Формалин со вкусом лжи

Ночь. Макс почувствовал странное ощущение в теле. Будто опустошение в некоторых его частях. Ничего не понимая, он встал и попытался размяться, но ничего не менялось. Чтобы не разбудить Оливию Макс ушёл, включив в квартире свет. Он пошёл в ванную, опрыснул лицо холодной водой. Поднял голову и громко ахнул. — Что это за хрень...   Серое пятно в радужке, про которое Макс уже успел забыть, увеличилось так, что глаз был наполовину серым. Руки парня затряслись от волнения. Он посмотрел на них. Они бледные. Может, это сон? Да, ему определённо снится дурной сон.    На негнущихся ногах Макс вернулся в постель и попытался заснуть. Получилось не сразу, однако он смог впасть в беспамятство.  

***

   Макс проснулся утром. Лучше не стало. Он посмотрел на свои руки, которые всё ещё были смертельно-бледные.    Нервно сглотнув, Макс решил проверить глаз, и результат его не обрадовал. Теперь радужка полностью серая. — О-Оливия? — дрожащим голосом позвал Макс. — А? — Иди сюда.    Оливия, чуть помедлив, все же пришла в ванную. — Ли…    Он резко замолчал. Затем взял Оливию за плечо и поставил на свет. Приподнял её лицо за подбородок. — Оливия, что это значит?    Её глаз был карим. Вот почему она вчера не хотела на него смотреть… — Не знаю. — Лжёшь! Всё ты знаешь!    Он взял её руки в свои. Кожа на её руках здоровая, в отличие от кожи на руках Макса. — Оливия, мы меняемся местами?    Молчание. — Отвечай!     Молчание.     Тогда Макс взял лезвие с полочки и провёл им по тыльной стороне лодошки Оливии. — Ай! Что ты делаешь?    Лив хотела выдернуть руку, но Макс крепче вцепился в неё. Выступила красная кровь. — Боже…    Он провёл лезвием по себе, поморщившись от боли. Формалин. Из его руки течёт формалин. — Оливия! Ты врала мне!    Из глаз девушки полелись полу-формалиновые, полу-настоящие слёзы. — Макс, я…    Но сказать было нечего. — Я доверял тебе… — Прости меня. — Ты хотела погубить меня, так?    Лив опустила голову и заплакала. — Ясно.    Парень прошёл в гостинную и взял со стола телефон, зайдя в диалог с Яном. Тот перестал писать, а сообщение, которое Макс не дочитал, было удалено. Тогда Макс набрал номер Яна. — Да? — Алё, Ян, что ты там про последствия говорил? — Она…    Макс не смог дослушать, так как был оглушён чем-то тяжёлым. Тарасенко упал на пол. Над ним стояла Оливия. В глазах у парня потемнело. Он пытался схватиться за сознание, не отключиться.    Оливия присела на корточки рядом с ним, гладя по головке. — Оливия… пожалуйста… — он почти перестал понимать, что происходит. — Прости меня.