Бисексуалы из высшего общества или проблемы благородных господ

Убийство — всегда промах. Никогда не следует делать того о чём нельзя поболтать с людьми после обеда.

© Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея

Россійская имперія. Петроградъ.

Французская набережная. Аристократическій публичный домъ «Ройяль».

12 (25) октября 1916 года

13:00

***

— Сэр, вам кого надо? — с любопытством поинтересовалась 27-летняя графиня Екатерина Владимировна Ламздорф, вдовствующая княгиня Волконская и Светлейшая княгиня Романовская-Николаевская, подойдя к британскому послу, сидящему на фиолетовом бархатном диване в обстановке кричащей роскоши элитного борделя «Ройяль». — Екатерина Владимировна, мне бы Милану, если та ничем важным не занята, а пока мы ждём информации нет, например, что касается загадочного взрыва линкора «Императрица Мария» в севастопольской гавани? — вежливо попросил посол Великобритании в Российской империи сэр Джордж Уильям Бьюкенен, созерцая роскошную обстановку дворца разврата. Первое, что ударило ему в нос — это густой аромат восточных благовоний, дорогого парфюма и воска от красных свечей, поэтому запах смешанный и дурманящий. За столиками на бархатных диванах сидят солидные господа в костюмах, беседуя и улыбаясь элитным проституткам, которые не выглядели падшими и их лица были чистыми без следов грубой косметики, а наряды дорогие и откровенные, но не походили на тряпьё дешёвых жриц любви. Из дневника директора Императорских театров Владимира Теляковского от 12 (25) октября 1916 года: «Сегодня в городе распространился слух, что Сухомлинова из крепости выпустили и что он теперь будет жить на своей квартире под домашним арестом. В связи с этим говорят уходит министр юстиции Макаров и на его место назначается Трегубов. Плохие известия с фронта Добруджи, взятие Констанцы производит удручающее впечатление. Пришло также известие о гибели дредноута «Мария», который взорван самовозгоранием пороха и погиб, стоя в бухте». — У Миланы сегодня выходной, если же вас интересует только массаж спины и шеи и ничего более, то я могу вам порекомендовать мисс Хелен она ваша соотечественница, но прекрасно владеет русским языком, что касается шпионажа, то новой информации пока не поступало! Ну, только, что Кайзер Вильгельм II хочет видеть внебрачную дочь, принцессу Вильгельмину королевой Польши и впоследствии, когда она достигнет детородного возраста желает подобрать достойного жениха, принца-консорта из германских принцев. Вы же не думаете, что германские секреты стоят так дёшево? — радостным голосом воскликнула бордель-мадам и графиня Екатерина Владимировна Ламздорф в элегантном зелёном платье из шёлка. — Ну, давайте её, — согласился господин посол. — Джордж, возможно, вы захотите воспользоваться моими очаровательными сотрудницами по их прямому назначению? Возможно, я подберу спутницу на вечер? У меня имеются француженки, итальянки, испанки, англичанки и русские, если вас интересуют восточные красавицы, то имеются японки, китаянки и грузинские «княжны» во всём своём колорите! — сладострастно шептала либеральная журналистка, актриса Александринского театра, владелица и главный редактор светского журнала «Стиль империи», писательница, фрейлина Великой княгини Марии Павловны-старшей и фехтмейстер 27-летняя графиня Екатерина Владимировна Ламздорф, вдовствующая княгиня Волконская, урождённая графиня Катарина Луиза Доротея Кристина Шарлотта Ламздорф. — Екатерина Владимировна, я в этом не нуждаюсь, а этот интернациональный выводок оставьте для своего фиктивного супруга Великого князя Бориса Владимировича, так что там с мисс Хелен? — остроумно подметил посол Великобритании в России сэр Джордж Уильям Бьюкенен, а курляндская графиня Катарина Луиза Доротея Кристина Шарлотта Ламздорф театрально прижала ладони к груди, а затем ледяная блондинка окликнула в толпе элегантных куртизанок в обществе хозяев жизни мисс Хелен и позвала её, а посол Великобритании сэр Джордж Уильям Бьюкенен увидел красивую блондинку в бело-серебристом платье с глубоким декольте и жемчужном колье на тонкой шее. Как вспоминал граф Эммануил Беннигсен: «Совершенно отрицательным было отношение к двум старшим сыновьям Владимира Александровича Борису и Кириллу (будущему императору эмиграции). В сущности они были люди безвредные, но не умные и слабовольные. Борису с основанием ставили в укор выходки под влиянием алкоголя и особенно его добрых приятелей вроде, например того, что, раздев в отдельном кабинете ресторана «Медведь» какую-то девицу лёгкого поведения они с компанией выпустили её голую в общий зал или того, что поздно ночью он по телефону поднял из кровати Победоносцева, чтобы справиться о его здоровье за что и получил нагоняй от Николая II. В эмиграции уже женатый он был под влиянием жены и вёл вполне степенный образ жизни. Кирилл, женившийся ещё до войны на своей двоюродной сестре, английской принцессе Виктории, разведённой им с принцем Гессенским, братом Александры Фёдоровны остепенился ещё раньше. Эта принцесса не менее властная, чем её сестра, румынская королева Мария взяла его вполне в руки и ей приписывали объявление им себя в эмиграции императором». — Это наш господин посол сэр Джордж, — представила графиня Ламздорф. — Хелен, сколько вам лет? — ухмыльнулся седовласый дипломат с бокалом шампанского. — Двадцать, — с самозабвенной улыбкой отвечает дама лёгкого поведения, улыбаясь седовласому джентльмену.

***

— Хелен, хотел бы спросить ты никого в последнее время в этом роскошном дворце разврата не замечала? — расслабленным тоном спросил посол Великобритании сэр Джордж Бьюкенен, возлежа в кровати в восьмом номере с русской проституткой английского происхождения после сеанса массажа спины и шеи. — Сэр, вроде нет, — с задумчивостью ответила на русском элитная проститутка мисс Хелен, обнимая седовласого джентльмена. — Хелен, способа воздействия разные, но часто так случается, что язык не держат за зубами даже самые преданные и правильные, а у девиц лёгкого поведения очень хорошая память ведь не даром из покон веков элитные бордели являлись гнездом шпионажа, чтобы присматривать за аристократией в самый пикантный момент и третьесортные были так по мелочи. Давай я буду тебе каждую неделю платить по 100 фунтов стерлингов за любую информацию о происходящем в этой обители порока под предводительством бордель-мадам, морганатической жены Великого князя Бориса Владимировича графини Екатерины Ламздорф, но естественно меня пикантные подробности деятельности ваших коллег не интересуют, — рассуждает британский дипломат и посол в России сэр Джордж Уильям Бьюкенен. — Сэр Джордж, я согласна! — согласилась жрица любви.

***

Россійская имперія. Петроградъ.

Кіев. Маріи́нскій дворецъ.

17:00

***

— Дорогие мои, но это дело больше не может продолжаться эта гессенская муха Алис и её сибирский мужик ведут нашу страну к гибели, а мой бедный Ники ничего не замечает, если бы на его месте был мой Саша он бы не допустил такого безобразия, — со слезами на глазах говорила вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, урождённая принцесса Мария София Фредерика Дагмар Датская во время чаепития в Мариинском дворце Киева со своим зятем Великим князем Александром Михайловичем, внучкой, княгиней Ириной Юсуповой и её морганатическим мужем, князем Феликсом Юсуповым. Как вспоминал посол Франции Морис Палеолог 11 (24) октября 1916 года: «Вопреки предвидениям Трепова экономическое положение не только не улучшается, а ухудшается. По словам одного из моих осведомителей, обошедшего вчера промышленные кварталы Галерной и Нарвской народ страдает и озлобляется. Открыто обвиняют министров в том, что они поддерживают голод, чтобы вызвать волнение и иметь предлог к расправе против социалистических организаций. На фабриках по рукам ходят брошюры, подстрекающие рабочих устраивать забастовки и требовать заключения мира, Откуда эти брошюры? Никто этого не знает. Одни полагают, что они распространяются германскими агентами, а другие полагают Охранкой везде повторяют, что так продолжаться не может большевики или экстремисты волнуются организуют совещания в казармах заявляют, что близится великий день пролетариата. Я спрашиваю моего осведомителя, который умён, достаточно честен и вращается в либеральных кругах: «Думаете ли вы, что можно здраво рассуждая приписать этакому Штюрмеру или Протопопову макиавеллистическое намерение поддерживать голод с целью вызвать волнение и сделать невозможным, таким образом, продолжение войны?». Он отвечает мне: «Господин посол в этом состоит вся история России со времён Петра Великого и знаменитой тайной канцелярии именно полиция провоцировала всегда народные волнения, чтобы приписать себе затем честь спасения режима, если продолжение войны будет угрожать опасностью царизму будьте уверены, что Штюрмер и Протопопов прибегнут к классическим приёмам охранки». 25 октября 1916 года: «Третьего дня австро-болгары взяли Констанцу мы не только теряем правый берег Дуная и возможность дальнейшего вступления к Балканам мы теряем и дунайскую дельту, а значит и самую прямую дорогу из Южной России в Румынию из Одессы в Галац. Снабжение русской и румынской армий станет скоро неразрешимой задачей. Ко мне пришёл Диаманди и он в отчаянии: «Я трачу всю свою энергию на то, чтобы добиться посылки новых русских контингентов. В Главном штабе заявляют, что можно только доложить об этом генералу Алексееву я знаю, что это значит, когда я обращаюсь к Штюрмеру он ограничивается тем, что закатывает глаза, повторяя: «Не унывайте Провидение велико и так милостиво. Так милостиво!». Это доказывает, что Штюрмер не янсенист, господин де Сен-Сир был совсем другим он обычно говорил: «Бог — ужасен! Бог — ужасен!». Из дневника посла Великобритании во Франции лорда Фрэнсиса Берти от 13 (26) октября 1916 года: «Утром видел Лансдауна. Я сказал, что не верю в возможность сепаратного мира между Россией и Германией он тоже не верит, но боится краха Румынии и последующего упадка в России он считает, что это произведёт более сильное впечатление на нейтралов, чем победы Антанты при Вердене». — Этот мужик, между прочим, пытался меня изнасиловать в уборной ресторана, когда я ждала свою подругу, — злобно сквозь зубы процедила богатая княгиня Ирина Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон и Светлейшая княгиня Романовская-Архангельская, облачённая в ярко-розовое платье из шёлка с сердцеобразным декольте. У самого Великого князя Александра Михайловича была далеко не лучшая репутация и Великий князь Александр Михайлович прославился своими романтическими похождениями и любовью к злачным местам, которые он с удовольствием посещал в России и за рубежом и посещал различные заведения и начал водить по сомнительным местам и свою юную супругу, поэтому Великая княгиня Ксения Александровна была по уши влюблена в Сандро, который её двоюродный дядя, потому безропотно позволила ему заниматься своим просвещением в плане веяний и раскрепощения. Просвещённая к тому момент Ксения в долгу не осталась и вскоре в Великокняжеском доме поселился её английский возлюбленный, мистер Фэн и так супруги и жили вчетвером и такое поведение царской дочери и Великого князя, конечно, очень возмущало и шокировала свет. Ксения и Сандро, однако, на это не обращали никакого внимания, поэтому за романтическими делами Великой княгине и Великому князю, конечно, было совершенно не до воспитания семерых детей. Скандальный образ жизни отца и матери сказывался на Великой княжне Ирине Романовой и по воспоминаниям современников чувствительной она очень переживала по поводу того как ведут себя родители, понимая, что от Ксении и Сандро толку не будет и воспитанием юной принцессы занялась бабушка, вдовствующая императрица Мария Фёдоровна. Известно, что императрица Александра Фёдоровна не слишком жаловавшая родственников мужа, но двоюродную сестру своих детей Ирину в гости приглашала часто и кроме того императрица Александра Фёдоровна не препятствовала и тому, чтобы её дочери общались с кузиной. Вдовствующая императрица Мария Фёдоровна озаботилась воспитанием внучки, но женщиной была довольно холодной, поэтому русская принцесса росла в окружении бонн и гувернанток, поэтому в результате она выросла довольно-таки надменной и жёсткой, но при этом стеснительной девушкой и в те времена стоящие ниже по положению Великой княжны люди не могли заговаривать с ней первыми и принцесса Ирина должна была начинать разговор сама, но по воспоминаниям современников часто из-за стеснения Августейшая особа этого не могла сделать и молчала, когда Великая княжна Ирина Романова подросла неожиданно для всех она влюбилась в человека, казалось бы, совершенно ей не подходящего. Избранником царской внучки стал князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, заслуживший скандальную репутацию, когда княгиня Зинаида Юсупова узнала об увлечении сына Великой княжной Ириной Романовой необыкновенно обрадовалась. Княгиня Зинаида Николаевна Юсупова считала, что чистая, но властная и при этом очень порядочная принцесса повлияет на младшего сына и в этом старая аристократка не ошиблась. — Боже, какой это ужас, — с ужасом молвила старая императрица Мария Фёдоровна, взмахнув руками, а Великий князь Александр Михайлович опустил голову в пол, оттого что её единственную дочь чуть не обесчестили. Как записал в дневник директор Императорских театров Владимир Теляковский 25 октября (7 ноября) 1916 года: «Вчера вечером у меня был Н.А. Кузминский и много говорил о настоящем положении и порядках в России. Всё идет хуже и хуже, не видно никакой надежды на улучшение. Распутин всё больше и больше забирает силу в Царском Селе и распоряжается почти открыто при назначениях. Дают деньги он пишет письма и просьбы недавно такое письмо получил начальник Главного штаба Михневич и хотел его представить по команде, но Кузминский его отговорил, ибо результата из этого не будет. Распутин открыто всем этим хвастается и все начинают это знать. Алексеев уже четыре раза подавал в отставку, ибо на каждом шагу все перемены и приказания отменяются вчера данные. Нилов и даже Воейков, пользовавшиеся влиянием убедились, что ничего нельзя сделать всё идёт довольно быстро по наклонной плоскости. То же говорит и начальник дворцовой полиции Герарди, которого видал Кузминский. Масса низших чинов бежит. Запасные батальоны здесь в Петрограде наполнены очень ненадёжным элементом и в случае беспорядков не на кого будет рассчитывать — это не прежняя гвардия. Государыня императрица принимает доклады и недавно графу Бобринскому Государь сказал, когда он приехал в Ставку, что не стоило приезжать всё бы это вы могли доложить в Царском». — Давайте не будем больше говорить об этой деревенской скотине, из-за которой императрица выгнала мою мать как собаку! — брезгливо выражался князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, приехавший в Киев из Кисловодска и сочувственно посмотрел на любимую жену. Их отношения не сложились с самого начала, так как остроумная, утончённая и интеллектуально развитая богатая княгиня Зинаида Николаевна Юсупова, считавшаяся одной из самых влиятельных женщин Российской империи с подозрением относилась к замкнутой, чрезвычайно религиозной и чопорной немке, которую император Николай II взял себе в жёны, но она могла терпимо относиться ко всем недостаткам не окажись та под влиянием Распутина, дискредитирующего царскую семью. В этом она видела угрозу русской монархии и она пыталась предостеречь императрицу Александру, но любые предостережения только обостряли их отношения. Зинаида была дочерью князя Николая Юсупова и княгини Татьяны Юсуповой, которые были чрезвычайно богаты и владели многочисленными имениями, фабриками и заводами по всей России, а также шестнадцатью роскошными дворцами в Санкт-Петербурге, Москве, Крыму, Франции, Германии и Великобритании. Будучи старшей дочерью княжна Зинаида Николаевна Юсупова унаследовала её обширные владения и несметные богатства в виде огромной коллекции ценных картин, скульптур и драгоценностей. В юности княжна Зинаида Юсупова получила прекрасное образование, славилась ослепительной красотой, острым умом и природным интеллектом. У неё было множество поклонников из разных стран Европы, а руку и сердце ей предлагали наследные принцы и члены королевских семей, включая будущего князя Болгарии принца Александра Баттенбергского, но она отвергла все предложения, считая что сама должна найти себе мужа исключительно по любви. В двадцать один год она полюбила графа Феликса Сумарокова-Эльстона, правнука короля Фридриха-Вильгельма IV и вышла за него замуж. Их брак был счастливым и долгим в их семье родилось четверо сыновей, но только двое из них Николай и Феликс дожили до взрослых лет и на рубеже веков княгиня Зинаида Николаевна Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон считалась одной из самых влиятельных женщин царской России, была первой модницей и светской львицей Санкт-Петербурга, а также известной благотворительницей, на попечении которой находилось множество детских учреждений, больниц, приютов. В высшем обществе княгиню Юсупову любили, называли Лучезарной и все, кто общался с ней говорили, что её словно окружает ореол света, от которого исходит тепло. Она обладала необычным характером и в ней невероятным образом сочеталась мягкость и доброта с твёрдостью духа и решительностью. Семья Юсуповых всегда была приближена к императорскому двору и княгиня Юсупова была глубоко предана монарху, но его женитьба на холодной и замкнутой принцессе Алисе Гессен-Дармштадтской не любившей балов и церемоний с самого начала пришлась не по душе, а сама Александра Фёдоровна таково её имя в православии казалась ей подозрительной. Между женщинами возникла взаимная неприязнь, но протокол обязывал их поддерживать видимость нормальных отношений, поэтому всё оставалось в рамках приличия до тех пор пока при дворе не появился Распутин. Этого умная и прозорливая княгиня Зинаида пережить не могла, она была слишком независимой для того, чтобы скрывать отношение к нелепой ситуации, сложившейся при дворе. Зинаида не раз предупреждала императрицу Александру и самого императора Николая II о том, что эта связь не доведёт до добра, но предупреждения проигнорированы, так как царская семья доверяла Распутину и принимала нападки на него как личное оскорбление. Вскоре император Николай II назначил старого князя Феликса Юсупова-старшего генерал-губернатором и начальником московского военного округа, а княгиня Зинаида Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон вынуждена оставить Петроград и поселиться в Москве вместе с мужем, но там обнаружила, что население больше волнуется из-за военных поражений и из-за поведения императрицы Александры Фёдоровны, находившейся под влиянием Распутина. Ходили слухи, что она имеет сильные прогерманские симпатии и может быть вовлечена в заговор против России. Ситуация достигла апогея в мае 1915 года, когда в Москве вспыхнули антигерманские беспорядки и толпа собралась на Красной площади, которая кидала камни в экипаж Великой княгини Елизаветы Фёдоровны, призывая убить Распутина, заключить императрицу в тюрьму и свергнуть императора Николая II, узнав об этом императрица Всероссийская Александра Фёдоровна пришла в ярость и считала, что это произошло из-за бездействия старого князя и потребовала, чтобы император Николай II его наказал, но император знал, что князь в этом не виноват и такие беспорядки уже проходят по всей стране и он отложил встречу с ним на полгода. Однако вскоре повторилось и он вызвал к себе супруга Зинаиды и предложил ему уйти в отставку. Князь Феликс Юсупов-старший, граф Сумароков-Эльстон был даже рад такому повороту событий, поэтому на прощание он сказал императору, что события развиваются по ожидаемому сценарию, а продолжающееся влияние Распутина вскоре может привести к трагическому финалу. — Надо что-то делать, — хмыкнула княгиня Ирина Юсупова. — Что именно? Императрица гонит всех в шею, — в недоумении говорит князь Феликс. — Я писала Аликс и та тоже шокирована таким положением дел, — посетовала вдовствующая императрица Мария Фёдоровна.

***

— Ирэн, как будем устранять из придворного Олимпа гессенскую ведьму Алис и её сибирского колдуна-болтуна? — пьяно захохотал богатый князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, обнимая жену за талию в одной из спален Марии́нского дворца в центре Киева. Во время Первой мировой войны в Мариинский дворец переехала вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, которая курировала отправку санитарных поездов и Мариинский дворец считался резиденцией для посещающих Киев членов императорской семьи до 1917 года. — Феликс, тётя Аликс тебя до сих пор недолюбливает, но в последние дни немного сбавила пыл и даже более того зауважала тебя, но явно до сих пор не забыла про то как ты закрутил роман с Дмитрием, чем поставил под угрозу брак моего троюродного брата Дмитрия и её старшей дочери Ольги, моей двоюродной сестры, а до этого бросил чуть ли не у самого алтаря её племянницу, принцессу Луизу Баттенбергскую, — остроумно подметила княгиня Ирина Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон, развернувшись к своему мужу, ответив на его поцелуй. Вместо того чтобы присесть в одно из кресел напротив стола княгиня Ирина Юсупова уселась на колени и жадно поцеловала мужа в губы. В этом не было притворной скромности или напускной сексуальности и это вышло естественно, что Феликс с удовольствием откликнулся на ласку и мужчина не отставал от принцессы, исследуя упругость её ягодиц, а затем принцесса крови попыталась поиграть с мужем руками и ртом. Её хрупкое тело было прекрасно: плавные линии, тонкая талия, обтянутая ярко-розовым шёлком элегантного платья и князь Феликс чувствовал как внутри поднимается нечто горячее, поэтому аристократ сделал шаг вперёд, не отводя глаз и поцеловал супругу царских кровей, притягивая жену к себе, а Ирэн ответила, обвив руками его шею и поцелуй был жадным, глубоким и насыщенным ожиданием. Феликс резко подхватил Высочайшую жену, поднял на руки и не прерывая поцелуй рухнул с ней на постель с головой погружаясь в ласки и забывая обо всём остальном. — Нет, принцесса Луиза Баттенбергская тут ни при чём, поскольку императрица Александра Фёдоровна крайне закрытый человек и всё что интересует в жизни это её единственный и больной сын, цесаревич Алексей, Распутин и не менее любимый муж Ники, что даже четыре дочери стоят на заднем плане и почти что единственная подруга Анна Вырубова, которая Аликс буквально в рот смотрит своими верными глазами и то удостоилась эпитета «корова» и вообще находится положении бедной приживалки у Её Величества, а тут какая-то племянница. Я жениться на принцессе Луизе не планировал, но здесь есть моя вина, вероятно, я ей, кидал протокольные светские намёки, мол, люблю, целую и готов на тебе жениться хоть прямо завтра, а принцесса Луиза Александра Мария Ирена как всякая романтическая барышня подумала, что наша почти что королевская свадьба дело уже решённое и обоюдное, оттого и пустила в британскую прессу слух об нашей помолвке, а когда запахло дело жареным я решил сделать финт ушами, мол, я не я и лошадь не моя и вообще я эту принцессу первый раз в жизни вижу, тем более моя мать, княгиня Зинаида Николаевна Юсупова выступала против брака, поскольку Луиза иностранка, происходит со стороны отца из морганатической ветви Гессен-Дармштадтского дома, откуда родом её мать, сестра императрицы Александры Фёдоровны, а Гессены тоже третий сорт на задворках Европы, возможно, для Романовых это равнородные особы, но не для моей матери и самое страшное, что она как правнучка королевы Виктории возможная носительница гемофилии. Скорее всего, императрица не любила меня из-за моего крутого характера, поскольку Аликс вызвала меня перед отъездом в Лондон и приказала, чтобы я пошёл либо на придворную службу либо в армию, а то занят не пойми чем, но я ответил, что в армию не хочу, так как не люблю кровь и насилие, а придворным не гожусь, так как люблю независимость, а когда появился на пороге император, то императрица гневно выкрикнула: «Феликс законченный революционер», но Её Императорское Величество в первое время относилась ко мне вполне доброжелательно, пожелала доброго пути и дала письмо для принцессы Виктории Гессен-Дармштадтской, принцессы Баттенбергской, — разъяснил князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, получая поздравления жених оставался в недоумении и газеты написали об официальной помолвке, когда он вовсе не собирался делать предложения. Ситуация, в которой оказался богатейший князь Феликс Юсупов была весьма щекотливой: в Лондоне была объявлена именитая помолвка принцессы Луизы Баттенбергской, двоюродной сестры королевы Испании Виктории Евгении Баттенбергской и племянницы императрицы Александры Фёдоровны с князем Феликсом Юсуповым. Новость распространялась со скоростью света и вскоре поздравления стала получать и мать удивлённого жениха, княгиня Зинаида Николаевна Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон, хотя брак с принцессой Луизой Баттенбергской мог бы сделать честь княжескому дому совсем иной союз уже планировался, а подобная шумиха ставила под угрозу все планы и мечты. Князь Феликс Юсупов был завидным женихом с тех пор как русский аристократ в сентябре 1909 года уехал в Лондон в Оксфордский университет, поэтому высший свет Лондона охотно принимал русского князя, а матушки мечтали видеть его женихом своих дочерей и покровительство аристократу оказала морганатическая ветвь Гессен-Дармштадтского дома Баттенберги это потомки фрейлины Юлии Гауке и родного брата императрицы Марии Александровны принца Александра Гессен-Дармштадтского, а принцесса Виктория Гессен-Дармштадтская, принцесса Баттенбергская включилась в игру ведь у неё была незамужняя дочь Луиза, а её вторая дочь, принцесса Алиса Баттенбергская, принцесса Греческая и Датская в будущем станет матерью принца Филиппа, супруга королевы Елизаветы II, будучи родной сестрой российской императрицы была знакома с семейством Юсуповых, потому ничего странного в её приглашениях молодого человека не было. К слову принцесса Луиза была не единственной невестой, которую желали бы навязать и чуть ранее до появления в газете нелепого объявления о помолвке едва выпутался из сетей графини Анастасии Михайловны де Торби это двоюродная сестра его будущей супруги, княгини Ирины Юсуповой, но сёстры де Торби Анастасия и Надежда были морганатическими дочерями Великого князя Михаила Михайловича от внучки Пушкина графини Софии фон Меренберг, а мать в письмах убеждала сына: «Это они, а не ты должны опровергнуть эту ложную новость», но Баттенберги ничего опровергать не торопились, напротив, решили провести лето 1912 года в России, что выглядело совершенно как поездка родственников невесты на Родину жениха для обсуждения всех деталей. Для того чтобы избежать какой-либо встречи, Юсуповы запланировали на время визита Баттенбергов поездку заграницу. Впоследствии это аукнется Феликсу, когда же речь пойдёт о его свадьбе с племянницей императора Николая II Великой княжной Ириной Романовой, поскольку пришлось выдержать объяснение с вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной и убедить её, что он никогда не имел намерений жениться на принцессе Луизе Баттенбергской и не подавал ей надежды. Леди Луиза Маунтбеттен вышла замуж за будущего короля Швеции Густава VI Адольфа, но ей не удалось заманить в свои сети богатого князя. К сожалению, для Луизы это был уже не первый неудачный проект замужества ведь ней сватался король Португалии Мануэл II, но принцесса Луиза Баттенбергская отвергла его предложение ведь была влюблена в принца Христофера Греческого и Датского и оба друга её возлюбленного Феликса ведь Луиза мечтала выйти замуж по любви и ждать ей пришлось долго. — Мне очень жаль бывшую фрейлину Анну Александровну ведь та не может похвастаться эффектной внешностью как её коллеги Натали и Анастасия, ни богатой родословной вот она верно исполняет роль комнатной собачки при императрице! — с искренней жалостью говорит богатая княгиня Ирина Александровна Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон. Её арестовали, допрашивали о связях с Распутиным и обвиняли во всевозможных пороках дома Романовых. Судьба подруги последней императрицы была незавидной к тому же императрица Александра Фёдоровна не особо желала платить своей фрейлине, считая что сама по себе дружба не должна оплачиваться, когда Анне предложили место фрейлины, то стандартные формальности, в том числе назначение денежного содержания были словно отодвинуты на задний план: для императрицы основной идеей было личное присутствие Анны при дворе, а финансы считались мелочью: «По желанию Государыни главной моей обязанностью было проводить время с больной фрейлиной, княжной Орбелиани, которая страдала прогрессивным параличом. Вследствие болезни характер у неё был очень тяжёлый и остальные придворные дамы также не отличались любезностью. Я страдала от их частых насмешек особенно они потешались над моим французским языком и я должна сознаться, что говорила я тогда очень дурно по-французски». Многие бытовые вопросы фрейлине Анне приходилось решать самой или полагаться на подачки, к примеру, подаренные императрицей украшения или платья. По сути, такую форму жалованья трудно назвать официальной, а зависимость Анны от настроения императрицы становилась всё более сильной. Многих фрейлин при дворе обвиняли в интригах и стремлении получить политическое влияние, так как Анна Александровна Вырубова в девичестве Танеева, напротив, слыла простоватой, искренней душой и именно это нравилось императрице. Более того, в своих воспоминаниях Анна сама упоминала, что в политике была не сильна, а императрица Всероссийская Александра Фёдоровна довольно замкнутая и как отмечали мучимая страхами за здоровье цесаревича искала среди придворных дам ту, что безоговорочно поддержит её, но Её Императорское Величество фактически пользовалась Анной, не заботясь о том, чтобы обеспечить подруге достойные условия жизни или хотя бы признать публично её статус. Критики добавляют, что императрица Александра продолжительное время внушала Анне Вырубовой мысль, что самоотверженность — это высшая честь, заменяющая ей жалованье и признание, когда Анна Вырубова попыталась прояснить вопрос о хоть каком-то финансовом обеспечении вокруг темы разразился тихий скандал. В придворных кругах ходили слухи, что императрица Александра недоумевает как Анна смеет просить о деньгах, когда ей позволено быть в самом сердце семейных тайн и она жила в крошечном доме в Царском Селе, который она сняла с мужем, но этот дом был холодным, так как не было фундамента и зимой дуло с пола. — Ну да сама императрица Александра ходит в бриллиантах и жемчугах и это при показной скромности, а её ближайшая подруга Вырубова как нищенка с паперти! — с театральной гримасой скорчился князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон. Юлия (Лили) фон Ден писала: «Перстни и браслеты она действительно любила и всегда носила перстень с крупной жемчужиной, а также крест, усыпанный драгоценными камнями. У Её Величества были мягкие, красивой формы руки, которые никогда не оставались без дела, а ногти она никогда не полировала, поскольку Его Величество терпеть не мог наманикюренные ногти». Николай Саблин: «Обыкновенно же Государыня носила кроме обручального кольца только один громадный жемчуг и изумруд довольно неважный, но вероятно дорогой по какой-нибудь памяти». — Это да, ведь императрица Александра Фёдоровна постоянно учит своих дочерей, моих двоюродных сестёр скромности и христианскому смирению, но это лишь ширма и Великие княжны никогда не выйдут замуж за простых офицеров ведь мать не позволит привести в дом простолюдина как это сочетается со скромностью, милосердием и набожностью императрицы мне не понять! — капризничает княгиня Ирина Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон и Светлейшая княгиня Романовская-Архангельская. — Однажды немецкая принцесса Луиза Баттенбергская пригласила меня на какое-то судебное заседание в Олд-Бейли, где мы сидели на возвышенности, оттого взирая на людей сверху я почувствовал себя королём Англии! — с гордостью постановил князь Феликс Феликсович Юсупов, граф Сумароков-Эльстон. Княгиня Зинаида Николаевна Юсупова была крайне шокирована, прочитав во французской газете поздравления с помолвкой князя Феликса и принцессы Луизы. Её недовольство сыном, узнавшим о такой новости из прессы было вполне объяснимо, но старая аристократка злилась не на Феликса, который отправился в Лондон для обучения в Оксфордском университете. Дело в том, что как только наследник княжеского рода Юсуповых прибыл в Лондон вокруг него сразу же начались матримониальные интриги ведь он был представителем богатого семейства Российской империи, а особенно активно в этой борьбе выступало семейство Баттенбергских и принцесса Виктория Гессен-Дармштадтская, принцесса Баттенбергская страстно желала выдать свою младшую дочь Луизу замуж за богатейшего князя Феликса Юсупова и принцесса Виктория была убеждена, что её семья непременно должна породниться с таким завидным женихом как Феликс Юсупов. Состояние Юсуповых было широко известно в обществе и как только Феликс приехал в Великобританию его начали осаждать многочисленные претендентки на его руку, так как матушки стремились выгодно представить своих дочерей, а английские леди хотели поймать Феликса в свои сети. Виктория активно создавала условия для того, чтобы её дочь Луиза оставалась наедине с Феликсом, но 5еизвестно преследовала ли она цель скомпрометировать его или же просто давала молодым людям возможность узнать друг друга поближе. Возможно, она надеялась, что в этой безвыходной ситуации русский князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон всё же согласится жениться на её дочери. Однако Феликс сразу же написал своей матери, которая посоветовала не реагировать на произошедшее и считать это выдумкой и по мнению княгини Зинаиды Юсуповой, опровержение должно было предоставить семейство немецкой принцессы. — Ты же завидный жених, — ласковым голосом произносит принцесса. — Моя матушка забраковала леди Викторию Марджори Гарриет Мэннерс ныне маркиза Англси, чьё фото я отправил матери, также у неё имеется младшая сестра, леди Диана Мэннерс и это дочери 8-го герцога Ратленда, но обе сёстры мне очень нравились и нашу любимую Елизавету, а первых двух, поскольку опять же иностранки хоть и британские аристократки, а Елизавета Романовна Воронцова при рождении фон дер Уолдорф вообще обедневшая балтийская дворянка, тем более бывшая проститутка и служанка, хоть и младшая сестра королевы Вюртемберга Беатрис, — рассказывает князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон. Его рука двигалась по члену, гоняя кожу вдоль ствола, поглаживая головку, поэтому глаза Феликса закрывались от удовольствия, а тело его жены напрягало поэтому княгиня Ирина Юсупова наблюдала и она потекла. Она не выдала себя, оставаясь в тени, но её возбуждение росло, смешиваясь с шоком и страхом, что он может её заметить и его тело содрогнулось от оргазма, когда горячие струи спермы вырвались, падая на живот и дубовый стол, оставляя белые пятна на поверхности. Феликс быстро взял за салфетки и стал вытирать последствия своего разврата, а княгиня Ирина Юсупова видела всё это время его член ещё твёрдый пульсировал, чувствуя как её тело горит от смеси желания и её пальцы бессознательно скользнули под панталоны, касаясь жемчужины между ног и соски русской принцессы напряглись от предвкушения, а бёдра раздвинулись, когда она легла на кровать, раскинув ноги. Её пальцы скользнули между них, касаясь клитора и принцесса крови застонала, потрахивая себя пальчиками княгиня Ирина Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон закрыла глаза, попыталась представить сцену для возбуждения, но образ огромного члена не выходил у неё из головы и пальцы ускорились, погружаясь глубже в разгорячённое лоно, а князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон стал помогать Высочайшей жене получить удовольствие, поэтому тело княгини Ирины Юсуповой выгнулось, а её чёрные волосы растеклись по подушке, когда волна оргазма накрыла принцессу, содрогнувшись от удовольствия от мастурбации, а пальцы впились в клитор, поскольку оргазм оставил принцессу разгорячённой с чувством вины и стыда, смешанным с удовлетворением и пальцы княгини Юсуповой коснулись её разбухшего клитора. — Ирэн, твоя разбухшая головка клитора очень напоминает то самое место у нашей грудастой красотки Эли́забет! — насмешливым тоном воскликнул князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, который надрачивал свой большой член, а стоны его Августейшей супруги были тихими и низкими, а текущие соки из её раскрытого влагалища оставили большую лужицу на простыне, выдав её безумства, а дыхание сбивалось пока волна оргазма не накрыла княгиню, заставляя задохнуться от удовольствия. Её пальцы, скользящие между ног касались большого клитора с такой силой, что она едва сдерживала крики, но сегодня в Мариинском дворце в центре Киева, где живёт её бабушка охватило что-то большее — это страсть, смешанная с безумием переполнила и романовская принцесса потеряла контроль и сама княгиня Ирина Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон смотрела на Феликса, наблюдая как он движется и его рука скользит по своему эрегированному члену, поэтому лицо бисексуала и аристократа искажается от удовольствия, а тем временем пальцы самой княгини Ирины погрузились глубже пока оргазм накрывал с разрушительной силой, поэтому русская принцесса выдохнула, а рядом лежащий Феликс тоже, а его мокрый пенис пульсировал, направленный на княгиню, поэтому Ирэн смотрела на него, переполненная похотью и смущением. — Как говорила, что твоя фаворитка Эли́забет Алекса́ндра учила меня и Вики эротическим навыкам сначала на резиновом фаллоимитаторе, а потом на достаточно внушительном члене своего мужа Освальда, который твой друг и любовник с оксфордских времён, но мы сдали этот своего рода экзамен на отлично! — съязвила 21-летняя княгиня Ирина Александровна Юсупова, графиня Сумарокова-Эльстон и русская принцесса порыве страсти впечаталась в него поцелуем с лёгким прикусом, который заставил его застонать в её губки, а после княгиня приподнялась и направила твёрдый член в себя и он проник глубоко с хлюпающим звуком, чувствуя её тепло и мягкость, оттого романовская принцесса застонала и начала двигаться не ритмично, а неровно раскачиваясь на нём, вызвав стон удовольствия, так как княжеский член растянул влагалище 21-летней богатой княгини, которое дважды сжималось от оргазмов от мастурбации, а теперь не растягивает толстый ствол аристократа. Феликс и Ирина были так близки друг к другу и спустя несколько десятков размашистых фрикций князь Феликс Юсупов, граф Сумароков-Эльстон выстрелил во влагалище своей любимой супруги и было много спермы, что она обильно начала вытекать из вагины при его обратном движении. Оргазм оставил их задыхающимися, обессиленными, но связанными запретным желанием.

***

Россійская имперія. Петроградъ.

Лиговскій проспектъ. Квартира Владиміра Грубина.

18:00

***

— Прошу прощения я проезжал мимо и заметил свет в окнах и я знаю, что ваша жена Алиса находится в Швеции и решил заехать к вам, — сбрасывая на ходу пальто говорил российский российский банкир еврейского происхождения Игнатий Манус и друзья прошли в одной свечой освещённую гостиную. После отъезда жены в Швецию Грубин собирался незаметно перебраться в Москву ведь там никто не знает и он хотел поселиться там где-нибудь на окраине и ждать завершения драмы, когда сможет открыто вернуться в столицу и явиться к представителям победившей Германии. Он был уверен, что начатое Германией наступление форсирует внутреннюю катастрофу России, которая станет военным поражением, но события разворачивались стремительно и вместе с тем непоследовательно и хаотично, что выбрать момент для отъезда было невероятно трудно, а покинуть пост раньше времени он не смел. Однако все связи уже оборваны и оставлены до последнего момента только две: Манус и Бурдуков и с последним все просто с ним нельзя рвать прежде времени только потому, что он от страха и для спасения может попросту предать. С Манусом всё гораздо сложнее и этот сильный человек, поверивший в его ум стал для него чем-то вроде любимого произведения для творца. Более того в Манусе виделась сама Российская империя со стихийной неразумной силой, которую он покорил и заставил работать на себя и на Германию. Знал ли еврейский банкир Игнатий Манус кто такой Грубин на самом деле? Скорей всего он не задумывался над этим и главное для него было в том, что советы Грубина помогали срывать большие куши. Любой способ загрести миллион для Мануса был хорош и давно на бирже знали его любимую поговорку: «Судят только банкротов», а то что Грубин презирает российскую власть, считая её бездарной, но и банкир Игнатий Манус такого же мнения. Из дневника посла Франции в России Мориса Палеолога от 13 ноября 1916 года: «Журналист Д., поддерживающий секретный контакт с Охранкой и готовый делиться со мной информацией, когда он стеснён в средствах сегодня уверял меня в том, что Протопопов предпринимает активные меры для реорганизации знаменитой по 1905 и 1906 годам Чёрной сотни. Главным сподвижником Протопопова в решении этой задачи является Николай Фёдорович Бурдуков. Выбранное средство достойно самой работы. Б., бывший кавалерийский офицер, ставший потом Антиноем престарелого князя Мещерского, которого он недавно сменил выполнял ряд ответственных поручений полиции в России и за границей на протяжении последних нескольких лет. Мне помнится как я обедал с ним и с Николаем Маклаковым, бывшим тогда министром внутренних дел в доме князя Мещерского 9 мая 1914 года. Нас было четверо и мне очень хотелось узнать поближе грозного полемиста Гражданина, знаменитого издания, прославлявшего самодержавный царизм и божественное право. Наша беседа за столом сплошь заставленным бутылками продолжалась за полночь, несмотря на свои семьдесят три года и неизлечимую болезнь уже подорвавшую его силы Владимир Петрович вызывал у меня неподдельное восхищение своим надменным и хлёстким остроумием, вспышками гнева и гордости, суровыми предсказаниями, несравнимым по блеску неистовством своих проклятий и всем своим бурным взрывным и огненным красноречием, напоминавшим мне извержение вулкана. Каждое пророчество, каждый афоризм, слетавший с его губ вызывал у Маклакова возглас восхищения. Б. не отрывал глаз от потолка, словно он пребывал в состоянии экстаза, но время от времени я ловил на себе его уклончивый, но острый и коварный взгляд, взгляд первостепенного жулика или полицейского агента, таким образом, Николай Фёдорович вполне достоин той миссии, которую на него возложил Протопопов по восстановлению мощного орудия реакции, созданного генералом Богдановичем и доктором Дубровиным в 1905 году. Это был тот самый «Союз русского народа», который снискал столь отвратительную репутацию из-за подвигов его Чёрной сотни. В окружении министра внутренних дел не проходит и дня, чтобы не обсуждалась идея мобилизации отсталых элементов населения во имя православного самодержавия, чтобы натравливать их на либералов и интеллектуалов, на нерусских подданных и на евреев. Кроме Б., который скорее является посредником и советником, чем человеком действия эффективное руководство движением находится, как говорят в руках трёх бывших вожаков Чёрной сотни: Маркова, Булацеля и Замысловского. Считается, что достаточно нескольких хорошо организованных погромов для того, чтобы реанимировать вечные народные достоинства. Под прикрытием этого национального пробуждения сама Дума будет распущена или скорее этот зловещий общественный институт, источник всякого зла будет упразднен раз и навсегда, таким образом, доктрина и программа движения не изменились с того дня в 1907 году, когда доктор Дубровин направил следующую телеграмму императору, чтобы поздравить его по случаю роспуска второй Думы: «Слёзы радости мешают нам выразить мысли, которые переполняли нас при чтении вашего манифеста. О, наш любимый самодержец и тогда, когда мы услышали о ваших властных словах, положивших конец преступному существованию Думы. Мы со всем пылом умоляем Всевышнего дать вам силу и твердость, необходимые для того, чтобы завершить вашу священную работу. Россия может не бояться своих врагов дома и за границей пока русский народ защищает царь-самодержец, посланец Божий на земле». — Проходите, мой друг, — радушным голосом отвечает Грубин. — Владимир Михайлович, вы опять без электричества? Голова кругом идёт и другой раз не разбери поймёшь, что происходит! Позавчера всплыло одно дело как из омута выскочило и прямо мне под ноги земля в Крыму триста пятьдесят десятин и вся по берегу и представляете почём она будет после войны! Решаю поделиться с Протопоповым, который всё мечтал о земле у моря. Звоню, а он сообщает, что ту землю у Чёрного моря захапал Его Императорское Высочество Великий князь Николай Николаевич и его супруга Великая княгиня Анастасия Николаевна, — с наигранным возмущением говорит банкир Игнатий Манус, приближённый к Григорию Распутину, потирая руки. На этом они сходились, когда Владимир Грубин подсказал устремленную в будущее операцию с расчётом на замороженный в России немецкий капитал банкира Игнатия Мануса нисколько не озадачило, что успех этой операции возможен только, если только Германия победит. Известный либерал Павел Николаевич Милюков, находясь в эмиграции свидетельствовал: «Всякие Манусы не задумывались о победе или поражении России она для них была не страной, не государством, а всего лишь географическим местом их финансовых афер и они почти открыто говорили, что их совесть чиста, так как ни русский царь, ни император Германии уничтожения или даже тени позора для своих династий не допустят». Манус эту концепцию завершения войны не мог не принять безоговорочно уже потому, что на неё он слишком много поставил и предприниматель Грубин испытывал сейчас к Игнатию Манусу некое чувство благодарности за то, что банкир сам того не понимая сделал и делал для его тайной службы. Грубин представлял себе как грохнется он однажды и не соберёт потом, ни костей, ни денег и в такие минуты Грубина подмывало сказать банкиру Игнатию Манусу, что надо немедленно, захватив истинные ценности бежать на край света, но мог дать такой совет, зная что сегодня же сам покинет Петроград и тогда Грубин утешал совесть мыслью, что сможет помочь Манусу и позже в поверженной России и банкир Манус неожиданно приехал к Грубину в его квартиру на Лиговском проспекте. — Игнатий Порфирьевич, вы как-нибудь позаботились о своём капитале? — спрашивает предприниматель Владимир Михайлович Грубин. — То есть, как это я позаботился? Да, я сейчас даже не представляю сколько у меня капитала и в делах заложены миллионы и каждый день налипают новые! — с гордостью хватается русский финансист, промышленник, банкир и биржевой деятель, экономист и публицист, купец первой гильдии, действительный статский советник Игнатий Порфирьевич Манус. Он родился в Бендерах Бессарабской губернии как Срул (Израиль) Иосифович Манус и тот сын аккерманского мещанина Иосифа Лейзеровича Мануса. — Игнатий Порфирьевич, сами использовали точное выражение «лавина» и эта лавина может обрушиться на финансовые дела, в том числе и на мои, — с сожалением произнёс Владимир Михайлович Грубин, стоя спиной к собеседнику, снимая нагар со свечи. — Мои дела зарегистрированы банками и правительственными актами, — безапелляционным тоном постановил банкир Манус. — Если же эта лавина снесёт все банки и наше правительство? — тихо спросил известный предприниматель Владимир Михайлович Грубин. — В любом случае Россия останется на своём месте, но появится новое правительство, которое будет управлять делами от нынешних финансовых магнатов, а это значит, что оно будет нести ответственность за сделки ведь большие деньги любят при любой власти, — с гордостью постановил банкир еврейского происхождения Игнатий Порфирьевич Манус. — Блажен тот, кто вдали от дел, — самодовольно улыбнулся предприниматель Грубин. — Вы что же предлагаете? Перевести все мои миллионы в наличность? — простодушно спросил банкир Манус. — Игнатий Порфирьевич, для меня ситуация проще, чем для вас и мои капиталы несравнимы с вашими и даже если я их потеряю это будет для меня не дороже жизни! — с иронией в голосе произнёс Владимир Михайлович Грубин и они долго молчали, стоя у камина, освещённые пламенем свечи, которое трепетало от их дыхания. — Дорогой мой друг, я пришёл к вам не за спасительным кругом, но ваша прославленная осторожность ослепила вас, но поймите, что моё положение сейчас неуязвимо! — с радостью сказал банкир еврейского происхождения, вернувшись к Грубину, оживляясь. — Пока Александр Дмитриевич Протопопов занимает пост министра внутренних дел вам не о чем беспокоиться. Однако возникает вопрос насколько ли надёжен ангел-хранитель у самого Александра Дмитриевича? — верно подметил известный предприниматель Владимир Михайлович Грубин. — По-моему у Протопопова самый надёжный ангел-хранитель, поскольку сейчас сильнее в Российской империи императрицы Александры Фёдоровны, принцессы Алисы Гессен-Дармштадтской и её фаворита Распутина, с которым я установил тесные связи нет никого! — живо рассмеялся финансист, банкир и биржевой деятель, экономист и публицист, купец первой гильдии, действительный статский советник, коммерции советник Игнатий Манус. Императрица Александра Фёдоровна 12 октября 1916 года писала мужу в Ставку: «Тебе нет необходимости принимать кого бы то ни было, кроме Протопопова, что было бы хорошо даже вызови его опять пусть он почаще с тобой совещается, просит у тебя совета, делится с тобой своими планами это страшно помогло бы ему. Я говорю всё это во имя блага твоего и нашей дорогой Родины, не потому, что горячо хочу тебя увидеть (этого ты знаешь я постоянно желаю), но потому, что я слишком хорошо знаю и верю в успокоение, которое Наш Друг способен дать, а ты утомлён морально тебе не удаётся скрыть это от старой жёнушки! Да и не мешает, чтобы они здесь тоже почувствовали, что ты входишь во всё, что совершается в тылу». Император Николай II отметил 15 октября: «Кроме того Штюрмер составил официальную откровенно-дружескую телеграмму к Тино [король Греции Константин I], конечно, шифрованную, от моего имени, которая, надеюсь, улучшит положение и поможет ему объявить державам, что он по собственной инициативе предпринимает те меры, которые державы грубо насильственно хотели ему навязать». — Вы совершенно правы и в настоящее время никто не может сравниться с Её Императорским Величеством Александрой Фёдоровной, — с умным видом отвечает известный предприниматель Владимир Михайлович Грубин. Он с его мрачной осторожностью просто не разобрался, что означает его «лавина», но он не понимает того кто эту лавину породил и тут они услышали телефонный звонок, то Грубин подошёл к телефону. — Здравствуйте, господин Грубин! С вами говорит мадам Елизавета Воронцова я агент по продаже мебели и мне сообщили, что вы планируете покинуть Россию и желаете избавиться от своего имущества. Я бы хотела узнать подробности, если можно, — подобострастным голосом сообщает в телефонную трубку британская разведчица под прикрытием. — Что? Повторите, я не понимаю вас. Я мебелью не торгую, — взволнованно выпалил Грубин, взяв себя в руки и швырнул трубку на рычаг и ему сразу стало жарко, что это за звонок? Кто мог знать, что он собирается уехать в Швецию? — Что случилось? — с испуганным лицом спросил банкир Манус. — Кажется за мной кто-то следит и теперь, пожалуй, надо на каждый день заказывать нового извозчика и просить ждать в новом месте, но может быть господин в чёрном пальто, которого я видел сегодня утром вовсе не слежка? — дрожащим голосом рассказал предприниматель Владимир Михайлович Грубин. На площадке бельэтажа своего дома Грубин через окно смотрел на улицу и прошло минут десять на противоположной стороне улицы из-за угла с Гороховой появился широкоплечий мужчина в поддёвке. Он шёл медленно, опустив голову в глубокой задумчивости, а потом оглянулся и стал наискось переходить улицу, направляясь к стоявшему у подъезда грубинскому извозчику, поговорил с ним и пошёл дальше. Итак: бесспорно, слежка, но кто её послал? И что делать? Его особенно тревожили грубость и непрофессиональность слежки почему агенты действовали так вызывающе открыто? Но может у охранки не хватает хороших работников? А может, это вовсе не охранка, а военная контрразведка тоже так топорно действовать не могла. Тогда кто послал за ним этих кустарей? Грубин приказал своему ехать медленно и вскоре увидел неких агентов, ехавших за ним позади. — Владимир, вы чертей ещё не видите? — насмешливым тоном воскликнул Манус. — Я говорю совершенно серьёзно, что мной ведётся слежка неизвестно кем, так как два агента таскаются за мной! — истерично заверещал предприниматель Владимир Михайлович Грубин, а еврейский банкир Манус тоже подошел к окну, посмотрел, а потом вернулся к столу, взял трубку одного из телефонов и назвал номер. — У меня есть друг и коллега Владимир Грубин и я хочу обратить ваше внимание на то, что за ним по всей видимости следят и прошу вас прекратить эту неприятную ситуацию, — приказал русский финансист, промышленник, банкир и биржевой деятель, экономист и публицист, купец первой гильдии, действительный статский советник Игнатий Порфирьевич Манус. Он родился в Бендерах Бессарабской губернии как Срул (Израиль) Иосифович Манус как сын аккерманского мещанина Иосифа Лейзеровича Мануса. — С кем вы только что говорили? — с удивлением спросил Грубин. — С кем я могу обсуждать такие вопросы? Только с министром внутренних дел Протопоповым, который является нашим верным другом и защитником, — с лёгкой небрежностью и не без нотки хвастовства ответил еврейский банкир Манус. — Что он сказал? — медленно протянул Грубин. — Министр внутренних дел Александр Протопопов заверил, что проведёт проверку и положит конец происходящему, если завтра эта ситуация не изменится, то обязательно, пожалуйста, позвоните мне, — успокоил друга финансист, промышленник, банкир, биржевой деятель, экономист и публицист, купец первой гильдии и действительный статский советник. — Если какому-то как вы сказали дураку сегодня понадобилось за мной следить, то завтра он может отправить меня в Кресты, — с испугом на лице предполагает Грубин и озирался по сторонам. — Владимир Михайлович, у меня к вам серьёзный вопрос, так вот как вы думаете не стоит ли убрать Петра Львовича Барка из министерства финансов? В последнее время он постоянно создаёт мне большие проблемы! — с преувеличенным пафосом заявляет еврейский банкир Игнатий Манус, но Грубину совсем не был настроен заниматься чужими делами, поэтому тот решил отделаться общими фразами. — Никакой министр финансов клерком стать не может! — резко отвечает Грубин. — Против министра финансов Петра Барка настроена императрица Александра Фёдоровна, придворный старец Григорий Распутин, глава МВД Протопопов и премьер Штюрмер, но я чего боюсь как бы они не посадили на его место какого-нибудь дурака, но министр финансов Пётр Барк голова и с ним одно удовольствие поговорить, — с озадаченным лицом постановил банкир Игнатий Манус. Министр иностранных дел Сергей Сазонов служил по дипломатической линии в Великобритании и в Ватикане, где, вероятно, проникся духом европейских свобод и настроений, но его 7 июля 1916 года отправили в отставку в связи с его настойчивыми попытками дать Польше независимость и за постоянное антантофильство, а Великобритания радушно наградила его орденом Бани, став рыцарем Большого креста, а по окончании войны обрётшая свою государственность Польша вернула ему поместье в знак признания заслуг перед страной, а министр финансов Пётр Львович Барк получил от Великобритании Орден Святых Михаила и Георгия и этим орденом был награждён советский предатель и полковник КГБ Олег Гордиевский, тем более после революции бывший министр финансов Российской империи принял британское подданство, посвящён в 1935 году в рыцарское достоинство королём Георгом V и получил титул баронета. Жил в Лондоне, где высшие финансовые круги привлекли его к работе в качестве эксперта и советника и имел в этом качестве вес и постепенно приобрёл большой авторитет в правительственных кругах. В Лондоне он состоял советником управляющего Банком Англии по делам стран Восточной Европы. Занимал руководящие посты в образованных под эгидой Банка Англии Англо-Австрийском, Англо-Чехословацком, Хорватском, Британском и Венгерском банках и в банке стран Центральной Европы и представлял директора Банка Англии в американском National City Bank. — Вы правы, уже давно следовало уволить министра финансов Петра Барка, который уж слишком сильно ориентируется на Великобританию, но у меня всё никак не доходят до этого руки, но может быть вы мне могли помочь в этом деле, — с хитрой ухмылкой резюмировал Владимир Михайлович Грубин, расхаживая по гостиной. 1 января 1915 года министр финансов Пётр Барк получил чин тайного советника к тому моменту он состоял в масонской ложе и в августе этого же года подписал с другими министрами письмо императору Николаю II о разномыслии с премьер-министром Иваном Горемыкиным и невозможности работать с ним. Финансирование военных расходов он осуществлял за счёт денежной эмиссии, внешних и внутренних займов, контактируя с руководителями финансовых ведомств Антанты. Был противником попыток начать расследование вопроса о национальной принадлежности капиталов российских коммерческих банков. Он член Государственного совета с декабря 1915 по февраль 1917 года с оставлением в должности министра финансов, а позиция министра финансов Петра Барка по большинству финансовых и политических вопросов всё же встречала противодействие политических и придворных кругов. Всё это, однако, не помешало Петру Барку остаться на своём посту в период министерской чехарды, несмотря даже на то, что в борьбе за его смещение принимали участие влиятельные политические фигуры как министр внутренних дел Алексей Хвостов, председатель Совета министров Борис Штюрмер, а также Алексей Путилов и Александр Вышнеградский. Кроме того по некоторым сообщениям против него пытался интриговать имевший влияние на императрицу и входивший в ближайшее окружение Распутина грузинский князь Михаил Михайлович Андроников. — В этом вопросе очень трудно найти компромисс и главным лицом, принимающим решения в министерствах является сама императрица Всероссийская Александра Фёдоровна, если Её Императорское Величество что-то задумала, то её не переубедить, а у неё в окружении целая группа советников, — с лёгкой улыбкой произнёс еврейский банкир Игнатий Манус, а Грубин решил уже сегодня уехать из Петрограда.

***

— Алиса, всё будет хорошо! Немного терпения и мы будем жить ради наших детей, которых ты так хотела! — вслух говорил предприниматель Владимир Грубин на пути к Финляндскому вокзалу, чтобы отправиться в нейтральную Швецию. Он медленно шёл по тёмной безлюдной улице, вслушиваясь в завывание ветра и скрип листьев под своими ногами, но сделал своё дело и теперь с чистой совестью предстанет перед теми, кто послал его сюда в Россию и он заслужил право на спокойную жизнь, потому что у него есть необходимые средства для этого, но не успел закончить мысль как его пронзила острая боль от двух выстрелов в спину из револьвера с глушителем, упав на спину и двое неизвестных склонились над ним. — Готов, — грубым голосом сказал неизвестный. — Быстро раздевай, — приказал второй, переваливая мёртвого с боку на бок, а затем оба жандарма стянули с трупа пальто, пиджак, брюки, оставив только нижнее бельё. — Браво, — обрадовано воскликнули хором жандармский агент Борис Лядов и британский дипломат Алан Смит, вышедшие из ночного сумрака. — Британия позаботится о вас новый паспорт, счёт в Английском банке и роскошный дом в пригороде Лондона, — мягко перебил жандарма и двух его подручных 37-летний второй секретарь посольства Алан Чарльз Смит. Его безупречная выправка и чопорность никуда не делась и он оставался истинным британским джентльменом даже в такой ситуации. — Алан, пока это не требуется, но дипломатия Туманного Альбиона — это эталон благородства и прозрачности, так как ваши посольства в разных странах мира это отнюдь не центры интриг и манипуляций, а очаги культуры и международной дружбы! — дерзким тоном отвечает британцу жандарм Борис Лядов, смотря на труп предпринимателя. — Борис, мы не желаем свержения российской монархии в целом, а мы лишь хотим удалить от романовского престола Тёмные силы и один их представитель валяется прямо под нашими ногами! — восторженно говорит коварный британец в чёрном пальто и брезгливо коснулся своей ногой до трупа, приглаживая свои русые волосы. На следующий день в известной газете «Петербургскіе вѣдомости» в разделе криминальной хроники появилось краткое сообщение о том, что обнаружен труп убитого и ограбленного мужчины лет пятидесяти личность которого пока не установлена. Ещё через день у банков и редакций газет разбросаны листовки в виде письма группы русских патриотов: «Неизвестный убитый и ограбленный, личность которого как пишут газеты не установлена это некто иной как Владимир Михайлович Грубин — это человек достаточно хорошо известный в деловых кругах столицы на Неве, есть у нас враги, которые носят русскую фамилию для которых наша война — это источник баснословной наживы и его барыши на наших несчастьях огромны и смертный приговор над ним свершён, когда он направлялся на Финляндский вокзал, чтобы покинуть Петроград, а затем и Россию. Ещё раньше он барыши перевёл в шведские банки и отправил туда свою супругу, так что крысы решили бежать с корабля, который тонет, но крысы ошибаются, несмотря ни на что Российская империя — это устойчивый корабль и он идёт к неминуемой победе. На его мостике великий капитан — император и самодержец Всероссийский Николай Александрович. Истинные русские патриоты всё видят и знают, что им надлежит делать во спасение Отечества и смертный приговор Грубину — это одно из таких дел, которому решили придать гласность, чтобы пример этой крысы Грубина не увлёк за собой и других крыс, так что мы предупреждаем, что смерть ждёт каждого, кто бы он ни был!». — Алан Чарльз, я узнаю знакомое зрелище и я узнаю этот аромат лелеемого грехопадения: фанатизм, ксенофобия, также алчность и клятвопреступничество. Сколько я повидал таких как вы, поскольку вы кичитесь своим чистокровным происхождением и принадлежностью к элите рода людского, хотя вы внутри давно утратили подобие человечности, но так почему бы вам не явить свою истинную уродливую сущность? Вы считаете, что те, у кого есть власть, должны использовать ее для угнетения других просто потому, что вы считаете их слабыми? Британия — это величайшая страна в мире она может контролировать и порабощать кого угодно, а какие-то террористы никогда не добьются своей цели, убивая наместников и более того из-за террористов репрессивный режим становится только сильнее и злее, — с ядовитой интонацией говорил жандармский агент Борис Лядов. — Именно, — без доли сомнений ответил второй секретарь посольства Великобритании сэр Алан Чарльз Смит. — Сэр, они думают и чувствуют то же самое, что вы и я ведь свобода — это право всех живых существ, — в недоумении говорит жандармский агент Борис Лядов. — Борис, но я даже подумать не мог каким идеалистом вы можете быть. Это закон природы: сильные выживают, а слабые всегда гибнут у нас под ногами, — высокомерно заявил британский дипломат и разведчик сэр Алан Чарльз Смит в дорогом костюме с видом надменного британца. — Для животных с базовыми инстинктами это возможно, но вы разумное создание, а с ресурсами, которые вы обладаете Великобритания может помогать тем, кому повезло меньше, чем вам, таким вот образом, вы приведёте Британию к миру, если система не идеальная, то она однажды падёт как Римская империя от внутренней нестабильности и постоянной внешней угрозы. Идеология Британии строится над возвышении британской нации над всеми другими и это утопия для Британии и антиутопия для остальных. Неевропейские нации в глазах главных агитаторов — это нежелательные элементы общества, которые подвергаются к гонениям, рабству или ещё хуже истреблению, когда Британия захватит остальной мир только англичане будут привилегированной нацией, а это неправильно, — высокопарно парировал жандарм Борис Лядов. — Этим миром правит сильнейшие, а люди идут за сильными, а слабые либо повинуются им либо умираю, так как мир можно изменить только через силу. Вы же не просто согласились взять английские фунты стерлингов после конвертации в золотые рубли, а за гарантии того, что развернёте рупор пропаганды, исходящих от германофильской партии в сторону Антанты до полного разворота в сторону Туманного Альбиона, а Британия всегда выполняет свои обещания, помогая русским воевать, своей агентурой не рискует и надеется что-нибудь разнюхать об германской агентуре ведь Лондон умеют лорды, сэры и пэры вежливо улыбаться, когда надо, — с чувством глубокого собственного достоинства протянул второй секретарь посольства Великобритании сэр Алан Чарльз Смит. — Der Mohr hat seine arbeit getan, der Mohr kann gehen, — процитировал Шиллера жандармский агент Борис Лядов, а затем все четверо растворились в ночной темноте, прихватив саквояж убитого.

***

Россійская имперія. Петроградъ.

Исаакіевская площадь, 6. Маріинскій дворецъ.

23:15

***

— Александр Дмитриевич, вот Генри Джон Темпл, виконт Палмерстон в 1848 года в своей речи в парламенте сказал так: «Как тяжело жить, когда с Россией никто не воюет» или вот: «Я утверждаю, что недальновидно считать ту или иную страну неизменным союзником или вечным врагом Англии. У нас нет неизменных союзников, у нас нет вечных врагов лишь наши интересы неизменны и вечны и наш долг — следовать им», но тут верно, поскольку у каждого государства на планете есть свои интересы в политике, включая Россию, если это делает Британию великой, то таком подходе есть смысл что именно так они смотрят на политику, но так ли это мудро в перспективе? Англичане видят в русских солдатах медведей, на которых надо охотиться и понятно, что мирного соревнования не получится и народы начали друг друга убивать на радость британцам и американцам, которые будут делить после войны Германию, если появятся две или три России, тем более что с двумя ответвлениями династии братьям-славянам будет не до экспансии они начнут самозабвенно сражаться между собой. В моём правительстве много сторонников Антанты, которые рассказывают народу о братьях-сербах, страдающих под пятой Габсбургов и началась война России с Германией, но где Сербия и где Германия? Зато помогают союзники, которые советуют покупать винтовки, пулемёты и боеприпасы за золото и брось в наступление три-четыре корпуса, — взъярился премьер-министр и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер. — Если Россия ни с кем не воюет, то, следовательно, ресурсы тратит на развитие, тем самым становясь сильнее экономически и политически, а это британским лордам как нож в сердце. Кроме того, англичане привыкли загребать жар чужими руками и все европейские державы не брезгуют этим позабавиться ведь как было в последнюю русско-турецкую войну? Кто-то из европейских держав нажился на поставках оружия сторонам, а кто-то особо ушлый, не воюя даже умудрился у Блистательной Порты под шумок кое-что оттяпать, но Британия любит стравливать противников, суля им всяческое благоволение и помощь. Однако, когда доходит до дела джентльменское слово, данное в ходе переговоров оказывается пустым звуком, а выигравших и проигравших в таких ситуациях обычно становится больше и в первую очередь страдают те, кто рассчитывал на поддержку и помощь, а в выигрыше как обычно оказываются англичане. Мы называем эту политику политикой двойных стандартов, то есть для своих, то есть для джентльменов слово имеет твёрдую силу, но когда интересы англичан требуют обмана и предательства союзников они идут на это. Это весьма распространённая практика в политике, заключая договор нужно готовым к тому, что его условия могут быть изменены в пользу интересов под благовидным предлогом. Только договор всё же заключить с Британией необходимо, но в какой-то мере будет сдерживать английское правительство и несоблюдение его даст нам законное право использовать силу против Англии, — сделал умозаключение министр внутренних дел Российской империи Александр Дмитриевич Протопопов. — Российской империи не место среди победителей и не секрет, что Россия следует указаниям своих кураторов из Лондона — это исключить её из числа стран-победителей и после этой войны Великобритания и Соединённые Штаты разделят земной шар, а Франции достанется пара миллионов квадратных миль в Африке и Азии. На территории Российской империи появятся новые государства, которые будут враждовать между собой и череда малых войн в Восточной Европе унесёт больше жизней, чем сама Великая война. Вы, наверное, знаете о существовании английской, немецкой и французской партий при дворе, а Великие князья, выступая посредниками получают от промышленников десятки миллионов из-за этого у армии и флота оказывались винтовки и орудия второго сорта. Сможет ли императорская армия удержать Восточный фронт? Кайзер Вильгельм намекнул, что собирается торжественно пройтись по Невскому проспекту, но у меня есть подозрение, что Великобритания и Франция не станут возражать, поскольку присутствие германских войск в Российской империи приносит выгоду, — с негодованием говорит премьер-министр и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер, вращая кружку с чаем. — Союзникам выгодно, чтобы Россия ослабла и это позволит им диктовать свои условия на мирной конференции не только побеждённой Германии, но и нам. Для Лондона, Парижа и нового игрока Соединённых Штатов Америки сильная Россия не представляет интереса и они давно мечтают о переделе мира по своему усмотрению и пусские солдаты выполнили свою миссию: оттянули немцев от Парижа, пожертвовав миллионами жизней, но они не понимали, что тем самым позволили союзникам укрепить свои позиции, читая европейские газеты я отмечал с какой ревностью жители старого света смотрят на расправляющего крылья конкурента, впрочем, после уничтожения врага Германии предлагалось раздробить на множество кусков, — с сожалением говорит министр внутренних дел Александр Дмитриевич Протопопов и внимательно смотрит на премьера. Судьба Вильгельма была решена это заключение на острове Святой Елены и это такой тонкий английский юмор, против которого не возражал Николай, когда 18 января 1917 года на Петроградской конференции решались вопросы послевоенного мироустройства и параллельно джентльмены работали с российской элитой, вербуя дипломатов, военных, промышленников, лидеров политических партий. Несмотря на то, что и французы и немцы умели держать удар сказалась усталость от войны германские части начали уходить с французской территории к чести командования организовано с минимальными потерями. Продолжалась война и две главных морских державы Великобритания и Германия создали перед войной мощные флоты, обменявшись несколькими ударами противники стали избегать серьёзных сражений и громадные линкоры и крейсеры, на которые были потрачены миллиарды оставались на своих базах, боясь отправляться в дальние походы. Виной были подводные лодки, а германские субмарины превратились в настоящий бич не только для британского, но и для остальных флотов мира, чтобы защититься англичане стали использовать флаги нейтральных стран, но это не помогало. Немцы в ходе континентальной блокады топили буквально всех и 1 мая 1915 года британский лайнер «Лузитания» покинул порт Нью-Йорка, следуя в Ливерпуль и капитану Уильяму Тернеру известно, что у южных берегов Ирландии действуют немецкие подводные лодки, приближаясь к Ирландии Тернер приказал принять меры безопасности в случае необходимости покинуть судно. Все шлюпки были приготовлены к спуску на воду. 7 мая капитану подводной лодки U-20 Вальтеру Швингеру доложили о приближении корабля, но у Швингера оставалась одна торпеда и он принял решение возвратиться на базу, но тут заметил, что судно поворачивает прямо в его сторону и решил атаковать. Всего одна торпеда пустила гигантский корабль ко дну, который утонул за двадцать минут даже не успев спустить на воду нужное количество шлюпок, поэтому погибло 1198 человек и среди них около сотни детей и по числу жертв эта трагедия почти сравнялась с катастрофой Титаника. Среди пассажиров королевы Атлантики Лузитании находилось много американцев, что стало поводом для дипломатической войны между США и Германской империей. Немцам пришлось на время уменьшить активность своих подводных лодок, а в штабе немецкого военно-морского флота все громче раздавались голоса сторонников использования надводных сил. В начале 1916 года командование ударной группировкой Флотом открытого моря принял энергичный адмирал Рейнхард Шеер. Он решил не отсиживаться в портах, а уничтожить британцев в открытом бою и прорваться к берегам Великобритании иподводные лодки, чтобы с помощью минных заграждений блокировать Королевский флот в его базах. Эта активность замечена англичанами и подразделение Адмиралтейства комната 40 сообщило командованию флотом: «Вражеские силы могут выйти в море». Комната 40 стала ведущим органом по расшифровке сообщений немецкого командования и с общей сложности его сотрудники расшифровали около пятнадцать тысяч немецких сообщений. Этому во многом способствовали захваты немецких шифровальных книг на подбитых вражеских кораблях и августе 1914 году русские моряки захватили шифровальные книги немецкого крейсера «Магдебург», взяв в плен всю немецкую команду. Один из экземпляров шифровальной книги был передан британским союзникам и все полученные и расшифрованные сообщения должны были храниться в абсолютном секрете, а их копии передавались только начальнику штаба и директору разведки. Уровень секретности невероятно высок и члены комнаты 40 считали, что расшифрованная информация не использовалась в полной мере из-за запретов обмениваться информацией с другими отделами разведки. До самого конца войны немецкое командование не догадывалось, что все их радиосообщения полностью расшифровываются британской спецслужбой. 31 мая 1916 года германский флот вышел в море, но за день до этого британцы знали о готовящемся ударе и предприняли меры для встречи врага. В последний весенний день 1916 года в Северном море недалеко от датского полуострова Ютландия сошлись две армады Великобритании и Германии. Ютландское сражение, ставшее крупнейшей морской битвой Первой мировой войны длилось два дня и там даже участвовал принц Альберт Великобританский, который будущий король Георг VI. Королевский флот имел явное численное преимущество и после окончания битвы о своей победе заявили обе стороны ремцы ввиду явно меньших потерь в своём флоте, а англичане считали победителями себя, поскольку германская армада не смогла прорваться к их берегам. — Из этого можно сделать вывод, что для достижения процветания и силы России необходимо отвлечь Англию от её текущих дел и нужно создать такие условия, чтобы у неё не было, ни сил, ни средств для вмешательства в дела России. Конечно, помимо Великобритании есть и другие мировые игроки, если у них не будет достаточной сферы для приложения своих усилий и энергии, то их внимание неизбежно обратится к России. Она всегда была лишь территорией с ресурсами и русских они никогда за людей не считали, а если в этом сомневаетесь, то почитайте кумира интеллектуальной мысли в области расового вопроса Жозефа Артюра де Гобино. Он теорию рас создал и там русский народ это смесь монголоидной и белой расы, по сути, раса рабов и они российскую аристократию в грош не ставят, но в глаза об этом никогда не говорят и они бы с радостью расчленили Россию, обратив население в slave. Русских много, но это не значит, что они не кинутся рвать и делить, если почувствуют слабину России, если она не ввяжется в общую драку за британское наследство, что касается угрозы англичан начать с нами войну, то пусть попробуют, но только не пойдут они на это и casus belli пока отсутствует, если такое случится, то накажут адмирала, что повредился рассудком, выразят сожаление императору и соболезнования семьям погибших и англичане на подлости горазды и не раз подобные вещи проделывали, а на Певческом мосту дипломаты раскудахтались после отставки Сазонова, но стоит императору узнать масштаб пробританского влияния в верхах как грянет гром, — жёстко закончил речь премьер-министр и министр иностранных дел Российской империи Борис Владимирович Штюрмер. — Британская империя оказалась в затруднительном положении, когда срочно необходим мир, но цена за него может оказаться слишком высокой, но выбор небольшой либо ужасный конец либо бесконечный ужас и даже самый страшный конец может дать надежду на возрождение в то время как откладывание решения проблемы не приносит ничего хорошего, а история показывает, что джентльмены могут принять решение признать неизбежное и начать всё сначала, но англичане не любят Россию и рано или поздно могут нанести удар в спину, — рассуждает глава МВД Александр Протопопов в кабинете премьер-министра. — Наша либеральная публика спит и видит уничтожение самодержавия, но император Николай II для них не конечная цель, но империя слишком расширилась, чтобы не вызывать страха и будут делать всё, чтобы мы не смогли аннексировать территории анатолийского причерноморья ведь нa Туманном Альбиoнe вceгдa пpизывaют игpaть пo пpaвилaм, но выяcнилocь, чтo Бpитaнcкaя импepия их нe пpидepживaeтcя, но как я уже говорил главное, что надо сделать в общемировом масштабе, это чтобы все дрались только между собой, — с хитрой ухмылкой резюмирует глава Совета министров и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер. — Борис Владимирович, но в чём смысл? Ну, не будет Британской империи на карте мира так появится на её месте другая империя-гегемон, потому я постараюсь описать складывающуюся ситуацию максимально доступно. Я говорил раньше, что та тема, что мы обсуждаем пока в широких европейских кругах не обсуждается и не может быть, чтобы финансисты Европы не осознавали смысла происходящего ведь интересы финансовых кругов Европы завязаны на фунт стерлингов и не секрет, что многие несильно это афишируя поучаствовали в финансовых махинациях вокруг англо-бурской войны и англичане вложились в ту войну и фунтов в оборот немало под это дело выпустили! — верно возразил министр внутренних дел Александр Дмитриевич Протопопов. — Коллапс фунта затронет планету и даст старт драке и разграблению Британской империи и стоило выделить обстоятельство, что ввязываться в драку для Российской империи крайне невыгодно и России стоит закрепиться в Средней Азии, но теперь англичане не помешают и укрепить границы на Дальнем Востоке иначе Россию ожидают неприятности, в которые лучше влипли наши оппоненты САСШ, Франция, Германия и Япония. Прелесть ситуации заключается в том, что многие из политиков больших держав это хотя бы чисто понимают, но жадность им не даст осознать факт до конца и в этом, что уникальный шанс для России подняться. Возможно, даже взлететь выше всех и ресурсы направить на развитие, а не на убыточные попытки завоевания новых колоний, — устало вздохнул премьер-министр и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер. — Самое интересное как будет происходить обрушение Британской империи и как мы можем воспрепятствовать образованию нового монстра. Правда мало кто будет понимать до конца к чему приведёт деятельность и процессы, запущенные поднимут народы на национально-освободительную борьбу по Британской империи и в частности в Индии, то в скором времени ожидается крупномасштабное восстание против владычества и так будет по всем остальным колониям Британской империи. Не думаю, что англичане начнут с нами открытую войну, потому что одно дело использовать своего союзника, а другое открытое противостояние. Окружение императора серьёзно давит на императора и он вынужден прислушиваться к их мнению иначе возможны коллизии и вы сами должны понимать какие страсти кипят в нашей Северной Пальмире. Есть сторонники реформ, но имеются во множестве противники ведь крепостное право отменили пятьдесят пять лет назад до сих пор ни одна из проблем не решена. Крестьяне мечтают о чёрном переделе, а интеллигенция сама хочет дорваться до власти и отнюдь не скрывает намерения как фабриканты и либералы, но нужно ослабления самодержавия и введение парламентаризма по европейским образцам, а достичь только ослаблением самодержавия, то есть поражения Российской империи, а ещё воровство и коррупция, которые прикрываются и поощряются императорской семьёй. Роль генерал-адмирала Великого князя Алексея Александровича в нашей катастрофе в войне с Японской империей несомненна, — с печальным видом говорит коллеге глава министр внутренних дел Александр Дмитриевич Протопопов, а вот американский посол Дэвид Роуленд Фрэнсис признался: «У меня относительно мало русских знакомых в своей среде» и он избегал приёмов и вечеринок дипломатического корпуса, предпочитая покер. Те, кем он пренебрегал недоверчиво относились к дипломатическим обедам, а сэр Джордж Уильям Бьюкенен с снобизмом и предубеждённостью своего класса страшился приглашений от Дэвида Роуленда Фрэнсиса, получив приглашение из американского посольства он посетовал: «Ох, мы будем вынуждены опять пробовать плохой ужин, приготовленный негром и в большинстве таких случаев не было никакого оркестра там был лишь преданный Фил, который как мастер на все руки заводил граммофон за сценой в паузах между обслуживанием гостей». По правде говоря, ни Дэвид Роуленд Фрэнсис, ни Джордж Уильям Бьюкенен не испытывали удовольствия от общения с высшем обществом, что касается их коллег герцога и герцогини Стаффордширских Освальда и Элизабет, слывшие самым изысканным светским львом и львицей в дипломатическом корпусе, то это именно они как считается проводят самые лучшие вечеринки у аристократических особ. Действительно по-светски обходительные, полные светских сплетен и всегда готовые им поделиться герцог и герцогиня Стаффордширские, казалось, больше времени вращаются в высшем обществе на светских вечеринках в годы войны, чем занимались собственно дипломатической работой. Супруги-шпионы регулярно ходят на балет и оперу в Мариинском театре, которые во время войны пользуются большой популярностью, когда они не бывали там постоянно отирался в Великокняжеских гостиных, сплетничая с княгинями либо ужинали с бомондом. На жизни представителей дипломатического корпуса как герцог и герцогиня Стаффордширские на жизни других иностранцев война практически никак не отразилась. — Несмотря на резкий рост цен в магазинах моды бум продаж шёлка, жемчуга, бриллиантов и мехов, то же самое наблюдается в ресторанах и все злачные заведения забиты интендантами и две трети счетов выписывается на имена поставщиков в императорскую армию, а у придворного ювелира Карла Фаберже заказов больше, чем в два предвоенных года и среди его постоянных клиенток сама императрица Александра Фёдоровна, десяток Великих княгинь, Юсуповы и фаворитка британского короля Элизабет, герцогиня Стаффордширская, у которой вместе с мужем хватает наглости заказывать предметы роскоши в Лондоне и Париже и вести их в Россию под видом дипломатической почты, чтобы не платить пошлины в нашу казну. Украденное не скрывается, а им гордятся и выставляют напоказ, а у Феликса и Ирины Юсуповых имеется свой роскошный поезд с вагоном для прислуги и вагоном-рестораном, на котором они любят совершать поездки по всей России, но каждый новый поезд — это препятствие для эшелонов военного назначения, а ещё каждый Великий князь хочет себе отдельный поезд для бессмысленных инспекций на участки фронта. Ей Богу лучше бы реальным делом занялись, — с печалью на лице отозвался глава Совета министров и министр иностранных дел Российской империи Борис Штюрмер. По-прежнему большим спросом в городе пользовались билеты на балет на сцене Мариинского театра и всё высшее общество ходило смотреть и показать себя на представления театра в среду вечером и в воскресенье и одевались по этому случаю соответствующим образом. Большинство билетов распродавалось заранее по закрытой подписке те немногие, что были в открытой продаже обходились в 100 рублей и в то время как одни стояли в очередях за едой, а другие толпами выстраивались в очередь за билетами на балет, а американский посол Дэвид Роуленд Фрэнсис оценил осенний сезон Мариинского театра как лучший в мире. Вместе с большинством других дипломатов о как зачарованный смотрел трёхчасовой балет «Дон Кихот», где в главной роли выступала балерина Тамара Карсавина и были два других театра Александринский театр, где работает графиня Екатерина Владимировна Ламздорф, вдовствующая княгиня Волконская и Михайловский, в котором представляла французская труппа и который тяготел к французской культуре и интеллигенция ходила сюда практиковать французский язык. Петроград при своих лишениях военного времени и растущей социальной напряжённости обеспечивал праздный образ жизни для сибаритов, которые привыкли жить эмоциями и потакать слабостям. Император Николай II ввёл запрет на продажу водки, чтобы обуздать ставшее легендарным пьянство среди крестьянства, которое составляло основу армии, имея достаточно денег. в отдельных номерах ресторанов и гостиниц всегда можно достать изысканные вина, шампанское, виски. В прежние годы гостиницы «Hotel de France» и «Англетер» были весьма популярны среди представителей французской и английской диаспор, но во время войны самой известной стала гостиница «Астория». Она была построена на восточной стороне Исаакиевской площади на пересечении улиц Большой Морской и Вознесенской, чтобы обеспечить поток туристов, приезжавших в Санкт-Петербург в 1913 году на трёхсотлетие дома Романовых. Гостиница пользовалась такой популярностью среди британских посетителей, что создала специальное бюро для изучения их потребностей, а предметами гордости являлись карта лондонского метрополитена и библиотека английских книг. В гостинице было десять лифтов, электрическая система звонков для вызова слуг, городские телефонные линии, автоматизированная система уборки пылесосом, центральное паровое отопление, а также 350 номеров с звукоизоляцией. Кроме того в Астории был ресторан, способный обслужить до двухсот человек, зимний сад и банкетный зал и её французский ресторан стал местом приёма измученных войной русских офицеров, возвращавшихся домой с фронта, атташе союзников, сотрудников различных посольств и эмигрантов, а также местом притяжения не бросавшихся в глаза проституток высокого класса, хотя конкурент гостиница «Европейская», которая предлагала сад на крыше и роскошный ресторан со стеклянным куполом весьма нравилась Дэвиду Роуленду Фрэнсису, большинство вновь прибывших в город иностразнцев предпочитали направляться в Асторию. Военные зачастили в Асторию, что к концу 1916 года гостиница утратила часть очарования и директор ресторана итальянец Йосеф Векки констатировал, что она стала напоминать шикарную казарму. — Многие считают, что Англия заботится об Англии, а значит нам нужно заботится об Англии, а я считаю, что Англия заботится в первую очередь о себе, поэтому нам нужно в первую очередь заботится о себе и во вторую очередь и в третью. Я читал, что война с Японией обошлась России в два с половиной миллиарда рублей! — рассудил министр внутренних дел Александр Дмитриевич Протопопов.