сыграем? найди меня

ƗĐŁE — skeler. selects

СРОЧНЫЕ НОВОСТИ!

Она бежит босыми ступнями по мокрому и грязному асфальту, заворачивая за углы и невзирая на боль от свежих ран на всем теле. От ее одежды остались лишь лоскуты, но плевать: главное — жизнь.

ВЧЕРА УТРОМ ПРОПАЛА ЧОН ДАХЕН — СТУДЕНТКА УНИВЕРСИТЕТА ЙОНСЕЙ, ДВАДЦАТЬ ТРИ ГОДА. УШЛА ИЗ ОБЩЕЖИТИЯ РАНО УТРОМ К ПЕРВОЙ ПАРЕ, НО НА НЕЙ ТАК И НЕ ПОЯВИЛАСЬ.

Под ноги попадают осколки стекла, насквозь пронзающие кожу, мокрые от пота волосы прилипают к лицу, закрывая глаза, и девушка, не увидев лежащую в переулке балку, запинается об нее и падает на землю, получая дополнительные увечья. Позади слышится мерзкий грубый смех и она, обернувшись, начинает плакать, больно стиснув зубы.

ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ЕЕ ВИДЕЛИ У КРУГЛОСУТОЧНОГО МАГАЗИНА 7ELEVEN В ДВА ЧАСА ДНЯ СОРОК ТРИ МИНУТЫ, ПОСЛЕ ЧЕГО ОНА, СЛЕДУЯ ЗА МУЖЧИНОЙ В ЧЕРНОМ КАПЮШОНЕ, СКРЫЛАСЬ С НИМ ЗА ПОВОРОТОМ ЖИЛОГО ЗДАНИЯ.

Превозмогая боль, Дахен встала на подкошенные ноги и побежала дальше, не понимая, что только это ему и нравится. Запах крови смешивается с помоями мусорных баков, окружающих ее в этом переулке, и она не может нормально дышать. Не понимает, как еще не задохнулась в этой вони, что в легких на самое дно оседает. Девушка бежит не глядя, не зная куда, и это играет с ней злую шутку, потому что перед ней словно вырастает длинная кирпичная стена, и она просто попадает в тупик. Будто из воздуха появившиеся позади шаги заставляют ее прислониться к этой стене лбом и громко зарыдать.

ПРИМЕТЫ ДАХЕН: РОСТ СТО ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТЫРЕ, НЕБОЛЬШОЙ ШРАМ НА ШЕЕ, ТАТУИРОВКА ЗМЕИ НА ЛЕВОМ ЗАПЯСТЬЕ, ДЛИННЫЕ ТЕМНЫЕ ВОЛОСЫ; ОДЕТА БЫЛА СВЕТЛО-СИНЮЮ РУБАШКУ В БЕЛУЮ ПОЛОСКУ, КОРОТКИЕ ДЖИНСОВЫЕ ШОРТЫ И БРЕНДОВЫЕ КРОССОВКИ ОТ БАЛЕНСИАГА.

Он подходит так близко, что Дахен отчетливо ощущает теплое, но такое противное дыхание за своем затылке, и просто стоит, чего-то выжидая. Девушка отчаянно не понимает, чем такое заслужила. Большая крепкая ладонь на плече заставляет дернуться, и она оборачивается.

ПРИМЕТЫ МУЖЧИНЫ: РОСТ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО СТО СЕМЬДЕСЯТ ДВА — СТО СЕМЬДЕСЯТ ВОСЕМЬ, ЧЕРНЫЙ СПОРТИВНЫЙ КОСТЮМ С КАПЮШОНОМ НА ГОЛОВЕ, ТОГО ЖЕ ЦВЕТА КРОССОВКИ И КЕПКА. ПОДРОБНЕЕ МОЖНО ПОСМОТРЕТЬ ПО КАМЕРЕ ВИДЕОНАБЛЮДЕНИЯ С МАГАЗИНА.

— Дахен~. — З-зачем ты эт-то делаешь? — нервно спрашивает она, сильно заикаясь от страха, от неминуемой смерти, что уже в затылок дышит и шепчет слова о том, как хочет эту девушку себе забрать. — Тшш… — мужчина проводит кончиками пальцев по заляпанной в крови щеке, которую сам и пустил, вырисовывая на бледной коже рисунки, ведь он — художник, а художник должен рисовать, должен создавать шедевры. Жаль только, картина получается грязная. — П-пожалуйста, не… — последующие слова застревают в ее горле вместе с ножом, воткнутым туда же. Длинное лезвие насквозь прошло через тонкую шейку и его кончик коснулся кирпичной стены, с которой Дахен сползает, утопая в собственной крови, украшающей ее бледную кожу. Тело с глухим стуком падает на камни. Мужчина склоняет голову к левому плечу, смотря перед собой пустым взглядом.

КТО УЗНАЕТ МУЖЧИНУ, ИЛИ УВИДИТ ДЕВУШКУ НА УЛИЦЕ — СРОЧНО ЗВОНИТЬ ПО НОМЕРУ ********.

Юнги просыпается с помощью будильника, который тут же летит в открытое нараспашку окно со скоростью света, потому что каждое утро из-за него портится настроение. Мама умудряется всякий раз ставить новый на стол, потому что ее сын, якобы, может проспать учебу, и неважно, что это реально так. Он театрально (на самом деле, правда заколебался) и с грустью вздыхает, чувствуя легкое покалывание в мышцах шеи и, проклиная все, на чем свет стоит, встает с кровати, направляясь в душ. По запаху жареной свинины он спускается на первый этаж, где во всю с кухней воюет мама, и мягко улыбается ей, обращая взор на телевизор: очередная новость о пропаже человека и, о, на этот раз молодая девушка. — Где-то я ее видел… — бурчит Юнги сам себе под нос и слышит мамин голос. — О, проснулся. Давай быстрее садись, не то опоздаешь. — И тебе доброе утро, мам, — парень подходит к своей самой любимой женщине и целует ее в щеку, что неимоверно поднимает ей настроение на целый день. Ему важно, чтобы она всегда улыбалась. — Доброе, сынок. Юнги почти быстро справляется с завтраком, состоящим из салата с тунцом, сэндвича с авокадо и травяного чая, а все потому, что мясо не любит — его любит только мама. Он подносит кружку с волшебным запахом напитка к губам и отхлебывает его; в это время мама решает задать вопрос, который он, ну, никак не ожидал услышать: — Слушай, а вы с Чимином точно друзья? Как хорошо, что тарелка от салата пуста, а недоеденный немного сэндвич покоится в стороне, иначе завтрак был бы испорчен, ибо все содержимое изо рта парня оказывается на столе. Он старается прокашляться. — Что за странные вопросы? — Да ты в последнее время слишком часто у него ночуешь, и я стала замечать, что смотрит он на тебя как-то странно… — Странно — это как? — Ну, как-то влюбленно. Так что? Вы друзья? — Да, мам. Конечно, мы друзья.

Elle King — Ex's & Oh's

Юнги больно прикладывается к стене спиной, но эту ноющую боль быстро заглушает глубокий, страстный поцелуй. Чимин давит на него, как любит, и как любит сам Юнги, вылизывает его изнутри по самые гланды, и как хорошо, что в этой части корпуса никто не ходит, помимо учителей, которые сейчас набивают желудки в столовой, что находится вообще в самом дальнем крыле, хотя младший был бы не против устроить порно за то, что постоянно отчитывают его по любым мелочам: бэд-гаев же никто не любит. Почти никто. Руки парня спускаются на худые, но такие любимые бедра старшего, сжимая упругие ягодицы, и Юнги в поцелуй стонет, делая из Чимина почти зверя. Ему своего хена всегда мало, он хочет его везде и постоянно, что не получается, потому что они на разных курсах, и Чимин вообще живет в общежитии. Они редко вот так могут уединиться, но даже из-за отсутствия интима все равно любят друг друга уже на протяжении семи лет. Они познакомились в интернете по игре и поначалу были друзья друзьями. Встретились только через два года: Юнги в тот день спал после тяжелого учебного дня в школе, но его сон прервал резкий звонок в дверь. Он знал, что мать на дневной смене, друзей нет, а отца у него никогда и не было, поэтому никто не мог к нему прийти, но он решил встать и посмотреть, при этом матеря всех и вся. Каково было его удивление, когда вместо человека в глазке он увидел огромный пакет с содержимым из макдональса, и очень знакомые кроссовки, выглядывающие снизу. Открыв дверь, Юнги замер с открытым ртом, слыша где-то вдалеке: «Может, все-таки пустишь?». Обнимались они с Чимином тогда очень долго, а Юнги и вовсе не мог поверить, что друг прилетел к нему из такой дали, к слову, из Австралии. Через неделю Чимин улетел, и вернулся лишь через три года, и вот уже на протяжении двух лет они учатся в одном университете на разных курсах: Юнги на третьем на факультете строительства, а Чимин на втором — он художник. Что говорить о не дружеской симпатии, то первым признался старший, боясь, как отреагирует Чимин, но все вышло куда лучше, чем он представлял, потому что оказалось, что младший никогда в принципе к девочкам не испытывал влечения, но и Юнги ему как пара не симпатизировал. В итоге они решили попробовать, и если ничего не получится, то останутся друзьями. Пробовали целый год, пусть и по интернету, но у них получалось, и вот на протяжении трех лет они вместе и души друг в друге ни чают, хоть и бывают иногда разногласия. — Ты ненасытный, знал? — смеясь от щекотки губ по шее, скорее утверждает, чем спрашивает, Юнги, на что младший лишь хмыкает, подняв глаза на уровень чужих. — Не хочешь сегодня прийти? Фильм посмотрим. — Знаю я, чем наши фильмы заканчиваются. Лучше бы сразу тогда звал для дела. — Делаешь из меня какого-то извращенца, — отходит от парня на шаг. — Мы и правда давно фильмы не смотрели, да и с нами мой сосед будет. — Чонгук? Господи, — вздыхает Юнги. — ты же знаешь, как он мне не нравится. На психопата он похож, честное слово. — То, что он любит фильмы ужасов, не значит, что он психопат. — Причем тут они? Я их как бы тоже смотрю… Чимин смотрит на него взглядом, мол, слушаю, продолжай, и Юнги тяжело вздыхает. — Меня пугает, с каким энтузиазмом он говорит о тех похищениях — так, словно это нормально и тот маньяк правильно делает. — Мы вроде собирались закрыть тему о похищениях, — абсолютно резко меняясь в голосе и настроении, Чимин складывает напряженные руки на груди крестом, из-за чего его бицепсы становятся в разы мощнее. Такой Чимин пугает, но Юнги одновременно восхищается тем, как тот может из младшего на год парня, резко стать на пять лет старше серьезным мужчиной. Не зря таки он лидер в их отношениях. — Чонгук такой же художник, как и я, и в этих похищениях он ловит вдохновение, пусть это и кажется всем странным. Мое вот вдохновение — это ты. Чимин снова становится флиртующим мальчиком, наклоняясь к старшему и коротко целуя его в губы. — Так что, каждый восхищается тем, чем может. Фильм в силе? — Только если Чонгук не будет комментировать каждую резню в очередном ужастике, который мы посмотрим. — Не обещаю, но я дам ему кисточку с холстом, чтобы он рисовал и молча смотрел фильм. — Звучит так, будто ты дашь ему соску, лишь бы он заткнулся. Мне уже жалко ребенка, которого мы будем растить. — Уже о детях думаешь? — Заткнись, — улыбаясь, говорит Юнги, толкая младшего в грудь ладонями и идет по коридору на пару. — Суррогатная мать или из детдома возьмем? — кричит ему Пак вдогонку.

* * *

Юнги сидит на полу меж разведенных ног Чимина и, жуя попкорн, передает его и парню: как из рук, так и ртом, откидываясь затылком на голую мощную грудь (младшему резко жарко стало, как потом и Юнги, но он решил остаться в одежде). Чонгук сидит на диване позади ребят и, как и было заранее «запланировано», рисует, одновременно смотря фильм. Юнги не знает, почему, но этот малец его и без данной странности пугает: Чонгук всегда ходит в черном и, редко, но в красном, в ушах 24/7 эирподсы, в которых играет порой жуткая музыка, либо обычный рок, он тихий и спокойный, единственный его друг — Чимин, и их всех общий друг — Тэхен, который работает офицером, и, к слову, расследует дела об этих похищениях. Юнги очень интересно, что тот находит, но Тэхен настоящий полицейский — он держит все в тайне, и даже от своих коллег. «Если я взялся за дело, то доведу его до конца и один. И когда узнаю преступника — только тогда сообщу об этом начальству и уже с коллегами будем его ловить», — сказал тогда он, а у Юнги аж мурашки по коже табуном побежали. Тэхен правда любит свою работу. Кстати о нем. Юнги отвлекается на входящий звонок и, увидев на экране имя Тэхена, принимает вызов. — Привет, Т- — Можешь говорить один? Только не показывай вид, что это я. — Кто звонит? — спрашивает Чимин, явно не увидев имя. — Мама. Я сейчас приду, — озадаченный, но не показывающий это своему парню, Юнги выходит из комнаты в кухню и, закрыв дверь, тихо говорит: — Ты меня пугаешь. — Я и сам немного напуган. Тело Чон Дахен нашли. — Да ладно?! — тихо, но искренне удивляется парень, потому что еще ни одно тело этого похитителя — теперь уже убийцы — ранее не находили. Тэхен тяжело вздыхает. — Да. Земля ей пухом конечно, но она поможет нам продвинуться в этом нелегком деле. — Это все конечно замечательно, но… Тэхен, почему ты мне это говоришь? — Потому что нужна твоя помощь. — Слушаю, — Юнги тихо приоткрывает дверь и, убедившись, что за ней никто не стоит, вновь закрывает. — По камерам видеонаблюдения, у Дахен была на шее цепочка с бабочкой — ее ей подарила мама на пятнадцатый день рождения, но при теле она обнаружена не была. Как правило, убийца от жертвы забирает что-то себе на память. От тебя мне требуется только то, чтобы ты поискал ее в вещах, ах… блять, как бы ужасно это не звучало для меня в первую очередь, но в вещах Чонгука. Ветра нет, но Юнги весь покрылся корочкой льда. — Не понимаю, почему именно в его? — Потому что я просмотрел еще пару камер с того района, и буквально незадолго до того, как Дахен вышла из магазина, Чонгук в той же одежде находился на соседней улице, с которой за минуты две можно быстро дойти до девушки. — Твою мать… — Только сохраняй спокойствие. Каким бы другом он ни был, но… — Я понимаю. Постараюсь. Что-то еще? — Да. Через Чимина не советую, но либо у самого Чонгука, либо у кого-нибудь из его окружения поспрашивай о том, не знаком ли он с Дахен. О том, что мы нашли тело, пока разглашать не будем — я попросил об этом начальство и сказал, что мне нужна помощь от друга. Согласие получено. — Ну Чонгука я не то чтобы на дух не переношу — мне просто и посмотреть-то на него стремно, что уж говорить про разговор. Так что через кого-нибудь. — Спасибо, ты очень выручишь этим. Не забывай про цепочку. До связи. Тэхен быстро отменяет вызов и Юнги, выпив полстакана холодной воды, возвращается к ребятам. Он неплохо играл в школьном театре, так что надеется, что прошлый опыт ему сейчас пригодится. — Почему ушел? — Чимин сгребает старшего в объятия, а Юнги мысленно пытается успокоить быстро бьющееся сердце. — Не хотел, чтобы фильм на паузу ставили, да и мама попросила, — на вопросительный взгляд Чимина, продолжает: — Она резко вспомнила, что у тебя скоро день рождения, и начала предлагать самые разные варианты подарка — от вечеринки, до, просто купить тебе дорогой хороший алкоголь. — Мой подарок — это ты, — целует его Чимин за ухо. Чонгук на диване показушно фыркает. А Юнги надеется, что после того, что он сделает, когда парни заснут, он тоже сможет уснуть.

* * *

С ночи поисков проходит два дня, а Юнги мало того, что ничего не нашел, так еще и ничего не узнал: Чонгук и Дахен никогда не пересекались ни на улице, ни даже в университете, хотя, как оказалось, девушка училась в этом универе (о чем Юнги не знал) на первом курсе, пусть и была старше того же Чонгука, который в свою очередь учился на втором. Тэхен сказал, что снова в тупике, потому что кроме того, что Чонгук просто был недалеко от девушки, — у него ничего нет, к тому же, у того алиби — он весь день пробыл в университете, с перерывом на кофе, а после, как и всегда, просидел в общежитии за играми, что доказал консьерж и камеры видеонаблюдения с коридора. Юнги выходит из машины матери, поцеловав ее в щеку и, пожелав удачного дня, идет к воротам универа. По дороге он вдевает наушники в уши и включает пилотов, свою любимую heathens, которую готов слушать 24/7. Вслушиваясь в текст песни, он кивает в знак приветствия мимо проходящим друзьям и замечает знакомую толпу ребят, среди которых видит Чимина и Чонгука.

You'll never know the psychopath sitting next to you

Юнги кажется, что когда Чонгук поворачивает к нему голову — за ним это действие повторяют все, кроме Чимина, и парень ежится от этих взглядов, обращенных на него.

You'll never know the murderer sitting next to you

Он точно параноик, а иначе как объяснить то, что они буквально провожают его глазами к воротам, при этом будто издеваясь. Юнги оборачивается несколько раз, крепко держась за лямку рюкзака, а они все смотрят… И с каких это пор Чонгук стоит с кем-то в толпе так, будто это его друзья?

You'll think how'd I get here sitting next to you?

Юнги резко вскрикивает, когда спереди его хватают за предплечья, и когда паника спадает, он видит Чимина. Судорожно оглядевшись назад, он не видит больше толпы и самого Чонгука, и теперь уже обращает внимание на своего парня. — Ты в порядке? Дрожишь весь. — Да-да, все хорошо. — Что-то незаметно, — хмурится Чимин. — Я несколько раз окликал тебя, но ты смотрел на нас, и будто не видел меня. — Ты меня звал? Чимин кивает. — Сколько часов ты сегодня спал? — Три вроде… — Что тебя беспокоит? Я же вижу, что что-то не так. — Тело Чон Дахен нашли, — Юнги быстро округляет глаза, поняв, что проболтался, но на лице Чимина вовсе нет никакого удивления. — Знаю. — Откуда? — В смысле откуда? — улыбается тот, склонив голову к левому плечу. — Полиция рассказала об этом СМИ. Теперь на каждом канале крутят эту новость. — Чимин щурит глаза, смотря в чужие, напротив, с долей сомнения. — А ты откуда узнал? Не вижу, чтобы из новостей. — А… не, из новостей конечно. Я просто нервничаю. Сам понимаешь, это были просто пропажи, все думали, что их прячут или пытают, а тут убийство… это уже другое. Все на пределе. Чимин тяжело вздыхает и, закинув свою руку на плечо Юнги, ведет того к универу. — Не нравится мне, когда ты из-за этого нервничаешь. Лучше давай поговорим о том, что мы будем делать на мой день рождения. Глаза Юнги тут же загораются огоньком, а на лице появляется ехидная ухмылка.

* * *

Хэллоуин Корея празднует целый октябрь, вплоть от первого числа, до тридцать первого: все магазины и торговые центры украшены разными игрушками, тыквами и черепами, большинство которых покупаются в daisoo по оптовым ценам, а во многих клубах устраиваются пати в костюмах и гримах, и только с двадцатых числах начинаются всякие развлекательные шоу. Но в Сеуле, как раз в день рождения Чимина, в Lotte Hell решают устроить забег с людьми, переодетыми в зомби по максимуму: качественный грим, разодранное шмотье и идеальное актерское мастерство, благодаря которому даже скептик испугается. Что удивило Чимина — это Юнги, который с легкостью уговорил его посетить эту игру, хотя подобное ему не особо заходит, но, видимо своего парня он плохо знает, раз тот так воодушевленно рассказывал о правилах и прочем-прочем-прочем связанном с этой игрой, приз в которой составляет шоппинг на миллион вон и недельное бесплатное питание в макдональсе, и все из этого Юнги правда очень сильно любит; Чимину же только еда интересна, хотя он тщательно следит за своим питанием, потому как спорт — это его жизнь. Правила в игре не так просты, ну оно и понятно, раз приз такой дорогой: участникам нужно по максимуму избегать зомби, которые могут испачкать их искусственной кровью, и постараться как можно быстрее добраться до самого верхнего этажа, на котором первого участника будет ожидать загадка, и если он ее разгадает и впишет ответ в электронный планшет — приз его. Сложность заключается в зомби, которые могут неожиданно выскочить из-за любого угла, и устранить их вовсе не легко — для этого нужно содрать с плеча зомби ленту, и тогда он не сможет запачкать кровью; так же путь состоит из множества препятствий, которые нужно будет пройти. Оплата за игру — двести тысяч вон. Что удивило Юнги — это Тэхен и Чонгук, пришедшие на эту игру: Тэхен, потому что он женат на своей работе, а Чонгук, потому что это Чонгук, который такое не любит и больше предпочитает игры и одиночество. Но потом Юнги от старшего узнает, что кто-то анонимно прислал в полицейский участок письмо, содержимое которого составляло только одно предложение: «Сыграем в игру? Поймай меня». Убийца наверняка думает, что полицейские будут играть как участники, но лишь Тэхен будет играть, а коллеги будут замаскированы под зомби. Для видимости, еще одним игроком станет лучший напарник Тэхена, его однофамилец — Ким Сокджин. Всего участников пятьдесят пять человек. Юнги стоит на старте и дожидается, когда объявят начало, которое начнется через шесть минут. Его глаза бегают по толпе, собравшейся здесь, и выискивают Чимина, что ушел за водой на пару минут, а в итоге отсутствует все двадцать. У него сердце бьется как бешеное, потому что недалеко от него стоит Тэхен и внимательно следит за народом, среди которых одиноко стоит Чонгук и снова завороженно играет в телефоне: что у этого человека в голове творится — никому, кажется, не понять. Юнги резко вскрикивает, когда сзади на талию неожиданно ложатся большие ладони и, обернувшись, видит своего парня. — Зачем так пугаешь?! Где ты был? — Почему такой нервный? Сам же позвал сюда, и боишься. Отлить приспичило. Нельзя? — серьезно спрашивает тот, и от этого тона у Юнги все внутри переворачивается. — Прости… Тебя просто долго не было. — Минуточку внимания! — из колонок раздается жуткий голос, как из фильма ужасов. — Просим всех участников игры встать на стартовую полосу. Правила всем известны, но если вы еще не ознакомились с ними более подробно — обратите внимание на стэнд, у вас есть еще пять минут. Победивший будет один, остальные получат утешительные призы в виде сладких глаз и черепов с костями. Всем приятной игры, ну, а мы начинаем! И помните: остерегайтесь зомби. — Готов? — улыбается Чимин, смотря в глаза Юнги. — Вполне, — тот натягивает улыбку в ответ и аккуратно поворачивается в сторону Тэхена, что приоделся для этой игры очень таки неприметно: спортивные штаны и толстовка с капюшоном на голове делают из него обычного подростка, а не двадцатидевятилетнего хена. Тэхен его замечает и кивает, давая понять, что готов играть по правилам ублюдка и поймать его, посадив на очень долгий срок: желательно даже на пожизненное. Как только объявляют старт — участники срываются с места, разбежавшись в четыре стороны, которые ведут к последнему этажу. Чимин, держа Юнги за руку, подбегает к лифту, из которого тут же вываливается зомби, и, не церемонясь, младший цепляет ленту с его плеча, из-за чего человек уходит, будто обиженно посмотрев на пару. Юнги с этого смеется и заходит в лифт вместе с Паком, и, на самом деле, он против, потому что если зомби на каком-нибудь этаже остановит этот лифт и зайдет вовнутрь — им уже никуда не деться. К счастью, два этажа они проезжают с легкостью, но потом решают остановится, ведь мало ли что — на другом уже не повезет. Быстро чмокнув Юнги в губы, Чимин оглядывает из лифта, проверяя наличие зомби или хотя бы отдаленного хрипа и, ничего не увидев и не услышав, берет того за руку, выходя наружу. Вот тут их ожидает первое испытание: чтобы пройти дальше по коридору, им нельзя задевать нити, что цепляются за колокольчики на стенах, за которыми наверняка находятся зомби и, услышав звон — тут же выбегут неизвестно из-за какого угла, коих здесь предостаточно. — Кто первый? — спрашивает Чимин, намекая на старшего из-за того, что тот по телосложению помельче будет, вот только Юнги не понимает, ведь им обоим нужно будет пройти — какая разница, кто первый? В любом случае, тяжело вздохнув, он пересекает первую красную нить и, нагнувшись, огибает другую. Таким образом он выходит в пустое пространство и радостно, но тихо похлопав в ладоши, будто ребенок, оборачивается посмотреть, где там уже Чимин — только того и след простыл.

Halsey feat. Quavo — Lie

— Ч-чимин?.. Дрожь пробегает по всему телу, словно резко похолодало, и Юнги начинает часто и тяжело дышать. Страшно. Если младший так решил пошутить, то это совсем не смешно. Он еще несколько раз тихо зовет его по имени, но в ответ сплошная тишина, разрушаемая лишь собственным биением сердца. Юнги резко вздрагивает, когда на телефон приходит сообщение и, надеясь, что оно от Чимина — открывает его, тут же замерев от страха: в сообщении лишь фото, на котором чья-то рука в черной перчатке держит окровавленный браслет Чимина — тот самый, который Юнги сегодня ему подарил на день рождения. Он старается не плакать, но комок истерики в горле начинает душить, а руки трястись как бешеные. К фотографии следом приходит текстовое сообщение: «Ты еще успеешь. Доберись до приза». Не подумав, что надо написать об этом Тэхену — Юнги со всех ног мчится на коридору, успевая внимательно смотреть по сторонам, потому что если кровь зомби на него попадет — тот за руку поведет его к выходу, и тогда он ничего не сможет сделать, и Чимина не найдет. Следующее препятствие — это обойти спящего зомби очень-очень тихо, и пройти к лестнице, ведущей на следующий этаж, или же сорвать с его плеча ленту, тем самым обеспечив себе безопасность, и Юнги решает выбрать последнее, потому что инстинкта самосохранения у него нет, но самое главное — мышью быть он не сможет, потому что как всегда накосячит: увы и ах, но это его кредо. Взяв ножницы, которые он заранее положил себе в карман, зная правила игры, он аккуратно, буквально на цыпочках подходит к сидящему у стены зомби, который типа спит, и резко разрезает ленту, но тот просыпается, почуяв приближение игрока, и резко брызгает на его руку с ножницами искусственной кровью. Юнги не веря смотрит на жидкость, но человек говорит, что тот успел срезать ленту, поэтому достает салфетки и подает их парню. Быстро очистив кожу, Юнги бежит по лестнице наверх, не замечая, что преодолел уже два этажа, и видит пробежавших мимо него по этажу других участников игры. На телефон приходит текстовое сообщение: «Нужно поторопиться. Если ты не спасешь его — никто не спасет». На секунду Юнги задумывается: что, если это Чимин, решивший пошутить над ним? Он в ответ решает набрать свое сообщение:

Почему я должен верить, что Чимин у тебя? Ты мог украсть браслет.

Приходит ответное фото, на котором изображен бессознательный младший весь в крови. Юнги трясущимися руками набирает текст.

Не смей его трогать!

Останови меня. Юнги со всех ног бросается на верхний этаж и жаждет во что бы то ни стало добраться туда первым. Никакой приз не важен, только Чимин, только этот любимый и дорогой человек, смех и голос которого он хочет слышать вечность, чьи глаза смотрят на него с большой любовью, и с какой любовью смотрит в них он сам. Юнги ни за что не простит себе, если с Чимином что-то случится, он готов костьми лечь ради него. Младший спас его от многих бед, был рядом несмотря ни на что, и пусть столь длительное время они были порознь, смотря друг на друга через экран — даже в эти моменты они оставались друг другу верными. Юнги не представляет своей жизни без этого человека. Потерять его — словно лишиться так нужного воздуха для того, чтобы жить, словно оказаться в тупике, что окружает четырьмя сдавливающими стенами, которые двигаются по направлению к телу, тем самым убивая его. Это невозможно. Больно даже думать о том, что с ним можем что-то случиться. На предпоследнем этаже Юнги подставляет нескольких участников, что почти добрались до последнего тем, что, когда зомби подошел к одному молодому парнишке, — Юнги резко толкнул его на него, а тот на других, и в итоге все, кроме Юнги, оказались испачканы в крови. Он не чувствует вины, потому что ему неважен никто из них, и пусть они думают, что это из-за гребаного приза — это все равно не так. Он забегает на лестницу, преодолев препятствие в виде ведра с кровью, прикрепленного к потолку, которое он заметил почти сразу, и если бы наступил на леску поперек лестницы — то выбыл бы из игры. Как оказалось позже, к последнему этажу вело слишком много таких игр, в которых нужно было выиграть, и Юнги, на поводу собственных сильных чувств, обошел буквально все, не испачкавшись и не поранившись ни единый раз.

Camila Cabello — Shameless

Когда заветная дверь оказывается перед носом — ему становится страшно. Это не простой страх, что за дверью может оказаться что или кто угодно, однако, так и окажется, потому что на ручке двери кровь, и она совсем не похожа на искусственную, ибо та не пахнет, а от этой веет запахом металла. Юнги нравится такое, но не в данной ситуации, потому что кровь эта может оказаться Чимина. Он открывает дверь так, чтобы не запачкаться, делает шаг вперед, два, и поскальзывается, падая на что-то жидкое, из-за чего одежда полностью промокает, противно прилипая к спине. Юнги потирает ушибленный затылок рукой, которую после подносит к лицу и снова видит кровь. Его глаза неестественно для корейца расширяются раза в два, а страх сковывает все тело лианами, потому что недалеко от себя он видит человека. Мертвого. Тот сидит на стуле с планшетом в руках, но голова его неестественно вывернута в другую сторону, а вместо глаз лишь черные дыры, из которых рекой льется кровь. Юнги дергается от вибрации в кармане и, дрожащими руками достав телефон, принимает вызов. — Тик-так, — слышит он по ту сторону голос с наложенным эффектом. — на часах. Ровно полночь — время приступать, — и дикий, но довольно знакомый смех. Юнги отодвигает телефон от уха и действительно видит на часах ровно полночь. — Г-где он? — Разгадай загадку и получишь ответ~. — В какие игры ты играешь, чертов псих… — Не советую отвлекаться, у тебя слишком мало времени, мой милый друг. Итак, начнем. Как осознать, кто рядом, может, это психопат? Как вычислить убийцу из толпы простых ребят? — Я не понимаю… — Юнги встает с пола и медленно подходит к очень знакомой сумке, лежащей рядом с умершим человеком, в котором он видит до боли знакомого Сокджина, что нянчился с маленьким Мином, когда был подростком. Он открывает сумку и достает оттуда цепочку с той самой бабочкой убитой девушки. — И как долго знакомы мы уже с тобой? — Что происходит… — Юнги сжимает свободной окровавленной рукой белоснежные волосы и стискивает зубы до боли в деснах. Почему жестокий голос постепенно меняется, становясь все мягче? — Спроси себя: кто я такой? — слышит он голос и в динамике и позади себя. — Хватит!!! Юнги бросает телефон, который о кафель разбивается вдребезги, и оседает коленями на пол, понимая, кто и о ком говорил человек по ту сторону звонка. — Этого не может быть, это просто невозможно! Нет! Тяжелые шаги позади уже нисколько не пугают. Юнги больно. Сердце сдавливает будто тисками. — Зачем… зачем ты это делаешь… — будто мантру шепчет парень, чувствуя на плечах ладони, что по ночам кожу согревали, объятия дарили каждую свободную минуту. А теперь эти руки в крови по локоть испачканы, и пусть эту кровь не видно и раньше видно не было — сейчас это очевидно как два плюс два. — Ты не поймешь, пока не попробуешь, — шепчет ему ядовито в ухо, Чимин. — Не смей меня трогать! — отшатывается Юнги, отползая на несколько метров дальше от своего парня. От убийцы. — Отойди от него! — резко слышат они оба голос Тэхена, что стоит возле входа, направив на Чимина пистолет. — Ох… я же тебе сюрприз устроил. Как ты выбрался вообще? — Не самая лучшая идея травить на полицейского двух доберманов, которых можно уложить парочкой пуль. — На Сокджина удалось, — пожимает тот плечами. — Правда, не думал я, что он от них сюда побежит. Я ожидал здесь Юнги, а тут прибежал он, но… с ним получилось даже интереснее. — И в чем смысл? Чего ты этим всем добился? Почему Юнги? — Слишком много вопросов, Тэхена~, — закатывает глаза Чимин, а после неожиданно говорит: — Выруби его. Юнги видит, как пистолет отлетает ближе к нему, а Тэхен грузным мешком валится на землю, и позади него стоит, тут не так уж и удивительно, Чонгук, держащий нож с огромной рукояткой, которой и двинул тому по затылку. Юнги страшно как никогда. Он один наедине со своим парнем-убийцей и его помощником, судя по тому, как Гук слушается Чимина. Ему непонятно, зачем все это нужно последнему, каков мотив? Зачем ему сейчас Юнги? Зачем он ему таким методом показал, кто он такой? Столько вопросов, но ответы сходятся к нулю. Чимин подходит к Юнги словно хищник, медленно и скалясь, в то время как последний отползает назад, почти плача от парализующего тела страха. Стук спины о стену и он теряется будто среди лабиринта, не зная куда податься. Чимин присаживается на корточки, крутя в руке телефон и склоняя голову то к левому плечу, то к правому. Кто бы мог подумать, что младший окажется полным психопатом, убивающих людей, вот только для чего? Ради забавы? Юнги не сказал бы, что Пак похож на такого человека, однако сейчас из-за его серьезного лица с ненормальным оскалом кажется, будто он рожден быть убийцей. — З-зачем… — Тшш, — прикладывая палец к губам, шепчет Чимин: — Пока не попробуешь — не узнаешь. — Кем нужно быть, чтобы убивать людей просто так! — взрывается Юнги, чем вызывает во младшем агрессию, присущую ему лишь в крайних случаях, и когда тот эту агрессию проявлял — было не по себе, но сейчас по истине страшно из-за сложившейся ситуации. Чимин быстро оказывается перед лицом старшего и, схватив его за лодыжку — полностью укладывает на спину, из-за чего тот затылком бьется о пол. Он раздвигает его ноги и, вплотную придвинувшись к чужому телу, выдыхает в губы: — Психопатом. Юнги зажмуривается до белых пятен, стискивая зубы от боли и от того, насколько ему неприятно находится настолько близко к этому человеку, которого все равно любит. — Ты мне омерзителен, Чимин. Я не знаю, чего ты хочешь, но лично я хочу, чтобы ты оставил меня в покое, — Юнги удивляется тому, насколько четко он проговорил эти слова, ни капли ни оступившись и не выдав свою дрожь в голосе, однако Чимин все равно это ощущает, потому что и старшего он знает слишком долго, и это просто очевидно. Юнги краем глаза замечает, как Чонгук присаживается на корточки и, перевернув Тэхена на спину, внимательно осматривает его лицо, убирая со лба каштановые пряди. Он кажется каким-то одержимым, только чем — непонятно. Чимин, что почти лежит на Юнги, мягко оглаживает его ягодицы одной ладонью, второй опираясь о пол сбоку о головы: так он начинает прелюдии, и уж кому как не Юнги известно, что идет после этого. Старший боится, что его возьмут прямо здесь, перед видящим все Чонгуком, перед бессознательным Тэхеном и рядом с трупом, запах разложения которого забивает легкие и хочется вывернуть желудок наизнанку. Он не хочет, не может, ему страшно. Чимин жив, но для Юнги уже мертв. — Такой красивый… — шепчет Пак, проводя кончиками пальцев по алебастровой коже щеки. — Настоящее искусство, — Чимин не замечает, как Юнги аккуратно вытягивает руку в сторону, стараясь нащупать пистолет. — Будь рядом с нами, и ты сам поймешь, как это приятно — чувствовать теплую кровь на своей коже, видеть, как чужая жизнь медленно гаснет благодаря тебе. Только представь, как о тебе говорят, как об ужасном убийце, которого все боятся, но не знают кто ты такой, и что ходишь рядом со своими жертвами, будто их тень. Ты просто неуловим, — Чимин носом ведет по его шее, вдыхая любимый запах. — Я люблю тебя, Мин Юнги, а ты любишь меня. Я хочу, чтобы мы были вместе всегда, и неважно, кто я, и кто ты. — Долго и счастливо после такого живут только в сказках и фильмах, Пак Чимин, — старший резко ударяет его рукояткой пистолета по виску по всей силы, из-за чего тот падает на него, теряя сознание. Чонгук резко поворачивается на этот звук и как только встает — Юнги направляет на него пистолет, сняв с предохранителя: только сейчас он понимает, что Тэхен не зря учил его пользоваться обычным оружием. Парень тормозит, подняв руки в сдающемся жесте, но Юнги понятия не имеет, что сейчас делать, ведь Чимин скоро проснется, а Тэхен все еще без сознания. Он аккуратно выбирается из-под младшего, все еще держа Чонгука на мушке и отходит подальше. — И что будешь делать? — из-под челки смотрит на него Чон, переступая через полицейского, и на секунду Юнги показалось, что тот дернулся. — Точно сможешь выстрелить в меня? — Зачем вы это делаете? Вам действительно это доставляет удовольствие? — Как Чимин-щи и сказал: пока не попробуешь — не узнаешь. — В этой жизни точно не планирую, — пока Чонгук медленно к нему подбирается, Юнги пытается его заговорить, потому что видит, как пытается прийти в себя Тэхен, тихо, будто мышь, вставая с пола. — Но я все равно не могу поверить в то, что это чисто ради удовольствия. Есть что-то еще. — Верно, — скалится тот. — Секрет в том, что все убитые люди связаны с тобой, Юнги~я. — Что?.. — Пропавший иностранец Джек был первым, ты должен помнить, — Чонгук опускает руки, выглядя полностью расслабленным, будто зная, что старший не сможет выстрелить. — Он тогда подружился с вами обоими, но не знал о ваших отношениях, и сказал Чимину, что ты ему понравился. Чимин ох как разозлился. Это не было его первое убийство, но стало первым благодаря тебе. — Из-за ревности?! — Ты знал, что каждое пятое убийство в этом мире совершается благодаря ей? А это, на минутку, более 70-ти процентов. Ты ведь и сам ревновал Чимина почти к каждой девушке, что на него вешалась. — Это не давало мне повода убивать их! — А ему давало, — пожимает Чонгук плечами. — Второе похищение, конечно же, с последствиями после, возникло из-за вашей ссоры, а точнее из-за Наен, которая не вовремя решила успокоить взбушевавшегося Чимина, который рвал и метал в своей комнате. Девушка проходила мимо и полезла не в свое дело, чем и нарвалась на неприятности. Потом он попросил меня убрать того официанта, которому ты ярко улыбнулся, вызывая в Чимине ревность, потому что тогда вы снова поссорились, но уже в кафе. Юнги помнит это. Тогда его парень начал пропускать некоторые пары без причины и стал пить, и Юнги просто не мог не сказать ему об этом, но они поругались прямо в кафе, где изначально хотели мирно поговорить за чашечкой кофе. Он разозлился, и на подошедшего официанта, что принес им счет, решил ярко улыбнуться, поблагодарив за хорошее обслуживание, но он не думал, что это зажжет в глазах Чимина такой огонь, что не потушить. — Дальше я уже начал забывать, если честно, но факт: это все из-за тебя. — Не делай меня виноватым. — Я не делаю, сказал же, это просто факт. Юнги краем глаза замечает, как Тэхен встает на ноги, а Чимин потихоньку начинает приходить в себя, и надеется, что все закончится без потерь… если еще закончится. Полицейский прикладывает палец к губам, показывая быть тише и, неожиданно подойдя к опешившему Чонгуку сзади, хватает его поперек горла, ребром ладони резко надавив на каротидный синус, из-за чего парень теряет сознание моментально. Юнги не успевает обрадоваться этому, потому что пистолет из его руки выбивают, и сзади заключают в неприятные объятия, зажимая рукой горло, из-за чего становится немного трудно дышать. Ухо опаляет горячее дыхание. — Тише, котенок, будь умницей, — шепчет Чимин, обращая внимание на полицейского. — Советую не подходить, Тэхен~а. — Ты ему ничего не сделаешь, уж кому как не мне это знать. — Так же ты должен знать, что без него я никуда не уйду. — А как ты вообще собирался отсюда уходить, подстроив это все? Думал всех перебить и свалить, или надеялся на мою милость из-за того, что мы были друзьями? — Думал и думаю, что ты сам меня отпустишь, — скалится Чимин, чувствуя некое удовольствие от своих же слов, потому что видит, как теряется Тэхен. — О чем ты говоришь? — Дахен была такой прекрасной девушкой, но… чем она это заслужила? Юнги хмурится, не понимая причем тут Дахен, которую Чимин убил; внимательно следит за действиями своего парня, Тэхена, и за их словами, чтобы уловить суть. — Что? Не понимаю. — Понимаешь, — холодно отрезает Чимин. — Юнги, не хочешь ли услышать историю психопата, о другом психопате? — тот молчит, бегая глазами по полу. — Молчание — знак согласия. Значит, начнем. — Тэхен и Дахен тайно встречались, были парой. Страстной парой, — горячее дыхание обдало жаром ухо Юнги. — У них были своеобразные развлечения в постели, одним из которых было пускать кровь, то есть, обоим нравилось играть с ножами, аккуратно полосуя друг другу кожу. У нас с тобой игрушки простые, а вот они — художники, они покреативнее нас. Сколько там это продолжалось? — обращается он к Тэхену. — Три года по-моему. Так вот, не так давно Дахен это надоело, и она решила уйти, жаль только, ушла не от него, а из жизни, но благодаря кому? Юнги, думаешь, я убил эту девушку? Или Чонгук? Как бы не так… — Заткнись! — подает голос Тэхен, вытаскивая из-за пояса брюк еще один пистолет, видимо, хорошо припрятанный, и целясь дулом в Чимина, которого загораживает Юнги: не по своей воли, естественно. — Что ты несешь? — Юнги весь покрывается холодной коркой льда, и то ли это от прохлады на этом этаже, то ли от голосов парней. — Ее убил Тэхен, — будто гром среди ясного неба, слышит он. Чимин, не выпуская Юнги, достает свободной рукой свой телефон, где открывает галерею и папку с видео из kakaotalk. Он пару раз кликает на темное видео и переворачивает экран. На видео Юнги видит ужасную картину того, как мужчина в черном пальто, в маске и кепке, вонзает нож глубоко в горло девушки, в которой он узнает Дахен. Человек, снимавший это, немного отходит в то время, как тот мужчина поворачивается, и Юнги быстро закрывает рот ладонью, дабы не закричать, потому что видит в этом человеке Тэхена: нечетко, чуть размазано, но в таком прикиде он всегда его узнает, даже в толпе. Видео заканчивается и Чимин аккуратно бросает телефон к ногам Тэхена. — Копии у меня есть везде, и если я отсюда не уйду со своим парнем, они полетят не только в твой участок, но и во все в этом городе. Это заснял Чонгук, если кому-то из вас интересно. Девушку он не знал, видел только в универе, и она ему понравилась, поэтому решил познакомиться, — объясняет он Юнги. — Они сидели в кафе, пили чай, но Тэхен, увидев это, закатил скандал, а потом оп, и убил ее ночью. Как Чонгук оказался в том переулке мне не было интересно, но видео, что он заснял, меня очень заинтересовало, поэтому я решил открыться тебе с его помощью: купил собак, забрал сумку с цепочкой, которая, кстати, такая же, как и у меня, и подстроил все это. Скажи же, интересно было? Юнги молчит, не веря глядя на Тэхена с красными от слез глазами. Его руки ослабли, еще с начала рассказа младшего повисли вдоль туловища, а мозг только и улавливал отрывки фраз, потому что суть ему уже не была важна — видео хватило, чтобы понять, что вокруг него никого нет нормального, кроме матери, под чье крыло сейчас хочется спрятаться и не вылезать никогда. — Отпусти оружие, Тэхен~а, это ни к чему. Если не хочешь подпортить себе репутацию идеального полицейского, у которого еще вся жизнь впереди и огромная карьерная лестница, то лучше отпусти нас, а еще лучше, кинь ствол мне. Мало ли, пригодится может. И Тэхен действительно отпускает оружие, кинув его под ноги Юнги. Чимин наклоняется, забирает его, и, двигаясь назад вместе с парнем, выходит через черный выход, заблокировав дверь изнутри. Он продумал все. Юнги стоит как вкопанный, осмысливая все, что сейчас произошло, и, на самом деле, это не легко. Чимин хватает его за руку, спуская по лестнице, и где-то на четвертом этаже тот устает, останавливаясь около балкончика с видом на парк и выдергивает руку. — Мне трудно дышать. — Хорошо, иди, подыши свежим воздухом. Юнги выходит на балкон и отчаянно не понимает, что ему делать дальше. Он не хочет находиться рядом с убийцей, да что там, он даже с того момента, как Чимин его схватил, в глаза ему посмотреть не может, и единственное, куда все это время он смотрел — в затылок, когда они бежали вниз. Юнги облокачивается ладонями о перила и склоняет голову вниз, стараясь дышать полной грудью, но что-то внутри сдавливает, перекрывает ему кислород, и он уверен, — это Чимин, который внутри него еще давно засел и периодически делает больно, вот только сейчас и вовсе убивает. Надо вдохнуть поглубже и выдохнуть, ждать, когда отпустит. Отпустит ли? Чаще всего с болью можно справиться, но иногда она пронзает, когда ее совсем не ждешь; бьет ниже пояса и прямо сердцу, заставляя согнуться в три погибели и истошно кричать. Юнги очень хочет, но нет сил. — Нам надо идти, — встает рядом Чимин, облокотившись поясницей. — Куда? — обессиленно спрашивает старший, смотря вдаль: на многоэтажки, покрытые маленькими огоньками, на снующих туда-сюда людей, которые даже и не подозревают о том, что сейчас происходит в Lotte Hell, но узнают завтра по новостям. — Подальше отсюда. В городе оставаться нельзя. — Ты действительно думаешь, что я куда-то с тобой поеду? — Юнги впервые за долгое время смотрит на чиминово лицо. — Я даже стою рядом с тобой с привеликим трудом, хотя так хочу сбежать и никогда тебя не видеть! — У тебя нет выбора. Все, пошли, — Чимин хватает старшего за руку, однако Юнги, вцепившись другой за перила, с места не двигается. — Не понял?

Thirteen Senses — Into The Fire

— Я никуда не пойду. — Давай без скандалов, хватило уже. Но Юнги и не думает менять решение. Когда Чимин подходит вплотную — тот позволяет себе сделать то, чего никогда никому не делал, тем более любимому человеку — ударить. Он с размаху бьет его в челюсть, из-за чего Чимин в шоке отшатывается назад, чуть ли не падая, и выплевывает кровь из-за разбитой десны. Его брови приподняты от неожиданности, но весь он напряжен будто струна гитары. — Это в любом случае не остановит меня забрать тебя отсюда с собой. — Посмотрим. Резко хрустнув шеей, Чимин быстро оказывается рядом с Юнги и схватив его за шею, начинает волочить к выходу, вот только тот сполна сегодня дерьма хлебнул — ему уже ничто не почем. Он бьет его со всей силы по этой руке и делает неожиданную для Пака подножку, из-за чего тот падает и сильно ударяется головой о пол — не до потери сознания, но хватает для того, чтобы Юнги побежал к выходу. Он хватается за ручку, выбегая на площадку, но успевает добежать лишь до третьего этажа, когда его за шкирку сзади хватают и откидывают к стене. Юнги ударяется спиной, но не сдается, вот только Чимин хватает его за щиколотку и на себя тянет, заставляя встать. — Я люблю тебя! Всегда любил! Мне нет жизни без тебя! — кричит ему в лицо, и Юнги от несправедливости рвать и метать хочется, он плачет, но посмотрев в окно позади Чимина, шепчет: — Ты всегда будешь в моем сердце, Пак Чимин, я люблю тебя больше своей жизни, — и младший улыбается искренне, однако: — но я не могу быть рядом с убийцей. — улыбка с лица исчезает и Юнги резко толкает Чимина в окно со всей силы, что у него на удивление осталась, и то под тяжестью тела разбивается. Младший пропадает с глаз Юнги и все, что он слышит — это глухой стук падающего тела на асфальт. Мир рушится. Парень оседает коленями на пол и разбивает кулаки в кровь, истошно крича так, что, кажется, слышат все, кто находится в здании и снаружи. Он не Чимина в окно на смерть толкнул — он свое сердце из груди вырвал; не любовь потерял — а смысл жизни. Мама говорила, что потеря любви — это как повреждение органа, как предсмертные муки, с одной лишь разницей — агония кончается, а это может длиться вечно.