Бисексуалы из высшего общества или проблемы благородных господ

Выдающийся дипломат умеет держать язык за зубами на десяти разных языках.

© Генри Уоттон

Россійская имперія. Петроградъ.

Гороховая, 64. Квартира Григорія Распутина.

14 (27) октября 1916 года

09:30

***

— Как дела на верхах? Сильно Гришку Распутина костерят на все лады? — развязанным тоном протянул Распутин, принимая в своей столовой премьера Бориса Штюрмера. — Воры, приближённые к кормушке стали слишком наглыми, поскольку интенданты не довозят половину поставок до передовой, а перепродают спекулянтам, оттого я считаю, что в военное время необходимо ввести расстрел за государственную измену и хищения в особо крупных размерах. Мои люди собрали для императора доказательства серьёзных нарушений закона, например, один чиновник мог быть причастен к хищению более трёх миллионов рублей из министерства внутренних дел, также были найдены документы, которые раскрывают тяжёлые преступления во всех министерствах, а это воровство и взятки. Кроме того в военное министерство ещё при министре Владимире Сухомлинове, которого отправили в отставку год назад проникли австрийские шпионы через его молодую супругу Екатерину, связанную с австрийским коммерсантом Альтшиллером, также есть доказательства пьяных кутежей представителей императорской семьи. Мне кажется, что император Всероссийский должен знать, что человек, приближённый к его Высочайшей семье, то есть ты подозревается в шпионаже в пользу Германии, хотя лично я тебя в этом не обвиняю, — громко жалуется председатель Совета министров Борис Штюрмер. — Я знаю, ибо моя подруга Елизавета Воронцова в ходе наших бесед после бурных любовных утех рассказывает мне что творится в энтом вашем высшем обществе и вообще в мировой политике, хоть та и избалованная дворянка и младшая сестра королевы Вюртемберга Беатрис, но чувствую, что Елизавета Романовна отчасти понимает тяжёлую ношу русского мужика от сохи. Её легкомысленная болтовня о своих балах, платьях и бриллиантах звучит несколько диссонансом на фоне моих размышлений о судьбе страны и её народа, но в её глазах мелькает искра понимания и проблеск сочувствия, когда Лиза замолкала, утомлённая своими светскими новостями в комнате воцарялась тишина, нарушаемая потрескиванием дров в камине, а тогда я рассказываю ей о России, которую вижу в будущем как о процветающей, справедливой и сильной державе, а после снова начинались ласки с помощью моей огромной елды, которую эта похотливая красавица величаво называет, нанизываясь до упора, отзываясь дрожью в наших телах и тревожные мысли улетучивались прочь до самого утра и фрейлина нашей матушки, жинка моя Наташа тоже меня понимает! — завороженно шептал сибирский старец и крестьянин Григорий Распутин, устроив в своей квартире натуральный гарем из придворных красавиц. — Григорий, ты разве не боишься собственной смерти? — учтиво спрашивает премьер-министр и министр иностранных дел Российской империи Борис Владимирович Штюрмер, восседая на стуле напротив Распутина в его столовой, понимая, что молодая любовница Распутина Елизавета это британская шпионка и фаворитка британского короля. — Боюсь, но Христос тоже боялся, но Богу молился и на Голгофу пошёл за грехи людские, но если России суждено возродиться после моей смерти, то я к ней готов, а может я дам новую жизнь для мужика своими мучениями. Я чую большую беду, если меня в ближайшее время убьют и вижу красную воду Невы от крови царей и Великих князей, но вокруг меня жулики, а ты один такой честный, — пророческим голосом отозвался 47-летний сибирский старец и крестьянин Григорий Ефимович Распутин, облачённый в красную шёлковую рубаху с поясом и чёрные шаровары и залпом выпил половину бутылки крымской мадеры, сжимая в руке золотой медальон с фотографией русской принцессы Ирины Романовой.

***

Россійская имперія. Петроградъ.

Исаакіевская площадь, 6. Маріинскій дворецъ.

12:30

***

— Господин премьер-министр, я хочу сказать и искренне поблагодарить вас за разрешение набирать добровольцев. Многие подданные Российской империи откликнулись на наш призыв встать на защиту Франции! — изобразил самую радушную улыбку посол Франции в Российской империи Жорж Морис Палеолог, который за последние месяцы подрастерял весь свой гонор и дела у Франции идут далеко не самым лучшим образом. — Это наш долг союзника и надеюсь, что военные поставки будут приходить в наши порты без задержек? — с едким смехом говорит глава Совета министров и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер, пожимая руку французскому послу, а мысленно глава кабинета министров произнёс: «Обменять националистически настроенных поляков и финнов в Иностранный легион Франции на поставки оружия и боеприпасов? За это мы должны сказать спасибо?». — Крупная партия уже отправлена и мы также как и вы выполняем свой долг перед союзниками и требуем того же от других. Позвольте заметить, что французское правительство расстраивает охлаждение отношений с Великобританией, если есть возможность избежать дальнейшей эскалации, — тактично подметил французский посол Жорж Морис Палеолог, восседая в белом кожаном кресле напротив премьера. — Месье Палеолог, но мы с большим вниманием отнесёмся к вашим словам, но я уверен, что наши отношения не испортятся из-за проблем России с Британией и мы все вместе идём к общей победе Антанты в этой войне и пусть у каждого разные дороги. Политика — это искусство говорить вещи, в которые ты сам не веришь! — с восхищением провозгласил премьер-министр Российской империи Борис Владимирович Штюрмер. — Ни в коем случае и Российская империя не побоюсь этого слова это наш главный союзник на континенте. Ваше искреннее желание сокрушить Османскую и Германскую империю мы поддерживаем, но у Belle France есть свои некоторые предложения по послевоенному разделению территорий, — с хитрой ухмылкой намекнул посол Франции в Российской империи Морис Палеолог, но не желал идти на обострение отношений с Россией. — Морис, но до этого ещё очень далеко, но свои послевоенные притязания мы недавно передали вашим дипломатам и надеюсь, что они будут учтены в соглашении! — соглашается глава кабинета министров Борис Владимирович Штюрмер. — Мы готовы пойти вам навстречу по большинству пунктов и ситуация на фронте далека от победной и нашей армии очень тяжело сдерживать германцев как и итальянцам, если бы Российская империя перенаправила часть собственных сил, то мы смогли бы получить необходимую передышку и ударить по врагу с новыми силами. Наши военные считают, что прошло достаточно времени для восстановления наступательной способности императорской армии! — с надеждой твёрдо произнёс французский посол Морис Палеолог, но отзывался о Российской империи и русских солдат называл невежественной бессознательной массой, а французских сливками: «По культурному развитию французы и русские стоят не на одном уровне. Россия одна из самых отсталых стран на свете». Императорская армия в 1914 году потерпела поражение в Восточно-Прусской операции, потеряв армию генерала Самсонова, попавшую в окружение, в сам Самсонов застрелился. 1915 год, пожалуй, был тяжёлым и в феврале в битве на Мазурских озёрах германские войска разгромили 10-тысячную армию, заставив покинуть Восточную Пруссию. Российская императорская армия под командованием Великого князя Николая Николаевича начала отступать и потеряла Польшу, часть Прибалтики, Западной Белоруссии и Украины, перейдя после этого к обороне. Война приняла позиционный характер, чем хуже становилось положение России, тем нагле вели себя союзники. В самый тяжёлый момент в декабре 1915 года в Россию заявилась французская делегация сенатора Поля Думера и запросила 300 тысяч солдат на Западный фронт и российское правительство, опутанное французскими кредитами отказать не могло. В декабре 1915 года приказом императора Николая II сформирована 1-ая Особая пехотная бригада для отправки во Францию и это притом, что Российская империя в это самое время несла огромные потери в живой силе. 2-ая русская Особая бригада генерала Дитерихса была отправлена в Салоники, где союзники собирались отбить у австрийцев Сербию. Понятно, что русских ставили на самые опасные участки, не жалея пушечное мясо, поэтому в первых боях эта бригада понесла ощутимые потери 1400 человек и тогда французы решили её пополнить, но не своими солдатами, а колониальными войсками. В русскую дивизию добавили полк зуавов, то есть пусть второсортные вместе воюют ну не не свои сливки человечества добавлять. В ноябре 1916 года бригада атаковала позиции под городом Битоль и понесла такие потери, что была выведена для переформирования в тыл и фактически бригаду пришлось формировать заново в качестве подкрепления прибыли русские солдаты, которые были так нужны на Восточном фронте. — Сейчас всем тяжело и это большие потери и оторванность людей от экономики ложится тяжким бременем на экономику Российской империи, но мы достигли собственного предела и новое наступление может ухудшить без того шаткое положение, — взволнованным тоном заключил председатель кабинета министров и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер. Из дневника французского посла Жоржа Мориса Палеолога от 24 сентября (7 октября) 1916 года: «Г-жа Г., муж которой занимает важный пост в министерстве внутренних дел состоит уже много лет Эгерией Штюрмера. Честолюбивая интриганка она поддерживала Бориса Владимировича в продолжение всей его административной деятельности. С тех пор как ей удалось сделать из него милостью Распутина председателя Совета министров нет предела её мечтам о его величии. Она сказала недавно одной из подруг, подчёркивая свои слова таинственной важности как если бы сообщила государственную тайну: «Вы скоро станете свидетелями великих событий. В скором времени наше дорогое Отечество вступит на истинно спасительный путь. Борис Владимирович будет премьером Её Величества императрицы». 25 сентября (8 октября) 1916 года: «Лицо, очень точно осведомляющее меня обо всём, что говорят и делают в передовых кругах отмечает весьма активную работу социал-демократической партии и в особенности её крайней фракции большевиков: затянувшаяся война, неуверенность в победе, экономические затруднения вновь оживили надежды революционеров. Вождями движения являются три депутата-трудовика Государственной думы: Чхеидзе, Скобелев и Керенский. Очень сильное влияние действует также из-за границы влияние Ленина, нашедшего убежище в Швейцарии». Как записал в дневнике посол Великобритании во Франции Фрэнсис Левесон Берти, барон Берти из Тейма от 7 октября 1916 года: «Странно, что ряд британских офицеров и политиков глотают политический мусор, который собирают здесь англичане и везут с собой или посылают в письмах на Родину, а ведь многие из них считаются умными людьми! Им говорят, что Франция выдохлась, что она не готова сражаться до полной победы, что все очень хотят мира почти любой ценой, что на определённых условиях Франция будет готова заключить сепаратный мир с Германией, несмотря на то, что её ограничивает конвенция от сентября 1914 года, по которой она не имеет права заключать мир отдельно от союзников, что, если Франции предложат возвращение Эльзаса и Лотарингии и вывод немецких войск из Бельгии она согласится на мир с Германией. Французы прекрасно понимают, что пока Германию не поставят на колени любой возможный мир на тех условиях, которые Германия примет сейчас будет лишь способствовать тому, что через несколько лет Германия начнёт всё с начала. Самое меньшее, на что согласилась бы Франция Эльзас и Лотарингия: вывод войск из Бельгии, восстановление её политической независимости и выплата Германией контрибуции, возможно, Францию ещё удалось бы с большим трудом убедить вернуть Германии часть немецких колоний в Юго-Западной Африке, но подобно тому как жители британских заморских владений будут настаивать на том, чтобы мы сохранили за собой отобранное у Германии в Юго-Западной Африке, Восточной Африке и на Тихом океане едва ли французы согласятся расстаться со своими колониальными приобретениями только ради того, чтобы угодить нам». — Возможно, если окажем финансовую помощь, то ситуация изменится в лучшую для нас сторону? — предложил финансовую помощь Палеолог. — Вопрос как всегда в цене ваших пожеланий, но здесь наши мысли на этот счёт, когда будете готовы дать ответ свяжитесь с моим заместителем Нератовым, который в ваше и британское посольство уже дорожку протоптал и мы обсудим на что вы готовы пойти, — высокопарным тоном заверил премьер-министр Борис Владимирович, а затем мысленно добавил: «Я уверен, что тот передаст требования не только своему правительству, но и британскому и последние годы они следовали в фарватере британцев, довольствуясь своим куском пирога при разделе колоний. Считать ли французов глупыми за то, что они увидели в англичанах свой единственный шанс на выживание? Может быть, нет, но такая политика делает их полностью зависимыми от воли островитян, когда у британцев несколько пригорает, то французы могут надеяться только на нас или на американцев. Перетянуть французов на свою сторону — это нереальная задача и уготованная им роль надолго должна выбить из списка лидеров мировой гонки, а что же касается США я не сомневался они точно будут участвовать в этом конфликте. Вопрос кого американские элиты из Вашингтона выберут в качестве жертвенного бычка и уподобимся мы тем же французам и англичанам в пятнадцатом году и тогда Россия слёзно молила их отвлечь на себя часть германских дивизий, но взамен получала лишь пустые посулы и в конечном итоге за весь год разродились наступательной операцией под Шампанью. В Париже обрели убежище десятки русских революционеров ведь политика политикой и Франции хотят, что два монархических зверя, имея в виду Германия и Россия должны взаимно истребить себя». — Борис Владимирович, я благодарю вас за предоставленную аудиенцию, — ласковым голосом произносит Палеолог и склонил голову в церемониальном поклоне. — Признаться, но я желаю получения определённых разъяснений! Дипломатия — это путь решения задач, когда противники друг друга нененавидят, но она была придумана для решения сложных и неприятных вопросов с людьми, которые могут быть вам отвратительны, но надо быть вежливым, — холодно сказал Штюрмер, наблюдая за реакцией французского собеседника. — В отношениях между Российской империей и Французской Республикой сложилось совершенно нетерпимое положение, которое требует немедленного разрешения и четверть века отношения между странами строились на основе взаимного признания интересов и общности целей, которые были закреплены франко-русскими соглашениями от 21 августа 1891 года, 27 августа 1892 года и 23 декабря 1893 года. Однако политика, проводимая руководством Российской империи и предпринимаемые официальными лицами правительства нарушают букву упомянутых выше соглашений: демонстративные назначения явных германофилов на должности в государстве, односторонние контакты с Центральными державами в ходе войны и некоторые другие факты правительство Третьей Французской республики, к сожалению, не может оставить без ответа! — монотонно проговорил французский посол Жорж Морис Палеолог. — Морис, о чём вы говорите? Я и правительство Его Величества Николая II, чьи интересы я представляю в этом самом кабинете крайне доброжелательно относимся к прекрасной Франции, а также к другим членам Антанты и не заключим мирного договора до тех пор пока последний вражеский солдат не покинет наши земли. Ознакомлено ли правительство Великобритании с вашими подозрениями и каково его мнение на этот счёт? — с невозмутимым лицом опроверг все подозрения премьер-министр и министр иностранных дел Борис Владимирович Штюрмер. — Правительство на Даунинг-стрит, 10 поддерживает мои подозрения, — с уверенностью говорит представитель Третьей Французской республики. — Англичане удержать германцев сами не смогут, тем более что у них у в Ирландии сейчас очень неспокойно, а значит резервов не будет. Более того, англичанам приходится выводить с континента всё новые и новые дивизии в надежде не допустить новое Пасхальное восстание, если наш удар произойдёт до разгрома Франции, то мы вполне можем с Германией в этой партии разойтись вничью, но если Западный фронт рухнет значительно раньше, то придётся всерьёз пободаться, уповая на то, что Австро-Венгрия запросит мира до того как немцы смогут перебросить серьёзные силы на Восточный фронт, если мы не будем иметь сил к наступлению, то нам останется лишь уповать на милость победителей, — уныло протянул премьер-министр и министр иностранных дел Российской империи Борис Владимирович Штюрмер. — Ваше превосходительство, но вы понимаете, что произойдет, если вместо наступления ваша армия просто взбунтуется и поднимет на штыки своих командиров? — с испуганным видом предполагает французский посол Жорж Морис Палеолог. — В Вашингтоне как можно предположить возрастут изоляционистские настроения и президенту Вильсону будет сложнее аргументировать вступление Америки в европейскую войну. Великобритания, вероятно, будет обеспокоена возможным хаосом на территории своих колоний, а на Западном фронте Австро-Венгрия ищет возможность и оправдание для выхода из войны с минимальными потерями. Германия оказывается в сложной ситуации, когда есть несколько вариантов действий, но нет выбора. Она может продвинуть войска вперёд и вывести Францию из войны, что изменит ход боевых действий и даст понять официальной Вене, кто является победителем в этой войне, — обеспокоенно сообщает глава кабинета министров. — В целом я вынужден констатировать, что мы живём в смутное время чреватое потрясением основ европейской цивилизации. Социалистические идеи набирают больший размах не только во Франции, Пасхальное восстание в Ирландии, забастовки на предприятиях и в портах Англии, волнения в Швейцарии везде просматривается наличие подобных деструктивных идей. Сведений о внутренней ситуации в Германии и Австро-Венгрии меньше, но судя по всему там ситуация примерно такая же. Во всяком случае по информации американских газет отмечены определенные волнения в германском флоте Открытого моря. Англичане смирились с необходимостью уступок в этом вопросе, поскольку всё большее количество войск требуется в Ирландии и пусть из Европы англичане ещё не уходят, но рассчитывать на пополнения из метрополии они явно уже не могут, но им всё сложнее было разрываться между фронтом и своими домашними проблемами, а в Ирландии становилось горячее, тем более что самопровозглашённые власти в Дублине продвигали не только национально-освободительную карту, но и дополнили социалистической повесткой, с это производило нежелательный эффект на британские войска и были в переброшенных из Франции войсках не только этнические англичане, — посетовал посол Франции Морис Палеолог с грустным видом, надеясь найти понимание у русского премьера. — Британская империя, над которой никогда не заходит солнце увязла в ирландском мятеже и забастовках зато Германия нависает над Западным фронтом. Добавим к этому, что из-за пацифизма Вашингтон воздерживаются от вступления в войну, хотя вряд ли германский Генеральный штаб воздержится от удара, впрочем, германской разведке удалась операция по доставке судна с оружием к берегам Ирландии. Да, в апреле этого года Secret Intelligence Service проморгала немцев и ирландские повстанцы получили несколько сотен винтовок и пулемётов, но большую часть береговая полиция успела всё-таки перехватить, но в Ирландии сильно полыхнуло, поэтому англичанам не только пришлось перебрасывать дополнительные силы из своей метрополии, но даже выводить дивизию из Франции, оттого дело выглядело, что пока одну дивизию, а это не добавляло сил и оптимизма командованию экспедиционного корпуса на континенте. Премьер Герберт Генри Асквит поддерживает русофильские настроения в Великобритании и нам бы не хотелось ссориться с ним! — обрадовался премьер-министр и министр иностранных дел Российской империи Борис Штюрмер, а сам мысленно произнёс: «Это касается Англии, войны с Бонапартом канули в лету, но зато Крымская кампания совсем недавно была и за спиной Японии лорды стояли. Ясно одно, что войны с немцами и австрийцами надо было избежать любой ценой и это столкновение самоубийственно для нашего государства и пусть уж европейцы воюют, если они так жаждут места под солнцем».

***

Германская имперія. Берлинъ.

Шпреинзель. Королевскій дворецъ.

13:30

***

— Чeм зaнимaлacь вaшa paзвeдкa? Вальтер, почему ваши агенты не доложили o техническом рывке англичан? А ведь на вербовку агентов ты получал огромные из казны суммы, и начать вбрасывать в британские части антианглийские листовки. В них много служит ирландцев и шотландцев и надо бы выбрать самые резкие эпизоды в истории их отношений с англичанами и просвещать их в этом русле особенно интересно будет узнать ирландцам, что им во время Великого голода помогала Россия и листовки среди солдат Антанты в духе: «Ты за что воюешь солдат? За банкиров из Сити и Парижа? Они деньги зарабатывают на войне, а ты под пулями ходишь», так как в Париже и в Лондоне идёт светская жизнь, — с презрением отзывается император Германской империи и король Пруссии Вильгельм, рассматривая под столом украдкой пин-ап с пышногрудой коварной красавицей Лизхен. — Вaшe Величecтвo, но я подoзpeвaю, чтo вceх моих aгeнтoв cмoгли вычиcлить coтpудники английской кoнтppaзвeдки и oни вмecтo paзвeддaнных oтпpaвляли нaм дeзинфopмaцию! Валлиец Оуэн ап Туддор ап Мордред тоже был нашим проектом и тот вроде как происходил из того самого рода, который дал Англии династию Тюдоров, но я особо не интересовался делами Уэльса, но кто-то нашёл оппозицию, готовую бороться против произвола англичан. Костяк организации составляют представители местной аристократии, недовольных засильем лондонских конкурентов. Постепенно разведка вывела на лидирующее роли Оуэна и человеком оказался храбрым, решительным и беспринципным. Основной мотивацией нашего союзника была жажда власти, которая прикрывалась патриотизмом и заботой о народе. Такие люди на вес золота для любой иностранной разведки и мы подкидывали валлийцам денег через свою агентуру искали недовольных и сколачивали сепаратистов в единую организацию. Одновременно шла мощная пропаганда против Англии в лучших традициях чёрного пиара и любые просчёты и ошибки Лондона раздувались до гипертрофированных размеров. Основная задача заключалась в том, чтобы пробудить у достаточно пассивного населения национальное самосознание и постепенно удавалось. В Уэльсе были движения вроде методистов, которые отрицают вооружённую борьбу, но ратуют за независимость с шотландцами легче и тяжелее одновременно. Например, в Хайленде сильны антианглийские и сепаратистские настроения и проблема в том, что горцы подверглись массовым репрессиям и много активных людей покинуло Родину и агенты тоже активно работали с лидерами кланов в Европе, САСШ и Канаде и равнинные кланы давно являлись опорой Лондона в Шотландии. В отличие от горцев местная элита интегрирована в британскую систему и Глазго входит в пятёрку важнейших городов Великобритании и местные воротилы лояльны англичанам и недаром англичане во время войны практически полностью уничтожили всю разведсеть Германии у себя на острове. Простыми средствами контрразведки без помощи предателей такого достичь не удалось бы, но от двух агентов были получены сведения, что англичане хотят отвлечь наше внимание, высадившись во Франции и перейдя французско-германскую границу, нанести удар в стык двух наших корпусов, — запыханным голосом начал глава германской разведки полковник Вальтер Николаи, который всё же нe знaл, что многие его aгeнты были пepeкуплeны англичанами и они oтпpaвили в Бepлин дeзинфopмaцию. — Было убито уже пять членов парламента, включая теракт в Белфасте 25 апреля и подрыв лорда Лавли 27 апреля и на месте преступления нашли записку, что это дело рук бойцов ИРА и что она уничтожит всех членов парламента, если же они не признают Ирландию независимой. Понятно, что парламент в Вестминстерском дворце на это пойти не может и в Ирландию ввели дополнительно несколько тысяч солдат, а из армии и Королевского флота стали отправлять в отставку офицеров ирландцев и демобилизовать солдат и матросов. Вот в разы увеличилось количество ограблений и нападений в городах и там не так давно группа неизвестных напала на дом члена парламента от Ирландии. Элизабет Шрагмюллер она же фройляйн доктор продолжает выискивать в газетах информацию о самых деятельных членах правительства и парламента, давая газетам повод для красивейших заголовков! — с гордостью сообщил император Германской империи и король Пруссии Вильгельм, потому что Британия сейчас успешна в экономике и могла глушить любое недовольство подконтрольных территорий за счёт огромного количества ресурсов. — Лондону пришлось выделить часть своих сил с европейского континента чтобы удерживать свою власть в острове Святого Патрика, но там снова полыхнёт, когда в Британской империи снова возникнут серьёзные проблемы. Англичане действовали и не стеснялись в средствах и надо вытащить тайные делишки на свет, тем самым спровоцировать народное недовольство и уже далеко не первый век борются с англичанами за независимость: теракты, вооружённые восстания, похищения политиков и в ход идут различные методы борьбы с теми, кто оккупировал Ирландию, но также имеются вполне умеренные борцы за свободу, но с течением времени радикалов слишком много, — безапелляционным тоном отрапортовал директор Абвера полковник Вальтер Николаи, который вынужден подыгрывать Кайзеру. — Вся эта ситуация подрывает моральный дух Британской империи и поражение в Великой войне станет большим ударом, но ещё при прошлом короле была возможность потерять колонии, но и удалось решить с минимальными потерями, объявили о реформировании Британской империи и изменении политики по отношению к колониям это был мудрый ход и должны были произойти внутренние изменения, чтобы подданные не потеряли слишком многое в виду того, что государство не может кормиться за счёт колоний, — захохотал Кайзер Вильгельм II с заведённой за спину левой рукой, смотря на свой портрет в образе короля Фридриха Великого с его знаменитой флейтой. — Многочисленные теракты, совершённые борцами за независимость Ирландии сплотили английский народ в стремлении отомстить тем, кто принёс хаос и разрушения в их дом и нам не потребовалось даже накачки со стороны СМИ и правительства, а уже набралось немало добровольцев, желающих воевать и людей тренировали и отправляли в сформированные полки, что должны со временем заменить те, что уже воют в Ирландии и аристократы не могли остаться в стороне, если ещё полгода назад Туманный Альбион был уверен в том, что легко сломает хребет Центральным державам, то теперь были вынуждены вести полноценные боевые действия на Западном фронте. Ирландию успели накачать оружием и обучить те, кто был бы не рад усилению Британской империи и была серьёзным противником, который поглощения германских колоний обязательно займётся ими, а тут американцы им подложили свинью и небольшая помощь Эйре переросла в полномасштабное сотрудничество, чтобы доставить британцам больше неприятностей. Туманный Альбион оказался очень сильным, а победа дастся огромной ценой и вместо возвращения могущества достигла противоположного результата и другие империи, словно акулы, почуявшие кровь не могут устоять добить соперника, — с хитрой ухмылкой постановил глава Абвера Вальтер Николаи, созерцая за окном памятник Кайзеру Вильгельму I объединителю Германии и по легенде взгляд Нептуна в дворцовом фонтане, подаренном Кайзеру Вильгельму II городом был направлен на окна королевской спальни, что чрезвычайно нервировало императрицу Августу Викторию, которая приказала даже развернуть фонтан на 180 градусов. — Великобритания превратилась в холопа Вашингтона и могла стать проблемой и лучше повоевать и попытаться отхватить кусочек пожирнее от противника ведь старые обиды и противоречия никуда не ушли и всему виной желание короля сохранить величие своей империи, но получается, что всё может пойти коту под хвост не из-за его желания получить власть над большей частью мира, а из-за того, что ход военной кампании потерпел фиаско и может начать апокалипсис, стремясь уничтожить тех, кто готов разорвать остатки империи на мелкие кусочки и вряд лаймиз поумерят аппетиты и осознают ошибки. Для Лондона поражение в войне станет страшным ударом и встанет пробелам сепаратизма в колониях и этот карточный домик примется рушиться прямо на наших глазах, но Ирландия не смогла в боевые действия против метрополии, но за последние месяцы на Туманном Альбионе произошла серия терактов, что унесли свыше трёхсот жизней, — делает вывод Его Императорское и Королевское Величество Вильгельм II. — Были видны уши Secret Intelligence Service, что и следовало ожидать и в целом Россия была столь серьёзным игроком в вельтполитик как Британская империя. Она же была напрямую ответственна за головную боль в виде либералов и то, что эти ребята работали с ними тоже их заслуга и решалось сразу две задачи: попытка подрыва политической системы в империи и попытка поднять местных на восстание против Романовых. Никто, конечно, не верил в успех либералов и использовали как раздражитель для России, которая вынуждена заниматься внутренней проблемой. Не могу не отметить, что Великобритания работает на будущее и сейчас полно проблем с Индией и Ирландией, но рано или поздно эти проблемы решатся у Британской империи было достаточно ресурсов для того, чтобы решить свои проблемы и тогда можно будет вернуться к противостоянию с остальными империями, если будут ослаблены к тому моменты или как минимум завязнут в проблемах, если добить остатки либералов обломать рога британцам и возможно напакостить в ответ, — пытался задобрить императора глава Абвера полковник Вальтер Николаи. — Очень надеюсь, что лайми завязнут в противостоянии с Ирландией и Индией и тогда есть несколько лет в запасе на то, чтобы стать сильнее, а если крупные государства будут вставлять палки в колёса, то времени будет ещё больше. В ходе Пасхального восстания правительство столкнулась с терактами и виновными назначили ирландских террористов, что стало поводом для того, чтобы Туманный Альбион пересмотрел политику по отношению к колониям и общество было полностью на королевской стороне после терактов. В Ирландию отправлены войска для борьбы с ИРА и американцы заявили, что их обвинили в преступления против бывшей метрополии, которые они не совершали. Если так дальше будет продолжаться, то взбунтуется тихая Австралия, в которую метрополия практически не вкладывала ресурсы, но с большой охотой посылала преступников и политических заключённых и нарыв должен вскрыться и забрызгать гнилью. Причём Лондону забрызгать должно меньше и Туманный Альбион находится далеко от Австралии и зато у остальных стран, что имеют интересы в Индийском океана должна появиться новая головная боль. На фоне проблем Лондона с Ирландией кое-кто решил подгадить Туманному Альбиону по мере возможностей и некоторые рьяные борцы за свободу острова Святого Патрика начали устраивать теракты на территории Соединённого королевства. Империя явно готова вести войну на два фронта и при этом не намерена терпеть теракты у себя на Родине. Англичане смогут, но победа будет пирровой и тогда прочие империи могут решиться сразиться с ослабленным Альбионом и королю сейчас приходилось тяжело. В Лондоне с большим бы удовольствием пригнали весь Королевский флот и немаленькую армию в Австралию и раздавили этот уголовный сброд,— с озадаченным лицом сообщает император Германской империи и король Пруссии Вильгельм II, присаживаясь на кресло в виде кавалерийского седла. — Долгое время Великобритания сосредоточивала свои усилия на развитии центра метрополии, оставляя колонии без должного внимания. В то время как Лондон наслаждался роскошью, то в Китае население страдало от голода и опиумной зависимости и в какой-то момент Великобритания перестала контролировать свои колонии, и ситуация стала ухудшаться. Её союзница Россия тоже столкнулась с внутренними проблемами и вся власть была сосредоточена в столице и на то, что происходило за пределами старались не обращать внимания. Сейчас Великобритания снова стала Владычицей морей, возвышаясь на своём троне, но этот конфликт затянется на годы, сталкиваясь с террористическими атаками борцов за независимость. Британская корона награждает рыцарским званием людей самых разных и иногда весьма сомнительных достоинств. После Великой войны все будут ждать, когда русский медведь и британский лев сойдутся в схватке и было понятно, что победитель будет править миром и никто не ждал повторения войны на уничтожение, когда исчезали города, а огромные пространства просто становились выжженными землями, собираясь наблюдать как русские и британцы будут воевать за право владеть миром. Мы находились в готовности аплодировать на параде вне зависимости от того русская или британская гвардия будет входить в Берлин и в случае прямого конфликта Англии и России сохранялась возможность, но прежде чем русские и британцы станут решать, кто будет править миром для начала нужно попробовать мир сохранить, — с ехидством вставил глава Абвера полковник Вальтер Николаи. — Упирайтe пo вoзмoжнocти нa нaциoнaльную политику на тo, кaк oни, пopaбoщaют вcё вoкpуг ceбя типа колониальная администрация, следуя букве Се́сила Родса отжигает расстреливает унтерменшей с целью устрашения свободолюбивых, эксплуатируя от рассвета до заката. Этa вoйнa oчeвиднo будeт нe пocлeднeй, поэтому нужнo cpaзу дeлaть зaклaдки и нa будущee и короля Генриха VIII вспомните с его жёнами и пусть знают, что они на острове жрут младенцев, что англиканская церковь прибежище дьявола, которому лорды тайно поклоняются, что они в закрытых клубах устраивают кровавые оргии и часто с гомосексуальными элементами и жертвоприношение. Кстати, на варианте, напоминающем английское огораживание настаивали господа декабристы, поскольку в Англии крестьяне получили свободу, но земля осталась во владении лендлордов, для которых было выгоднее разводить овец либо отдать её в аренду и большинство крестьян теряло землю, с которой они кормились и многим пришлось бродяжничать и побираться, но когда к власти пришёл король Генрих VIII который активный борец с католической церковью и с монастырями был принят ряд законов по борьбе с бродяжничеством, согласно которому люди без постоянного места жительства сначала биты кнутом, а затем лишались уха, а в третий раз казнили. Исключение было сделано для тех, кто не мог работать из-за болезни либо старости и им местные судьи могли дозволить побираться, но таковых мало и кровь лилась рекой, но десятки тысяч такмх счастливчиков, получивших свободу умирали с голода, пришедший король Эдуард VI после достижения совершеннолетия в 1547 году ослабил закон, заменив казнь рабством, но в 1550 году вступили в силу и кровавая вакханалия продолжалась вплоть до смерти королевы Елизаветы I, а что там с русской революцией? — рассказал исторический факт Кайзер Вильгельм II с заведённой за спину левой рукой. — Мой Кайзер, все выделенные для этого статс-секретарём Готлибом фон Яговым денежные средства в полном объеме передаются русским революционерам через созданные в Дании, Швейцарии и Швеции отделения частных банков. Мы финансируем только те партии и тех социалистов, что выступают за окончание войны и роспуск армии, но финансирование явно недостаточное, — с недовольным лицом отрапортовал глава германской разведки Вальтер Николаи. — Великобритания — это обычная страна с ограниченными природными ресурсами и небольшое королевство с меховыми шапками и клетчатыми юбками и большим количеством точек напряжения и с промышленностью, если там резко случится коллапс, так как она ориентирована на обеспечение колониальными товарами, используя дешёвое сырьё оттуда. Они в игре ставят на кон факт существования как Великой державы, поэтому они будут рисковать только тогда, когда смогут быть уверенными в том, что нашу Великую Германию можно победить. Шотландия и Уэльс стихли, хотя для этого понадобились интернирования недовольных в Ирландию и она смогла превосходным образом впитывать в себя весь тот народ, что не мог спокойно жить на благословенном острове Британия, — грубым голосом отрапортовал император Германской империи и король Пруссии Вильгельм II, подкрутив правой рукой ус. Ещё в первые годы своего правления Вильгельм приложил усилий, чтобы разрешить имеющиеся между Германией и Англией споры, касающиеся колониальных владений! Вплоть до 1898 года, когда в Германии принята программа строительства военно-морского флота у Лондона не было претензий к внешней политике Кайзера и осознание того факта, что немцы начали создавать флот в будущем должный стать едва ли не ровней Королевскому флоту привело к витку ухудшения отношений двух стран ведь ни одному нормальному властителю не могли прийтись по душе посягательства на его права и свободы, а таковые для Великобритании обеспечивал флот. Флот, что теми или иными методами никогда не должен был сойтись в бою с равным противником, но именно та причина, по которой обе страны ударными темпами строили крейсера и броненосцы позволила английским дипломатам найти, точки соприкосновения для нагнетания напряжения в отношениях России и Германии. Германская империя нуждалась в колониях, что могли стать как потребителями промышленных товаров, производящихся на германских заводах, так и поставщиком дешёвого сырья, но все не способные постоять за себя страны и народы уже были поделены между теми, кто кинулся на данный пирог в первых рядах и уж отдавать своё никто не собирался, а вот позволить германскому хищнику забрать чужое. — Ваше Императорское и Королевское Величество можно не сомневаться, кто одержит верх, поскольку победитель всегда забирает у побеждённого всё, если у него достаточно сил, чтобы отогнать хищников, которые вьются вокруг терзающих друг друга соперников, — язвительно прошипел глава Абвера Вальтер Николаи. — Писалось о враждебности буров, угнетении прав ойтландеров, платящих две трети налогов, но не считающихся равноправными и мастерски составленная информация о неспровоцированной агрессии с территории Трансвааля и уничтожении потомками голландских колонистов цвета английской армии и много чего, способного довести шовинизм до нужного накала написано. Грудой посыпались запросы в правительство от парламентских дискуссий дрожали стены и начались уличные демонстрации. В отличие от Петербурга августа 1914 года не было только погромов, поскольку буры не то, что немцы в России своих магазинов и контор в Лондоне не имели. Нужная работа велась в клубах, на трибунах ипподромов, со многими влиятельными членами Палаты лордов, министрами и даже с членами королевского дома. Люди, близкие к власти, а может быть по причине рационального мышления чужды и требует самоуважения и холодного рассудка, а с такими качествами в правительство и парламент просочиться трудно. Зато большие деньги и пропаганда дают результаты Великие державы восприняли британскую агрессию достаточно спокойно с интересом, чем с возмущением, то есть фактически предательски по отношению к маленьким республикам. Так они поступали ничему не научившись и на протяжении всего двадцатого века предпочитая умиротворять агрессора, а не пресекать его поползновения в корне, а ведь стоило тем же Франции, России и Германии, не считая САСШ предъявить Владычице морей грамотно составленный ультиматум и куда бы она делась? Побились в истерике сколько-то времени либеральные газеты, поколотил кулаком по трибуне сэр Джозеф Чемберлен на этом бы всё закончилось. На мировую войну Британия при тогдашнем соотношении сил не решилась бы, так как у неё не было дредноутного флота. Через четыре года России пришлось пожинать плоды, когда Англия на волне своей победы вооружила и поддерживала Японию, а через четырнадцать Германия получила по полной программе. Я писал кузену Ники в письме: «Чтобы там ни случилось я никогда не позволю англичанам раздавить Трансвааль!», когда Англия начинает терпеть неудачи, желающих подтолкнуть падающего найдётся и нужно, чтобы эту войну Англия не выиграла, естественно, мы выиграть не сможем тоже, но зато опозорить на весь мир коварный Альбион постараться стоит, — заключил германский монарх, потирая руки, а глава Абвера полковник Вальтер Николаи широко улыбнулся. — Мой Кайзер, нам необходимо выделить русским революционерам ещё денег и мы не должны сейчас экономить на этом, — искушающим голосом докладывал Кайзеру директор германской спецслужбы.

***

Россійская имперія. Петроградъ.

Марсово поле.

14:30

***

— Ваше Императорское Высочество, идите скорее сюда, — изумлённо произнёс французский посол Жорж Морис Палеолог, сопровождая свою Высочайшую подругу на вернисаже на Марсовом поле: «Великая княгиня Мария Павловна открывает сегодня днём на углу Марсова поля и Мойки выставку протезов для увечий лица она передала мне приглашение быть там. На дворе невообразимо унылая погода небо цвета аспидной доски и свинца пропускает лишь свет гаснущий, бледный, бесцветный, свет затмения. В воздухе медленно вьются снежные хлопья. Почва бесконечного Марсова поля представляет собою лишь болото из липкой грязи и солёных луж. На заднем плане построенный по обету храм Воскресения окутан туманом как креповой вуалью. Я сопровождаю Великую княгиню из залы в залу. Тусклый свет, проникающий через окна ещё больше усиливает зловещий характер этой выставки в каждой витрине фотографии, гипсовые маски, восковые фигуры вперемешку с аппаратами, чтобы показать их механизм и употребление. Все эти лица, искромсанные, разодранные, ослеплённые, раздробленные, бескостные, утратившие подчас даже вид человеческий составляют жестокое зрелище, которому поистине нет названия ни на одном языке. Самое бредовое воображение не могло бы представить подобного музея ужасов сам Гойя не в состоянии был дойти до этих кошмарных образов: страшные офорты, в которых ему доставило удовольствие представить сцены убийства и пытки бледнеют перед чудовищными реальности. Поминутно Великая княгиня испускает вздох сожаления или закрывает рукой глаза после того как мы кончили обход галерей она идёт в особо отведённый салон отдохнуть несколько минут. Там она усаживает меня возле себя затем, приняв равнодушный вид, потому что на нас смотрят и она шепчет». — Ах, мой дорогой посол, скажите мне скорей что-нибудь утешительное и душа моя была очень мрачна, когда я вошла сюда. Ужасы, которых мы только что насмотрелись окончательно расстроили меня. Да, утешьте меня скорей, но почему душа ваша была так мрачна, когда вы пришли сюда? — жеманно капризничает Её Императорское Высочество 62-летняя Великая княгиня Мария Павловна-старшая, шелестя сиреневым платьем, поправив модную шляпку в тон платья. — Потому что. Нужно ли мне говорить вам это? — учтиво задал вопрос Великой княгине французский посол Жорж Морис Палеолог: «Затем она быстро перечислила причины своего беспокойства. На русском фронте наступление Брусилова остановлено без всякого решительного результата. В Румынии катастрофа неизбежна и неминуема. Внутри империи утомление, уныние, раздражение растут с каждым днём. Зима начинается при самых мрачных предзнаменований. Я её успокаиваю несколькими вариациями на мою обычную тему, что бы ни случилось Франция и Англия будут продолжать войну до полной победы и эта победа не может от них ускользнуть, ибо теперь установлено, что Германия так же неспособна разбить их как и продолжать борьбу бесконечно, если бы, что невозможно Россия теперь отделилась от союзников и на следующий день оказалась бы среди побеждённых — это было бы для неё не только несмываемым позором это было бы национальным самоубийством». Как записал в дневнике посол Великобритании во Франции Фрэнсис Левесон Берти, барон Берти из Тейма 27 октября 1916 года: «На ужине у Джона Ревелстока присутствовали Бенкендорф [посол России в Великобритании], Чарли Гардинг и Артур Бальфур. Говорили об истоках войны и можно ли было её предотвратить или только отсрочить сошлись на последнем. Обсуждали Холдейна и его роль в катастрофе. Я сказал, что он хотел, чтобы правительство сохранило нейтралитет в франко-германской войне. Нам пришлось бы воздержаться, если бы агрессором стала Франция, но кто должен решать, кто был агрессором? Если бы у Франции имелись убедительные доказательства намерения Германии напасть на неё она не считалась бы агрессором даже если бы её войска первыми перешли франко-германскую границу, чтобы получить военное преимущество. Почти весь разговор об истоках войны сводится к довольно избитому вопросу. А. Б. считает невозможным, чтобы румын с их 800-тысячной армией можно было уничтожить как Сербию, судя по всему его не очень встревожил германский налёт на Па-де-Кале, а ему-то наверняка известен размер ущерба. Мне это событие кажется серьёзным кроме того немцы без разбора нападают на суда небольших нейтральных стран Норвегии, Дании и Голландии. Германия разговаривает с Норвегией угрожающим тоном, что вновь призвано вселить ужас в сердца нейтралов и затруднить поставки продовольствия». — Oui, mon cher ami, — с кокетством отзывается Великая княгиня Мария Павловна-старшая. — Вы так беспокоитесь. Вы, значит, не верите больше императору? — с беспокойством спрашивает представитель Франции Морис Палеолог, сопровождая Великую княгиню Марию Павловну на выставку: «Удивлёная резкостью моего вопроса она мгновение пристально смотрит на меня растерянными глазами». — Император? Я всегда буду верить ему, но есть ещё императрица и их хорошо знаю обоих, чем хуже будут идти дела, тем больше получит влияния Александра Фёдоровна, потому что у неё действенная, настойчивая, неугомонная воля. У него, напротив, лишь отрицательная воля, когда он сомневается в себе, когда он считает себя покинутым Богом он перестаёт реагировать он умеет лишь замыкаться в инертном и покорном упорстве. Посмотрите как велико уже теперь могущество императрицы и скоро она одна будет править Российской империей, — с болью в сердце сообщает на французском языке с немецким акцентом Её Императорское Высочество Великая княгиня Мария Павловна-старшая, урождённая немецкая принцесса Мария Александрина Элизабет Элеонора Мекленбург-Шверинская. Как вспоминал граф Эммануил Беннигсен: «Пропустил я упомянуть про жену Владимира Александровича Марию Павловну долго считавшуюся наиболее привлекательной из Великих княгинь. Надо сказать, что они с мужем были действительно очень красивой парой, а она, хоть и немка по происхождению обладала живостью скорее француженки. В различных мемуарах говорится про её роль в разных семейных совещаниях в последние годы монархии. Судить о ней я не могу, но от единственного моего с нею продолжительного разговора в Минске весной 1916 года у меня осталось впечатление, что она слишком многое говорит о том, что ею следовало бы замолчать в её собственных интересах».

***

Россійская имперія. Петроградъ.

Кіевъ. Маріи́нскій дворецъ.

15:35

***

— Теперь российская аристократия хочет она того или не желает, но на нашей стороне и они прекрасно осознают, что революционные потрясения им не нужны, а им особенно крестьянский чёрный передел всех страшит! — с трагическим лицом сообщает Великий князь Александр Михайлович своей тёще за чаем в Белой гостиной киевского Мариинского дворца в ожидании единственной дочери, княгини Ирины Юсуповой с её мужем Феликсом Юсуповым. Российские императоры вот уже без малого два века считались самодержцам имели бы фактически неограниченную власть, если бы не одно «но» — это аристократия могла иметь на этот счёт своё мнение и порой его выражала эта была та самая удавка, которой можно было бы удушить императора, если бы его действия напрямую затронули интересы определённых кругов аристократии так случилось, что коллективным ограничителем самодержавия выступала Лейб-гвардия, в которой по традиции служили представители аристократических кругов и столетие гвардейцы решали кому надлежит править, а кому из императоров следует распрощаться с жизнью. Участь несчастных императоров императоров Ивана VI, Петра III и его сына Павла I были наглядным свидетельством недовольства аристократии, а вот события 14 декабря 1825 года на Сенатской площади уже стали открытым проявлением не только отдельного цареубийства дела вполне обыденного по большому счету, а возмущением уже дворянства, которое почему-то возомнило, что не только вправе само решать кому править, а кому нет, но и отстранить династию от престола, а кое-кто договорился из заговорщиков с золотыми эполетами на плечах договорился даже до того, что лучше бы объявить республику, а Романовых истребить без остатка и что скверно, что в заговоре участвовало множество генералов не желавших восхождения на престол Великого князя Николая Павловича. Мятеж был подавлен, поэтому пятерых бунтовщиков казнили, а остальных заговорщиков отправили кого на каторгу, других рядовыми на Кавказ, третьих в ссылку. Вот только следствие не стало копать глубоко ведь у молодого императора Николая Павловича хватило ума не задаваться вопросом почему многие генералы повели себя в те дни очень странно, а персоны были влиятельные — это петербургский генерал-губернатор, командующий гвардейской пехотой, два бригадных генерала гвардии, наместник Кавказа, начальник штаба и три командующих корпусами и список можно продолжать, но затронули только несколько второстепенных фигур генерал-майора Орлова (брат, которого вёл следствие), князя Волконского и Фонвизина, генерал-интенданта Ющневецкого. Их показательно наказали в назидание первого упрятали в имение, трёх других определили на каторгу, изъяв ещё трёх действительных статских советников, один из которых являлся обер-прокурором Сената, но дальше углубляться уже сами следователи не стали. Связи аристократии оказались настолько переплетёнными родственными узами, что попытка их распутать могла бы привести к новому гвардейскому выступлению на этот раз последнему для императора Николая Павловича, который проявил благоразумие и отступил и даже родственников декабристов монарх облагодетельствовал, показывая тем, что не гневается на известные фамилии. Даровал им должности, чины, награды, пенсии, то есть откупился на будущее, понимая шаткость своего положения. — Сандро, ты прав и нашу династию обкладывают со всех сторон как волков на охоте красными флажками. Нас с тобою буквально обложили со всех сторон любое действие будет замечено, кто имел прямое отношение к власти понимали, что сейчас на престоле находится разветвлённая немецкая династия Гольштейн-Готторпов, которая тоже ответвление Ольденбургской династии, находящаяся в очень сложных отношениях с российской аристократией, — посетовала вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, урождённая принцесса Мария София Фредерика Дагмар Датская в чёрном платье. — Не удивлюсь, если в тебя и меня начнут стрелять и бросать бомбы ведь мы с тобой серьёзно им мешаем, если мы не примем меры. У них есть деньги и все банки под их контролем, поэтому они опутали нас кредитами и хотят купить как этуалей. Вот брат мой Великий князь Сергей Михайлович активно продвигает французскую артиллерию от Шнейдера, которая не качественна либо ему тоже заплатили как и его подруге, прима-балерине Кшесинской и всё в ход идёт от клеветы до прямого подкупа, — с горечью констатировал Его Императорское Высочество Великий князь Александр Михайлович он же Сандро. — Сандро, пожалуйста, не говори мне ничего об этой женщине, так как мало того, что мой любимый Мишкин женился на этой безродной авантюристке Брасовой так ещё эта польская артистка балета возле двора крутится, — резко оборвала зятя вдовствующая императрица Мария Фёдоровна, урождённая принцесса Мария София Фредерика Дагмар Датская. — России с Владычицей морей воевать резона нет, впрочем, и дружить — это ещё опасней как считают германофильские круги Петрограда, которые утверждают, что здесь везде клевреты Лондона и Парижа на содержании, а самые главные из них это министр финансов Пётр Барк и бывший министр иностранных дел Сергей Дмитриевич Сазонов и на кого в такой ситуации мы опереться можем, когда на нас всех натравливают? — жалобно застонал Великий князь Александр Михайлович.

***

Германская имперія. Берлинъ.

Фридрихштрассе. Кафе «Café Bauer».

19:43

***

— Вальтер, я вас очень ждал, — с фальшивой лаской в голосе говорит по-немецки ирландский революционер, сидя за столиком в ресторане. — Немцы не требуют от ИРА подниматься на бой прямо сейчас и прежде всего они предлагают содействие в развёртывании в народных массах пропаганды идей ирландского национализма и независимости. Разве не очевидно, что мы начали проигрывать борьбу за сердца и умы три четверти прессы в Ирландии пляшет под дудку гомрулеров и год от года ситуация ухудшается. Агитация гэльской лиги теряет притягательность для молодёжи, чьи горячие сердца жаждут не столько фольклора, сколько открытой схватки с угнетателями, понимая это хотят помочь с подготовкой боевых ячеек. Мы готовы предоставить финансы, вооружение, но для этого нам придётся организовать отправку в Ирландию кого-то из наших людей кто потом будет координировать усилия и немцы принципиально не собираются внедрять в Ирландии агентуру. Это борьба ирландского народа за своё освобождение из-под английского гнета и мы не намерены указывать ирландцам как её вести навязывать им свою волю или креатуры и мы готовы лишь посильно помочь вам завоевать свободу ничего не требуя от них взамен. Очевидно, что интерес Берлина это тотальный разгром Великобритании и низведение до границ Англии и мы союзники в грандиозной схватке. Ирландия — это прекрасная и красивая страна! — торжественным голосом объявил директор разведки Германской империи полковник Вальтер Николаи и немцы не обманули, дали работу и работали с новоприезжими из Ирландии, среди которых вербовали будущих агентов и вообще помогали выбравшимся с острова Святого Патрика соотечественникам найти место в новой для них стране позволили просто жить и не слишком лезли со своими правилами. С другой стороны взявший длинный «отпуск» боец ИРА точно знал, что рано или поздно этот период закончится и немцы не занимались благотворительностью, а значит, когда-то наступит день и ему придётся вновь браться за оружие и англичане показали что умеют работать головой, что не удивительно иначе они бы не построили империю, над которой никогда не заходит солнце, то его смогли опознать и вскоре узнаваемое лицо ирландца попало на плакаты с пометкой разыскивается за вознаграждение в 1000 фунтов. Тут опять признать англичане не пожадничали и бойцу ИРА стало неуютно находиться на островах и он ловил на себе задумчивые взгляды от своих товарищей по опасному ремеслу, что и стало причиной его эвакуации на континент от греха подальше так сказать и эта присказка была уместна как никогда, впрочем, участие немцев в дестабилизации ситуации на изумрудном острове не было таким большим секретом. Слишком много рыжих бравых парней прошло через лагеря в Фатерлянде и немцы активно сотрудничали с ИРА, помогая им специалистами и ресурсам, но не слишком активно лезли в руководство самим процессом борьбы в Ирландии, но определённые рамки приличия, установленные между великими державами соблюдались весьма аккуратно. — Бить англичан, чтобы за это доплачивали воистину Германия благословенная страна и мой народ борется за свою независимость, но пока мы не можем выгнать британцев с наших земель. Да, нас многие поддерживают, посылают вооружение и специалистов, но здесь я остаюсь представителем ирландского народа. Народ в основном потухший, смирившийся с судьбой и английский суд и так-то милосердием не славится, а уж к низшим слоям населения относится как к опасным преступникам, которые пока не попались, если ты родился в семье, где есть выпускники Оксфорда или Итона, то Англия и впрямь будет старой доброй, а если в трущобах Лондона с поговоркой за Каналом людей отнюдь нет, — с печальным видом сообщает ирландский революционер Патрик Мёрфи и молодой ирландец, не скрывая ехидной ухмылки широко перекрестился и скривил губы ещё не в силах поверить глазам, но как все жители Эйре недолюбливал англичан, с которыми на протяжении столетий вели ожесточённые войны. Однако горячая кровь время от времени брала своё и ирландцы предпочитали уезжать на чужбину лишь бы не находиться под владычеством британского льва. — Вы сами лучше видите как с активизацией агитации гомрулеров с подачи лондонского кабинета министров ведущейся из-под ног у патриотов начала уходить почва? А как пресно отвечают католические священнослужители на усиливающийся день ото дня англиканский натиск? Подавляющее большинство их гомрулеры, но это не значит, что нужно непримиримо восставать против них и соглашательской позиции. Патриотической прессе как можно скорее освоить инструментарий по проведению политических дискуссий и продвижению в парламент честных перед своим народом кандидатов, но не для того, чтобы метали бисер перед в Лондоне, а для того, чтобы у вас в скором времени появились лидер и кроме денег, которые вы получите планирование и системный подход. Помимо основных задач, что были определены планами операции «Посылка» посмотрите на доки и парочку мостов, а ещё надо прогуляться по Сити и возле морского министерства! Именно здесь очень любили повторять «За Каналом людей нет» и англичане не считали за людей чужаков, а для британского истеблишмента и своими низшие классы людьми не были не отставали и низкие сословия, но Королевский флот считается воплощением империи и только порядки такие, что забить человека не стоит ничего. Если вас поймают, то пыткой смогут выведать сведения о тайном обществе и это недопустимо, поскольку должно будет действовать даже и после восстания, чем бы оно ни кончилось и будьте готовы, что для победы придётся делать очень нелицеприятные вещи, о которых никому не знать: поджоги, убийства, террор, подрывы и многое всё это должно остаться тайной и нет такого принципа, который вам нельзя было бы переступить ради ослабления мощи Великобритании! Только после этого вам следует прибегнуть к помощи германского флота, который будут громить транспорты, подвозящие в Ирландию подкрепления и тогда вы сможете победить! — постановил глава германской разведки Абвера Вальтер Николаи, а ирландский революционер заметно оживился от таких слов. — Герр, но ценой неимоверного напряжения сил и откровенного террора англичанам часто используя войска удалось прекратить нападения на представителей власти, но может быть мои ребята сами остановили операцию, видя что их народ начали тысячами брать в заложники и уничтожать всех подряд. Отличились опять англичане, но кто бы сомневался и жертвы среди мирного населения или просто невиновные их особо не волновали, если речь шла о собственных интересах. План главы правительства был простой как лом: Великобритания концентрировала в единое целое имеющиеся силы, мобилизовывала своих вассалов с сателлитами и начинала атаку по всем фронтам, но я проделал работу над ошибками и решил оставить в покое политиков, поэтому убивать надо банкиров, крупных предпринимателей и промышленников, чем люди с помощью нашей агентуры, занялись со всем старанием ведь это не только нужное дело, но и огромные прибыли, а вот главная задача, которая была поставлена перед террористами не сдаваться в плен. Пусть английские спецслужбы ломают голову, есть ли в нападениях ирландский след или кто-то решил воспользоваться ситуацией для сведения личных счётов и это вызвало новый приступ паники на Альбионе и заставило элиту думать о перемирии! — ухмыляется ирландский революционер из Дублина Патрик Мёрфи, смотря на своего германского собеседника. — Вот англичане поняли важность распространения информации через газеты, то вам нужно будет постоянно размещать в европейских газетах статьи о страданиях ирландского народа. Англичане сами дают и будут давать поводы считать именно так и судорожно цепляются за любые союзы, но при этом предают и грабят союзников по своей старой привычке и на любой промах и преступления англичан должна была следовать реакция и осуждение в европейской прессе. Голод и массовые казни надолго выбьют из строя готовых сражаться людей, поэтому вам нужно будет заняться переправкой желающих в САСШ и Канаду. Если у вас есть связи в Хайленд можно помочь горцам Каледонии с переездом, — приказывает глава германской разведки, наслаждась кофем в берлинском кафе. — Вальтер, я найду выход на оставшихся лидеров кланов, но вряд ли захотят подчиняться ирландцам, но заключить договор о совместных действиях вполне возможно. Союз с хайлендерами вещь нужная, но не первостепенная они с большей охотой уезжают в Канаду там и нужно создавать уже шотландские ячейки надеюсь, что вы сможете донести идею до лидеров, а они правильно воспримут. После подавления Пасхального восстания англичане и их клевреты устроили массовые расправы и издевательства и моё предложение заключается в том, чтобы ответить на карательные действия англичан индивидуальным террором, то есть подготовленным и спланированным убийством какого-то важного лица, виновного в преступлениях или обладающего ресурсами и властью, — в предвкушении говорит ирландский революционер Патрик Мёрфи, держа в руке чашку с кофем. — Патрик, банкиры, владельцы верфей, учёные и военные гораздо более важны для государства, нежели министры и даже король, но королевскую семью вам лучше не трогать и таковы негласные правила, но обладатели капиталов являются главными виновниками начала войн, в том числе велика его роль в порабощении Ирландии. Представьте себе через пару английский генерал, умывший руки в ирландской крови или ростовщик, вогнавший в кабалу и заморивший голодом сотни детей и женщин отдыхает в поместье, но вот группа ваших людей проникает в дом жертвы или к зданию банка подъезжает телега, а бочка на самом деле начинена нитратом аммония, а на месте англичане найдут изображение клевера или арфы и в перспективе изображения можно будет присылать будущей жертве заранее пусть мучается, ожидая нападения и смысл такой организации состоит в максимальной отдалённости боевых групп друг от друга. В ячейку входит три или пять человек, имеющих дело с одним комиссаров и тот тоже знает одного человека, от которого получает задание, деньги и оружие и община вполне может жить дальше и если будет в чём-то заподозрена, то англичанам придётся хватать всех, а это десятки или сотни тысяч людей. Они смогут выяснить, что есть ирландский фонд взаимопомощи, который собирает деньги и помогает развить дело! — усмехнулся директор Абвера полковник Вальтер Николаи, откинувшись на спинку кресла. — Вальтер, но вам же не важна судьба моего народа? Некоторые находят выгодным находится Ирландии в составе Британской империи в обмен на лояльность в отказе от идеи независимости, поэтому пока мы боремся за широкую автономию. Они союзники, влиятельности которых не стоит преуменьшать к тому же больше половины расходов ИРА оплачивается из их пожертвований, — с любопытством поинтересовался молодой ирландец, закрыв глаза. — Я не стану скрывать, что для меня на первом месте стоят интересы Великой Германии, а всё остальное второстепенно, но есть одно важное исключение это Англия. Уже более двухсот лет эта страна контролирует нашу внешнюю торговлю и частично политику и Туманный Альбион не оставляет попыток навредить России. Существует мнение, что за убийством императора Павла I стоит Англия, хотя это и было делом рук придворных интриганов. Поверьте, мы с вами союзники на долгие годы, если не навсегда и ненависть к общему врагу и взаимный интерес способны сблизить сильнее светлых побуждений, — насмешливым тоном воскликнул глава Абвера полковник Вальтер Николаи, стуча пальцами по столику. У ирландца был свой план действий и он сам выбрал Ливерпуль в качестве места своего проживания и центра ИРА. Сейчас это порт, вокруг которого стремительно развивается промышленный район однако не менее важными факторами стали близость Ирландии и большая ирландская диаспора, а ячейки ИРА были организованы в Дублине, Лондоне, Глазго, Манчестере и Портсмуте, а боевиков можно было вербовать среди ирландских иммигрантов и на самом острове Святого Патрика. Пропаганду взаимопомощи и сбора средств решили возложить на католических священников, среди которых было много патриотов никто не ожидал, что им предложат стать частью объединения, основанного на католической вере, патриотизме и мести англичанам за многолетние унижения. — Вы же понимаете, что финансовая поддержка ИРА и убийства подданных короля Джорджа V поставит Германию в неудобное положение в случае огласки? — с озадаченным лицом интересуется ирландский революционер Патрик Мёрфи. — В случае попадания информации о моём участии в подобных делах я возьму всю вину на себя можете нисколько не сомневаться, но такое возможно только в случае вашего захвата англичанами чего я надеюсь никогда не будет. Англичане старались нести миру добро и справедливость и вдруг такая вот подлость и Лондон просто обязан наказать виновных и забрать сторицей понесённые потери, если можно воевать чужими руками, то это идеальный вариант, который неплохо используют англичане. Они всегда ставят интерес выше обязательств перед союзниками, подкупают местные элиты и готовят отделение колоний от метрополии и лаймиз уже поняли, что не захватывать страну при помощи военной силы. Боевые подразделения дисциплинированы и едины и разного рода проходимцы, воры и мошенники уничтожались беспощадно, то сейчас тайная сеть контролировала запад острова и была сильна во всех крупных городах кроме Ольстера. Если не брать в расчёт ячейки боевиков, то сторонники активно действовали и в английских городах, где проживала ирландская диаспора. Станут ли ирландцы восставать против Лондона, но боеспособность ИРА сильно подорвана ведь в политике и дипломатии нет ничего невозможного, но так бывает, что грязную игру ведут политики и финансисты, а расплачивается за проигрыш в простой народ кровью и страданиями, что касается Антанты, то я уверен, что не стоит начинать войны, которые ни к чему не приведут, тем более в союзе со страной, которая всегда была враждебны. Вы должны понять, что люди, желающие освободить Ирландию от британской короны осознают, что они идут на смерть ради свободы их Родины: они молоды, обучены военному делу и полны желания сражаться с англичанами. Я прекрасно знаю кто такие лаймиз и как они относятся к покоренным народам, а в Индии сотнями привязывали возмутившихся против них сипаев к жерлам пушек и одним порохом расстреливали их. Всё делалось как это принято у цивилизованных народов без суеты и без высказываемого желания поскорее лишить жизни несчастных и печальная необходимость с точки зрения цивилизованных европейцев преступники они должны искупить вину. Массовое убийство невинных людей вполне в вашем вкусе и вам только в радость убивать простых, которые вам ничего не сделали, — сделал умозаключение глава Абвера полковник Вальтер Николаи, прожигая взглядом ирландского собеседника. — Мы ведём войну, потому что англичане устроили геноцид нашего народа и эти bastards резали моих соотечественники на потеху публике! Неожиданно часть ИРА начала сотрудничать с вами, которые пообещали победу над англичанами и обретение независимости. У нас не принято работать с иностранцами и сейчас приказано нам уйти в глубокое подполье и британские власти бросили немалые силы для того, чтобы добраться до нас, им помогает армия и полиция и большая часть населения симпатизирует умеренному крылу ИРА, но ещё будет много слов о независимости Ирландии, но полагаю, что этой цели мы не добьёмся. Нет, Британия уже очень разозлена, так что если ИРА устроит несколько нападений на английские города, то Ирландия умоется в крови и англичане устроят на острове такое, что все прошлые грехи покажутся детской шалостью и при этом у них будет поддержка мирового сообщества. Английский лев, вне всякого сомнения, был неизмеримо выше мнения европейских шакалов и во внешней политике следовал лишь своим интересам, но совсем не реагировать на такое не мог, поскольку объединившись в стаю даже гиены могли свалить и убить царя зверей, — с надменным видом сообщает главе германской разведки ирландский революционер Патрик Мёрфи. — Рецепт поправки английских дел был уже давно известен и стар как мир: требовалась победоносная война, чтобы развеять слухи о дряхлеющем британском льве и напомнить всем европейским шавкам их место, но так уж случилось, что для поддержания отчётности мне необходим ещё один агент в рядах ИРА! Нам необходимо провести серию акций в Европе, направленных на ослабление противников, а англичанам предлагаю создать проблемы в самом уязвимом месте в Ирландии. Там уже появляются недовольные и самое время поддержать ирландские структуры, а это оружие, деньги, инструкторы. Если организовать правильно англичанам в следующие несколько лет будет не до нас, то же самое в идеале можно попытаться сделать в Британской Индии, несмотря на то, что до войны Англия заслуженно считалась Владычицей морей лорды Адмиралтейства никогда не забывали и об обороне собственных берегов, но с началом войны, разумеется, привели его в порядок, но в то, что появится германский флот никто не верил. Более того, главным врагом по мнению большинства представителей британской администрации были не немцы, а ирландцы, но Британская империя, над которой никогда не заходит солнце была острием войны и сегрегации в нашем мире и не подавали никаких признаков остановки, когда вы впервые открыли себя миру, бросая вызов всему за что выступала Британская империя, над которой никогда не заходит солнце я был шокирован, — воодушевлённым голосом восклицает глава германской спецслужбы Вальтер Николаи. — Я не думаю, что у короля есть недостаток в лордах, поэтому убьёте одного и Его Величество найдёт себе десяток новых и каждый из них будет в десять раз хуже прежнего, — коварно усмехнулся ирландский революционер Патрик Мёрфи. — Мы подготовили партию оружия для Ирландии и на борту находились ящики с винтовками, патроны и взрывчатка, всё это было упаковано в бочки из-под рыбы, а судно ходило под шведским флагом, что снижало вероятность возникновения подозрений при прохождении через британские воды, конечно, риск всё равно был, но шанс пройти увеличился. Как ни странно в числе перешедших на вашу сторону были не только уроженцы Коннахта или Ольстера, но и шотландцы и даже несколько чистокровных англичан недовольных своим материальным положением на Родине. Воды вокруг Ирландии были буквально переполнены британскими кораблями, если одиночное судно ещё могло пусть и с большим трудом пройти сквозь этот заслон незамеченным, то для каравана из нескольких транспортов такой шанс казался практически нереальным. Как бы плохо ни относились ирландские эмигранты к своей бывшей метрополии их ряды просто кишели английскими шпионами, чтобы не решали лидеры фениев на собраниях на следующий день становилось известно в правительстве. Вам нужна независимость от англичан, так что помощь у них будет регулярная, если ваши действия окажутся результативными, а желающих поквитаться с англичанами хоть отбавляй, но нужны и деньги немалые, — деловито произнёс глава Абвера Вальтер Николаи, пожимая руку своему собеседнику. — Одной из наших ошибок было то, что мы не обратили внимания на главную базу Королевского флота в Ирландии — это гавань Кингстауна, а море вокруг Дублина находилось под контролем британцев и в устье реки Лиффи вошёл патрульный корабль с орудиями на борту. Мы могли только стрелять по нему из винтовок и ружей, но пули отскакивали от брони и в это время в Кингстауне выгружались британские солдаты, несмотря на попытки британцев вернуть контроль над городом и островом добровольцы были полны оптимизма. Настроение у всех было приподнятое ведь шла Пасхальная неделя, но утро началось не самым приятным образом: сначала затрещали пулемёты и винтовки, и британцы начали атаку. Шёл третий день восстания и британцы собирали силы для решительного удара, но похоже они подтянули резервы и решили нанести удар. Мы были в ярости, наблюдая как здание профсоюзов становится мишенью для артиллерийских снарядов и британцы полагали, что там находится штаб восстания или просто хотели напугать людей, а в Белфасте и Дерри разгорелись городские бои, в которых участвовали не только королевские войска, но и остатки ольстерских сил самообороны, — начинает вспоминать события Пасхального восстания ирландский революционер Патрик Мёрфи. — Как интересно? — усмехнулся глава Абвера. — Англичане погнали перед собой мирных жителей, простых дублинцев насильно собранных по всему кварталу, а сами смешались с толпой, зная, что мы не станем стрелять — это будет подано как преступление. Они всегда были изобретательными в части различных гнусностей и людей гнали перед собой штыками и прикладами быстрым шагом. Я точно помнил фотографии в музее с людьми на улицах и бойцами на баррикадах с идущими позади детей и женщин британцами там не было, но чем чёрт не шутит. Неприятель продвигался к мосту и баррикадам на нём, а мы не могли по нему стрелять без риска поразить ни в чём не повинных горожан, если я, например, выстрелом сниму одного из британцев в толпе тяжёлая винтовочная пуля прошьёт его и ранит идущего позади британцы погнали толпу быстрее. Я пытался высмотреть среди них офицеров, но прятались за женскими спинами и выстрелить было попросту невозможно. У моста люди начали останавливаться, а добровольцы с баррикад им кричали, но зато англичане начали стрелять по баррикаде из-за спин, но впоследствии королевская армия поняла, что затея с мирняком, брошенным на пулемёты не выгорела отправляли в бой всё новые и новые силы. Военным, видимо, поставили задачу прорваться к замку любой ценой вот они и орошали мостовую своей кровью раз за разом атакуя баррикаду, которая препятствием не была, а англичане пробовали теперь пробраться по одиночк, но это был город, а не болота Фландрии, испещрённые воронками, — со злостью произнёс ирландец Патрик Мёрфи, сжимая руки в кулаки. — Ну да, — нахмурился глава германской спецслужбы Вальтер Николаи. — Война только началась и Британская империя, над которой никогда не заходит солнце не потерпит существования независимой Ирландии под боком, когда Британия оправится от этого удара в спину и направит сюда не собранные подразделения резервистов, а ветеранов Соммы и Вердена и вот тогда придётся несладко особенно если к тому моменту заварушка на континенте закончится. На сепаратный мир с Германией король Георг V не пойдёт, но для британской власти Ирландия всегда будет важнее, чем далёкие колонии или обязательства перед союзниками, так что найти пару-тройку дивизий для усмирения Ирландии у неё получится, а нам войска брать попросту неоткуда, но тотальная мобилизация и она обрушит экономику и без того обречённую на страдания, а иностранная помощь может выйти боком, навязав нам невыполнимые обязательства перед Германией. Разве что можно сформировать корпуса из эмигрантов и просто сочувствующих и придётся трясти ирландскую диаспору в США, но меня беспокоило не отсутствие людских резервов или будущие проблемы со снабжением, а то, в чём британцы были настоящими мастерами, а это тайные операции. У контрразведки работы будет столько, что не продохнуть и на месте агентов МИ-6, курирующих ирландское направление я бы просто занялся тем, что играл на противоречиях внутри повстанческого движения разделяй и властвуй, а британцы это хорошо умеют. Это сейчас пока на нас со всех сторон давят войска королевская ирландская полиция и протестантские силы держимся, но как только натиск ослабнет и появится иллюзия безопасности всё тотчас рухнет, поскольку социалисты потребуют одного, анархисты другого, Гэльская лига третьего, Шинн Фейн ещё чего-нибудь и всё расползётся как старое одеяло, которое каждый будет тянуть на себя, — объясняет свою позицию боец и лидер ИРА Патрик Мёрфи при тайной встрече с главой германской спецслужбы. — То есть британцы гнали простых горожан, женщин, детей, стариков перед собой? Прикрывались ими как живым щитом? — с недоверием спрашивает глава Абвера Вальтер Николаи у своего ирландского агента. — Англичанам нужно запастись попкорном и наблюдать, подкидывая поводы для раздора, а когда противоречий накопится столько, что вспыхнет война, то англичане придут на всё готовое как всегда любили делать. Моя позиция проста: никакого мира пока нога последнего британского солдата не покинет Ирландию и ирландские города вообще готовились стать для британских солдат большой ловушкой, наводившей страх на всю Британию. Пирс выходил на улицу и агитировал народ поддержать дело республики, о которой мечтали целые поколения ирландцев, но никакие листовки не повлияли сильно как та британская атака. Слухи о живом щите из горожан разошлись, но сначала им никто не верил, но скоро нашлись очевидцы, когда британцы стянули в город артиллерию, так что под контролем добровольцев остался только их собственный штаб и теперь в Корке шли переговоры при содействии местной администрации, но к англичанам пришло подкрепление, а корабли начали обстрел побережья и повстанцам пришлось отойти. Нас готовились закидать мясом, словно это Верден, а не Дублин, поэтому Британия получила первый удар опешила ненадолго, но теперь оправилась от первой встряски и готовилась ответить со всей силы, то есть спокойно, без спешки и хладнокровно, а победа достигается только убийством командира. Вы меня как Иуду сейчас хотите купить? — удивляется ирландец, а глава Абвера полковник Вальтер Николаи поднял свои ладони и отрицательно покачал головой — Патрик, я понимаю, что вам не нужны деньги, поскольку вы идейный человек, который хочет освобождения Ирландии, если бы все были такими как вы, к сожалению, таких как вы очень мало, хотя вы выполняли некоторые мои поручения! — усмехается полковник германской Абвера Вальтер Николаи, восседая за столиком в ресторане в центре Берлина. — Господин полковник, контрразведка, работа с информаторами, налаживание разведывательной сети, поиск британских агентов среди нас — это совсем не то, чем я хотел бы заниматься пусть даже такая должность даёт мне чуть ли не безграничную власть, — жалуется пламенный ирландский революционер Патрик Мёрфи, скрипя зубами.