Дипломат

" Уж не ослышался ли я? " — подумал Цзян Чен. Но Яо еще раз повторил. — Я хотел бы испробовать, что значит отдаваться мужчине. — Мэн Яо, с тобой все нормально? Яо таки поднял взгляд. — Вполне, — звучало, правда, скорее как "не вполне". — Ты точно в своем уме? — Цзян Чен предпочел на всякий случай уточнить и этот момент. Визит к семейству Бон явно огорчил и выбил Яо из колеи. Он выглядел после весьма расстроенным и уже неделю практически не выходил из своих покоев. Даже служанок избегал как мог. В таком состоянии он вполне мог натворить глупостей. — Более чем, — подтвердил тот. — Если ты из-за той девы Бон, то я заставлю их принести официальные извинения тебе лично! Я не знаю, что она тебе наговорила… — Дело не только в них, — Яо опять опустил взгляд. — Так в чем еще? Ты ведь этим даже с главой Лань не занимаешься вроде. — Я… я занялся любовью с женщиной, — похоже, сам факт того, что это произошло Яо был не слишком приятен. — И? Ты третий раз это повторяешь. Ты вроде сказал, что для тебя это более приемлемо, — суть ситуации яснее все еще не становилась. — Да, я так думал… Но в моей жизни занятия любовью были столь редки, что я понятия не имею о том, что мне в самом деле нравится. — Серьезно? — вот этим Цзян Чен был весьма удивлен. — Да. Чаще всего это было с тобой, — признался Яо. Вот так сюрприз! — Совсем запутал, — Цзян Чен откровенно не понимал происходящее. Не сказать, что был не рад, но не понимал. Придя в спальню он застал на своей постели Яо лишь в одних нижних одеждах. Супруг ни много ни мало предложил главе Цзян заняться любовью после почти двухлетнего перерыва. Цзян Чену много что вспомнилось в тот момент: и ноющая после самой первой совместной ночи скула, и платье на супруге, и их почти первый раз, и отвратительный разговор с Не Мин Цзюе, во время которого выяснилось, что Яо ложился в кровать не потому что хотел. Так что Цзян Чен решил все выяснить точно, чтоб опять не натворить дел. Яо мог наделать много чего опрометчивого сейчас. — Нет, все просто. Я хочу вновь попробовать заняться любовью. — Тогда что ты не к главе Лань с этим пошел? — Он… не хочет делать со мной это так. И я решил, что раз ты уже однажды хотел подобного, то мне лучше попытаться опять с тобой… — Да что с тобой? Ты пьян? Или это еще что-то? — Цзян Чен всерьез волновался от такого хода мыслей. Что это вообще все значит?! " Что, гули вас всех дери, происходит в голове Мэн Яо?!» — Это еще что-то… Я занялся любовью с женщиной и… — Ты решил взять ее наложницей и так пытаешься меня задобрить? Кто она?! — Цзян Чен готов был излить сию секунду всю свою ревность. — Я ничего не почувствовал, — огорошил Яо. — Что? — Я занялся любовью с женщиной, думая, что желаю этого, — Яо развязал пояс своих нижних одежд, оголяя торс. Цзян Чен сглотнул. Ему воздержание на пользу тоже не пошло, — но, вероятно, мне стоит последовать совету второго господина Не… — Какому такому совету? — Цзян Чен уже и забыл про ревность, неотрывно глядя на супруга. — Он говорил, что коль уж меня любят сразу двое мужчин, то мне стоит смириться с судьбой и научиться хотя бы принимать вашу страсть, коль я не могу ответить. Он сказал, что со временем к этому привыкаешь… — последняя фразу звучала совсем уж жалко, будто Яо пытался оправдаться сам перед собой. — И ты решил прийти ко мне? — В тот момент я думал о Лань Хуане… и о тебе… В моем положении искать кого-то еще будет уже чрезмерной непочтительностью к Лань Хуаню и тебе… Я прекрасно понимаю, что ты не перестал желать меня. — Тебе же было неприятно со мной! — Цзян Чен знал это наверняка. Яо не раз просил его остановиться, когда они предавались страсти, и говорил, что ему не нравится. — Не все, что ты со мной делал было неприятным… — Значит все же что-то тебе нравилось? — от этого откровения сердце пускается вскачь. Неужели все же не всегда для Яо это было чем-то совсем отвратительным? Возможно, у Цзян Чена есть шанс заново создать их супружеские отношения? — Бывало… Ты порой заставлял меня почувствовать куда больше удовольствия, чем я мог доставить себе сам. Мне иногда нравились ощущения, но меня очень смущало, что мы оба мужчины… — То есть, если б я напялил платье, ты бы смущался меньше? — Цзян Чену сама эта мысль казалась абсурдной и смешной. — Возможно… — Яо был задумчив. Цзян Чен сел на край кровати. — А с ним? Как ты будешь с ним? — Ты знаешь, что мы… почти не занимаемся с ним этим. И Лань Хуань считает, что ты… можешь делить со мной ложе по праву супруга, если мы оба будем этого хотеть. Яо осторожно подался вперед, зажмурился и слегка коснулся губ Цзян Чена. — И что ты… хочешь делать? — Мы можем вместе полистать книгу… — Яо совершенно не представлял, чего он на самом деле хочет. Может увидев еще раз картинки с занятыми любовью парами он поймет это? Мгновения страсти с А-Сы не принесли ничего, кроме стыда. Цзян Чен знал о какой книге идет речь. Ему, конечно же, хотелось овладеть Яо. Овладеть в полной мере, чтоб это было взаимно. Но он не был уверен, что сейчас все будет именно так. — Ладно, — прозвучало неуверенно. Цзян Чен порядком нервничал. Яо в свете свечей, одетый лишь в одни нижние штаны, с распущенными волосами вновь был в его постели. Цзян Чен не раз и не два вспоминал этот образ, вспоминал его стоны и вздохи, вспоминал тот случай в купальне. Но даже помыслить не мог о том, что супруг придет к нему с подобным, что он еще раз увидит и почувствует все это. Яо садится рядом с Цзян Ченом, мнет его затекшие плечи сквозь одежду. Это расслабляет и действительно настраивает на нужный лад. Цзян Чен распускает пояс, снимает верхние одежды. Яо после проведенного с Лань Си Ченем времени стал куда смелее. Теперь он куда меньше краснеет и отводит взгляд. Не вздрагивает от прикосновений чужих рук. Даже сам развязывает пояс своих нижних штанов почти не смущаясь. Цзян Чен старается быть аккуратным, едва касаясь ведет по груди и животу вниз. Яо сидит прикрыв веки, прислушивается к своим ощущениям. Этот вечер похож на какую-то игру. Яо практически не открывает глаз, позволяя Цзян Чену касаться себя везде. Руки самого Яо тоже гладят тело супруга, пусть слепо и не слишком уверенно. Это странно, непривычно для них обоих. Раньше Яо лишь позволял с собой что-либо делать, напряженно лежа рядом. Цзян Чен не чувствовал ответной ласки ни разу. Единственный раз, когда он видит за весь вечер внимательный взгляд супруга  — это когда они вместе листают подарок Не Хуай Сана. — Как ты хочешь? — Цзян Чен пытается быть внимательным. Яо готов под него лечь и не хочется как-то спугнуть или испортить этот момент. — Можно попробовать так, — голос Яо звучит неуверенно, когда он показывает пальцем на одну из картинок. Яо чуть разводит коленки, позволяя. Пальцы Цзян Чена скорее исследуют, вспоминают эту кожу, рисуют новую карту самых чувствительных мест. Яо больше не зажимается от страха или нежелания. Все совсем иначе. Он напряжен, но не настолько, чтоб это мешало. Яо хоть и не смотрит, но его руки тоже исследуют тело супруга. Он решается даже дотронуться до чужого корня ян и Цзян Чену это прикосновение весьма приятно. Вторую свою руку он кладет поверх ладони Яо, сжимает сильнее, направляя, объясняя без слов, как нужно.Чужие пальцы в таком месте непривычны, но не неприятны. Это рука Яо. Яо, который хочет попробовать все это, который пришел сюда по доброй воле. Яо ложится на живот и Цзян Чен пристраивается к нему сзади как на картинке. Цзян Чен льет на себя немного масла. Яо сказал, что так получится лучше. Так и правда легче. Тело у Яо жесткое и неподатливое. Он шипит сквозь сжатые зубы, когда Цзян Чен резко толкается внутрь. — Что с тобой? — Знаешь, это довольно неприятно… — судя по голосу Яо это не нравится совсем. Но самому Цзян Чену слишком хорошо от происходящего, чтоб он мог о чем-то задумываться. Он еще сильнее давит всем своим весом, пытаясь проникнуть еще глубже. — Тебе больно? — Да. Но второй господин Не говорил, что вначале будет боль и ее надо немного перетерпеть… Вместо ответа Цзян Чен лишь сильнее опускает бедра, оказываясь еще глубже и ощущает как все немного меняется. Он прошел эту давящую до боли тесноту и двигаться теперь легче. Яо под ним лежит неподвижно и тихо стонет. Цзян Чен двигается внутри него довольно резко и сильно. Сдержать себя он не может и не хочет. Вероятно, это самое приятное, что он ощущал в своей жизни. Он сосредоточен на себе и мало обращает внимания на супруга. Лицо Яо прячет в подушку, кроме как по стонам о его состоянии не понять. Цзян Чен сейчас не может думать, все его мысли закончились. После особо мощного толчка он слышит довольно громкий вскрик. Этот звук и его самого толкает к пику, однако Яо вдруг сдавленно произносит: — Пожалуйста, остановись… — Что-то не так? — Цзян Чен завис на волоске от удовольствия. Ему не хватает всего одного или двух движений для того, чтоб закончить. — Да, это очень больно… не думаю, что так должно быть… — голос Яо звучит глухо. — Дай мне еще мгновенье… — Цзян Чен все же кончает с громким выдохом и нехотя выходит. Похоже и это тоже причиняет Яо боль. Яо какое-то время лежит на постели рядом явно приходя в себя после такого. Цзян Чен не может отдышаться. Им бы двоим сейчас определенно надо пойти в купальни. Яо явно через боль поднимается и идет в свою спальню. Цзян Чен следует за ним. Вышло все как-то опять не очень хорошо. Цзян Чен думал, что эти стоны от страсти, а не от боли. — Кажется, второй господин Не не так чувствителен к боли, как я… — Яо, уже найдя в шкафу фарфоровый флакон с обезболивающим снадобьем, вытряхивает на руку пару черных пилюль и глотает их. Цзян Чену обидно, что все так. Яо опять ускользает из его объятий. — Может, ты просто не понял?.. — Возможно, мне не стоило тебя зря распалять. — Дай мне еще один шанс… " Я буду тебе самым нежным и умелым любовником!" — обещает мысленно Цзян Чен.