В семье не без вампира

В окно светила яркая луна, пока я поспешно скидывал в сумку что-то вроде самых необходимых вещей. Прошла неделя после того, как Линз впечатала Айеро в какую-то огромнейшую фуру. Всю эту неделю я боялся выходить из дома, сидел, запершись в своем подвале. Мама с ума сходила, пытаясь понять, что со мной происходит. Шучу, она просто спросила меня тогда: «Джи, это был твой друг?», я кивнул, и больше она ко мне не подходила. Ее больше занимал тот вопрос, что какая-то медсестра Сара положила глаз на моего младшего братишку, и тот похоже, не против… А я сидел на своей кровати, шарахаясь от каждого шороха и звука. Я боялся, что Линз точно найдет меня теперь. Я не знал, как долго могло продержаться заклинание Фрэнка, но я надеялся, что Линз сюда не войдет как можно дольше. Именно поэтому я избегал любого своего появления на улице. А сейчас, после половины бутылки виски я наконец-то решился признать ту мысль, что неотступно преследовала меня в тени подсознания. Я не смогу сидеть в своем подвале всю жизнь. Если Линз захочет – она меня прикончит. Если она уже это сделала со Фрэнком, которого знала явно дольше, чем меня, о чем тут еще говорить? Она прикончит меня, думал я, застегивая свое черное пальто и бросая тяжелый взгляд на свое отражение в зеркале. Черные круги под глазами, мертвенная бледность, поразительно, как отросшие волосы еще нормально смотрелись со всем этим. Вот сейчас я выглядел, как настоящий, измученный отсутствием крови вампир, но это нисколько не придало мне сил. Я благоразумно решил присесть на дорожку, еще раз пытаясь понять на пьяную голову, что я собрался делать. Все дело в том, что вчера я наконец-то решился сделать пробную вылазку на кухню. И как только я осторожно заглянул в окно, с ближайшего дерева сорвался огромный черный ворон и оглушительно каркнув, понесся куда-то прочь. Я рванул обратно в свой подвал, молясь всем известным богам и единорогам, чтобы сюда прямо сейчас не заявилась Линз. Ведь это были выходные, вся моя семья была дома, и даже Майки грозился тем, что на днях его выпишут. Если бы она, явившись за мной, замочила бы их всех, я бы умер с огромным чувством вины – мне и так было достаточно паршиво после смерти Фрэнка. К тому же, я сразу же вспомнил тогда печальную историю своей первой любви, когда я влюбился в одну девушку, и буквально на следующий же день она сломала ногу. А совсем недавно я узнал, что мой любимый (ну как сказать любимый...) порно-актер попал в аварию. И сейчас опять, когда мне понравился Фрэнк, ну точнее, как только его приворотные чары сработали, его размазало херовой фурой. Как параноик, я видел в этом всем не просто совпадения. Именно поэтому я решил обезопасить всех окружающих и в первую очередь свою семью тем, что решил уйти в монастырь. Правда, после бутылки виски вчера я решил, что монастырь для меня было бы слишком жестоко, и сегодняшнее виски подсказало мне просто уйти из дома. Просто, чтобы раз мне было суждено погибнуть из-за чокнутой ведьмы, моя семья не оказалась бы замешана в этом. Именно поэтому я и собрал сейчас свои вещи, именно поэтому я и собирался сейчас навсегда покинуть родной дом. Конечно, я не совсем понимал, зачем делать это именно ночью… Но алкоголь уверенно шепнул мне, что такого поступка ночью от меня точно никто не ожидает, да и мама не сможет мне помешать. Я просто как будто исчезну, хотя бы на время. Я осторожно закрыл за собой входную дверь и медленно побрел по дороге в мрачную неизвестность, освещенную искусственным светом электричества. С каждым новым вздохом холодного ночного воздуха алкоголь постепенно отступал, и я начинал осознавать, что как раз таки ночью я и был наиболее уязвим… Но я уже не смог бы вернуться, ведь в глубине души я чувствовал, что был прав. Я не мог подвергать такой опасности свою семью. Однако, куда мне теперь идти, я совсем не знал. Впереди показалась неярко освещенная фонарями детская площадка, и я решил присесть на качели, покурить, немного собраться с мыслями. В тот самый момент, когда яркий огонек зажигалки ударил мне по глазам, меня как будто бы озарило. Я вдруг подумал, что мог бы найти того же Дьюиса, или того же Брайара… Если до Дьюиса я совсем не представлял сейчас как добраться, то до той же больницы здесь было намного проще доехать на любом автобусе. Вот только автобусы не ходят по ночам. Я разочарованно затянулся, оранжевый огонек вспыхнул в темноте и тут же погас. Я выпустил призрачно-белый дым из легких, и новая мысль захватила меня. Я ведь еще ни разу не был на могиле Фрэнка. Я даже на похоронах не был, потому что закачался алкоголем и страхом в своем подвале, то есть, в общем, я не смог прийти. Все-таки Айеро мне нравился, как художнику, ну и как человек. Я не мог бы уйти из города, совсем не попрощавшись с ним. Бросив окурок на землю, я поднялся с жалобно скрипнувшей качели. Легкий ночной ветерок заставил листья деревьев над моей головой перешептываться, и я немного поежился от холода. Пальто не очень-то и спасало от него, возможно потому, что причиной холода была не совсем погода. От этой мысли мне стало совсем жутко, и я нервно обернулся. Площадка была абсолютно пуста, даже ветер утих. Я медленно развернулся и направился по дороге к кладбищу. Естественно, что ночью идти на кладбище не самая безопасная идея, но в списке необходимых вещей в моей сумке невероятным образом очутилась та самая бутылка виски… И пара глотков уверенно заявили мне, что идти туда ночью самое рациональное решение, ведь на могиле Фрэнки меня точно искать не будет никто, а я убью сразу двух зайцев – и попрощаюсь с Айеро, и заодно пережду ночь до первого автобуса. Еще пара глотков, и я практически без страха проник за тяжелые, поскрипывающие от ветра кованые железные ворота. Луна то появлялась среди рваных облаков, то неожиданно исчезала за ними. Я и раньше любил гулять по ночам по кладбищу, но вот тогда меня не хотела убить маньячка. Кстати, я мог бы наверно обратиться в полицию, но неожиданно в памяти услужливо вспыхнуло воспоминание о том полицейском… Торо, кажется. Я бессмысленно ходил между старых и новых могил, скользя взглядом по знакомым мне памятникам, уходя все дальше и дальше от входа. Наконец, сильный порыв ветра и неожиданно выглянувшая луна осветили небольшую аккуратную скамейку, которую я не очень помнил, и я логично решил, что стоит остановить хаотичные поиски и немного подумать. Я присел на маленькую скамейку, пытаясь понять, где хотя бы искать могилу Айеро. Наш городок был достаточно древним, как и это кладбище, как и эта скамейка, похоже. И могил здесь было предостаточно, я ясно это помнил. Когда я гулял здесь в последний раз, мне не хватило ночи, чтобы обойти его все по периметру. Я потянулся за бутылкой виски, так хорошо мне советовавшей мои дальнейшие поступки. Пока я пил обжигающую жидкость, я думал о том, что же случилось с Торо. Вряд ли его убили, в новостях было бы это… Хотя, я же их не смотрел. По крайней мере, я очень надеялся, что с ним все было в порядке. И неожиданно вспомнил какого-то полицейского, разговаривавшего с моей мамой, наверное, насчет Фрэнка. Скорее всего, он брал свидетельские показания, но я-то был не в состоянии, и он ушел ни с чем. И я вспомнил, как мама крикнула ему вслед: «До свидания, мистер Торо», а значит, с ним все было в порядке, если это был не однофамилец… Я пожал плечами в ответ на собственные мысли и запрокинул голову, допивая остатки виски. Пара капель еще катилась по стенкам бутылки и я их напряженно ждал, как будто в них мог быть заключен так и не пришедший мне в голову план дальнейших действий. И неожиданно я почувствовал чьи-то ледяные пальцы на собственном горле. Я заорал, ударяя бутылкой в предполагаемое нахождение противника за спиной, и вскочил со скамейки. Сердце бешено стучало, я напряженно вглядывался в темноту среди кустов за кованой спинкой. Куда делась бутылка, я так и не понял, никакого звона или звука удара я не слышал. Кладбище было совершенно пустынно, ровно светила луна, не слышно было даже шепота листьев. Тогда что все это было? Я нервно провел рукой по шее, как будто пытаясь почувствовать ответ на ощупь. Может быть, мне показалось? Нервное напряжение, алкоголь, мое воображение и ужастики по ночам? Но я все равно боялся подойти к скамейке и протянуть руку за своей сумкой. Как будто кто-то мог бы перехватить ее, тот, кто сейчас прятался в этих зарослях. Я закрыл на мгновение глаза, пытаясь убедить себя, что мне показалось, и здесь никого нет. Ведь даже если бы это была Линз, она не стала бы так со мной шутить, просто сразу бы убила, без всяких этих трюков из кустов. А больше меня никто не собирался убивать. Вроде бы. Я медленно и осторожно приоткрыл глаза – ничего не изменилось. Я открыл их полностью, напряженно вслушиваясь в мертвую тишину кладбища. Это было очень плохая идея, припереться сюда среди ночи, очень плохая… Никогда не буду больше пить, если выберусь отсюда. Я медленно шагнул вперед, и как можно медленнее протянул руку к сумке. Я был готов отдернуть ее в любой момент, но все еще ничего не происходило. Я резко схватил свою сумку, моментально отступая назад, и тяжело выдохнул. Так ничего и не произошло, сумка была у меня в руках, можно было беспрепятственно свалить уже с этого кладбища, и плевать на этого Айеро. Я развернулся и сделал пару шагов в обратном направлении, пытаясь убедить себя в том, что ощущение чьего-то взгляда за спиной – мое разыгравшееся воображение. Я возвращался обратно, но к собственному удивлению, время словно шло медленнее, я все еще не добрался до выхода. Я четко помнил, что шел до злосчастной скамейки не больше двадцати минут, а сейчас как будто бы прошло несколько часов, а я все еще видел лишь памятники перед собой. Я остановился на пару секунд, утешая себя тем, что был пьян, пока шел сюда, поэтому мне и кажется сейчас, что я иду дольше, чем нужно. Спустя еще несколько сотен метров мне показалось, что вот этот самый памятник я уже видел. Я усмехнулся, подумав о том, что даже в оригинальных памятниках люди повторяются. Ощущение взгляда в спину никуда не прошло. Спустя еще полкилометра я начал серьезно сомневаться в том, что шел правильно. Я уже давно должен был дойти до выхода, но казалось, словно я наоборот уходил в самую глубину кладбища. Памятники становились все старее, и вдруг неожиданная догадка пробрала меня холодом до мозга костей – вот уже час, как я нахожусь в гробовой тишине. Ни единого порыва ветра, ни единого звука от хрустящих осенних листьев. Только ровное свечение луны, я, и старые могилы. И еще тот взгляд в спину. Мне стало очень жутко. Я пожалел, что взял с собой только одну бутылку виски. Остановившись, и как-то беспомощно окинув взглядом все эти незнакомые мне памятники, я повернулся вокруг собственной оси, надеясь определить правильное направление движения к выходу. Вокруг были лишь мраморные надгробия, я был как будто в самом центре кладбища. Как будто в самом центре мертвой тишины. Неожиданно я понял, что ощущение чьего-то наблюдения исчезло. От этого осознания мне стало немного легче дышать. Неожиданно взгляд зацепился за совсем недавнее надгробие, стоявшее совсем рядом, и мне почему-то захотелось подойти поближе. Могила была совсем свежая, я сразу это увидел. Подняв взгляд выше, к выгравированным буквам, я прочитал имя: «Фрэнк Айеро». Я потрясенно выдохнул, и снова огляделся вокруг. Вновь налетел тихий ночной ветерок, и я неожиданно понял, где находился. Теперь я абсолютно точно знал, как отсюда выйти. Повернувшись обратно к надгробию, я подошел немного ближе, грустно проводя пальцами по выгравированной надписи. - Мне никак не верится, что ты там, на шесть футов внизу… - Прошептал я. Мне казалось, что раз я все-таки нашел могилу Фрэнки, хотя искал выход, мне нужно объяснить ему кое-что. То, что в первую очередь я должен объяснить самому себе. - Знаешь, когда ты появился в моей жизни, я… я даже не думал, что ты также исчезнешь из нее. Вся эта неожиданная история, эти колдуны, вампиры, оборотни, ведьмы… Ты был единственным человеком, который связывал меня с этим миром, этим миром, в который я всегда верил, всегда хотел попасть… Конечно, не так, - я грустно усмехнулся, - не так, чтобы меня хотела убить ведьма, и вместо этого убила бы тебя. Я просто должен сказать тебе, что мне очень жаль, ведь это по идее, должна быть моя могила. Снова налетел ветер, я обхватил себя руками. Те чувства, которые я старательно заливал алкоголем всю эту неделю, вполне законно сейчас завладевали мной – и я ничего не мог поделать. - Прости меня, Фрэнк. Я с самого начала подставил тебя, наверно. Я не знаю, зачем ты так поступил, зачем вроде бы спас меня… я не знаю, как относиться к тебе. Ты не был мне другом, ты просто появился в моей жизни, и зачем-то вел себя так, что теперь лежишь в гробу, под этой ледяной землей… У меня неожиданно сорвался голос. Я глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, вновь прикасаясь к холодному камню слегка задрожавшей рукой. - Мы не были друзьями, потому что не успели ими стать. Но я очень хотел бы узнать тебя ближе, знаешь, Фрэнки… тогда, мне стыдно за некоторые свои поступки, но меня почему-то очень сильно тянуло к тебе, я думал, это твоя приворотная магия, но меня тянет до сих пор – не то чтобы мне хочется разрыть твою могилу и лечь рядом, - я судорожно сглотнул, понимая, что начинаю нести какой-то бред, - черт, нет… я не знаю, как это объяснить, ты мне просто очень нравился, Фрэнк… и сейчас, я хотел бы наверно отомстить Линз за то, что ты там, а я здесь, и знаешь, я сделаю это. Я скучаю по тебе, Фрэнк. - Ты меня чуть было расплакаться не заставил… Меня словно бы парализовало. Голос за моей спиной был очень и очень знаком, и я поспешно отдернул руку от выгравированного имени. О нет, какой же я дебил… - Это действительно было очень мило… Я думал, ты совсем не придешь. Я ждал этих слов от тебя на своих похоронах, но тебя что-то не было на них… Голос приближался, а я мысленно проклинал себя и свою откровенность. Что он теперь будет думать обо мне, да и вообще, подождите… - Это невозможно… - Охрипшим голосом произнес я. – Ты ведь умер, я сам видел… - Может быть, ты развернешься? – Я практически видел его выражение лица, с которым он это говорил. Я медленно повернулся, мысленно готовясь ко всему. - Фрэнк… - Я широко раскрытыми глазами смотрел на него. Он нисколько не изменился. Вообще. Я думал, он станет каким-нибудь призраком, мало ли, но нет. Даже шмотки те же. И пирсинг. Я задержал взгляд на блестевшем колечке, и Фрэнк обворожительно улыбнулся. И я неожиданно вскрикнул. Потому что увидел идеально ровные, белоснежные клыки. - Черт тебя дери, Айеро, ты вампир?! – Я неосознанно шагнул назад, пока не уперся спиной в холод памятника. Черт, его памятника, но это было не так уж и важно. Улыбка с лица Айеро исчезла, и он опустил взгляд в землю. Я не сводил с него глаз, как вдруг он запрокинул голову и начал смеяться. - Джи, ты что, так и не понял этого? – Фрэнк с трудом успокоился, весело смотря на меня своими зелеными глазами. Но тут же помрачнел. – Да, я вампир, я «бессмертный», и я здесь, типа живой. Это кстати, шестая по счету моя «смерть», и седьмая моя могила. Он снова широко улыбнулся, и его клыки сверкнули в лунном свете. - Так значит ты вампир? – Еле произнес я, лихорадочно соображая. – Значит, тогда, в машине, ты действительно хотел меня укусить и выпить всю мою кровь? Айеро мрачно кивнул. - Я хотел, чтобы ты догадался, и защитил меня от этого желания. Это мое проклятие, Джи. Эта как чужая сущность внутри тебя, я пытаюсь ее контролировать, но иногда она получает свое… Я вспомнил ледяные пальцы, темно-карие глаза, и холодок пробежался по моей коже. Сейчас Айеро был абсолютно обычным, таким, каким я его и знал – с зелеными глазами, и я был уверен, с теплыми пальцами, и вообще, кожей… Я поспешно закрыл глаза, пытаясь прогнать ненужные сейчас мысли. - Черт, какой я тупой… Я даже и не думал, что ты вампир, черт… - Я негромко рассмеялся, но тут же внимательно взглянул на Айеро. – Подожди, а тогда, когда я сидел на скамейке, это был ты? - На какой скамейке? – С искренним любопытством переспросил Фрэнк. - Ну тогда, я только пришел сюда, там была скамейка… Я присел, и знаешь, - я запустил пальцы в челку, пытаясь адекватно выразить терзавший меня испуг, - почувствовал ледяные пальцы на горле, я испугался… - Пальцы? На горле? – Фрэнк заинтересованно переспрашивал меня, подходя все ближе. - Да, знаешь, там были заросли, я решил, что мне… показалось. – Я замолчал, чувствуя себя идиотом. Фрэнк был совсем рядом. - Не думаю, что это был я, давай проверим… - Он прикоснулся пальцами к моей шее, заставив легкую дрожь пробежать по моему телу. – Как, похоже? - Там были две руки, и они хотели меня придушить… - Как-то жалобно произнес я, не понимая, чего добивается Айеро. Не желая понимать. - Вот так? – Я чувствовал его теплые пальцы на собственном горле, и безумно боялся, что он почувствует бешеную пульсацию каких-нибудь артерий… Потому что мое сердце слишком активно перекачивало сейчас кровь, я не знал, почему. - Да… Это был не ты. – Прошептал я, не отводя взгляда от зеленых глаз. Какого черта? - Вот видишь… - Фрэнк мягко улыбнулся, зрачки его глаз были очень сильно расширены, так, что я терялся в этой черноте… Я закрыл глаза. - Прекрати меня привораживать… - Еле слышно прошептал я. Я должен этому противостоять, это все какие-то магические штучки… Я чувствовал, что Айеро подошел еще ближе, почти прижавшись ко мне, его пальцы скользнули ниже, мне на плечи. Я ведь хотел этого, действительно хотел… - О чем ты? – Легкий хриплый шепот, пробравший меня до новой волны дрожи. Совсем близко, у самых губ, я больше не помню, о чем думал мгновенья назад. - Я скучал, Джи… Знаешь, у меня из головы все не шли те твои слова… - Это все твой приворот… - Выдохнул я, из последних сил сопротивляясь наваждению. - Нет никакого приворота… - Я ловил его слова приоткрытыми губами, мне уже было плевать, есть приворот или нет, я хотел только целовать эти мягкие губы, чувствовать дрожь его тела, когда я прижимаю его к себе за талию, и чувствовать в ответ, как его пальцы зарываются в мои волосы… я проникал языком внутрь его рта, проводя им по его клыкам, заставляя его невнятно стонать, и я еще никогда не чувствовал себя так хорошо, так знакомо, как будто это все было множество раз, иначе откуда я знал, откуда он знал, какое наслаждение мог принести всего лишь поцелуй? Я больше не чувствовал себя каким-то смертным, внезапно познакомившимся с вампиром – я чувствовал себя намного старше, чувствовал себя так, словно мне принадлежал этот самый человек, который был сейчас в моих руках, который стонал сейчас в мои губы, задыхаясь от того, что происходило сейчас между нами. И я чувствовал, что он мой, и я знал, что он хотел этого сам, хотел так сильно, что я дрожал от одной мысли об этом. Почувствовав, как он прикусил мою нижнюю губу, я больше не смог держаться на ногах, скользя спиной по ледяному мрамору, и Фрэнк отступил на шаг, смотря на меня блестящими глазами. Я смотрел на него снизу вверх, пытаясь понять хоть что-то из того, что сейчас было. Это определенно был самый странный, но до безумия знакомый поцелуй в моей жизни. - Как будто… Как будто это все уже когда-то было… - Сорвавшимся голосом прошептал я. Фрэнк закрыл глаза, облизнув губы. Он явно собирался с мыслями, чтобы суметь что-то ответить, а я думал только о его языке, пусть его уже давно и не было видно. Я определенно сошел с ума. Но я был так счастлив, что я не потерял Айеро. - Я должен кое-что тебе показать, Джи… Фрэнк протянул мне руку, я поднялся на ноги, пытаясь привести в норму собственное сердцебиение и осознать, что теперь дальше… Потому что то, что происходит, я объяснить уже и не пытался. - Я хотел, чтобы это все получилось немного по-другому, но раз уж получилось так… - Фрэнк пытался рассмеяться, но звук его голоса утонул в мраморном безмолвии кладбища. Ничего не понимая, я шел за Айеро среди могил. Фрэнк остановился возле одного, сильно запущенного покосившегося надгробия. Как он вообще нашел его, наполовину заросшего травой? - Ну и что ты хочешь мне этим показать? – Недоуменно спросил я, не сумев даже разобрать цифр на надгробии, не то что имени. - Я решил показать тебе свою коллекцию… - Язвительно ответил Фрэнк. – Ты ведь еще не забыл, что я вампир, который своими миленькими белыми клыками выпивает чужие жизни? Мне стало немного не по себе от его слов. Собственно, я даже и не думал об этом, ведь его клыки были такие… Черт, я не должен думать об этом. А Фрэнк между тем протянул руку к заросшей могиле, словно что-то показывая мне такого, чего я не смог там увидеть. - Это одна из моих первых жертв. – Грустно произнес он. – Знаешь, я ведь помню каждого, чью кровь когда-либо пил. - Круто. А кто был первой? – С трудом произнес я. Мне уже хотелось развернуть его, и снова почувствовать тот притягательный холод его заостренных клыков, и даже зайти дальше… Я прикусил нижнюю губу, но кажется, вампирская ностальгия у Айеро только началась. Хотя, любопытство уже начинало брать свое, я чувствовал помимо желания еще и его... Фрэнк бросил на меня быстрый, пронзительный взгляд. - Ты еще успеешь это узнать, Джи… Пойдем, я хочу показать тебе всех. Я пожал плечами, и мы снова продолжили идти сквозь ряды могил. Я бессознательно искал взглядом наиболее подходящий памятник для того, чтобы можно было прижать к нему Айеро и… Звук его голоса оторвал меня от планирования, а точнее, фантазий того, что должно быть за этим самым «и»… - Все дело в том, - продолжал Фрэнк, - что наиболее вкусной кровь становится от выброса в нее эндорфинов. А эндорфины вырабатываются только в том случае, если твоя потенциальная жертва в тебя влюблена, понимаешь, Джи? Не знаю почему, но я не могу влюбить в себя человека, не влюбившись самому. Это достаточно грустно, когда каждый твой роман завершается одинаково… Но мы, вампиры, обречены на одиночество… И на вечные воспоминания неудавшихся отношений. Фрэнк грустно вздохнул. Я был потрясен до глубины души. Какие эндорфины, какие влюбленности? Сердце испуганно билось в груди, когда я постепенно осознавал, что и сам влюбился в Айеро, и это был не приворот. Может, поэтому он и спас меня от Линдси? Чтобы убить самому? Он только что сказал, что его чувства к «потенциальной жертве» всегда были взаимны… Мысленно поздравив себя с влюбленностью неудачника номер один и вручив самому себе за это едва ли не ценный приз, я медленно плелся за Фрэнком. Черт, неужели он и правда только за этим и спас меня? А я уже понапридумывал себе херни… Желание впечатать его в ближайший памятник исчезло напрочь. - Конечно, не все вампиры влюбляют в себя своих жертв… - Продолжил свой увлекательный рассказ Айеро, грустно созерцая очередное, более целое надгробие. – Некоторым больше нравится добавка адреналина, когда они внезапно выскакивают откуда-нибудь и, перепугав человека, наслаждаются подобным вкусом крови. Это практически не оставляет чувства вины, помогает меньше страдать от воспоминаний, но я всегда был против насилия… Знаешь, с этой девушкой я встречался всего две недели, это был чудный восемнадцатый век, и ее кровь была с неплохим аристократским привкусом… Айеро мечтательно вздохнул. - Да, те времена были периодом чистых кровей… Но и в некоторых смесях присутствует иногда что-то очень оригинальное, в любом случае, эндорфины любую, даже самую плохонькую кровь, очень сильно меняют в лучшую сторону, чего не скажешь про адреналин. На него очень быстро подсаживаешься, тебе становится нужно все больше и больше, это своего рода наркотик… В принципе, любая кровь действует чуть ли не как наркотик, но эндорфины дольше действуют, не приходится слишком часто убивать. - И как часто ты убивал? – Надтреснутым голосом спросил я. Вот этого я точно о вампирах не знал. И лучше бы не знал и дальше. Фрэнк задумчиво взглянул на ночное небо. - Я даже не задумывался над этим. Может, раз в год. Влюбленность такая вещь, она очень быстро проходит… Не дольше года, да, в крайнем случае, полтора. Быстро влюбляешься, пару месяцев отношений, затем – то, что ты видишь, и где-то чуть меньше трех месяцев страданий от разбитого сердца и все начинается заново… Я молча уставился на надгробие. - Пойдем дальше… - Улыбнулся Фрэнк, осторожно прикоснувшись к моей руке. Я слегка вздрогнул от его прикосновения. - Вот это, это был самый забавный «роман» в моей жизни… - Айеро весело рассмеялся, остановившись у очередной могилы. Я вздрогнул, разобрав цифры. - Ей же было всего 16 лет… - Прошептал я. - Да, именно так… - Фрэнк запустил руку в волосы, продолжая улыбаться. Я не мог отвести взгляда от его белоснежных клыков, так мило мерцавших сейчас в лунном свете. - Я тогда был кем-то из разряда бродячих артистов… Бессмертие достаточно скучная вещь, чего только не попробуешь… Помню, это был Хэллоуин, и я с другими артистами отправился развлекать каких-то людей на вечеринке. Я всегда любил этот праздник, когда можно быть собой и никто не мог этого понять… А эта девчушка обозвала меня коротышкой и усомнилась в подлинности моих клыков. Более того, она не верила в вампиров… Я не мог позволить ей оставаться в подобном заблуждении. Глаза Фрэнка ярко сверкнули карим цветом, он начал улыбаться как-то хищно. - Это был единственный раз, когда я попробовал кровь, смешанную с адреналином и эндорфинами одновременно. И да, это был самый короткий роман в моей жизни. И Фрэнк отправился дальше. Я задержал взгляд на цифрах и едва удержался от того, чтобы не перекреститься. - А этот паренек был слишком любознательным, почти как ты… - И Фрэнк задумчиво взглянул на меня. Я резко побледнел. Кажется, мы заканчиваем уже этот увлекательный обход. - Знаешь, я не хотел его убивать… - Фрэнк отвернулся, бережно проводя пальцами по выгравированному имени. – Но он был так сильно в меня влюблен, я просто не смог удержаться… Хотя просил его уехать от меня как можно дальше… Наверно, это была самая сильная моя влюбленность, когда не я нашел жертву, а она сама влюбилась в меня… Наверное, именно поэтому я до сих пор виню себя, вспоминая именно его чаще других. Мне неожиданно стало жаль Фрэнка в этом свете скрывшейся за облаками луны. Я подумал, что он совершенно не был виноват во всем этом… Он просто был таким по своей природе, и он ничего не мог изменить… И он так искренне переживал за каждую свою «жертву», что я невольно почувствовал что-то вроде ревности. Я уже не отрицал, что действительно влюбился в Айеро, но увы, чем больше я о нем узнавал, пусть и такое ужасное, тем больше я влюблялся в него. - Ты так сильно любил этого… парня? – Осторожно спросил я, вырывая Фрэнка из его воспоминаний. Он взглянул на меня замутившимися глазами. - Я никого из них не любил. Я был влюблен. Это разные вещи, Джи. И я помню о них всех, но это не ранит меня слишком сильно, понимаешь… Я ничего не понял, но не стал этого говорить. Вскоре мы были уже возле совсем нового надгробия. - Вот эта девушка, она очень и очень любила меня, знаешь… Я ничего к ней не чувствовал, совсем, может, только жалость… Но она постоянно была рядом со мной, она ничего не понимала. Не понимала, что я не был в нее даже влюблен. Это был первый раз, когда я пил кровь с огромным количеством эндорфинов и ничего не чувствовал. Вообще, ничего. - Так а зачем ты ее убил? – Тихо спросил я. Фотография грустно улыбавшейся девушки освещалась мягким лунным светом. Айеро пожал плечами. - Не знаю. Я хотел, чтобы она умерла счастливой, она была этого достойна. Если бы я мог, может быть, я даже бы полюбил ее. - Так почему ты не… - Фрэнк странно взглянул на меня и я осекся. – Так ты все-таки кого-то любил? Фрэнк молча отвернулся и медленно отошел прочь от могилы. Налетевший осенний ветер заставил меня поежиться от холода, и я поспешил пойти за почти потерявшимся в тени Айеро. Наверно, лучше было не спрашивать Фрэнка об этом, врожденное чувство такта велело мне переменить тему разговора. - Слушай, а как ты вообще стал вампиром? Тишина. Я остановился на секунду, но затем снова решил попробовать разговорить Фрэнка. - Зачем ты вообще мне всех их показал? Айеро молча шел впереди, убрав руки в карманы. Я возвел глаза к небу. Раз он молчит, значит точно сейчас меня убьет, как и всех этих его «экспонатов»… - Почему ты тогда не убил и меня, только сразу, ты ведь понял, что… Фрэнк неожиданно остановился, и я налетел на него. - Прости… - Чуть слышно шепнул я, внезапно оказавшись снова так близко от него, замерев от того, какими грустными были его каре-зеленые глаза. Я не хотел снова оказаться дальше, как был. Да плевать мне, что он хочет меня убить. Уж лучше он, чем Линз. - Почему ты все еще не убежал отсюда с криками? – Прошептал Айеро. – Неужели ты совсем не испуган тем, какое я чудовище? - Я не знаю, просто… Я не считаю тебя таким ужасным, ты не виноват в этом всем… Фрэнк ядовито улыбнулся, опуская голову вниз. - Я сам был бы не против умереть… так. Знаешь, умереть придется все равно, мне кажется, им вообще всем повезло… Фрэнк внимательно посмотрел на меня, и я видел в его глазах отражение вновь появившейся на небе луны. Я с замиранием ждал его ответа, но он молчал. - Возможно, твое мнение изменится после того, как я скажу тебе, что и хотел сказать… Он протянул руку по направлению к совершенно разбитому временем надгробию. Я заинтригованно взглянул на него и подошел к могиле ближе, пытаясь рассмотреть выгравированное имя. - Здесь и моя самая первая жертва, и ответ на все твои предыдущие вопросы. Ничего не понимая, я пытался рассмотреть имя. Непонятное чувство переполняло меня, я протянул руку, чтобы попробовать стереть с надгробия несуществующую пыль. Неожиданно снова налетел ветер, вырывая луну из набежавших облаков, надпись четко проступила под ярким лунным светом и я вскрикнул, отдергивая руку. - Ч-что это значит? – Запинаясь, спросил я. – Почему здесь мое имя? Я обернулся на Фрэнка. - Как такое может быть? – Сердце снова быстро стучало, напоминая мне, что я жив как никто другой, и то, что это была моя собственная могила, казалась на фоне этого стука еще более абсурдной. - Это какой-то однофамилец? Или глупая шутка? – Фрэнк по-прежнему молчал. - Почему ты молчишь? Я не понимаю, Фрэнк… Что это значит? Я шагнул ближе к нему, вспоминая свои предыдущие вопросы. - Я был твоей первой жертвой? И я был причиной того, что ты теперь вампир? И я был тем самым человеком… Я не смог договорить, задохнувшись от волнения. Фрэнк взглянул на меня из-под своей челки. - Да, Джи. Ты тот самый человек. Ты был вампиром, Джи. А я тебя любил, и хотел, чтобы ты обратил меня. Ты отказывался, но я… настоял на своем. – Фрэнк снова смотрел себе под ноги, шумно вздохнув. Больше это напомнило мне всхлип, но я не мог сдвинуться с места, весь обратившись в слух. - Я не помню, как это случилось. Я пришел в себя в доме у Линз. Я стал вампиром, как и хотел, но тебя нигде не было… Линз рассказала мне, что я убил тебя, когда обратился, что такое бывает, когда простой человек пытается изменить предначертанное свыше. Я осуществил мечту, но потерял самого дорогого мне человека... Линз сказала мне, что меня ждет высший суд, я был испуган, растерян… Она сказала, что может спасти меня, если я никому ничего не расскажу. Но за ее молчание я должен буду служить ей. Она как раз только открывала свой клуб, только становилась значимой ведьмой. Я немало поспособствовал ей в этом. Все это время я помнил тебя, и убийства этих людей, их кровь никак не могла затушить тот адский огонь, поселившийся внутри меня… И неожиданно, сейчас, я снова встретил тебя. Это как знак свыше, не знаю, как мне могли дать этот шанс на прощение, но каждый достоин второго шанса, хоть я и не верил в это… Ты вернулся, Джи. Может, ты и не веришь в прошлые жизни, но они никуда не исчезают от этого. Я пораженно смотрел на Фрэнка, когда он рассказывал все это. Так вот откуда все эти дежавю, и эта моя тяга к Айеро, раз мы любили друг друга, когда я был еще на своем месте… Все это многое объясняло… Я опустился на землю, закрывая лицо руками. Неожиданно сильно заболела голова. - Линз сказала, что ты вернулся, чтобы отомстить. Что ты все вспомнишь, и до этого я должен снова убить тебя, если не хочу вечно гореть в Аду. Я взглянул на Фрэнка сквозь пальцы. Он был чертовски бледен. Интересно, он все-таки притащил меня на собственную могилу для особого ритуала моего убийства? Славненько. - Но я отказался, Джи. Я решил, что лучше пусть ты все вспомнишь, и пусть я буду наказан. На мне твоя кровь, Джи. Я не могу убить тебя еще раз. - Ты думаешь, я смогу убить тебя? – Глухо спросил я, снова пряча лицо в ладонях. - Ты совсем ничего не помнишь, Джи? – Голос Фрэнка словно долетал откуда-то издалека. - Подожди, у меня возник еще один вопрос… - Я лихорадочно соображал. – Зачем меня убивать Линз, если она тут совершенно ни при чем? Во всем этом был замешан ты, и если она так хотела убить меня, вряд ли она так заботилась о тебе… Я резко поднялся с земли, и все замелькало перед глазами. Я покачнулся, но Фрэнк подхватил меня, встревожено глядя на меня. - Я не знаю… - Тихо сказал он. - Скорее всего, она сама замешана в этом… - Интуиция подсказывала мне это, а откуда еще может идти интуиция, как не из опыта прошлых жизней? – Ты говоришь, что не помнишь, что происходило в момент твоего обращения? Фрэнк удивленно покачал головой. - Все со слов Линз, я верил ей… - Прошептал он. – Зачем ей врать? Я молча смотрел на Фрэнки, закусив нижнюю губу, отчаянно соображая. Что-то было не то во всей этой ситуации, я ясно это чувствовал… - Здесь что-то не то, - наконец произнес я.