Мертвецам предоставлен выбор

Оставив друзей позади, Карина по пояс в приливной мутной воде полувплавь торопливо продвигалась к возведенной в доках клетке. К той самой, в которой заперли капитана Салазара и его призрачную команду. Добравшись, девушка ухватилась за серебристые прутья и тут же увидела, как, выступив из темноты впереди своих мертвецов, Армандо медленно приблизился к решетке. — Ты пришла, — прохрипел он, устремив на Карину белое лицо. И дочь Барбоссы заметила, что некоторых шрамов на нём не достает. Они исчезли, вероятно под действием проклятья выбора или прихваченной у Джонса силы. Но он, безусловно, был всё тем же жутким покойником. — Я не могла тебя бросить… Прости меня, — ответила девушка, протянув духу руку и дотронувшись до оков, опоясывающих его запястья. — Мы поможем. Подожди немного. — Брюнетка указала на подоспевших Генри и Уильяма. Салазар сморгнул, оторвавшись от красавицы и, покосившись на живых, подумал, что как минимум один не обязан идти ему на выручку. А второго интересует лишь выгода, как и лорда Дженкинса. — Странный сплав, — между тем заключил Уильям, потрогав светлый металл решетки, которая на ощупь оказалась не гладкой, а какой-то шероховатой. Словно песок налип. — В свою бытность кузнецом и оружейником я никогда такого не видел. Но… — мужчина опытным глазом осмотрел замок и дверь узилища, усмехнувшись. — У меня для вас хорошие новости! Штырь в этих петлях короткий. Если найти рычаг и приложить к нему усилие, то дверь сойдет с петель. Так и не научились, делать, ротозеи. — Это подойдёт? — не растерялся Генри, отломав толстую доску от плавучих мостков. — Гнилая, — поморщился Тернер старший, — но на безрыбье… — Давайте уже, пока охрана не наведалась! — не выдержал Армандо. — Пока вы будете рядиться, нас всех перебьют. — И то верно, — согласно кивнул Уильям. — Нужно уходить. Пока моряки дерутся с гвардейцами. Видишь ли, мы тут случайно организовали небольшое народное восстание… И, кажется, рыбаки тащат сюда святого, чтобы он изгнал вас с их территории, устроив аутодафе. Но, честное слово, капитан, мы не подозревали о последствиях. — Что вы сделали случайно? — изумился Армандо, прищурившись. — Они подняли бунт, сеньор, — повторил стоящий за спиной капитана Лесаро. Для Гильермо положение дел вдруг заиграло новыми красками. Неуловимая и давно оставившая его надежда забрезжила на горизонте подобно заре. — Я слышал, — огрызнулся Салазар, наблюдая, как отец и сын выламывают двери их темницы. — Идея настолько абсурдная, насколько и гениальная. Узнаю руку мастера. — Вот видите, и от Воробья бывает толк, — обрадованно заметил лейтенант. Но, поймав грозный взгляд командира, брошенный через плечо, дальше тему развивать не стал. Дверь выпала и, подняв тучу брызг, шлёпнулась в воду под ноги живым. «За мной!» — хотел было скомандовать Уильям, но вовремя осекся. Проклятые на море не могут ходить по земле. Он и сам прекрасно это знал на собственном горьком опыте. Потому вместо этого мужчина бросил серьезный взор на Салазара в окровавленной рубашке и спросил: — Капитан, можете ли вы поднять свой корабль со дна залива? Без «Немой Марии» нам не справиться. — Пока на моих руках эти цепи, — в подтверждение, Армандо поднял руки и потряс ими, показав разъедающий кожу металл, — нет. Это железо лишило меня способностей. Как и прочих. Я мёртв и так же бесполезен, как любой смертный. — Ну спасибо, — насупился Генри. Никчёмным он себя не считал и посему упоминание о том, что живой человек является для такого грозного духа, как Салазар, слабой конкуренцией, звучало удручающе. Увы, так оно и было. Младший Тёрнер до сих пор переживал кошмар пятилетней давности, в котором призрак приподнял задыхающегося капитана Томаса над палубой «Монарха» и сломал сильному мужчине шею, отшвырнув тело в сторону, будто тряпичную куклу. Вряд ли нормальный человек смог свершить подобное. А призраку было что семечки. — Тогда у меня есть предло… — Карине не удалось завершить начатую фразу. И закончить мысль, сводившуюся к тому, чтобы добраться до «Возрождения» тем же путём, за исключением того, что духи могут сделать это под водой. Всё равно они мёртвые, значит, лишены риска утонуть, если море не будет держать их на поверхности. Зычный голос О’Рейли прервал её. — А ну стоять! Сбегают, сволочи! Обходи их со всех сторон! Толпа, вооруженная факелами и абордажными саблями, ввалилась в доки, таща за собой невысокого, щуплого человечка в залатанной грязной рясе, с низко нахлобученным на глаза капюшоном. По виду — священника-иезуита. — Отец Августин! Прочтите свою молитву, пусть призраки передохнут по очереди. Давайте же, долго вояк мы не удержим на подступах. — А? — отчего-то испугался почтенный сановник, уставившись на Морского мясника и его команду. — Нет-нет-нет! Это может решить только лорд Дженкинс! Я не могу его предать — это противно Богу и закону человеческому, — пискнул преподобный и попятился. — Отпустите меня немедленно. Мир вам, дети мои. Мир вам! — Ну уж нет! — взбеленился ирландский предводитель, очевидно представляя себя в мечтах не иначе как Уильямом Уоллесом. — Ты сделаешь то, что я требую. Иначе, — перед носом святого красноречиво возник огромный кулак, — отведаешь этого. — Ладно-ладно, — не зная кого опасаться больше — Дженкинса, рыжего бунтовщика или покойников, выдавил иезуит, порывшись в кармане рясы в поисках молитвенника. — Сейчас всё будет исполнено… Кхем… Он отбросил капюшон с головы, деловито перелистнув желтые страницы и все присутствующие замерли. Кто-то от шока, кто-то от удивления, кто-то в ожидании дива дивного. И эту минуту молчания разбил жутковатый смех капитана Салазара. Призрак хохотал, чуть ли не падая. Ухватившись за плечо не менее обескураженного Уилла Тёрнера для устойчивости. — Дже-е-ек Воробе-е-ей! — протянул мертвец, отсмеявшись и обрадовавшись, что старый пройдоха появился здесь и сейчас неизвестно откуда, а не настоящий заклинатель потустороннего. — Дже-е-ек Воробе-е-ей! — Капитан Джек Воробей, — стараясь не выдать охватившего его ужаса, поправил пират. — А я думал, Барбосса заколол тебя, испанец, — соврал он, покачнувшись. Судьба Армандо ему была хорошо известна, как и то, что покойник искал его, пока не решил, что Джек преставился. — Не знал, что ты теперь водишь дружбу с евнухами. Испанский флот совсем распоясался. Набирают кого попало.