Депрессия — это моя профессия

            Придерживая Фуллбастера за спину и плечи, чтобы тому было удобнее дышать, Нацу ощущал себя самым разгневанным человеком на свете. Желание прибить того, кто притронулся к Грею, росло с каждой секундой в геометрической прогрессии, и об этом отчетливо говорили дрожащие от бешенства руки. Но желание только усилилось, когда Нацу увидел раненых Люси, Эрзу, потрепанных Штраусов и едва держащегося на ногах Лаксуса.             — И это маги сильнейшей гильдии? — засмеялся один из тех, кто посмел напасть на их дом. Нацу недобро усмехнулся, прижимая бессознательного Грея к себе. Рядом присела обеспокоенная Джувия, через пару мгновений рядом оказалась и Венди. Драгнил передал возлюбленного в руки испуганной Локсар, которая старалась быть как можно аккуратней, и посмотрел Венди прямо в глаза.             — Я о нем позабочусь, — прошептала она, сжимая его руку. — Я тебе обещаю.             Большего Нацу и не нужно было. Встав, крепко сжал кулаки, а потом усмехнулся и поинтересовался задиристым голосом у членов вражеской гильдии:             — Кажется, вы немного ошиблись. Вам так не кажется? — хвостатые вздрогнули от тона, в котором была скрыта явная угроза. Обычно, Драгнил использовал такой тон только тогда, когда действительно был на грани ярости, и предупреждал, что стоит остановиться. Они знали его, как облупленного, и понимали, что если сейчас враги спровоцируют Нацу, то все будет очень и очень плачевно.             — В каком смысле? — в том же тоне ответил бугай, показательно сжав в руках огромный тесак, кое-где испачканный в крови. — А ты ничего не попутал, малыш?             Нацу усмехнулся. Его лицо исказили насмешка и злоба. Подняв одну руку, он скрестил пальцы так, словно собирался щелкнуть ими. Хвостатые сразу догадались, что он собирается использовать, и, подобравшись, кучкой отдалились на небольшое расстояние. Джувия создала большой водный барьер, через который все прекрасно было видно.             — Я даю вам три секунды, чтобы убраться отсюда к чертям собачьим, — уже полностью угрожающим и рычащим тоном произнес убийца драконов. Его обычно просто черные глаза начали медленно менять цвет на золотой.             Гажил, которого придерживала Леви, только сочувствующе хмыкнул.             — Этим ребятам конец, — произнес он тоном знатока и плюхнулся на землю, придерживаясь за болящую ногу.             — Ха? Ты в этом так уверен? — заржали враги. — Эй, а ты случаем не девочка? Или все-таки мальчик?             — Раз.             Враги выхватили свое оружие и приготовились к бою.             — Два.             Приняв стойки, они готовились совершить финальный прыжок на зазнайку, который почему-то думает, что он способен их одолеть.             — Три.             Щелчок пальцев. На земле образовывается круг из огня, превращающийся в купол. Все вокруг пылает, горит, жарко, словно в аду. Ничего не видно из-за ярких языков пламени. Огонь страшно обжигает, но ожогов не оставляет, и это заставляет врагов только сильнее прижиматься друг к другу.             — Вы притронулись к людям, которых я люблю, — спокойно произнес Нацу, вставая перед ними. Его глаза горели золотом. — Вы притронулись к парню, которого я люблю.             — Ты педи…             — И за это вам пиздец.