Половина его души

*** - Дечко, прекрати носиться, - недовольно сказала Дубравка, бесцеремонно спихнув Луку, рассевшегося на кресле. Конечно, ей легко говорить! А то, что сегодня наконец-то наступил день ритуала, так это мало кого интересует! Понимаю, Дубравка много чего повидала на своем веку, вон сидит себе спокойненько, красит губы сливовой помадой и ни о чем не беспокоится. Но вот я… Я, конечно, прекрасно понимал, что Стасу откровенно плевать, что на мне надето и как я выгляжу в целом, однако ж это ритуал! Самое важное в отношениях истинной пары, которая решила принадлежать друг другу. Несколько дней назад нас пригласили на ритуал Златы и Стефана. Стас на всё смотрел широко открытыми глазами и только сильнее сжимал мою руку. А я зорко следил за своим медиумом и в то же время искренне радовался, что гордая ловранская пантера не затаила обиду, а, вычеркнув меня из своей жизни, шагнула навстречу новым чувствам. Стефан сиял от счастья. И так смотрел на Злату, что было понятно: у них всё будет хорошо. Время сделало своё: стерло прошлое и распахнуло двери к счастливому будущему. - Я и не ношусь, - буркнул, глядя на Дубравку. Ох, нарядная. Хороша, несмотря на возраст. Вся в белом, а шляпа какая! Затмит всех, того и гляди, что придется зорко следить, чтобы не украли такую паву! Впрочем, на ритуал соединения истинной пары и надевают белое. Цвет чистоты, согласия и новой жизни, которую охотник и медиум начинают вместе. - Я вижу, - хмыкнула она. – Полно тебе, Горан, не смотри на меня так, словно первый раз увидел. - Такую наряженную – первый, - брякнул я и поспешил выйти из дома, чтобы ничем не прилетело в голову. По правилам охотник не должен видеть своего медиума целые сутки до ритуала. И каким-то образом не сойти с ума. Я был против, но Дубравка тут же нашла мне работу по починке балкона, которую «одинокая старая женщина» никак не сделает. Я прекрасно понимал, что это всего лишь причина увести меня из дома, но… решил, что не стоит упрямиться. К тому же забрал Луку, который шнырял туда-сюда и следил за Стасом. Вроде бы и обычный кот, да только сигнал подаст лучшего иного человека. Дубравка вышла вслед за мной, глянула на солнце, стоящее высоко-высоко в небе. - Замечательный день, дечко, - произнесла она. – Сегодня всё будет хорошо. И было что-то такое в её словах, что я безоговорочно поверил. Мы шагали к Старому Граду, туда, где узкие улочки переплетаются одна с другой, а потом резко расходятся возле церкви Святого Юрая. Нас уже ждали. Представители родов, все в белом, обступили площадку, где уже, взявшись за руки, стояли лучшие дочери артефакторов. Талантлиые, красивые, с сильной искрой дара, которая сумеет защитить новую семью от всех невзгод. Слышался задорный ритм барабанов и мелодия скрипок. Неожиданно волнение охватило с ного до головы. Ещё чуть-чуть – и Стас будет моим. Мы стояли на противоположных сторонах площадки. Девушки держали украшенные цветами ветки, которые сплетались в причудливый купол. Стас медленно шёл ко мне. Такой красивый, серьёзный и немного бледный от волнения. Белый цвет ему идет. Впрочем, черный тоже. Как и любой из существующих цветов во всем мире. Я сжал ладонь сильнее. Филигранные перстни живым огнем опалили кожу. Перстни, которые мы будем носить всегда, - силу и символ нашего союза. Когда мы остановились всего лишь в шаге друг от друга, горло будто перехватило. Никогда бы не мог подумать, что с таким затаенным восторгом и желанием буду смотреть на свою истинную пару и ловить каждое его движение. - Семья Драгаш принимает Станислава Грабара, - раздался зычный голос моего отца. – Отныне и до конца своей жизни ему принадлежат кров и сила всего рода. Наш дом – его дом. Горан Драгаш – его мужчина. Пальцы Стаса, холодные и чуть подрагивающие, оказались в моей руке. Перстень, сверкая серебряным огнем, занял своё место. Я с трудом отвел взгляд от него и посмотрел на Стаса. - Станислав Грабар, медиум, принимает правила семьи и вручает ей свою жизнь. Отныне и до конца наших дней его дар будет служить на благо. Его судьба – наша судьба. И он – единственный для своего возлюбленного. Стас взглянул на меня, улыбнулся. На этот раз открыто и уверенно. И его филигранный перстень уже оказался на моем безымянном перстне, оставляя печать верности. - Горан Драгаш, - тем временем послышалось окончание торжественной речи, - принимает свою истинную пару, клянется оберегать её и быть опорой. Охотник никогда не оставит своего медиума, даже если тот больше не сумеет ступить на Дорогу Грёз. Станислав Грабар – его жизнь и благословение до последнего вдоха. Я ещё слышал последние слова, но мягко взял в ладони лицо Стаса и прижался к губам. Вмиг стало совершенно всё равно, что происходит вокруг. Мир растаял, будто видение. Важны были только сладкие губы Стаса, его обжигающее дыхание и шелковистые волосы, которые проскальзывали между пальцами. А ещё жар его тела и безумный шепот в губы. - Твой. Только твой. - Мой, - подтвердил я в ответ. – Только мой. И снова поцеловал так, что из его груди вырвался слабый стон. При этом перехватил одну из шелковых лент, висевших на поясе ближайшей девушки-артефактора. - Закрой глаза, - шепнул ему на ухо. Стас на мгновение напрягся, но потом прикрыл глаза и еле слышно выдохнул, давая понять, что полностью мне доверяет и согласен на всё. Темный шёлк лёг на его глаза, подчеркивая красоту светлых кожи и волос. Я лишь секунду полюбовался им, а потом подхватил на руки и понёс с площадки прочь, оставляя за спиной гостей и родственников, которые без стеснения пустятся в танцы и угостятся праздничным обедом в ожидании нашего возвращения. Стас ничего не спрашивал. Только спился пальцами в мою рубашку, а другой рукой обнял за шею. От прикосновения к его коже обжигало, и солнце палило куда сильнее, чем могло показаться. А всё потому, что моё солнце у меня сейчас в руках. И больше ничего не нужно. Мой дом ждет нас. Он много кого повидал, но когда приводишь истинную пару, да ещё и после ритуала – это… Это нельзя передать словами. Возникает даже что-то в воздухе, нечто особенное, что даёт понять: теперь всё будет иначе. Ты нашёл своё счастье, охотник. Теперь ты полноправный член своей семьи. Хотя бы потому, что у тебя есть о ком заботиться и кого оберегать. Мы оказались внутри. Я мягко поставил его на ноги, взял руку в свою. - Идем, не бойся. Стас сжал мою ладонь, сделал шаг вперед, чуть покачнулся. И тут же снова оказался в моих объятиях. - Иди за мной, - шепнул на ухо, скользнув ладонью по спине. – Доверься, это часть ритуала. Стас кивнул. Моя мать ему уже рассказала всё. После того, как пара обменялась кольцами, медиум должен полностью довериться своему охотнику. Это не только укрепляется семью, но и дает возможность дару пробудиться быстрее. Делает его уязвимым, но в то же время открывает невиданные горизонты. Он шёл за мной. Медленно, шаг за шагом, не выпуская мою руку. А когда мы оказались возле постели, я медленно опустился на колени, чтобы сначала снять с него обувь, а потом лоскуток за лоскутком избавить от одежды. Стас рвано выдыхал, стоило моим ладоням заскользить по его телу, оглаживая спину, живот, бедра, ноги… Красивый, невозможный, желанный. Только такой, никого другого мне не нужно. Я понимал, что это первый раз. И лишь от меня зависит, как всё пройдет. А Стас лишь осторожно касается меня, слепо и доверчиво. От этого внутри появляется странное, щекочущее и горячее, чувство, дающее понять насколько безгранична моя ответственность и моя же власть. Прохладный шелк принял наши тела. Я целовал Стаса, прижимаясь, не давая думать ещё о чем-то другом кроме нашей близости. На секунду оторвался от самых сладких губ в мире и хмельным взглядом окинул его. Растрепанный, с припухшими губами, с темным шелком и белой кожей. Мой. Безгранично мой. - Горан… - еле слышно донесся его голос. – Пожалуйста, не останавливайся. И я не посмел воспротивиться. Сжал в объятиях чуть ли не до боли. И чуть не сошёл с ума от того, какой он влажный и сумасшедше горячий. А ещё отзывчивый и без слов понимающий, как нужно двигаться и отдаваться. - Я люблю тебя, - хрипло шептал я, не останавливаясь ни на секунду. – Люблю, Стас. - Я тоже тебя… ах… люблю, Горан. Не выдержав, я сорвал с него повязку и чуть не задохнулся, когда увидел, что в изумрудных омутах можно потеряться навек. И, кажется, потерялся. Потому что, доведя его до вершины удовольствия, и сам долго не мог прийти в себя. Слишком… Боже, никогда у меня не было такого секса. Стас тяжело дышал, платиновые пряди прилипли к взмокшему лбу. Я ласково убрал их и поцеловал Стаса в висок. Он пьяно улыбнулся, прикрыл глаза и прижался щекой к моему плечу. Слова были лишними. Достаточно просто лежать рядом, чувствовать его на себе и слышать дыхание. - Как ты? – еле слышно спросил я, вплетая пальцы в его волосы. Где-то там шумел праздник, но на него совершенно не хотелось идти. Всё, что нужно, сейчас было здесь. - Хорошо, - так же ответил Стас и коснулся губами моей ключицы. – Странно, но хорошо. Знаешь, как будто я выпил сказочное вино. И сложно не то, что говорить… думать. Но так тепло на душе. Я почувствовал, как уголки губ тихонько дрогнули в счастливой улыбке. Именно счастливой, да. А потом так стиснул его в объятиях, что Стас охнул. - Не задуши только, - еле слышно рассмеялся он, завозившись, чтобы устроиться под боком. – Слушай, а нам обязательно идти прямо сейчас? - Успеем, - чуть усмехнулся я, потеревшись носом о его макушку. Никогда не думал, что чей-то запах будет настолько прекрасен, что им будет невозможно надышаться. Стас улыбнулся. Но посерьёзнел, когда я взял его пострадавшую руку и начал касаться её невесомыми поцелуями. Однако спустя несколько секунд шумно выдохнул и прикрыл глаза. И вдруг потянулся ко мне сам, прижимаясь к губам и целуя отчаянно и страстно. Больше мы не произнесли ни слова. За стенами этого дома остались Тулайдонош, Музычар, семья, море и страшное прошлое. Теперь только в наших руках будущее и дорога, по которой нам идти. Звёзды уже сияли на небосводе, а ветер нашёптывал сказки южных ночей. - Горан, - внезапно тихо произнес Стас, глядя куда-то в ночную тьму за окном. – Я вижу Дорогу Грёз.