Fear

Дав указания своим психам, Юнги может со спокойной душой направляться в сторону дома девушки. Лия спокойно себя чувствует рядом с парнем, и здравый смысл в её голове пытается доказать ей, что зря. Что-то в нём не так, она его вроде и не боится уже, но, с другой стороны. Веет от него… Хмм… сном веет, только истерик больше не вызывает. Идти молча не получается, совесть Лию грызет, потому что парень в одной футболке топает. — Слушай, мне не так и холодно, я могу вернуть тебе куртку. — Говорит виновато Лия. — Я тебе её дал не потому, что холодно, а потому, что ты вызывающе выглядишь. — Не подбирает слов Юнги. Лия решает сменить тему, хотя злится на парня, он вышел из клуба где если у девушки юбка 30 сантиметров это уже хорошо, а её за майку отчитывает. Была бы другая ситуация, он бы получил по самое не хочу, но спорить особо она не хочет, всё же из-за неё этот придурок влип в передрягу. И пусть видимых повреждений не так много, но хромает он знатно. — Больно? — так же виновато спрашивает Лия. — Тебе-то что? Стыдно? — Говорит Юнги. — Нет, я просто из вежливости. — Врёт, правда очень жалко парня, переживает, и за это короткое время она привыкла к тому, что этот дурачок всё время глаза ей мозолит, но даже себе осознавать этого не даёт.  — Ты лучше скажи мне, о чём говорил тот парень в аудитории. Ты лежала на полу раздевалки не из-за них? — Спрашивает Юнги, пока те не спеша топают в сторону дома Лии. — Нет, у меня панические приступы, только прошу, не говори никому. — Говорит тихо, чтобы лишние не услышали, хоть улица и пуста. — У меня для тебя плохие новости, но, видимо, они уже в курсе. По крайней мере, догадываются. Откуда у тебя эти приступы? — Я не знаю, это началось 2 года назад. Мне снится сон, и он меня пугает, резкие звуки, иногда темнота или прикосновения — всё это пугает меня, и я не могу дышать, пока не успокоюсь. — И люди тебя пугают? — спрашивает с интересом парень. — Нет, то есть, не всегда. — Я тебя пугал? — Да, и сильно, даже когда первый раз тебя увидела, твоё лицо, оно будто меня в сон погрузило, через время ты и сам там появился. То есть не полностью ты, твои руки, твой голос. Я не уверена, как это объяснить. Мама сказала, что если у меня будет еще хоть 1 приступ, то я всё же лягу на курс лечения. — Не знает почему рассказывает ему это всё, но сейчас, кутаясь в куртку, наполненную его запахом ей спокойно, с ним спокойно. — Я? Хмм… Больница? — чешет подбородок парень и думая о чём-то кривится. — Ладно, мы уже пришли, это же твой дом? — Да! — радостно прикрикнув Лия оборачивается на свою крепость. — Подожди! Откуда ты знаешь? — Я сейчас кое-что скажу, а ты меня не перебивай, ладно? — Ты начинаешь меня пугать, хорошо, я слушаю. — Тебе не стоит больше ничего бояться, я не собираюсь быть твоим рыцарем, даже не надейся. Знала бы кто я, ты бы так спокойно мне не доверилась, но причинять боль тебе я не собираюсь, а значит больше некому. Я попросил у тебя прощения — один раз, но я просил не за то, что было в аудитории, не только за это. Я просил прощения за то, что натворю в будущем, и за то, что было в прошлом, ты не знаешь о чём я говорю, и, надеюсь, никогда не узнаешь. Сегодня я не буду думать об этом, возможно, я сделаю еще кое-что за что скажу «Прости», хотя на самом деле жалеть я об этом точно не буду. Парень сразу после сказанных слов притягивает девушку, впивается в её губы, с ума сходит, когда та отвечает, и готов утонуть и остаться там, на этой улице и в этом поцелуе, он хочет зайти куда дальше, но нет, просто нет. Он целует нежно сначала, ведь боится напугать, но отпора от неё не чувствует, значит можно и усилить свой. Её духи, дыхание, нежная кожа под его пальцами и звуки, что в полу стоне тонут в поцелуе. Если Юнги и безумен, то его чистое безумие сейчас у него в руках, оно же — его больное место и его страх — это она, всё она. Отрывая себя от этого чистого кайфа, он отступает на шаг. Лию сбил с ног поцелуй, а его шаг назад точно убил. — Хороших снов, Лия. Не мешкая, парень уходит, так и не забрав свою куртку — он бежит от этих чувств. Когда-то они его сломали, и он снова в это окунулся, не хотел, так вышло. Идя по улице, на которой горят ярко уличные фонари, сам сгорает. Отвлекается от мыслей о девушке только когда проходит мимо дома детства. Отчий дом для всех теплое воспоминание, но не для него, для него это место страданий, разлуки, место зародившегося страха. Несмотря на весь день на нервах, на новость, что его брат походу гей, разборки со скинами и финальной точкой всего его влюбленность, которая как никогда не вовремя и не к той, всё его напряжение ушло. Он выпустил всё во время поцелуя, освободил себя. Он бы еще выпустил пар с ней, но эти похабные мысли не лезут в голову когда он вспоминает её растерянное и милое личико, которое не нашло что ответить наглому вору её первого поцелуя.