Недостойный хозяин

      Заявление Грейнджер выбило меня из колеи на пару минут. Знания — это сила. И ведь это чистая правда. Сейчас ей с Гарри всего по шестнадцать, и каждый из них силен не по возрасту, чего только стоят невербальные заклинания Гермионы и патронус Поттера. Если Гарри берет силой, то Грейнджер обещает вырасти сильной, знающей и опасной ведьмой. Ей уже сейчас с лёгкостью даются сложнейшие невербальные заклинания, а чего ещё она сможет достичь в своих следующих поисках заинтересовавшей её информации, даже страшно представить… Одна библиотека Блэк Хауса полна таких тайн, которые лучше никогда не раскрывать, а уж в ней- то эта девица точно основательно покопалась. Мерлин, помоги нам всем, если Гермиона Грейнджер решит перейти на тёмную сторону. Рядом с ней тёмный лорд покажется нам пасхальным зайцем. Подобные мысли напрочь отбили моё желание сидеть в библиотеке. Лучше бы мне сейчас поговорить с Гарри. Темные коридоры привели меня к его спальне. Дверь оказалась незапертой, и у меня сложилось впечатление, что меня здесь ждали. Приоткрыв дверь, я заглянул в комнату. Гарри лежал на кровати и листал какую-то книгу, лёжа на животе, и что-то тихо бубнил себе под нос.       — Что читаем? — Я зашёл в комнату и прикрыл за собой дверь, отрезая нас от остального дома, надеюсь, моя бестактность не смутит Поттера, одни на один, практически ночью, в закрытой комнате с мужчиной, который испытывает к нему явный физический интерес, но Гарри ведёт себя вполне обычно, не отрываясь от книги, говорит мне через плечо:       — Всё как обычно, всякая жуть.       — Так может не стоит её читать?       — Возможно, — Гарри закрыл книгу, сел на кровать и посмотрел на меня, — но завтра мне предстоит убить человека и провести один из темнейший ритуалов, так что лишняя моральная подготовка мне не помешает.       — А как ты собираешься это сделать? — Я сначала спросил, а уж потом подумал. — Прости, если ты не хочешь об этом говорить, то я пойму.       — Да нет, все нормально, — Гарри соскочил с кровати, одним шагом оказался рядом и крепко обнял. — Посиди, пожалуйста, со мной. — Парень взял меня за руки и повёл к кровати. Гарри сел на свою подушку, забравшись с ногами на кровать, а я сел уже на знакомый стул возле его постели. — Мне действительно сейчас надо с кем-то поговорить, или к утру я сойду с ума от всех этих мыслей.       — Не переживай, — я протянул руку и положил Гарри на ноги. — Я готов выслушать все, что ты сможешь мне рассказать.       — Да мне никто и не запрещал с тобой о чем-либо говорить.       — А как же Грейнджер, и все её разговоры о клятвах.       — С меня она не стала ничего брать.       — Странно, — вот мне интересно, кто-нибудь и когда-нибудь сможет понять, или объяснить, ход женской логики?       — А что не так? — Гарри заерзал.       — Да то, что с меня она тоже никаких клятв не брала, написала на листочке бумаги фразу, дала её прочитать и запомнить, после чего уничтожила лист и просто ушла.       — Что можно сказать, Гермиона как всегда подходит к ситуации со своими личными заморочками.       — И в чем они заключаются?       — Здесь дело в том, — Гарри потёр лоб. — Я даже не знаю, как тебе это правильно объяснить.       — Говори, как сам это понимаешь.       — Всё дело в том, что она нам верит.       — Тебе-то она верит, и в этом никто не сомневается, но ко мне- то, с чего такое доверие?       — Не так, ты неправильно меня понял, она верит именно НАМ, не тебе и мне в отдельности, а нам двоим, как одному целому. Гермиона знает о том, что я чувствую к тебе, она знала об этом до того момента, как я ей все рассказал сегодня вечером.       — Ты рассказал ей о нас? — нет, я, конечно, тоже раскрылся перед Грейнджер речью, достойной пера Шекспира, но я не уточнял, в каких мы с Гарри отношениях состоим сейчас.       — Да, — Гарри кивнул и улыбнулся. — Скрывать что-то от Гермионы Грейнджер, изначально проигранное дело, это во-первых. Во-вторых, как я уже сказал ранее, она давным-давно догадалась о том, что я к тебе на самом деле чувствую. Ну в-третьих, сам подумай, Мио смогла не только найти потерянную в веках информацию о жутком ритуале, который, кстати, не во всякой тёмной книге найдёшь, она полностью проработала и доработала его проведение, опираясь лишь на обрывки информации, и вот теперь представь, сколько бы времени ей потребовалось для того, чтобы раскрыть нашу с тобой связь.       — Кх, — я чуть не подавился.       — Вот и я о чем. Она мой лучший и близкий друг, и нет ничего странного в том, что Гермиона одна из первых узнала об произошедших изменениях в моей личной жизни. Распространяется она по этому поводу не станет, можешь об этом не беспокоиться, теперь, как говорится, и волки сыты. То есть Гермиона считает, что знает все. И овцы целы, то есть мы, живём себе спокойно и не дёргаемся при каждом её появлении.       — Это уж точно. Никогда бы в своей жизни не подумал, что хоть когда-нибудь буду бояться своих студентов, но у мисс Грейнджер явно есть на это все шансы.       — Да ладно тебе, — Гарри махнул рукой. — Мио хорошая.       — А что случится, если однажды мисс Грейнджер решит пойти на тёмную сторону, ты когда-нибудь думал об этом?       — Нет, конечно! Но если вдруг, то всем вам придёт магический и полный звездец.       — Я вот почему-то именно так и подумал, стоп, почему это вам…        — Потому что я без раздумий последую за ней, но это так, тебе для сведения, чтобы, если что, не удивлялся.       — Мерлин великий, дай ей мужа, хорошего, и побыстрее.       — Сомневаюсь, что это хоть как-то поможет миру, но не буду тебе мешать верить в лучшее, — Гарри подмигнул мне и рассмеялся, и вот как вы мне прикажете понимать его слова о Грейнджер, да и обо всем остальном.       — Гарри, ты однажды сведешь меня с ума подобными заявлениями, но это так, для сведения, чтобы ты не удивлялся, если вдруг найдёшь меня в комнате говорящим самим с собой.       — Принимается, если что, то я буду точно знать, кто виноват в твоём состоянии, и обязательно накажу себя за это, — Гарри смеётся, вытирая с глаз выступившие слезы, а я даже не знаю, что мне с ним больше хочется сейчас сделать: поцеловать или наказать, хотя зачем выбирать эти два желания, можно и совместить, с приятными последствиями для нас обоих.       — Ах, ты… — я подаюсь вперёд, обнимая Гарри, но парень начинает смеяться ещё громче и пытается вырваться, утягивая меня за собой на кровать. Вот тут- то он и попался, я крупнее его, это помогает мне подмять Поттера под себя. Одной рукой я крепко прижимаю его к себе, а другой откидываю волосы, что слетели ему на глаза во время нашего небольшого сражения. — Гарри. — Я смотрю ему в глаза и вижу в них целую вселённую, обвожу большим пальцем контур его губ, и они от этого приоткрываются мне навстречу. — Ты…       — Мы кажется, мы хотели поговорить, — Поттер говорил, но не смотрел мне в глаза.       — Прости, — да уж, выбрал я время заигрывать с парнем, когда у него на носу висит убийство, которое он совсем не хочет совершать. Я хочу подняться, но он меня не отпускает.       — Это ты меня прости, — Гарри горько выдыхает. — Я все испортил, прошу, останься сегодня со мной. — Теперь его глаза были наполнены страхом, болью, и неизбежностью.       — Конечно, — я скатываюсь с него, но не покидаю кровать, я наоборот вытягиваюсь во весь рост, а Гарри укладывается на моё плечо, сплетая наши руки.       — Ты же знаешь, что я не убийца, и никогда не хотел им стать, я был готов умереть сам, лишь бы не убить.       — Знаю, родной, — слова сами слетели с языка, но я не жалел о них, Гарри действительно стал мне родным за это время. — Но это то, что ты должен сделать.       — Я понимаю это, но легче мне от этого не становится.       — Тогда давай не будем об этом говорить, мы оба знаем, что ты хочешь мне сказать, и так же мы знаем, что я поддержу тебя. Давай лучше обсудим твои планы на будущее учёба, профессия…       — Да я даже и не думал об этом, Северус.       — Но почему?       — А какое может быть будущие у покойника? До твоего появления в этом доме я был уверен в том, что скоро умру.       — Мерлин, — я прижимаю к себе Гарри, насколько же ему все это время было тяжело и одиноко, но он как-то жил с этим грузом на душе, и находил в себе силы идти дальше. Сила его духа просто потрясает. — Гарри, мне так жаль, что тебе приходится проходить через все это. Гарри… — но парень мне так ничего и не ответил, усталость сегодняшнего дня взяла своё, и он уснул. Вот так, у меня на левом плече, словно ангел, ну, а мне досталась роль его стража, и от этой мысли мне стало как-то смешно. Последние шесть лет своей жизни я только и делал, что сторожил Поттера и его компанию, и нате. Я ещё немного полежал, думая о своём, и тоже уснул.