Господин и его игрушка

— А с чего ты взял, что он для тебя? Я его принёс совсем для другого. Ты хочешь узнать для чего именно? — спросил Чонгук, полностью посмотрев на свою игрушку. Гук подумал, что соуса в тарелке маловато и решил ещё немного добавить. Достав из холодильника целую банку, он налил соус по самые края тарелки, а банку открытой оставил стоять на месте. — Только смотри, ты сам согласился. И тут Чон взял тарелку в руки и перевернул над головой Пака, и соус из неё стал медленно стекать на голову Чимина, пачкая прекрасные и пушистые волосы парня, а их хозяин стал медленно злиться, закрывая глаза, так как соус с его волос стал стекать по лицу, но Мин не вставал с места, так как боялся. Он просто сидел и ждал, когда Чонгук наконец-то перестанет выливать этот соус ему на голову, но в конечном итоге Паку это надоело, и он просто встал с места, беря в руки банку и начиная выливать всё её содержимое на голову Гука, злобно смотря тому в глаза и улыбаясь. — Ты что сделал, идиот?! Кто тебе разрешал трогать эту банку? Кто тебе разрешал выливать её содержимое на меня? Я спрашиваю, кто тебе разрешал, сучёныш ты мелкий?! — начал злиться Чонгук, одной рукой беря парня за горло, а другой рукой начиная бить по щекам. Он дал парнишке 10 пощёчин. Да щёки у Пака были красные, из глаз текли слёзы, он умолял отпустить. Но разве всё это подействует на такого властного Чон Чонгука? Вот именно, нет! Его не остановить, пока он будет находиться в состояние гнева. После всех этих пощёчин Гук стал душить Чимина, говоря, что тот сейчас сделал огромную ошибку, когда вылил на него соус. В нём не было сейчас место ни радости, ни боли, всё занимало только одно чувство — гнев. Он был сильно зол на беззащитного парня, который своими маленькими ручками пытался хоть что-то сделать, но всё было тщетно. Когда воздуха Мину стало не хватать, он просто не мог сопротивляться, поэтому принял свою судьбу, не сопротивляясь, но Чон отпустил Пака, уходя к себе в комнату, чтобы успокоить свои нервы и хотя бы отмыть кетчуп со своих волос. А Чимин в то время лежал на полу, набирая как можно больше воздуха, чтобы восстановить дыхание, но сделать он это смог только через несколько минут. Подниматься с пола ему совсем не хотелось, так как сейчас Чонгук добивал его, буквально уничтожая изнутри и медленно идя к тому, что снаружи. Спустя 10 минут валяний на полу, Чимину помог один из рабов Чона, доведя парня до его комнаты, раб быстро убежал обратно, чтобы Гук его не заметил, потому что тоже очень сильно боялся хозяина, так как слышал, что он делал с Чимином, и не хотел бы повторить судьбу парнишки. Сказав тихое "спасибо", Пак медленно вошёл в комнату, направляясь в ванную, чтобы принять душ и успокоиться, чтобы привести себя в порядок. Но перед этим он подошёл к зеркалу. Не передать словами, какой ужас Мин сейчас увидел. На его щёчках были 2 синяка, на левой был побольше, а на правой чуть поменьше, а на шее были следы пальцев Чонгука. Хорошо, что у Пака есть тональный крем, сможет спокойно замазать их и не вспоминать об этом ужасном моменте, пока не увидит Чона. Полюбовавшись на свои синяки ещё 5 минут, Чимин всё же пошёл в ванную, где стал медленно мыться, смывая со своих волос и лица кетчуп, а с его лица всё ещё не прекратили литься слёзы. Он вытирал их, умывался, но они всё шли и шли, но через 30 минут всё же перестали. Чимин ещё немного времени провёл в ванной комнате, так как тщательно старался замазать все те следы, что оставил на нём Гук. Но когда он вышел из ванной, увидел, что на его кровати сидел никто иной, как Чонгук. Но он сидел к нему спиной, поэтому не мог увидеть. Пак решил, что сможет тихо снова запереться в ванной и не вылезать до тех пор, пока Чон не уйдёт. Сейчас Чимин меньше всего хотел находиться рядом с Гуком, а тем более видеть парня. Но все его планы скрыться в ванной накрылись медным тазом, так как Господин увидел парня, медленно прячущегося за дверью. — И куда это ты собрался? Подошёл и сел рядом! — строгим голосом проговорил Чон, указывая на место рядом. Парень ещё не отошёл от гнева, но стал немного спокойнее. Чимин, поборов в себе страх, медленно стал подходить ближе к Чонгуку, садясь около него и смотря себе на ноги, чтобы только не видеть Гука, который как специально сел поближе, начиная медленно поглаживать ногу Пака. — Тебе было сильно больно? Я не убил тебя случайно? Я ещё не наигрался с тобой. — Нет, всё хорошо, не переживайте, я живой, вы можете идти, — быстро проговорил Чимин, всё ещё смотря на свои коленки. Но Чонгуку это не понравилось, поэтому он повернул голову Пака в свою сторону, затянув в нежный поцелуй, сминая пухлые губки парня. Но спустя несколько секунд Чон отстранился, улыбаясь. — Что ты делаешь? Тебе снова нужен секс от меня? Так бери! Я же просто игрушка, которой на всё уже всё равно! Можешь сразу дать всем в этом доме мною попользоваться и бросить, как это сделал когда-то ты! — Не собираюсь я тебя кому-либо отдавать на пользование, ты принадлежишь только мне. А ещё ты испуган, у тебя слишком сильно сжаты мышцы ноги, и ты сам дрожишь. Сейчас не бойся, я ещё пока не в гневе. Вернее в гневе, но не в сильном, как был раньше. Но тут нет ничего страшного, потому что мною сейчас руководствуется спокойствие, если не разозлить, конечно, — проговорил Чонгук, обнимая парня за талию, крепко прижимая к себе. — Я хотел тебе только напомнить о наших планах, ты же не забыл? — Нет, я не забыл. Всё? Вам больше нечего мне сказать? Тогда, может, вы уйдёте? Я хочу побыть один, без вас, а пока вы тут, я не могу ничего сделать. Пожалуйста, прошу, — стал просить Чимин, смотря на Чонгука. Он не хотел этими словами сделать больно себе, парень и вправду хотел побыть один, чтобы его никто не трогал, чтобы он смог отдохнуть от сегодняшнего дня и забыть всё то, что сделал Гук. Но, видимо, сам Господин был против, так как даже не шевельнулся, чтобы уйти. — А если я не хочу? Что это ты тут стал командовать? Совсем страх потерял? Я могу сделать так, чтобы ты снова стал меня бояться. Ты этого хочешь? Ответь мне, ты этого хочешь? — снова начал немного злиться Чон, щипая Пака за бока, но щипал он очень сильно. Боль была очень сильная, поэтому Чимин не смог удержаться и упал на кровать, тихо прокричав, так как не смог сдержаться. Через 30 секунд после такого Гук отпустил Мина. — Ну что, ты понял, что следует делать со мной? Правильно, бояться меня, так как я являюсь твоим ночным кошмаром, пока ты находишься рядом со мной! — Да, я всё понял, я не перестану вас бояться, обещаю. Только, пожалуйста, не заставляйте меня страдать, я очень чувствителен. Особенно ко всяким щипаниям, прикосновениям к коже,— такая чувствительность у Чимина появилась после того, как он появился в доме Чон Чонгука. Парень сам не догадывается, почему именно здесь, да даже и не старался думать об этом, так как это было для него не столь важно. — Пожалуйста, скажите, что вы меня не тронете, я умоляю вас. — Ну... Я даже не знаю. Может, я и не буду тебя щипать, но я лучше предпочту это делать. Всё-таки я не ошибся в своём выборе, так как ты очень хорошая игрушечка, самое главное — ты очень послушный, а я это ценю. Поэтому обещаю подумать об этом. Но ты же понимаешь, что и это не бесплатно? За всё рано или поздно придётся платить. Или, как мне говорили, бесплатный сыр только в мышеловке, — произнёс Чонгук, хитро улыбаясь. Он уже придумал, как Чимин будет ему платить, но согласится ли парень это сделать ради своего спокойствия, Чон не знал, хотя и очень сильно хотел. Но, что именно, он не спешил сказать, чтобы не убить весь интерес. А Чимин был заинтересован, так как не знал, что за цену придумал Гук. — Так что ты скажешь? Ты согласен? Или, может, всё-таки откажешься от моего предложения и будешь спокойно проводить время, ожидая моих прикосновений к тебе? Я, если что, говорю о щипании, о том, что буду тебя душить и так далее. — Да, хорошо, я согласен, только не трогайте меня больше, пожалуйста, мне хватило, — сразу же спохватился Пак, так как не хотел больше почувствовать всё это. Для него всё это было просто какой-то невообразимой пыткой. А Чонгук, получив ответ, встал с кровати Пака, направляясь к выходу. — Скоро зайду, так что жди меня...