Shine on you Crazy Diamond!

- Давай, Джоске, колись. С кем бы ты переспал, на ком женился и с кем бы встречался! - Окуясу толкнул краснеющего парня под бок, пока тот затравленно водил взглядом по присутствующим в комнате. Рохан не особо любил наблюдать за смущающимися людьми. Эта эмоция казалась какой-то унизительной, раздражающей. Но, может именно поэтому, Джоске эта эмоция шла. Брюнет пробежался цепким взглядом по порозовевшим щекам, напряженной шее, быстрыми росчерками карандаша делая эскиз. Остановился на глазах, расширенных, смущенных. На столь пошлом вопросе они выглядели особенно нелепо, настолько, что Рохан не удержался и прыснул со смеху, тут же встречаясь взглядом с предметом своего внимания. Взгляд Джоске тут же переменился, стоило ему обнаружить реакцию мангаки. Стал спокойным, хитрым, зловещим. Крошечная искорка, блеснувшая где-то в недрах зрачков - кажется, за нее Кишибе ненавидел старшеклассника больше всего. Эта искра всегда заканчивалась чем-то неожиданным. Вот и сейчас, смущение сменилось лукавством, а взгляд брюнета намертво прилип к Рохану, стараясь запечатлить его реакцию, пока парень говорил. - Женился бы на Коичи, встречался бы с тобой, Окуясу, а переспал бы с Рохан-саном. - Произнес он с легкой уверенной улыбкой и приподнял едва заметно бровь, будто спрашивая: «что на это скажешь?» Для суровой мужской посиделки атмосфера превращалась в уж слишком гейскую. Со дня смерти Киры Йошикаге прошло порядка месяца, даже немного больше. Происшествие худо-бедно замяли, Джоске благополучно выписался из больницы, а необходимость присутствия старших Джостеров в Морио исчерпала себя. Именно поэтому вся разношерстная компания имела наглость завалиться в особняк Кишибе и устроить полномасштабные проводы Джозефа и Джотаро. Хотя мангака на тот момент и не был против. Другим он, конечно, заявил, что как раз планировал собрать немного материала о вечеринках, но второй, умолчаной, частью правды был странный факт о том, что мангака успел немного привязаться к присутствующим. Даже к придурку Джоске, но всего лишь на крупицу. Немного выпить позволили даже старшеклассникам, переводя беседу во все более раскрепощенное, откровенное русло, и в какой-то момент Окуясу затеял эту дурацкую игру. И пока Джоске не напомнил о притаившемся в углу мангаке, Рохан прекрасно проводил время за беззвучным наблюдением. «Тебе я уж точно так просто не проиграю» - Кишибе хмуро ответил на лучащийся подвохом взгляд парня своим, холодным и неприступным. Никто не говорил, что пора играть в гляделки, но мангака уже принял вызов. И Хигашиката сдался первым, со смехом возвращаясь к пустому разговору компании. «Так-то!» Рохан устроился с планшетом поудобнее, закидывая ноги на кресло и вновь концентрируясь на своих набросках. С листа на него смотрел Джоске. Вновь все тем же смущенным испуганным взглядом. Такой наивный и раздражающий ребенок… Откуда в нем вообще завелась та чертинка? - Только доведи его до постели, когда закончишь? - Джотаро махнул рукой в сторону свернувшегося калачиком на кресле Рохана, успевшего за время попойки сделать несколько эскизов и задремать. Джоске проиграл в жребие, потому уборка после празднования легла на него. Впрочем, со стендом многие занятия становятся гораздо быстрее и проще, потому и сопротивляться было глупо. Дверь за последним гостем плавно щелкнула, и брюнет принялся за уборку. Подушки с дивана на место, бокалы и тарелки вернуть к исходной чистоте, чтобы не будить Рохана шумом воды… Парень украдкой бросил взгляд на мангаку, о котором только что вспомнил. Сжимает свой планшет с зарисовками, будто если кто-то их заберет, это будет стоить Кишибе жизни. Джоске особо не интересовался мангой, но сейчас стало любопытно, как выглядят рисунки Рохана, да и вообще, что за наброски он делал. Спустя вынос мусора на цыпочках, протирание стола и миллион любопытных взглядов в сторону спящего мангаки, Хигашиката все же решился. А что, Джотаро сам велел отвести Рохана в постель. Не будить же его, раз он так крепко спит. Гораздо проще отложить наброски и отнести. И не будет предосудительным, если взгляд Джоске их мельком коснется. Парень подкрался к мангаке, кончиками пальцев осторожно выуживая папку и тут же жадно принимаясь разглядывать содержимое. И правда красиво. Только почему здесь исключительно его портреты? Брюнет быстро принялся перелистывать листы, надеясь отыскать и остальных присутствовавших, и тем самым заодно переубедить себя в том, что Рохан - новый опасный маньяк-извращенец. - У тебя самые яркие эмоции. - Вдруг раздался сонный, но от этого не менее раздраженный голос. Джоске испуганно опустил взгляд вниз. Так и есть: Рохан проснулся от шелеста бумаги и сейчас легко мог бы убить парня взглядом, будь его стенд способен на подобное. - Поэтому рисовал тебя. А теперь будь так любезен, отдай мой альбом и проваливай отсюда. От сонного и беззащитного мангаки, свернувшегося в кресле несколько секунд назад, не осталось и следа, только все еще медленно хлопающие слипающиеся веки напоминали о недавней дреме. Джоске поймал себя на мысли, что никогда раньше не видел мангаку с такой невинной стороны, но тут же вынужден был ее отбросить, уворачиваясь от полетевшей в него вазы. И как столь милое спящее создание могло в момент превратиться в яростную фурию? Стоп! Он только что посчитал Рохана милым? Даже обладая довольно высоким интеллектом, ты все равно будешь думать о всякой совершенно неадекватной ерунде, если ты подросток. Гормоны делают свое дело: даже гении рано или поздно задумываются о плотских проблемах вроде поиска девушки или удовлетворения простых физиологических нужд. А если все заканчивается на уровне просто мыслей, очевидно, что начинаешь сходить с ума. Джоске сейчас именно так себя успокаивал, когда поймал на мысли, что Рохану идет быть погруженным в работу. Всем это идет, когда работа в радость. Но мангака концентрировался так, будто тонкой незаметной нитью кусочка своей души пронизывает каждую черточку рисунков. Даже эскизов. Сейчас он сидел на траве, полностью погруженный в зарисовку какого-то сложного особняка, и совершенно не реагировал на внешние раздражители. Коичи с Окуясу уже бросили затею оторвать мангаку от работы и ушли вперед, а вот Джоске по непонятным причинам остался. Разворошить волосы, постучать по плечу, дернуть за мочку уха - это все было испробовано, но не помогло. Сейчас бы смириться с поражением и уйти, но Хигашикату что-то удерживало. И скорее всего это была стопка беззащитных листов бумаги с уже готовыми эскизами. Старшеклассник неуклюже плюхнулся на траву рядом с мангакой и осторожно подтянул к себе бумагу, принимаясь жадно разглядывать изображения. Сейчас он понимал, почему работы Кишибе так привлекали Коичи и сотни подростков по всей стране. Это было как минимум красиво. Невероятно красиво. Даже если наброски были выведены с фотографической точностью, с достойной мангаки дотошностью ко всем деталям, то чистовики обещали быть… Совершенными? Похоже, что так, раз именно это слово крутится в голове. - ХИГАШИКАТА, МАТЬ ЕГО, ДЖОСКЕ! - В реальность парня привела увесистая оплеуха. И как только в тощем мангаке сил хватало бить так больно? Джоске схватился за горящую от удара щеку, непонимающе хлопая глазами в сторону разъяренного Рохана. Чего это он сейчас такой буйный? - Я спрашиваю, насмотрелся? - Ага, значит Кишибе поймал парня с поличным за рассматриванием иллюстраций! Джоске кивнул в ответ на реплику мангаки, после чего тот требовательно выставил вперед мозолистую ладонь. - Тогда будь так любезен вернуть мои черновики, невоспитанное ты животное. Тон не оставлял иного выбора, кроме как повиноваться приказу, мямля себе под нос извинения. Сейчас бы уйти во свояси, но Рохан не унимался, складывая черновики в планшет и достаточно громко ворча на парня: И чего ты прицепился к моим рисункам? Какая очередная пакость зреет в твоей набриолиненой башке? Пакость? И правда, пакость. Богичные рисунки или истеричный дрыщ с отвратительным характером, который их создал - и то, и другое та еще пакость. Но переставать об этой пакости думать становилось сложно. Джоске чувствовал себя натуралистом, пробравшимся в убежище редкой зверушки и сейчас запечатляющим ее реакцию на непрошенных гостей: агрессии не было, не было и никакого желания припираться, хотелось только выкинуть что-то еще более безумное, чтобы спровоцировать его на новую реакцию. Для исследований, разумеется. Возможно, страсть к зоологии - отличительная черта всех Джостеров. Джонатан любил возиться с собаками и всевозможными зубастыми тварями, Джозеф таскался за окаменелостями, Джотаро исследует дельфинов, а вот Джоске встрял здесь… - Начинаю думать, что имя твоего стенда становится логичным… - Пробормотал Хигашиката в ответ на гневную тираду. Он ее даже не слушал, просто ляпнул то, что пришло в голову. - Что? - Внезапное смятение Рохана - еще одна забавная реакция в копилку. Хотя, какая к черту копилка? Он эту рожу завтра и не вспомнит. Джоске смущенно подскочил и быстро направился в противоположную от мангаки сторону. «Имя стенда становится логичным»? И надо же было ляпнуть такую хрень. Хотя, это и не хрень вовсе, а дельная мысль. Рохан и правда потрясающе рисует. Даже Джоске, далекого от искусства зацепило. Может мангу его купить? Что-что этот засранец сказал? Имя стенда становится логичным? Весь настрой Рохана на творчество моментально испарился, уступая место все сильнее клокочащей внутри ярости. Джоске начинал раздражать гораздо сильнее просто потому, что перестал вести себя так, как мангака привык от него ожидать. Что случилось с этим мальчишкой? Подсаживается к нему, лапает своими сальными пальцами его драгоценные наброски, комментарии идиотские отпускает… гораздо проще было, когда оба, по внегласному, но обоюдному решению друг друга избегали. Может стенд на нем использовать, чтобы мелкий придурок не вел себя столь пугающе? Нет, после случая в тоннеле Рохан пообещал себе не использовать его на Хигашикате. Это было своего рода платой за спасение тогда, потому мангака старался придерживаться принципа. Он ловко поднялся на ноги, с удовольствием потягиваясь и задумчиво провожая взглядом сконфуженную фигуру старшеклассника. Плохо, что парень начал оттягивать на себя слишком много внимания мангаки. И правда, что на уме у Хигашикаты Джоске? Джоске не особо любил мангу. Картинки еще куда ни шло, а вот текст читать было скучновато. Да и сюжеты, и персонажи были довольно шаблонными и ожидаемыми. Но «Черно-розового мальчика» все равно купил на пробу. Сел вечером вместо привычной игры в приставку и пропал. Он не знал, как эту мангу видел Коичи или другие поклонники творчества сенсея, но каждая иллюстрация действительно казалась ему прекрасной. Будто все свои светлые и красивые черты без остатка мангака отдал бумаге, напрочь забывая о самом себе. Поэтому он всегда такой злой? Хотя, тогда бы он отдал и честность, и благородство, и решительность. Отдал бы верность друзьям и своему слову, отдал бы железобетонную волю. Нет, он просто делил на части всю свою душу, делал персонажей живыми, делясь с ними и положительными, и отрицательными своими гранями, пряча в идеальной графике только тревоги и заботы, мешающие ему творить. Рохан одинок. Еще более одинок с того момента, как Реми ушла. Джоске мог не глядя на дату указать, когда мангака нарисовал первую мангу со времен смерти Киры. Он вчитывался в слова персонажей, рассматривал иллюстрации и будто чувствовал, что творилось у мангаки на душе в момент рисования каждого кадра. Его манга была самым сокровенным его тайником, запрятаным, по классике, на самом видном месте. Просто никто не вчитывался в нее. Джоске безусловно казался себе особенным, потому что понимал все, что творится в работах мангаки, но озвучивать это кому-либо не решался. Он не заметил, как до такого дошло, но сам же раскручивал Коичи заходить к Кишибе домой время от времени. Причины были самыми разными: от «у него наверняка что-то вкусное завалялось» до «стоит проверить, не сдох ли, а то долго не показывается». Изо дня в день он наблюдал, проверял каждую свою догадку по каким-то лишь ему видным полунамекам. Рисует традиционные сладости чаще, чем другие, - значит ли это, что Рохан их любит? Нет ни одного положительного персонажа, который любил бы птиц, - Рохан тоже? Быстрая езда, пикники на природе, горячие источники, лежание на пляже - даже все эти клише в его манге отображались как-то иначе, переставая быть забитым сюжетом и ярко указывая Хигашикате на предпочтения мангаки относительно них. Парень с идиотской прической… Не хотелось этого признавать, но именно так Рохан предпочитал характеризовать Джоске. И «парень с идиотской прической» появился в манге. Раздражал, преследовал главного героя. Постоянно творил какую-то несказанную чушь, а в конце сам из-за себя умер. Что за..? - Какого хрена ты творишь?! - Он даже не думал о том, насколько его претензия покажется идиотской со стороны, просто вломился в дом мангаки сразу же, как это прочел. - Не понимаю, о чем ты. - Рохан знал! Он все знал, все спланировал! Это читалось по легкой усмешке, которую тот так и не смог сдержать, по горящему вызовом взгляду, слишком нарочито вскинутой брови. - Я про мангу! Нельзя же так! - Хигашиката распалялся сильнее, уже упираясь в подлокотники кресла мангаки и едва сдерживаясь, чтобы его не ударить. Рохан вздохнул, будто его уже достали с одной и той же претензией, потянулся вперед, цепляясь мозолистыми пальцами за воротник и вынуждая подростка судорожно сглотнуть - Хигашиката и сам не совсем понимал, от чего. - Хочу отучить тебя от игр в мамкиного сыщика. - Ухо Джоске обожгло теплым дыханием вперемешку с ледяным тоном. А мангака продолжил, все так же пряча лицо где-то за ухом юноши. - Моя манга - это не я. Она должна быть красивой и нравиться другим. А я не обязан. Если нравится - читай, но на меня проецировать не вздумай. Он закончил, но ворот Джоске выпускать не спешил, все так же оставаясь в вынужденной, ужасно неудобной позе. Хигашикате показалось на мгновение, что он хочет скрыть что-то в своих глазах или выражении лица, но вырываться парень не смел. - Стендом прочитал? - Догадался. Сложно не заметить, как великовозрастный кретин вдруг пытается косить под Шерлока Холмса. Рохан его отпустил, резко отталкивая от себя. - Проваливай или использую Heaven’s Door, чтобы вообще забыл дорогу ко мне. Джоске молча развернулся и вышел. Ему показалось? Нет, точно нет. Там мелькнула обида. Боль и обида. Мангаку настолько раздражает, когда к нему в жизнь кто-то лезет? Придурок! Джоске и сам черта с два вернется! «Моти или Тайяки? Что взять?» Черт! Он совершенно не разбирается в этих девчачьих сладостях! И почему ему в голову пришло купить именно их? Рохан же мужик, зачем ему какая-то бабская фигня? Да и почему ему вообще пришло в голову снова соваться к этому стервозному придурку? Да, точно. Посмотреть еще рисунки. Неужели это настолько необходимо, что он готов потом и кровью заработанные карманные деньги потратить? Необходимо. Рохан красиво рисует. Джоске надеялся на примирение. Оставалось только надеяться, что сладкого подкупа окажется достаточно. Парень наконец устал выбирать и взял с витрины обе сладости. Только бы Кишибе действительно согласился. Пожалуй, эта мысль его мозг занимала больше всего. Он расплатился и неспеша направился к особняку, молясь всем богам, чтобы застать мангаку в хорошем настроении. Он отрешенно топал по городу, репетируя в голове с каждым разом все менее правдоподобную просьбу. Мозги не работали совершенно, так как с каждым шагом рос страх, смущение и прочие подростковые глупости. Он даже карманные деньги с меньшим страхом просил. Оставалось только мысленно делать ставки, через сколько секунд Кишибе обзовет его лжецом и выставит за дверь. Повезет, если удастся отделаться только оскорблениями. Джоске все же поднялся на знакомое крыльцо, с каждой ступенькой все с большим усилием поднимая ноги. Палец замер в сантиметре от звонка, а голову вновь начинали наводнять мысли вроде: «Зачем я вообще пришел?» «А если он настолько не любит сладости, что без лишних вопросов затолкает их мне в задницу?» «А если его нету дома?» «Может вообще уйти?» «Отнесу сладости маме, может хоть деньги возместит...» «Интересно, а что если он их любит? Какое у него будет тогда выражение лица?» Выражение лица? Да он совсем сбрендил на нервной почве. Пора отсюда сваливать, пока еще что-то в голову не полезло. Джоске одернул руку, собираясь уже развернуться и убежать отсюда к чертовой матери, пока хозяин особняка не среагировал на звонок, когда дверь перед его лицом открылась, являя старшекласснику раскрасневшуюся физиономию мангаки. Обычно старательно расчесаные и уложенные волосы сбились в невнятный комок, повязка сползла выше, обнажая влажный от крошечных капелек пота лоб мангаки. Щеки красные, аки переспевший помидор, губы искусаны и дрожат, а ноздри торопливо вздымаются от сбивчивого дыхания. Джоске неуверенно с каким-то иррациональным страхом поднял взгляд на глаза мангаки, будто одного взгляда было бы достаточно для необратимых последствий… Непонимающие и одновременно жадные, ищущие чего-то. Что такого он потерял, раз открыл дверь в подобном состоянии? Даже его папка не могла стоить так дорого. Стоило им встретиться взглядами, как Рохан свое нашел, намертво вцепляясь в воротник школьной куртки Хигашикаты и утягивая его вслед за собой в темную прихожую. - Рохан-сан, я принес Вам сладости к чаю… Мангака встал спиной к двери, наощупь щелкая всеми замками. - Если Вы что-то задумали, то не уверен, что я… Последняя фраза потонула в удивленном вскрике: Рохан нетерпеливо пробежался ладонью от груди парня к щеке, повелительно вдавливая его в ближайшую стену, и тут же прижимаясь к нему вплотную. - Что Вы… Искусанные губы сомкнулись, мешая Джоске завершить фразу. Поцелуй? Его целует в губы мужчина? Да еще и ЭТОТ мужчина? Брюнет с силой надавил на тонкие плечи мангаки, невольно проскальзывая пальцами в отверстия на ткани, и отстранил его, насколько это вообще было возможно. Взгляд мангаки затуманен, все тело буквально льнет к старшекласснику, игнорируя его выставленные вперед руки, испуганный взгляд. Непонятно. Что происходит? Чей-то стенд? - Рохан-сан! Очнитесь! Но попытка его отрезвить получилась тщетной. Мужчина порывисто, но как-то странно ласково, подхватил его за запястья, спуская ладони Джоске ниже по дырявой ткани вплоть до широкой полоски разгоряченной кожи под топом. Еще мгновение, и поцелуй возобновился, но в этот раз мангака прижался гораздо сильнее. Что за больной ублюдок вообще может обладать подобным стендом? Руки Рохана намертво обвили мускулистую шею, обнаженный живот все сильнее вжимался в торс Хигашикаты. Губы требовали все большего. Мангака прошелся кончиком языка по губам старшеклассника, вторгаясь глубже, отодвигая мягкую плоть, толкаясь дальше, сквозь зубы. Джоске начинало это нравится. То, что это был его первый поцелуй, что этот первый поцелуй у него вероломно крадет мужчина и что это чертов Рохан - эти обстоятельства отходили на второй план, уступая место теплу льнувшего к нему тела, совсем не мужественной мягкости кожи, за которую невольно цеплялись руки подростка. И этот поцелуй… Если с Роханом ощущения столь восхитительные, могут ли они быть круче с красивой девушкой? По телу расплывались волны странных ощущений. Нервы словно натягивались, подобно тонким, едва заметным взору струнам, настолько сильно, что одно мимолетное касание способно было разорвать, подрагивали от напряжения, создавая тепло, такое же, как исходило от тела мангаки. Жарко. Очень горячо. Он будто постепенно плавился, с каждой секундой все сильнее поддаваясь на провокацию, все большее позволяя Рохану и себе. Вот он уже стискивал пальцами кожу над тазовыми косточками, продавливая до синяков, нетерпеливо спускаясь ниже, к плотной ткани брюк. Ремень, ягодицы. Широкие ладони останавливаются на точках на мгновения, следуют дальше, к следующей цели, резко подтягивают бедра вверх, укладывая их к себе на талию, умостив Кишибе на узкую тумбочку в коридоре. Губы скользят дальше, отпуская так легко затянувший в эту абсурдную ситуацию поцелуй, пробегаются по шее, оставляя влажную дорожку, покусывая легонько прозрачную кожу до едва различимого следа. Эфемерный запах одеколона мангаки смешивается с солоноватым привкусом на языке. Джоске смещается дальше, кусая уже с гораздо большей силой подрагивающие от возбуждения плечи, выдавливая из глотки мангаки тихий стон, который еще сильнее сносит крышу. Он в своем уме? Так хорошо. Так жарко. Джоске все осознает. Он понимает, с кем он и что делает. Понимает, что это его желание, что так он отвечает на провокацию Рохана. Только вот за мангаку он не был так уверен. Но может ли быть, что Кишибе хочет этого тоже, хотя бы подсознательно? Тонкие мозолистые пальцы уже избавили его от форменной куртки и сейчас пробрались под ремень, недвусмысленно подтягивая к себе вплотную, вдавливая пах парня себе между ног. Насколько далеко Рохан планирует зайти? Момент, когда Джоске уже не сможет остановиться, приближался слишком быстро. Старшеклассник плохо понимал, что и как нужно делать, отдаваясь инстинктам, которые требовали гораздо большего. Но если Кишибе не в своем уме, то это может и плохо закончиться... Может это очередной эксперимент? Попытка хлебнуть еще немного жизненного опыта на вкус? Он не перегибает палку? - Рохан… -сенсей… - Даже после происходящего сложно обращаться к нему на ты или просто по имени. Джоске делает последнее усилие, чтобы остановить мангаку. У него еще осталось немного воли, чтобы отпустить его сейчас, сбить пар в туалете, сбежать домой. Но Рохан смотрит жалобно абсолютно затуманенными глазами. Кажется, все происходящее заводит его гораздо больше, чем Хигашикату. Он выглядит как рыба, выдернутая из воды, льнет, жмется к нему с новой силой, всем своим видом показывая, что требует продолжения. И Джоске поддается. Разгоряченное тело подростка легко на подъем. Если мангака хочет продолжения, то он тем более. Широкие пальцы поддевают дырявый топ, подтягивают его выше, освобождая больше пространства для губ. Запах его одеколона кружит голову, тихие стоны выключают рассудок. Рохан податлив, покладист, позволяет творить с собой все, что приходит в неискушенную подростковую голову. Джоске мягко сжимает зубы, втягивая в рот сосок, ласкает его языком, давит немного, с упоением слушая, как из уст Кишибе вырывается звук погромче, ощущая мозолистые пальцы, застрявшие в умощенных бриолином волосах, сжимающие их до легкой боли. Заводит. Ему точно можно зайти дальше? Джоске поднимает вопросительный, молящий взгляд на Рохана. Он хочет зайти дальше. Едва сдерживается, краешком затуманенного сознания напоминая себе, что очнувшись мангака точно не простит. - Продолжай… Пожалуйста, продолжай… - Наконец-то из искусанных губ вырывается что-то кроме стонов. Самая лучшая фраза. Единственная, которую Джоске хотел услышать. И он повинуется. Рывком вытягивает ремень, забирается мангаке под брюки, вызывая еще более громкий и пошлый стон, чем раньше. Продолжать? А что дальше? Секс? Парень примерно представлял, как это происходит с девушками, но вот с мужчинами… Становилось немного страшно. А если он что-то сделает не так? - Рохан-сан, Вы в порядке?