Пламя души: Лис и Принцесса

Ичимару Гин сидел на просторной зелёной поляне, улыбался своей привычной улыбкой в компании двух бессознательных леди и ждал их пробуждения. Одну, чтобы отправить в Общество душ, а другую - расспросить о ее интересной силе. В ожидании их пробуждения он, от нечего делать, прокручивал в своей голове недавние события. Что не говори, а шатенка действительно была необычной. Когда он прибыл в пункт назначения и увидел столп ярко оранжевого пламени, то был удивлен силой, что плескалась в столь юном теле, а сомнений, что причиной этого огненного вихря была искомая им девочка, не было. Когда огонь погас, то перед его взором предстал полуживой пустой и милая шатенка, которая была в замешательстве, что свидетельствовало о том, что она не до конца осознавала свои действия. Её янтарные глаза с опасным огоньком завораживали, но они очень быстро сменились на тягучий карамель, в которой отражался ледяной страх и оцепенение. Масконосящий из последних сил взвыл и попытался отомстить обидчице, что вышло провальной затеей, благодаря его вмешательству. Пламя, что струилось мягким потоком, от Тсунаёши, завораживало и пленяло, но стоило приблизиться ближе, то оно бы сожгло без остатка, это шинигами хорошо осознавал. Пожалуй, теперь он отчетливо понимал, почему Айзен-сама заинтересовался этой девочкой. В ней плескалась огромная сила. У нее есть безграничный потенциал и не было известно, что из этого выйдет, но то, что лет через десять-пятнадцать она сможет достичь уровня капитана, не было сомнений. Рана шатенки была не столь серьезной и не доставила много хлопот. Теперь ее жизни ничего не угрожает. Правда, с ожогами дела обстоят труднее, но главное ему удалось остановить кровотечение. Возможно, останется шрам. Он не был силен в Кайдо, к сожалению, но первую помощь оказать способен. Со второй пострадавшей не было ничего серьезного, только несколько ушибов и ссадин. Так что от них уже и следа не осталось. У нее тоже был неплохой уровень реацу, что объясняет, почему пустой так рьяно гнался за ней. Из нее бы вышла довольно сильная шинигами. Он задался вопросом, а когда она попадет в Общество душ, то сможет ли стать шинигами, а главное захочет ли вообще? Как ему казалось, что это вполне возможно, тем более после всего пережитого. Было бы интересно встретить её когда-нибудь в Сейрейтей. От своих мыслей его отвлекла знакомая реацу и строгий женский голос: — Гин, что ты тут делаешь? Третий капитан повернулся к источнику звука и был поражен, увидев гостью, что потревожила его покой. Перед ним стояла молодая женщина с темно-каштановыми волосами, достающих до плеч, в ее больших карих глазах отражалось беспокойство. Она была одета в легкое платье без рукавов, несмотря на холодный ветер, и взирала на него своими большими карамельными глазами. — О, не ожидал тебя увидеть здесь, но я рад нашей встречи, после стольких лет разлуки. Я соскучился, — выговорил третий капитан, подавив удивление и вернув на свое лицо привычное выражение. — Как поживаешь? — преувеличенно, воодушевленно спросил Гин, продолжая пристально, смотреть в глаза шатенки. — Весьма не плохо, — покачала она головой и лукаво улыбнулась. — Смотрю, ты ни капли, не изменился с нашей последней встречи. — Почему же ты меня тогда бросила и скинула все свои обязанности на мои хрупкие плечи? — театрально прикрыл он глаза, делая страдальческое лицо. — Уж прости, — разводит она руками и начинает озираться, вокруг ища что-то или кого-то. — Я посчитала, что так будет лучше. У меня есть свои причины таким поступком. Ее цепкий взгляд сразу нашел искомое, в тот же миг, потеряв интерес к их разговору, она подбежала к шатенке и начала обеспокоенно осматривать ее. У наблюдавшего за этим зрителя, возник вопрос, а кто они друг другу, но подавив любопытство, он в полной тишине и с восхищением наблюдал за тем, как его наставница начинает лечить и все раны, незаконченные им, быстро начали затягиваться. — Недаром ты была непризнанным гением в Кидо, в частности в Кайдо, Савада Нана. — Ты так и не ответил на мой вопрос, Гин. На эти слова, которые были произнесенные с укором и требованием в голосе бывший лейтенант пятого отряда хмурится, а с его лица сползает уже давно привычная улыбка. — Почему Вы ничего не сказали мне о своем уходе, Савада-сан? — резко переменился в голосе серебристоволосый, в котором сквозило недовольство и обида. — Может это эгоистично с мой стороны, но я хотела забыть прошлое и все, что с ним связано, — поджав губы, бывшая шинигами не отводила своего взгляда от зелёного свечения, продолжая говорить — Я знала куда больше, чем кто-либо. И это знание давило на меня. Я устала от того места… От Общества душ с его устаревшими законами и укладом жизни. Уходя, я отбрасывала свое прошлое, ведь оно бы тянуло меня назад. Пока она говорила, перед глазами проносились множество воспоминаний давно забытых дней, которое приносило ей множество эмоций. От боли и грусти до радости и восторга. Все свои ошибки Нана знала очень хорошо. Но она не станет сожалеть о давно принятых решений и продолжит жить дальше, смотря в будущее. — Но сейчас это не важно… Это было давно… — тихо прошептала Нана, завершив лечение и сжав руки в кулаки. — Может я и сожалею о своих давних поступках, но я прекрасно осознавала последствия своих действий, — она подняла свой печальных взгляд и слабо улыбнулась. — Так было бы лучше. Я так искренне считала. Смотря в ее большие карие глаза, Гин прекрасно понимал все ее мотивы, и то, что ей больно вспоминать прошлое. Ведь она его так яростно отбрасывала и желала забыть. — Ладно, ты права, сейчас это действительно не имеет значения, — решение отступить пришло в тот же миг, когда она подняла свой взгляд. Закрыв рукавами кимоно снова появившуюся широкую улыбку, он сменил тему. — Ну, а насчёт того, что я здесь делаю. Разве ответ не очевиден? — наигранно удивился «лис», сделав озадаченное лицо и склонив голову на бок. Но увидев на лице женщины непонимание всё же ответил. — Я здесь, чтобы оберегать этот мир от злых и плохих пустых, что охотятся на невинные души. — Не ври мне, ты ведь здесь совершенно по другой причине, не так ли? — возмутилась женщина, поднимаясь с земли, при этом испытывающе смотря на своего ученика. — Кто знает, может да, а может и нет, — пожимал он беззаботно плечами. — Лучше скажи, кто тебе эта девочка? От этого вопросы Нана напряглась, смягчила свой взгляд смотря на дитя, спустя несколько напряжённых секунд, всё же ответила: — Она моя дочь. Поэтому я благодарна тебе, за ее спасение, — вместе с этими словами она слегка поклонилась в знак благодарности. — Дочь? — пожалуй, за сегодняшний день Ичимару пережил слишком много удивлений. — И от кого же, если не секрет? — А вот это уже тебя не касается, — возмутилась Савада. — Не от Айзана случайно? — неожиданно даже для себя выдал Гин. Напряжение после этого вопроса можно было почувствовать руками. Повисла гробовая тишина. И казалось сама природа затихла. Этот вопрос застиг ее врасплох. Перед глазами пронесся образ друга детства, которого она всем сердцем любила, но им не суждено было быть вместе. Она так решила и теперь страдала от этого, но дороги назад уже не было. Савада не отступает от избранного ею пути несмотря ни на что. — Нет… — она все душой старалась контролировать эмоции, но голос предательски дрогнул. — Откуда такие мысли? — Неужели? — улыбка стала ещё шире, ведь от него не укрылась не единая эмоция. — А твой вид говорит об обратном. Если это действительно так, то это все объясняет. — Кто тебе рассказал где я? Неужели Соуске? — Вопрос в корне не верен. То, что я тебе здесь встретил было неожиданностью для меня. — Тогда зачем ты здесь, в мире Живых, именно в Намимори? — Я нашёл у Айзена-тайчо интересную фотку. На ней был он и эта девочка. Мне стало интересно, поэтому я пошел удовлетворять свое любопытство. Капитан Айзен, являвшимся единственным источником информации, ответил на мои вопросы, но, к сожалению, только частично. Вот я и стараюсь разузнать все сам. — Вот как. Это так на тебя похоже, — тяжело выдохнула Нана. — Так уж быть я удовлетворю твое любопытно. — заметив, как дети начали приходить в себя, она поспешила завершить разговор. — Заверши начатое и приходи ко мне. Захвати ее с собой, — кивок в сторону своей дочери. — Она покажет дорогу, — и не дожидаясь ответа, уходит в сюмпо.

***

После пробуждения детей Гин выполнил свою работу, отправив брюнетку в Общество Душ. Ее звали — Сакаи Рин. Она рассказала, что погибла в автокатастрофе, очнулась недалеко отсюда, а вскоре на нее напал тот пустой. Они с Савадой, как выяснилось, учились в параллельном классе и никогда не пересекались, о чем обе искренне сожалели, ведь у них было много общего и они наверняка стали бы лучшими подругами. Проливая слезы, прощаясь, Рин благодарила их за спасения, исчезая, мягко улыбаясь. — Ну, что ж, думаю нам пора. Давай я тебя провожу до дома, а то ты с ног валишься, — предложил серебристоволосый, довольный своей работой. — Спасибо, но я сама в состоянии дойти, — заупрямилась Тсунаёши, идя в направление своего дома, но через пару шагов спотыкается, распластавшись на земле, в душе проклиная свою неуклюжесть. — Вижу я как ты дойдешь. — ехидным голосом заметил Гин, подходя к Тсуне и поднимая на руки, игнорируя возмущённый протесты. — Что вы делаете?! Опустите меня на землю. — отчаянно краснея, просила шатенка. — Я сама смогу дойти. — Не упрямся и показывай дорогу. Понимая, что с ним бесполезно спорить, она сдалась и показала путь. Дорога до ее дома была неожиданно короткой. Войдя в дом, его встретили с улыбкой и усадили пить чай. Тсу-тян, как называлась ее мама, была любознательной и постоянно задавала вопросы на потустороннюю тему, и ведь не унималась пока не получит ответа. Завоевать ее расположения для Гина оказалось довольно легко. Она постоянно улыбалась своею теплой и искренней улыбкой, что резко контрастировало с его лживой и холодной. Когда девочка, утомившись и все же, уснула, ему удалось узнать много интересного от Наны. Во-первых, его интересовало, почему она ушла в отставку, сбежав из Сейретея, и теперь скрывается в Мире Живых. Во-вторых, кто же на самом деле отец девочки. Что удивительно, бывшая шинигами рассказала ему все без утайки, но перед этим взяв с него клятву, что он сохранит ее тайны в секрете. Гин, долго не раздумывая, согласился на ее условия. Они в ту ночь пили саке, волшебным образом найденный в доме, и поговорили по душам, как в старые добрые времена. Это вызывало ностальгию. Рассказ был интересным и открывал многие тайны, а Нана выплескивала все свои эмоции ему. От этого ей становилось легче. Пожалуй, они в некоторой степени понимали друг друга, ведь в чем-то они были похожи. Гин любил Саваду как свою мать, ведь она воспитывала его и научила многому. Ему не хотелось расстраивать ее, но он давно выбрал свой путь, и будет идти по нему до конца. Ну, а к Тсунаеши со временем он начал испытывать другие, более сильные чувства. И они только росли с каждой минутой проведенной с ней. На следующий день. Ему снова пришлось спасать ее, но в этот раз от хулиганов, которые домогались бедной девочки. Их лица позабавили его, когда они громко кричали, трясясь от страха, убегали от него. Он был в гигае. На нем была белая футболка поверх, которой был одет черный кардиган и такого же цвета брюки и туфли. Его походка была бесшумной, поэтому никто не заметил, как он подошёл. Сработал эффект неожиданности и его жуткая улыбка. Крича от страха, мальчишки убежали крича: "Чудище" и только пятки сверкали, а шатенка слегка ошарашено и напугано взирала на него своими удивленными карамельными глазами. — Ичимару-сама? Вы снова меня спасли… Спасибо, — слегка поклонилась Тсуна, чувствуя себя виноватой и смущённой. — Простите за доставленные хлопоты. Сейчас она выглядела очень мило, потому не удержавшись Гин подошёл к ней и погладил по голове. Тсуна, смутившись ещё больше, отвела взгляд, краснея, чувствуя, как быстро стучит ее сердце от его действий. Было тепло и спокойно на душе. — Это пустяки. Не составишь мне компанию во время прогулки? Немного с недоверием она подняла глаза, склонив голову в раздумьях. Спустя несколько секунд ее лицо озаряет улыбка: — Да, я буду только рада. Он протянул ей руку. Ее маленькая ручка легли в его ладонь. Третий капитан потянул девочку за собой. Этот день хорошо отпечатался в их памяти. Они гуляли, он покупал ей разные сладости. Они ели их и веселились, иногда пугая прохожих ради забавы. С тех пор у них завязалась крепкая дружба, несмотря на большую разницу в возрасте, что положит начало чему-то большему. Гин рассказывал ей много интересных историй про шинигами, пустых и квинси. Тсуна увлеченно слушала и узнавала много нового. Она догадывалась, что мама скрывает что-то, но это были лишь догадки. Узнавать о новом ей мире можно было только когда Айзен-сама приходил в гости, но это было редко, ведь у него было много работы. Теперь у нее появился ещё один источник информации, но того, что давали, было недостаточно ей, ведь у нее оставалось все еще очень много вопросов и подозрений. Она отчётливо понимала, что они все, что-то скрывали от нее. Но что? Ей было интересно, но спрашивать напрямую так и не осмеливалась. Поэтому приходилось играть словами, но все ее попытки выходили провалом. Ичимару-сан, тоже был для нее загадкой. В нем было слишком много лжи и фальши. Но рядом с ней лгать было трудно, или скорее невозможно. Гин это понял довольно быстро. Она видела его насквозь, что удивляло, ведь даже Нана этого не могла. Да и лгать ей совсем не хотелось, потому, когда заходила неугодная ему тема, он юлил и отвлекал ее внимание на другие вещи. Каким-то образом вышло так, что он начал заниматься с ней уроками и не только. Из него вышел хороший учитель и не только по обычным наукам, но и по кидо и фехтованию. Он давал ей основы для становления шинигами, что сначала возмущало Нану, но вскоре она смирилась с этим, из тени наблюдая за ними. Она так и не решилась раскрыть дочери тот факт, кто она на самом деле. Потому, чтобы сохранить Гину это в тайне, ему приходилось местами говорить полуправду, так как ложь мгновенно была бы раскрыта. Прошел почти месяц. Пришел приказ об возвращении назад. Айзену-тайчо и так на слишком длинный срок удалось его оставить в мире Живых без подозрений. Ему пришлось уйти обратно в Общество душ. Но он обещал вернуться.