Дипломат

«Ах ты паскуда!» — это была единственная мысль от слов Яо. Он так долго убеждал Цзян Чена, что против объединения, но перед лицом стольких людей сказал совершенно обратное! Это заслуживало как минимум хорошей порки. Цзы Дянь мгновенно стал хлыстом. Яо сейчас огребет за свое вероломство прям у всех на глазах! Яо чуть дрогнул, видимо, краем глаза увидев готовую ударить молнию, но не заткнулся. Цзинь Гуань Шань поднял чарку чуть выше и самодовольно улыбался. Речь Яо на этом совершенно не закончилась, он все говорил и говорил о важности этого слияния. Цзян Чен пропустил ее часть, примериваясь, как лучше огреть своего лживого супруга. Зато заметил, как вдруг самодовольная улыбка сползла с лица тестя и он недовольно нахмурился. Кажется, Яо говорил нечто не то, что хотел бы сейчас слышать Цзинь Гуань Шань. — Мой отец много лет планировал этот нелегкий шаг и долго готовился к этому дню, понимая, что он не вечен и старость уже настигает его, а орден лишился законного наследника, способного взять на себя бремя власти. Мою кандидатуру в качестве главы ордена рассматривать нельзя из-за сомнительного происхождения. Я не виню отца за такое решение, - Яо одарил Цзинь Гуань Шаня вежливой, полной уважения и понимания улыбкой, - Несколько лет назад я переехал жить в Юн Мэн Цзян. Это был первый шаг нашего союза. Как вы все знаете, внук главы ордена Цзинь так же воспитывается в Пристани лотоса, усваивая местные порядки и обычаи Юн Мэна, чтоб в будущем унаследовать оба ордена. Но здоровье отца пошатнулось и объявить об этом пришлось гораздо раньше. Орден Лань Лин Цзинь с сего дня готов подчиниться, словно покорная жена, ордену Юн Мэн Цзян, — Яо поклонился, заканчивая свою речь. — Подлый выродок! — Цзинь Гуань Шань был не просто зол — он полыхал от гнева и злости. Как Цзинь Гуань Яо вообще посмел сказать такое при всем честном народе?! — Не бывать этому! Он швырнул на пол чарку с вином и со всей силы огрел Яо своей палкой. Да так, что стоявший с полупоклоне перед толпой Яо не удержал равновесие и полетел с крыльца на землю. Благо, лестница тут была куда короче, чем в башне Кои. — Да как ты посмел поднять руку на моего супруга?! — Цзы Дянь отправил следом за Яо и его отца вместе с алтарем. Что сорвалось с языка Цзян Чен понял лишь поймав бешеный взгляд лежащего на земле Яо. Он никому не хотел рассказывать о своем весьма унизительном положении и по сей день знали об этом немногие избранные, хранившие этот факт в секрете. Однако сейчас следовало действовать, — Вы, глава Цзинь, отдали в мой дом своего старшего сына, сделав его не по статусу и не по возрасту младшим из супругов*, в залог того, что ваш орден будет подчиняться мне так же, как хорошая жена подчиняется мужу. Цзинь Гуань Яо был честен и верен мне и моему ордену все эти годы. Он воспитывал нашего племянника, сносил все тяготы и делил со мной трудности по вашей воле, глава Цзинь. А теперь вы отказываетесь от своих слов? Цзинь Гуань Шань пытался подняться, но его трость скользила по влажной глине, что лишь усиливало его негодование. Брань из его рта лилась рекой. Яо между тем уже поднялся и водрузил на голову слетевшее ушамао. Похоже, несмотря на падение, он все отлично расслышал и принял правила игры. — Я тоже хотел вас спросить, отец, что за игры вы ведете? Сколько лет шел этот разговор, а теперь вы прилюдно отказываетесь от своих слов! Как вам не стыдно только! — в голосе Яо было столько разочарования! — Вы привели под ворота Пристани лотоса всех этих людей, чтоб выставить нас лжецами и похитителями. Мы по сей день не знаем, где Цзинь Жу Лань, а вместо его поисков вынуждены терпеть ваши фокусы! — В толпе прокатился одобряющий гомон, — Вы недосмотрели за внуком, но попытались обвинить главу Цзян и меня в похищении. Поторопили нас с церемонией объединения — и отказываетесь от своих собственных слов! Как же вам теперь верить, отец? — Яо подпустил слезу в голос и поднялся, чтоб вернуться на крыльцо. И тут кто-то из адептов Лань Лин Цзинь кинул в спину Яо грязью. Цзы Дянь вдруг вытянулся на полтора, а то и два чжаня**, попав по этому нахалу и заставив упасть на колени от пронзившей тело фиолетовой молнии. Цзян Чен едва ли не весь свой гнев вложил в этот удар. — Только посмей! — Цзян Чен был зол. Он порой вел себя с Яо весьма несдержанно, но позволить кому-то обидеть его! Хотя Яо, похоже, комок грязи ничуть не задел. По крайней мере выглядел он все таким же спокойным. Одного удара оказалось достаточно, чтоб больше ни у кого не возникло желания оскорбить Гуань Яо. — Не будет никакого союза! — проорал сидя на влажной земле Цзинь Гуань Шань. — Вот и отлично, что вы наконец-то определились с решением, отец. Еще вам стоит отозвать своих людей и извиниться за беспочвенные обвинения, — Яо лучезарно улыбался. Цзян Чен не ожидал, что Яо вот так, всего одной фразой вывернет всю ситуацию! Цзинь Гуань Шань был опозорен дальше некуда, разговоры об объединении орденов прекращены на корню. Войску Лань Лин Цзинь более ничего не оставалось, как с позором уйти из Юн Мэна. Хотя братья Не остались гостями в этом доме.Еще несколько мелких кланов пожелали после такого представления обсудить возможность присоединиться к Юн Мэн Цзян как к более честным людям. Так что денек что у Цзян Чена, что у Яо выдался крайне хлопотными после отбытия ордена Лань Лин Цзинь. Глава Цзян обсуждал условия сотрудничества, господин Цзинь устраивал многочисленных гостей по свободным комнатам. Впопыхах отец забыл о подписанной им бумаге, согласно которой Яо теперь бы официальным воспитателем А-Лина. Однако, куда делся мальчик еще предстояло выяснить. Когда наконец выдалось свободное время вечером, Яо поспешил к Не Мин Цзюе, чтоб пообщаться и обсудить поиски племянника, которые ордену Цзян следовало начать как можно скорее. Цзян Чен до поздней ночи обсуждал детали с главами трех определившихся с присоединением орденов и отмечал заключение с ними союзов.

***

После пира Цзян Чен вернулся крайне поздно. Яо в такой час вполне мог спать. В соседней комнате было тихо, но дверь между спальнями была едва-едва приоткрыта. Удивительно, что Яо не запер ее сегодня.Это смахивало на приглашение. Пожалуй, стоило бы им воспользоваться. Цзян Чен открыл дверь, в темноте, не зажигая фонаря или свечи пробежал до кровати Яо и юркнул под одеяло. Ставни были закрыты и в комнате царила совершенно непроглядная тьма. Он обнял супруга, притянув поближе к себе. Яо уже крепко спал, отвернувшись к стенке, утонув своем любимом одеяле так, что найти его можно было лишь на ощупь. — Мэн Яо, ты потрясающий! Я не ожидал от тебя такого, — Цзян Чен разбудил его объятьями и поцелуями. И Яо, похоже, не был против этих ласк, — Скажи, что ты хочешь взамен? — Тебя!.. — прозвучал хриплый сонный голос. Это был не день, а какая-то прям сбывшаяся мечта! Яо хотел его! Более того, миниатюрная ладонь скользнула по бедру Цзян Чена и слегка задела, пытаясь ласкать, уже привставший член. Цзян Чен дернул завязки своих нижних штанов, чтоб Яо проще было добраться. И тот не стал брезговать этим приглашением, развернулся, уткнулся носом в грудь супруга. Кажется, у него корень ян тоже начал наливаться и твердеть. Вероятно, воздержание сыграло свою роль, коль у Яо что-то приподнялось от простого присутствия супруга. — Как ты хочешь? — шепотом спросил Цзян Чен и провел рукой по волосам супруга. Они были какие-то не такие и до странного быстро закончились. Яо их что, обрезал что ли? Нет, это вряд ли. — По-всякому, — глухой, тихий голос лился с нежнейшими интонациями, но стал чуть четче и губ Цзян Чена коснулись чужие губы. Чувственный, влажный долгий поцелуй с привкусом дорогого чая и каких-то трав С перепуга Цзян Чен изобразил огненный талисман прям в воздухе. В кровати не мог быть Яо! Неужто в Пристань Лотоса пробралась лисица-оборотень и приняла образ супруга?! Однако повезло. На него смотрел, прикрыв от яркой вспышки ладонью глаза, Не Хуай Сан. — Какого гуя ты здесь делаешь?! — Цзян Чен такого подвоха не ожидал. Он едва не занялся любовь с Не-сюном, приняв его в темноте за Яо! — Цзян-сюн, ты чего кричишь? Ты пришел ночь в мою постель и понимаешь крик! — испуганным второй господин Не не выглядел ни капельки, — Это мне впору поднимать шум, — хихикнул он. — Как ты вообще оказался в постели Яо?! Вы что с ним?.. — мысль, что Яо мог ему изменять с Не Хуай Саном казалась совершенно абсурдной. — Ах, это… Прости, я предпочитаю мужчин повыше, — Хуай Сан заигрывал. Он провел пальцем по носу Цзян Чена и коснулся губ. — Где Цзинь Гуань Яо?! — Не горячись. Он как всегда занят делом. — Каким еще делом? — Он ушел обсуждать с моим братом поиски А-Лина. Ты же не забыл про племянника? — Нет. Но это здесь при чем? — Они говорят в наших с братом общих покоях, думая, что ты уже спишь. А я очень устал и завтра ранним утром хочу съездить в Юн Пин по крайне важному делу. Сейчас у вас много гостей и нет ни единой свободной комнаты. Мэн Яо сказал, что я могу лечь здесь, если меня это устроит… — И он ни черта опять мне не сказал! — Цзян Чен стукнул по кровати кулаком. — Какой ты горячий! Ты так приходишь к нему каждую ночь? — Не твое дело!.. - конфуз выходил знатный. — Он говорил, что если я хочу и ты хочешь… - тягуче, ласково начал было Не Хуай Сан. — Не хочу… — вместо ответа Не Хуай Сан вытянул руку и огладил все еще не опавший член Цзян Чена: — Врунишка… — прозвучало с легкой, беззлобной насмешкой. И как раз на этих словах дверь приоткрылась. На пороге стоял Яо, полностью одетый и даже в ушамао, держа в руках малюсенький фонарик.