Половина его души

*** Стас молча слушал, только вот глаза становились всё больше и больше. А кожа бледнела, по цвету становясь под цвет волосам. Потому и приходилось всё время подливать вина, чтобы мальчик воспринимал услышанное более… мягко, что ли. Я не был уверен, что правильно всё рассказываю. Со стороны и правда звучит как бред. - У каждого медиума есть свой охотник, Стас. Истинная пара. И это не выдумки из книжек и фильмов, это правда. В паре люди чувствуют себя лучше, они могут противостоять многому, живут дольше и… увеличивают свои способности. Стас сделал глоток вина, посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом. За короткий разговор он словно изменился. В зелёных глазах появилось что-то такое, чего я раньше не замечал. Он явно не верил всему, что я говорю. В то же время не отрицал всё. И это давало надежду, что меня не пошлют подальше, а воспримут всё, как есть. С одной стороны, Стас своими глазами видел нечисть на Балатоне и зонт, который превратился в пламенное кружево. Чего уж там говорить, я и сам такое видел в первый раз. Впечатляло. - Как давно это всё происходит? – спросил он, не глядя на меня. - Что именно? - осторожно уточнил я. - Все эти медиумы, огнедары, целители… Граница. - Оно всегда было, - чуть пожал я плечами. – В каждой стране называется по-своему. И видеть это могут только те, у кого есть дар. - То есть, они могут быть в моём окружении? – Стас явно что-то вспоминал, но я бы отдал часть сердца и души, чтобы понять, что именно. - Да, они и есть. Просто обычно ловко скрываются. Не всем нужно знать… Я сам запнулся, понимая, что не знаю и сам, как сказать правильнее: можно умереть не только от болезни и стечения обстоятельств, а и от потусторонних тварей? Звучит крайне впечатляюще, а ещё до ужаса «понятно». И наблюдая за Стасом, с отчаянием понимал, что поцелуй нас сблизил, разрушив многие преграды, а вот разговор… Идиот ты, Горан Драгаш, просто идиот. Рассказал всё так, что твой медиум мгновенно закрылся, отгораживаясь от всего на свете. - Стас… - тихо позвал я, пытаясь поймать его взгляд. Сердце аж сжалось. Молчание совсем в мои планы не входили. А на беседу мой мальчик явно был не настроен. И этого делалось ещё хуже. - Мы выпили всё вина, - вдруг сказал он, - но опьянения я не чувствую, лишь немного. - Потому что это хорошее вино и хорошая еда, - заметил я. Стас мотнул голову, откинул упавшую на лоб платиновую челку. - Что ж, тогда идем. Думаю, дождь уже закончился. Однако я оказался проворнее, оставив деньги за двоих, и тут же вытянул его на улицу. - Это ещё что? – всё же прошипел он. – Я в состоянии заплатить за себя сам! Горан, конечно, я всё понимаю, только… - Только угощение есть угощение, - нашёл я более нейтральный вариант и с удовлетворением увидел некую растерянность на лице Стаса. – В конце концов, я сам напросился. - Не надо дурить, - снова начал закипать он, явно не удовлетворившись таким объяснением, но тут зазвонил его телефон. Оборвав себя на полуслове, он схватил мобильник. Чуть нахмурился, бросил на меня быстрый взгляд, шепнул одними губами: - Это снова он. На улице уже потемнело, но цифры на экране высветились ярко. Дьявол. Это не хорватский номер. И не украинский тоже. - Алло? – произнес Стас, едва приняв вызов. - Вы не пришли, - донесся странный голос, будто пробивающийся сквозь массу помех. – Вы проигнорировали зов. - Не правда! – возмутился Стас. – Я здесь был! И не один! Я… - Вот именно… Ничего… Скоро снова будешь один. И тогда… Потрескивание сменилось шипением, от которого у меня все похолодело. Не человек, это не человек! Справа раздалось скрежетание, будто кто-то царапал крепкими когтями камень. Я быстро осмотрелся. Господи, мы опять возле Кровавого моста! Как только тут успели оказаться? Откуда-то донесся тихий смех. Только вот голосовые связки, которые его исторгают, давно превратились в прах. Что-то скрипящее, насмешливое, жуткое. Что-то… Телефон в руках Стаса вспыхнул ярким пламенем. Парень вскрикнул и от неожиданности выпустил его из рук. В мгновение ока телефон стал пеплом. - Что за… - начал было он и резко умолк. По стене рядом потекло что-то густое и темное, отвратительно чавкнуло. Звук тут же повторился, эхом отбился от всех домов, находящихся на Кровавом Мосту. Я чуть сощурился, пальцы сами нащупали нож охотника. Плевать на приличия и границы, теперь я с ним везде. Потому что рядом Стас. Воздух пропитался тяжёлым густым запахом с гнилостной сладостью, от которой тут же подкатил ком к горлу. А ещё в воздухе появилось что-то такое, что казалось тронешь – зазвенит. А то и ударит током. Интуиция кричала: «Беги, охотник, беги». И бежал бы, только сейчас выбираться надо двоим. - Горан, - надломленным голосом позвал Стас, - что это? - Не выходи из-за моей спины, - напряжённо сказал я, понимая, что одно неосторожное движение может стать сигналом к нападению. Стас не возражал, только шагнул к ближе, но оступился и слабо вскрикнул. И тут же со всех сторон донесся дикий рев, а из ближайшей стены вырвалась обглоданная рука и ухватила его за плечо. Я рубанул ножом по руке, кисть так и осталась висеть на рукаве Стаса. Раздался дикий вой. Стены начали трещать, осколки стен падать на дорогу. - Господи, что это? – еле слышно спросил Стас, голос явно его плохо слушался, однако мальчик старался держаться. Только закусил нижнюю губу, когда я поддел ножом мертвую кисть, ненароком разрезая одежду. - А это реальность. Больше ничего сказать не получилось, потому что свет в мгновение ока потух, словно выключился по щелчку пальцев. Кровавый мост погрузился в кромешную тьму: ни ступить, ни сбежать. Со всех сторон доносились леденящие душу стоны. Вспыхивали зловещие алые огоньки, в которых хочешь или нет, а признавались глаза нелюдей. Бросок, удар, звон стали о кости – вой. Рваное дыхание Стаса за спиной, судорожно впившиеся в моё предплечье пальцы. Ох, мальчик, как бы хотелось, чтобы бы сейчас был в гостинце. Худая угловатая тварь попыталась подкрасться слева, но тут же откатилась, вереща от боли. По ладони и запястью уже текло густое и горячее. Кровавый мост сегодня получит свою жертву. - Стас, - хрипло сказал я, стараясь сообразить, как быть. Из-за темноты не мог определить, сколько врагов вокруг. – Попробуй прислушаться к ощущениям. Медиум должен чувствовать, где выход. Да, ужасно. Он совершенно не подготовлен и не знает, что делать. Но сказать это я был должен. Снова удар, когтистые пальцы впились в моё бедро, нож насквозь прошил горло напавшего, кровь мерзко забулькала. Твари осторожничали. Им не нравился отпор. Что-то явно шло не так. В какой-то момент на небе появились луна и звёзды, тьма из непроглядно-черной превратилась в бархатно-синюю. От увиденного всё внутри сжалось. Их было пару десятков, не меньше. Голодные и исхудавшие, глядящие с такой ненавистью и жаждой, что хочется оказаться от них как можно дальше. Кто-то стоял на полусогнутых, кто-то на коленях, кто-то не сумел даже выбраться из стен. Кто это? Откуда взялись? - Горан, - каким-то чужим и ледяным голосом произнёс Стас, - между ними серебристый свет. Я сразу не понял, о чем речь. А, присмотревшись, пришёл в ужас. Свет и правда был серебристым. Он вился шелковой лентой, давая понять, куда надо идти. Только вот проходил он между тварями, который не отводили от нас красных глаз. Даже если я пройду… То как успеть защитить Стаса? Вдруг кому-то из них придется в голову кинуться? Я глянул на своего медиума и чудом сдержал изумлённый вздох. Зеленые глаза полыхали безумными изумрудами, зрачок исчез вовсе. Кожа стала и вовсе белее полотна. - Идём, Горан, - снова повторил он и взял за руку. Тихо выругавшись, я стал со спины, практически обнимая и выставляя руку с ножом. Идти придется медленно, так можно хоть как-то контролировать ситуацию. Я знаю, что медиуму часто находят безопасную дорогу среди ада. Никто не знает, почему. Возможно, потому что лев не ищет газель в своём логове. Мы двинулись вперёд, медленно. Сталь ножа словно впитала лунный свет и теперь горела нереальным пламенем, от которого невольно отодвигались находящиеся рядом создания. Их лиц не рассмотреть. Время съело их, сыпануло горсть праха, исказив черты, обнажило чудовищный оскал вместо когда-то любезной улыбки. Их тела были одновременно из плоти и камня, пыли и песка. Запах, исходивший от искорёженных тел, был сырым и странным. - Им хочется твоей крови, - вдруг произнес Стас, ни на секунду не останавливаясь и уверенно шагая вперед, медленно, но верно. – Медиум – лёд, охотник – пламя. Я чуть не уронил челюсть. Откуда ему это известно? И правда так говорят, только вот Стасу, жившему вне среды охотников и остальных. Откуда пришли эти слова? - Моя кровь останется при мне, - шепнул я одними губами, сжимая рукоять ножа сильнее. Ох, не нравится мне всё это. Темная когтистая рука потянулась к моему плечу, но тут же отдернулась, потому что Стас ускорил шаг. Они боятся медиума… Кажется, что-то сломалось в этом мире. Мы практически прошли весь Кровавый Мост, как неожиданно Стас резко остановился. - Что такое? – быстро спросил я. - Горан… Дальше ничего говорить не нужно было, я всё увидел сам: серебристая лента оборвалась. Но перед нами ещё стояла коленопреклонённая тварь, пошатываясь, словно на сильном ветру. Её кожа была сморщена, а глаза горели так, что больно смотреть. Она подняла посмотрела на меня: - Кровь, - прохрипела она, - дай своей крови-и-и… - С дороги, - рыкнул я. - Он всё равно заберет твоего… - В глазах полыхнула ненависть, которая могла выжечь всю улицу. – Вам не быть вместе, никогда. Лезвие ножа просвистело рядом с головой твари, но та оказалась быстрее: вскочила на ноги и кинулась на Стаса. Я откинул его назад, нож вошёл в хилую грудь, длинные когти вспахали борозды на моих плечах. Стас сзади вскрикнул. Я отшвырнул тварь, схватил его за запястье и рванул вперёд, оставляя за спиной Кровавый Мост. Позади раздалось шипения, до жути похожее на проклятия, но я не оборачивался. Интуиция подсказывала, что дальше Кровавого Моста за нами не пойдут, есть привязка к жуткому месту. - Горан, подожди, - выдохнул Стас. Я резко обернулся. Как оказалось, очень вовремя, потому что он рухнул на брусчатку и я еле успел его подхватить. Ладоням тут же стало горячо и влажно, а лунный свет выхватил черную в ночи кровь.