откровенно задолбавшись, забыковал Тэ.       Джэхена окатило легким ребяческим смехом, и отклоняясь назад, он попятился в сторону, подставляя взгляду Тэена его излюбленные ямочки на щеках. Вполне ожидаемо — Ли сразу размяк и практически забыл о своем недовольстве, когда начал посмеиваться сам, спрашивая при этом у Джэ: «ты че ржешь, скотина». — Нет, серьезно. Тебе стоит поменьше париться о вещах, не касающихся тебя, — улыбаясь, сказал Юно. — Ты действительно так думаешь? — Конечно. Учитывая то, как ты пашешь, я уже вообще начинаю волноваться за твою психику. — Оу…       Тэен впал в ступор, почувствовав, как кольнуло в районе сердца. Все слова исчезли из его головы, и он оставался недвижимым, пока с бурей в душе смотрел в глаза так мягко и тепло улыбающемуся Юно. Хотелось крепко обнять его в ту же секунду, и сразу ударить за такие неуместные для их отношений слова. И вовсе не важно, что неуместно их поведение в отношениях, только для одного Тэена.       Джэхен стал сбивать его с толку последнее время слишком часто, что являлось бы причиной его нестабильного психического состояния с большей вероятностью, по сравнению с какими то надуманными Тэеном обязанностями следить за порядком в классе.       Но, несмотря на это, Тэ перечить не стал.       Вдруг, сбоку от них раздался дикий и необузданный смех, обративший на себя внимание всех стоящих поблизости одноклассников. Доен держал в руках телефон, и дочитывал самую нелепую и смешную вещь в его жизни за последнее время. Вопросов было не миновать, и когда все стали расспрашивать у него, в чем же дело, тот просто отдал телефон Тэену.       На экране была открыта вкладка с их группой, и Тэен начал читать новую запись, выложенную только что. Пост гласил: «Тэени хёёён, я от тебя так тащусь ну ваще. Хейтеры скажут сасамба, но забей наних, я всегда буду тваим фанатом! 1! Ты еба какоц крутой, хачу отт тибя детишек!»       Дочитав омерзительное послание, выражающее максимальную иронию и стеб, Тэен взорвался негодованием и громко, почти крича «Кто это написал, блять?!», стал бесконтрольно выливать поток бранных слов, и возмущений по поводу начавшемуся сумасшествию вокруг его персоны. Доен продолжил смеяться с его реакции пуще прежнего, а Джэхен вырвав телефон из чужих рук, и прочитав всё, присоединился к Доену. — ВЫ ПРИДУРКИ. ПРИ-ДУР-КИ, — не унимался Тэен, когда остальные стали открывать группу и потешаться над старостой уже все вместе. — Кажется, тебя начали буллить, Ёни, ахах, — умозаключил Джэхен, когда раздался звонок на урок.

***

— Да ладно. Кто? — не терпелось поскорее узнать Джэмину. — Я не скажу тебе, — сухо ответил Тэн.       Джэмин дернул головой вбок от удивления. Секунда вопросительного взгляда, и он уточнил: — Почему? — Потому что ты ничего не хочешь рассказывать мне о себе. Почему я должен открывать тебе душу и вываливать всю подноготную, если ты, в тоже время, не идешь навстречу и не доверяешь мне? И почему ты говоришь, что обязательно нужно разговаривать с людьми и решать неполадки вместе, когда сам не делаешь того же?!       Джемина пробило этим заявлением насквозь. Он не замечал ничего подобного за собой. Когда это он так противоречил себе? Когда он успел так серьезно облажаться? По ощущениям, его память за все последние годы казалась стертой. Либо он был уже не в своем теле, или не в своей жизни, раз мог поступить в разрез со своим одним из главных принципов.       Он склонялся ко второму варианту. Очевидно, после одного инцидента — его жизнь перевернулась вместе с душой, отчего теперь парень жил в хаосе из собственных ужасающих мыслей, запутавших его настоящую личность. — Ты прав. Ты не должен, — только и мог произнести На, серьезно задумавшись.       Может, он и рассказал бы о всех ужасах, коробивших его сердце, однако любая информация, просочившаяся наружу, могла причинить серьезный вред многим людям. Джэмин не был готов подставлять друзей, и потому беспрекословно молчал, как его и просили.       По школе разнесся оглушающий звук. Звонок на урок загрохотал по коридорам и заставил Тэна слегка вздрогнуть от неожиданности. Когда сигнальная свирель прекратила кричать, Тэн разочарованно постучал ладонями по своим бедрам, и, уже успев успокоить нервозность, спокойно облокотился о стену.       Теперь На сидел к нему боком, а после и вовсе отвернул голову в противоположную сторону. Тэн с грустью смотрел на затылок парня и сопереживал как мог. Он думал, что, возможно, перегнул палку, когда выпаливал свое мнение, но, сожаления при этом не испытывал.       Адекватную жалость к другу — да. Беспокойство за него — тоже. Но не сожаление.       Непонятное молчание затянулось. К тому же, нужно было бежать на последний урок, поэтому молчанку требовалось прервать, и привести диалог к логичному заключению. — Ну, хорошо. Не хотел я так резко бросать это наблюдение тебе в лицо. Мне действительно хотелось выслушать и помочь. Но раз ты заделался партизаном, вынужден спросить напрямую, — Тэн набрал воздуха в легкие, и задрал подбородок вверх, неосознанно создав для самого себя иллюзия превосходства, и подытожил. — Нана, к твоей истории как-то причастен Джено?       Джэмин среагировал не сразу. Не поворачиваясь к Тэну, он просто спросил « с чего ты взял?», утаивая в голосе страх, на что таец ответил: — С того, как вы смотрите друг на друга. Вернее, смотрели до того как с тобой стало что-то происходить, — он облокотился о свои колени и подвинулся ближе к краю скамейки, всё ещё смотря на Джэмина. — На самом деле поводов для того, чтобы думать о наличие симпатии между вами было много. Не уверен, правда, что все беды от этого, но если все-таки ты страдаешь на почве любви, то я точно тебя не понимаю.       На Джэ накатил истерический смех, и он не особо старался сдерживать его. Посмеиваясь в себя, он задрал голову вверх, натыкаясь взглядом на ярко-желтую ослепляющую лампу.       Что ж, его в какой-то степени раскрыли. Джено косвенно действительно был причастен к изменениям в жизни Джэмина, и плюс между ними определенно была химия, что Джэмин знал и без Тэна. Но все же, этот факт, прозвучавший из уст Читтапона был всё еще до смешного поверхностный…       Джэмин прекратил пугающе смеяться, и развернулся к однокласснику, поняв до этого, что он устал от его опеки, и пристальным вниманием за собой. Пора было что-то делать с этим. — Черт. Да. Тэн, почему ты так легко раскрыл меня? Твоя чуйка на обнаружение чувств между людьми просто поражает, — нагло врал он. — Что? — выпрямился таец. — Погоди… То есть, это действительно вся причина твоего странного поведения и похода к психологу? Серьезно? — с недоверием щурился он. — Откуда ты знаешь про психолога?! — заметно разнервничался Джэмин. — Ну, тебе стоит быть более осмотрительным, когда говоришь о таких вещах в туалете школы… Скажем так.       Джэмин прикусил губу, опуская взгляд и стараясь держать себя в руках. — Ладно, понятно. Нда-а-а… Ты меня раскусил, я сдаюсь. Всё дело в этом.       Тэн хотел снова выразить недоверие, но не успел он произнести и слова, как Джэ продолжил гнуть свою линию. — Ты должен понять, Тэн. Я запутался в своих чувствах и не знал, что делать с ними. Мне очень нравился (и всё еще нравится Джено), — на этот раз действовал он, частично говоря правду. — Но меня ужасно пугают отношения. В частности, отношения с лучшим другом. Прям до одури пугают и сковывают. Иногда я даже испытываю приступы панической атаки. Поэтому решил пойти к специалисту. Который, кстати, мне отлично помогает, так что можешь не волноваться.       Услышав эту, хоть и не особо похожую на правду причину, с плеч Читтапона всё же упал тяжелый груз, заметно облегчив его переживания. Потому что, несмотря на многие нюансы, он как никто другой знал — насколько губительной может быть любовь.       Больше всего обнадежило, что Джэмин не оставил все на самотек, и начал бороться с проблемой основательно. — Так погоди. То есть, тебя реально пугают отношения — прям аж до паники? — заулыбался Тэн, вздергивая брови. — А не ты ли мне ныл в прошлом году, что загибаешься без любви? — Это было в прошлом году, когда я только разорвал последние отношения, в том то и дело. И ты учитывай ещё, что я раньше не встречался с парнями…       Теперь уже смеялся Тэн, совсем забыв о своем подозрении в обмане. — Какой же ты дурашка, я не могу! — похлопывая по спине Наны, пропел он. И Джэмин даже смог улыбнуться на это. — Не отрицаю. — И не вздумай, — почти вернулся к серьезности он. — Ох, ладно. Короче, смотри. То, что ты посещаешь психолога это круто, это обязательно поможет в итоге. Все-таки никогда нельзя забывать о своем ментальном здоровье. А бояться такого рода отношений — это нормально. Я понимаю тебя. Сам до сих пор тушуюсь перед кое-кем… — поднял краешек губ он. — Но это всё не важно. Смущение пройдет, поверь, тут главное просто начать. Ну, а как именно начинать, не мне тебя учить. Хотя я и могу, гы-ы, — резко вставил глупое отступление он, вызвав у Джэмина кроткий смешок. — Но думаю, ты и без меня знаешь, как всё делается. — Ага, и это все сказал девственник, класс, — не мог не задеть тайца Наджэм. — Ты сейчас призываешь меня признаться Джено, я правильно тебя понял? — Правильно! — Он больно толкнул Джэ в плечо, на что тот прошипел от боли. — Это за девственника, — пояснил в конце Тэн. — На правду не обижаются. — А я и не обижался, — обиделся Тэн. — Блин, не переводи тему. Чувак, признайся Джено наконец, затем предложи встречаться, и прекрати мучить себя и его! Неужели твой врач не советовал тебе такого? В конце концов, нельзя так убиваться, не испытав ни одной попытки. — Нет, не советовал. Ладно, я подумаю об этом, — снова решил обмануть он.       Парню казалось, что думать тут особо нечего. Есть только он, Джено, и стена между ними. Которую он возвел сам, даже не задумываясь о ее бессмысленности. И тем более о том, чтобы рассказывать об этом психологу. — Не-не-не. Давай-ка без этих «йа падумаю», — нарочно исковеркал слова Тэн. — Ты берешь. И признаешься. Джено. В любви. И точка. Понял меня??? Если будешь отнекиваться, я кину в тебя телефон с кучей фоток убитого тобой парня! — Чего? Каких-каких фоток? — А таких. Ты думаешь, я просто молча наблюдал за вами и всё? Неа! Ни с той ягодкой ты связался, зайчик мой!       Тэн сделал в конце что-то наподобие эгьё, при этом глядя сучьими глазами. От этой экспрессии Джэмин прикрыл лицо рукой с наигранным выражением шока и отвращения. Джэмин был не против эгьё и раньше сам частенько применял его. Но конкретно сейчас это казалось немного неуместным.       Хотя и капельку забавным.       После этого, ручку двери дернули, и когда она не поддалась, послышался рассерженный голос учителя физкультуры. Парни быстро открыли дверь и под суровые нотации преподавателя, поспешили на урок.       Тэн с облегченной душой плыл по коридору, мысленно ликуя «успешно» выполненной миссией, и почти не обращал внимания на слабое и тусклое чувство в дали сознания, что он что-то упускает.       Джэмин плелся позади находясь в прострации и беспокойным взглядом глядел под ноги.

***

      Диалог шел бессмысленным и пустым, по большей степени потому, что сил разговаривать не было. Ченле и Джисон уже двадцать минут ехали на автобусе домой к Чжону, и успели истратить все нормальные темы для разговора, но, несмотря на это, молчать в компании друг друга было совсем не напряжно.       Они ехали стоя, держась за поручни и смотря в окно. Ченле облокотился о стекло головой и иногда прикусывал сухие губы, украдкой смотря на Джисона из раза в раз. Тот же старался не смотреть на Лэлэ и листал обновления соц сетей, совсем не вникая в изображение на экране, из-за забитой головы по поводу произошедшей в этот день излишней близости его и Лэлэ. Что-то окончательно перевернулось в тот момент и Джисон не мог думать ни о чем другом.       Так же, как и Ченле.       На следующей остановке зашло несколько больше людей, чем до этого, и парням пришлось придвинутся ближе друг к другу. Автобус петлял по улочкам и, кажется, набирал скорость, поскольку шатать из стороны в сторону стало сильнее. Либо это всё надумал себе Ченле, найдя причину облокотиться лбом о широкую спину Джисона для дополнительной опоры, сдвигая висящий на правом плече полупустой рюкзак парня, а после, не удержавшись от соблазна — обхватить его талию руками, прижавшись почти вплотную.       От такого будоражащего вторжения в личное пространство, у Джисона мигом подскочил ритм сердца, а в животе очнулся вихрь. Он прикрыл глаза, сжимая челюсти до предела, и не спеша принял решение убрать телефон в карман, чтобы освободившейся ладонью накрыть руку Ченле, борясь с внутренним смущением. — Устал? — спросил вместе с этим Джи, на что Лэ угукнул ему в спину и качнул головой в согласие. — Я тоже… Знаешь, я думаю, нам надо бы перестать играть по ночам, — совершенно точно подметил младший.       Чжон снова промычал со звуком согласия, слегка улыбаясь при этом. Потому что было понятно, что они все равно не перестанут это делать. По крайней мере в ближайшее время.       За окном мелькали ряды аккуратных и очаровательных домиков, один милее другого. Парни медленно подъезжали к району частных домов, где жил Ченле. Значительное количество пассажиров вышло на своих остановках, поэтому появились свободные места, на которые двое парней незамедлительно сели.       Изрядно утомившись за день, и не выспавшись ночью из-за долгой онлайн игры, они оба засыпали на ходу. Но случилось так, что Ченле задремал первый практически сразу, как удобно устроился на сиденье. Джисон понял это, когда старший снова вторгся в его пространство — облокотил свою голову о его плечо, защекотав шелковистыми волосами чувствительную шею. Хоть Джисон хотел спать не меньше — теперь ему это было запрещено делать. И морально невозможно. Осознание, что он заботится о друге, подставляя ему свое мягкое плечо, а также следя за остановками — грело душу и поднимало уровень доверия за пределы понимания.       Вскоре, их остановку объявили по связи, и Пак аккуратно позвал Ченле, сообщая об этом вслух и через прикосновение к чужой руке. Лэ очнулся от дрема в тот же момент, сонно глядя по сторонам и с трудом разлепляя веки. От резко накатившей реальности, понять, что он на автомате обхватил руку Джи — удалось не сразу. А когда понимание ситуации пришло, он не спешил убирать ее до самой остановки.       Как бы ему не хотелось держаться с Джисоном за руки — он понимал, что между ними всё еще существуют определенные границы, которые неизвестно когда исчезнут, и исчезнут ли вообще.       Ему оставалось лишь дождаться когда они придут к нему домой, и не сговариваясь рухнут на его большую кровать, почти одновременно заснув на пару часов, и видя во снах свои потайные желания.

***

Облачное хранилище пользователя Sweet_Nana

      День второй. Сегодня происходило какое-то сумасшествие. Тэн стал докапываться до меня и расспрашивать о том, что случилось. Но разве я могу рассказать? Я бы может и хотел, чтобы об этом знал кто-то кроме Хансоля. Кто-то из моих близких. Но я не могу связать и двух слов, не разревевшись при этом. Да и, к тому же, Хансоль запретил говорить кому-либо об этом. Вспоминать страшно. А рассказывать об этом — еще страшнее. Почти каждый такой приступ сопровождается панической атакой. Я удивлен, что смог сегодня сдержаться при Тэне. Может быть, со мной еще не все потеряно? Может у меня еще есть шанс оправиться? Потому что, это странно, но сегодня после разговора с ним я на некоторое время почувствовал себя лучше и даже успел забыть о своей проблеме. Ненадолго, но я смог, когда осознал эту заботу и волнение о себе со стороны другого человека. А затем речь этого сумасшедшего тайца заставила меня задуматься. Может действительно признаться во всем Джено? Открыть ему душу? Может быть, настоящая любовь помогла бы мне «излечиться» и перестать страдать? Хоть он и является, в каком-то роде причиной, и потому — триггером, при взгляде на которого я иногда вновь возвращаюсь в фатальные события — я всё еще хочу касаться его и находится рядом. Хочу слышать его голос и чувствовать его руки на себе. Я очень хочу его крепкие и успокаивающие объятия, но мои желания все чаще перетягивает на себя страх. Я так устал бояться. Мне так осточертело это, что я набираюсь сил из этой злобы. Сегодня я особенно сильно был недоволен и зол на себя. Тэн действительно фотографировал Джено исподтишка, и иногда меня вдобавок. Когда он скинул все эти фотографии, я не хотел верить тому, что видел. Джено на каждом снимке выглядел абсолютно подавленным и словно убитым. Причем убитым мною. От этого у меня внутри всё съеживалось и скрипело. Я никогда не видел Джено таким. Последнее время я вообще не вижу его, потому что избегаю, черт. Но это еще не все. Больше всего меня потрясло не это. А то, что на моих фото, я выглядел не опечаленным или загруженным, как представлял себя до этого со стороны. Я выглядел по животному агрессивно, а глаза были пусты как никогда, и излучали — ничего. Сплошное безразличие. Я даже не подозревал, что могу так выглядеть. Конечно же. Особенно во время того, как со мной пытается контактировать объект моих воздыханий. Я так разозлился, что хотел ударить самого себя, да несколько раз, чтобы бровь рассеклась, а скула саднила и кровоточила от разрыва кожи… Жаль что селфхарм — не моя тема. А то бы точно что-то сделал с собой. Какой же я жалкий… В общем, тяжелый денек выдался. Особенно после того что я узнал о личной жизни Тэна. Живут же люди… Не то что я, аха. О том кто был фейком, он мне так и не сказал кстати. Поставил ультиматум, что пока я не начну мутить с Джено, он ничего больше не расскажет, засранец. Блять, а ведь неплохой такой стимул. Особенно для меня — любителя сердечных историй. Чертов Личайяпорнкул.