Господин и его игрушка

— Нет! У меня дома никого нет, только игрушка, которая мне не нужна! Так что забудь об этом! — произнёс Гук, вовлекая Мина в поцелуй, нежно сминая губки парня, но тот сразу же отстранился, непонимающе смотря на Чона. — Дай-ка угадаю. Ты хочешь поподробнее узнать об это игрушке, чтобы ты меня не ревновал к ней? Так? Я могу тебя заверить в том, что с ним я никогда не буду встречаться, так как он даже не ценит меня! Я помогал ему, был добрым, говорил всякие приятные вещи, а он… Проигнорировал всё это, дав понять, что нам не суждено быть вместе! — Ого… А ты пробовал с ним поговорить, как-то объяснить, что ты чувствуешь? Ну или хотя бы просто намекнуть? — расспрашивал Юнги, смотря на Чонгука. Но получив положительный ответ, он задумался, но вскоре перестал думать о том парне, начиная думать о настоящем. — Тогда просто забудь его! Раз он тебя не замечает, значит, не твоя судьба! Давай лучше займёмся чем-нибудь? Ну для начала приготовим завтрак, так как я слишком сильно проголодался, а за завтраком решим, чем нам заняться. — Да, ты иди, а я останусь, мне нужно кое-кому позвонить… Прости, просто это действительно важно, а то вдруг там что-нибудь произошло, вдруг он попал в больницу? Или что-нибудь ещё похуже? Ох… Не надо было с ним так жестоко поступать… Юнги, я почему-то сильно переживаю за него, но причины же нет. Что же произошло? Что заставляет меня думать о нём? — задавал кучу вопросов Гук, на которое Мин не спешил отвечать. Можно сказать, что он вообще не собирается отвечать на заданные ему вопросы. — Слушай, давай ты успокоишься и сосредоточишься на мне, а не на каком-то там парне, который является твоей игрушкой, хорошо? Я же, по-моему, тоже неплохо справился со своей ролью в эту ночь, так что лучше думай об этом, — проговорил Шуга, смотря на парня, который нервно сжимал в руках свой телефон, не решаясь позвонить. Он сделал глубокий вдох, а потом решил хоть как-то поддержать. — Слушай, если ты так сильно за него переживаешь, то почему просто не пошлёшь к нему друга, чтобы тот присматривал за ним и давал отчёты о том, как тот себя чувствует и так далее, а ты пока будешь устраивать свою личную жизнь. Ну, что на это скажешь? — Ох… Господи… Юнги, ты лучший! Как только мне в голову эта идея не пришла. Но кого мне попросить с ним посидеть? Да и, вроде, нет таких людей, которым бы я доверял хоть немного. Хотя… Есть один, но я боюсь, что он не согласится этого сделать. Но, как говориться, надежда умирает последней, поэтому я буду надеется на лучшее, — произнёс Чон, набирая нужный номер, ожидая, когда парень на другом конце ответит. Чонгук слышал долгие и непрерывные гудки. Он уже хотел отключить вызов, но вдруг из телефона послышалось тихое и какое-то сонное «да?». Гук сейчас был очень рад, что парень всё же ответил на его звонок. Вместо того, чтобы просто поздороваться, Чон сразу же приступил к делу, начиная просить парня помочь ему, сказал, что нужно просто присмотреть за его игрушкой, что ухаживать не нужно, главное, следить за тем, чтобы тот не умер, а остальное он сможет решить сам. Чонгук просил очень долго, даже говорил, что готов прийти к тому домой и встать перед ним на колени, лишь бы тот согласился ему помочь, так как он действительно очень сильно переживал за Чимина. И всё же все эти мольбы о помощи увенчались успехом, так как тот всё-таки согласился, но сразу же предупредил, что тогда он переезжает к Чону домой, но только на то время, пока будет следить за Паком, а потом просто отключил вызов, снова ложась спать. — Юнги, слушай, ты там случайно падшим ангелом не являешься? А то ты мне уже во второй раз помог. Первый раз расслабиться и дать почувствовать себя нужным. И вот сейчас можно считать за второй раз. Вот бы все были такими же добрыми, как и ты! Ладно, я всё уладил и теперь полностью спокоен, так что можем пойти и позавтракать, — сказал Гук и, подходя к Мину и беря того на руки, понёс его на кухню, где аккуратно поставил парня на ноги. — И что же ты хочешь приготовить? — Хм… Даже не знаю… На завтрак можно съесть всё, что душе угодно, поэтому выбор становится ещё сложнее… Но у меня животик просит чего-то вкусного, но и полезного тоже как-то хочется. Короче, со мной всё сложно. Давай лучше ты решишь, чем мы будем завтракать, а потом вместе это приготовим? — размышлял Шуга, пока его мысли не зашли в тупик. Он хотел на завтрак и торт, но потом его отбросил, так как посчитал слишком сладким, и мороженое, но потом решил, что это всё же не самый лучший завтрак. Затем он хотел выбрать на завтрак сделать пиццу, что было самым приличным из всех идей, но он вспомнил, как спалил последнюю, поэтому не решился проговорить эту идею. — Хм… Даже не знаю из чего выбрать. Ты сказал, что хочешь и вкусного, и полезного, так? Так почему просто не приготовить рис с овощами, а на десерт мороженое какое-нибудь, хотя я бы больше предпочёл блинчики с шоколадом, но решать только тебе, — проговорил Чонгук. В итоге парни решили приготовить то, что предложил Гук. Они распределили всё так: Чон готовит рис с овощами, так как сам вызвался это делать, а блинчики будет готовить Шуга. Чонгук стал тут же готовить рис, стараясь делать всё аккуратно, чтобы нигде ничего не рассыпать и ничего не пролить, так как не очень сильно любил беспорядок на кухне, но только во время готовки. Ну и проблем с этим у парня совсем не было, что не сказать о Мине, у которого всё вылетало из рук. На половине стола, где работал парень, была мука, около тарелки парня, где было тесто, было разлито молоко, а на полу валялись пара яиц. Но самое страшное началось, когда парень начал готовить еду. Чон всё быстро приготовил, и уже разложил по тарелочкам, в то время как Юнги только делал первый блин. Только вот… Что-то у него вдруг пошло не так, и блин оказался подгоревшим. Он был чуть ли не чёрным, а его запах мог отравить любого. Сейчас Шуга задумался о том, а стоит ли парню вообще говорить о том, что он не умеет готовить и что всё, что он старался приготовить, подгорало. Эта еда была настолько противна, что даже бездомные собачки никогда не ели стряпню Мина. — Слушай, Юнги… Ты, если я правильно понял, не умеешь готовить, ведь так? Но тогда зачем ты взялся это делать? Хм… Ты хотел показаться лучшим? Но всё пошло под откос. Ведь так? Так почему бы тебе не быть тем, кто ты есть? Притворяясь кем-то другим, ты теряешь себя, а я хочу знать тебя настоящего, хочу знать, какой ты на самом деле. Я хочу увидеть в тебе настоящего человека, который не может быть во всём идеален. Прошу, не притворяйся передо мной каким-то крутым парнем, ведь мы все совершаем ошибки, главное, нужно научиться их исправлять, даже если нам очень трудно это сделать, — произнёс Гук, смотря на парня, что улыбнулся, а его взгляд опустился вниз. — Прости. Просто… Ты выглядишь так идеально. Видно сразу, что у тебя всё в порядке в жизни. Ты умеешь и готовить, и, видимо, имеешь хорошую работу. А я… Я в жизни толком ничего не добился. Хотел устроиться на престижную работу, но мне не повезло, и меня не взяли. Ну… Хотя бы взяли на работу простым официантом, и то вчера уволили, потому что, как они сказали, слишком много себе позволяю. А я толком ничего и не сделал! Вчера там пришёл какой-то противный мужик и сел за столик, который я должен был обслуживать. Ну вначале всё было лучше некуда, а потом, когда я принёс заказ, он стал приставать. И я, в качестве самозащиты, впечатал его заказ, а именно спагетти, ему в лицо. Ну после этого меня и выгнали, — сказал Мин, садясь за стол и вспоминая всё, что с ним произошло вчера. Но это были не самые лучшие воспоминания. — Знаешь… А я ведь тоже не так уж и идеален. Мне никогда не везло в личной жизни, как бы сильно я не хотел сделать её идеальной. Лет с 6 я начал влюбляться в различных девчонок, признавался им в любви, но те просто отправляли меня в лес, мягко говоря. Ну и так продолжалось до какого-то времени. Они перестали меня привлекать, так как уж слишком много плохих воспоминаний у меня с ними. Но даже с парнями мне не везло, так как вечно влюблялся только в натуралов, так что… Меня можно назвать неудачником в любви, — с улыбкой на лице проговорил Гук, а сам подошёл к плите и начал готовить блинчики, делая это идеально. И вскоре их завтрак был готов. Парни сели за стол и стали поедать всё, что приготовил Чонгук. — А твою проблему можно легко решить. Я знаю одну компанию, где всем, даже уборщику, платят отличную зарплату. Главное, скажи, что я тебя послал туда, и тебя сразу же примут. — Спасибо тебе огромное! Если меня действительно возьмут, то это будет просто какой-то чудесный сон, который никогда не закончится! — проговорил Юнги, доедая свою порцию еды, а вскоре всё доел и Чонгук. Парни сразу вымыли всю грязную посуду и вычистили кухню, и только Мин хотел пойти в гостиную, как его тут же остановили. — Так что? Ты до сих пор считаешь меня тем идеальным парнем, который может сделать всё, даже горы свернуть, но не может устроить свою личную жизнь? Как я тебе и говорил, в мире не бывает идеальных людей, у каждого есть свой недостаток, и именно он делает человека особенным. Знаешь, я даже могу утверждать, что многие люди боятся этого своего недостатка, называя его ненужным, бестолковым, — продолжил разговор Чон, снова садясь за стол, но на этот раз для того, чтобы просто поговорить. — Я никогда не боялся своего недостатка… Хотя скорее недостатков, но я боялся реакции других на них, я считал, что они будут смеяться, называя меня какими-нибудь обидными словами, но, взглянув на тебя… Ты можешь смело утверждать о своих недостатках и достоинствах, но я не такой, как и многие люди в этом мире. Ты подумай, сколько людей погибают просто от того, что боятся, как с ними поступят другие или как уже поступили, — проговорил Шуга, садясь напротив парня и смотря тому в глаза. — Самоубийство — это признак душевной слабости человека. Он бы мог справиться с задачами, поставленными перед ним, но он не смог. Да, от этого многие погибают, но в то же время некоторые недостатки и улучшают нашу жизнь. Ты только подумай, что в мире есть не только плохое, но и хорошее. Знаешь, я почему-то уверен, что потом души этих самоубийц жалеют о том, что они решили проявить слабость, а не дать отпор, — произнёс Чонгук, кладя свою ладонь на ладонь парня, на глазах которого появились слёзы, которые также быстро исчезли, как и навернулись. — К чему ты всё ведёшь? Что ты этим хочешь сказать? Ты думаешь, что лучше жить той жизнью, что нам дала природа? Но многие же так не могут жить, как бы сильно не пытались. Хотя… Если подумать немного, то я, скорее всего, буду на твоей стороне, так как это действительно слабость человека. Сдаваться сразу после того, как только попробовал. И я хочу тебя ещё о кое-чём попросить. Пошли посмотрим фильм какой-нибудь, а то так мы никогда не закончим этот разговор о чужих проблемах, — попросил Юнги после чего оба парня встали со стульев и пошли в гостиную. Они очень долго решали, что им посмотреть, но потом они всё же сделали свой выбор в пользу какого-то любовного фильма. Сев поудобнее, Чон хотел обнять парня, но тот не дал этого сделать, так как лёг на колени, нагло посматривая в сторону Гука, хотя тот был совсем не против такого расклада событий. Главное, чтобы тому было удобно. И, наконец, парни принялись смотреть фильм. Но в середине он им уже сильно надоел, поэтому парни стали разговаривать на различные темы. — Юнги, а если я вдруг предложу тебе выйти за меня, ты согласишься? — поинтересовался Чон, смотря Мину в глаза, который тут же улыбнулся и просто кивнул, тем самым говоря, что согласился бы. — Тогда... Ты выйдешь за меня, Мин Юнги? — Знаешь, за сегодняшнее утро я увидел какой ты добрый, милый и так далее, поэтому... Да, я согласен! — выкрикнул Шуга, обнимая Чонгука, который в своё время вытащил кольцо из кармана и аккуратно надел его на безымянный палец. Это кольцо он купил очень давно и хотел когда-нибудь отдать его тому, кого полюбит. И вот этим человеком стал Юнги.

***

После звонка Чона парень уснул, но уже через 15 минут снова проснулся и, встав с кровати, пошёл собирать вещи, что сделал очень быстро, а потом, позавтракав лёгким салатиком, пошёл к Гуку домой, забирая портфель с вещами. Парень всё ещё был сонный, он даже пижаму забыл переодеть, из-за чего мимо проходящие люди оборачивались тому вслед. Вскоре он дошёл до нужного дома, открыв дверь и войдя внутрь, сразу же направляясь в спальню, где на кровати лежал Чимин. Войдя туда, он смотрел на парня минут 10, не меньше, поражаясь, что кто-то может быть настолько милым, а потом всё же решил хоть что-то сказать. — Слушай, а ты довольно-таки миленький, ты мне понравился ещё в детстве, когда мы впервые с тобой познакомились. Но теперь я могу спокойно спросить. Выйдешь за меня? — с ухмылкой на лице проговорил парень, хотя голос был очень серьёзным, как и само лицо, если не считать этой ухмылки.