Дипломат

О личности Хуа-Хуа во всей этой суматохе все как-то подзабыли. Между тем она по-прежнему сидела в подземелье, ожидая решения Цзян Чена на свой счет. Рассказывать о том, кто ее подослал и зачем она не хотела, хотя после нападения Чжоу на Яо стало ясно, что весь ее рассказ шит белыми нитками. Цзян Чен пытался разобраться в произошедшем, но без помощи самой Хуа-Хуа это было крайне сложно. Кое-что он понял со слов самих служанок. Например, выходило, что «утешать» Яо после неудачного сватовства А-Сы отправилась именно с подачи Хуа-Хуа. Возможно, бывшая воспитанница госпожи Цзинь думала, что господин Цзинь от такой наглости выгонит глупышку А-Сы, но все вышло совершенно иначе. Да и возникший ни с того ни с сего вдруг на десять раз осмотренном месте под окнами Яо клочочек ткани тоже наталкивал на мысли, что все еще далеко не закончено. Яо от таких известий не чувствовал себя спокойно в Пристани Лотоса и ему конечно же хотелось поскорее все выяснить. Предполагаемое похищение А-Лина тоже не улучшало настроение. Яо был почти уверен, что это те же люди. Никто не требовал выкуп, никто ничего не видел. О вариантах, где А-Лин мог за эти четыре дня погибнуть, даже думать не хотелось. С ребенком должна быть Фея, которая его будет охранять. Но... ничего толком не удалось узнать. И эта неизвестность пугала. Яо привык оперировать фактами, а здесь ничего не было. Надо было срочно лететь в Лань Лин и начинать поиски там заново. Отцу Яо сейчас не доверял. Все эти обвинения в похищении могли быть фарсом, чтоб без боя захватить чужие земли. Хотя Яо отплатил ему той же монетой, а Цзян Чен добавил, сбросив Цзинь Гуань Шаня с крыльца. Отец получил по заслугам. Наконец-то. Эта мысль как-то... согревала. Яо почувствовал, что хоть что-то стало справедливо в его жизни. Но предаваться торжеству слишком рано: надо будет сделать еще многое. Спускаться в подземелье Яо не особо хотел. Нет, дело было не в тех шести днях, что он сам провел там. Это было сущей мелочью. Они навевали воспоминания о куда более страшном времени: жизни в Безночном городе. Яо счастлив был бы забыть все это, но именно тут память его не желала подводить. Перед глазами встало все, что он не хотел бы никогда припоминать. Сегодня он оказывался примерно в той же роли, которую играл в клане Вэнь. Это совершенно не доставляло ему удовольствия и тогда, и сейчас. Цзян Чен не разрешил ему побеседовать с Хуа-Хуа, когда он вернулся из Облачных глубин. Причин не объяснил. Может, он подозревал, что служанка может причинить Яо вред или что сам Яо может сделать что-то излишнее. Служанка сидела в соседней камере с той, которую некогда занимал Яо. Обстановка там мало отличалась: та же сырость,та же темнота, тот же запах гниющей соломы. Хуа-Хуа говорить отказывалась. Ее не убедил ни глава Цзян, ни глава Не. Угроз она не боялась, а предложить ей что-либо оказалось довольно сложно. Весь остаток ночи главы двух кланов пытались вытянуть из нее хоть что-то полезное, но безуспешно. Время было уже утреннее, темнота сменилась сумерками. Хуа-Хуа по-прежнему не сказала ничего, кроме отговорок. Яо все это время молчал, стоя чуть позади. Ему надо было послушать и понять. Хуа-Хуа была крепким орешком, но даже в самой крепкой вещи есть слабина. — Первый брат, мой господин, позвольте мне побеседовать с ней. Наедине, — Яо выступил из-за их спин и чуть поклонился.Не Мин Цзюе искоса глянул на него, - Ничего такого, Первый брат. Глава Не по сей день припоминал своему названному брату участие в пытках военнопленных, хоть сам факт того, что Яо лично кого-то пытал подтвердить не смог. Цзян Чен, впрочем, еще не забыл, насколько легко Яо "убедил" напавших на него бандитов в городке Хэ быть благоразумными. - Ладно, - кивнул Цзян Чен. Яо не так глуп,чтоб убить ненароком, и достаточно хитер,чтоб подобрать нужные слова. Главы орденов вышли, оставив Яо наедине с девушкой. Он помолчал несколько секунд, собираясь с мыслями. Что сказать он знал, но стоило выдержать паузу. — Послушай, Хуа-Хуа, я знаю много способов заставить тебя говорить. Но мне, так же как и тебе, не доставит никакого удовольствия тебя мучать. — Неужели? - Хуа-Хуа была и впрямь удивлена. Она была наслышана о Мэн Яо, который без зазрения совести пытал своих бывших товарищей. То, что Яо не причинил никому из них существенного вреда обычно замалчивалось. — Да. И тебе сейчас лучше принять мою сторону: исчез мой племянник, внук госпожи Цзинь и законный наследник башни Кои. - Я прекрасно слышала,что сказал глава Цзян и ничем не могу помочь, - это была очередная отговорка. Яо, впрочем, этого и ждал. — Я знаю, что одновременно с моим похищением была попытка переворота в башне Кои. Я знаю, что ты специально дала себя арестовать, чтоб убедить всех, что заговор раскрыт. Но в башне Кои не арестовали никого. — Так чего вы хотите? — Я хочу знать, как связаться с теми, кто действовал в Лань Лине. — Думаете, я так запросто выдам их и позволю арестовать? — Нет, я хочу заключить с ними сделку. — В чем суть сделки? — Я хочу знать, причастны ли они к исчезновению А-Лина и жив ли он. Хуа-Хуа рассмеялась. — Если это они, то с головы юного господина Цзинь и волоса не упадет. — В прошлый раз он был весьма испуган… — Дети часто боятся незнакомцев, даже если те желают им лишь добра. - Эти люди ранили меня и Фею на глазах у наследника Цзинь. - В прошлый раз вы вообще должны были умереть, но все пошло не так. — Так расскажи, как все должно было быть. Я знаю, что ты соврала главе Цзян уже трижды. Что моя смерть была нужна где-то еще. И я знаю, что мой поясной колокольчик все еще у кого-то из твоих соратников. Если я найду эту вещицу — а я его найду — то вам всем несдобровать. Если ты сейчас поможешь мне, то спасешь и наследника башни Кои, которого вы все хотите видеть следующим после моего отца, и сохранишь свою жизнь, чтоб увидеть это воочию. — И с чего мне стоит вам верить? — Хотя бы потому, что в случае гибели моего племянника следующим орден возглавлю я. Помню, тебе это не нравилось. — Ладно. Я могу попробовать понять, причастны ли господа из башни Кои ко всему этому. - Я был уверен, что ты умная девушка. Глава Не говорил кратко и по делу. Хуа-Хуа слушала, иногда спрашивала и помотала в итоге головой: — Нет, это точно не господа из башни Кои. Они был не стали действовать столь открыто. Это кто-то другой. И собака юного господина Цзинь тогда бы подняла шум. Яо про себя это отметил. Фея залает на его похитителей. Еще одна зацепка. Он найдет этих людей и они ответят за каждый из оставленных на его теле шрамов, за каждую минуту страха, что пережил его племянник. Все, что сказала Хуа-Хуа ничуть не успокаивало. Если заговорщикам А-Лин был нужен однозначно живым и в башне Кои, то теперь было совершенно непонятно, кто же его похитил. Надо было лететь в Лань Лин и выяснять все там, опять скандалить с Цзинь Гуань Шанем и начинать расследование почти с нуля. Сейчас следовало ненадолго вернуться в свои покои и немного помедитировать перед дальней дорогой. Словно в подтверждение этих слов в небо взмыл кто-то на сабле. Не Мин Цзюе одарил этого кого-то недобрым взглядом. Яо этот взгляд поймал. - Что-то не так, Первый брат? - Да нет... Не думал, что Хуай Сан все же поднимется в такую рань. - Он говорил,что у него какие-то срочные дела. - В Юн Пине у него дела, в веселом квартале, - Цзян Чен заметил, как Яо на миг поморщился. Вероятно, воспоминания о родном городе ему особой радости не приносили, - Разорит нас по девкам таскаться... В этот момент им навстречу вышел Первый советник. Вероятно, дело было важное, коль он отправился искать Цзян Чена. Яо стоял, задрав голову, и слушал недовольство Не Мин Цзюе по поводу поведения и расточительства родного младшего брата, спускающего деньги в столь неподабающем месте. Цзян Чен сделал советнику знак, чтоб поговорить чуть поодаль и незаметно отошел от супруга и главы Не. Первый советник поклонился и протянул ему свиток с гербом Лань Лин Цзинь. — Вам стоит это все прочесть, господин Глава. — Что это? — Это соглашение, что подписал ваш супруг со своим отцом. Вы должны тоже поставить подпись, что согласны на все эти условия. Однако... — Что-то не так? — Возможно, - советник развернул слиток примерно до середины и указал пальцем, - Согласно этой строке в случае, если вашего племянника не найдут господин Цзинь станет наследником не только Лань Лин Цзинь, но и Юн Мэн Цзян. Он получит все права, что имел юный господин Цзинь на оба ордена, - Первый советник говорил довольно тихо, периодически бросал взгляды на разбушевавшегося главу Не и пытающегося успокоить его Яо. - Вот же гулий сын! - Цзян Чен не удержался. Теперь понятно, с чего Яо был так доволен этой бумагой. Аж светился весь. Цзян Чен твердым шагом направился в сторону супруга. - ... посмотри на это с другой стороны. Твой брат ходит теперь по иным тропинкам в персиковом саду, деля их с девами*. Думаю, вскоре ему надоест такая ветреная жизнь и он подумает остепениться и обзавестись наследниками. - Успокоил...почти... - Не Мин Цзюе выглядел чуть спокойнее, но был все так же хмур. Зато у Цзян Чена что себя сдерживать не было. Он направился к Яо, потрясая свитком: - Что это такое?! Яо бросил на него чуть удивленный, усталых взгляд. - Вероятно, ты держишь в руке мое соглашение с отцом. - Нет, я спрашиваю, что ты понаписал?! Первый советник благоразумно предпочитал держаться в паре шагов поодаль, если молодой глава ордена был в таком настроении. У Цзян Чена была привычка широко жестикулировать на волне эмоций. Отбить ее не получилось даже у госпожи Юй. Яо еле успел увернуться от едва не задевшего лицо свитка. - Глава Цзян, чего шумишь? - голос Не Мин Цзюе несколько остудил пыл Цзян Чена и пока он подбирал слова, чтоб объяснить свое возмущение, вмешался Первый советник. - Я имел смелость указать господину главе, что в третьем подпункте договора допущена неточность слов, позволяющая превратно толковать его. - Неточность? Позвольте посмотреть, господин Первый Советник, - Яо чуть склонил непокрытую голову, как подобало ему по статусу и взял из рук все еще полыхающего гневом Цзян Чена свиток. Развернул, прочел. Советник ткнул пальцем в ту самую спорную строчку. Яо еще раз пробежался глазами по бумаге и хмыкнул. — Соглашусь, формулировка довольно расплывчата и трактовать ее можно двояко. Но я не стану ее менять. Второй раз отец такого уже не подпишет. — Я думал, ты делаешь это только ради А-Лина... - наконец подобрал слова Цзян Чен. Не то, чтоб он был бы сильно против Яо в качестве наследника своего ордена, но было два серьезных "но". Ему не нравилось, что Яо вот так, втихаря, прописал себя наследником двух орденов. Еще больше ему не нравились слова о том, что наследовать Яо может в случае не только смерти, но и исчезновения племянника без вести. В свете текущей ситуации выглядело это нехорошо. До Яо, кажется,тоже дошел полный смысл этих слов, потому что улыбка с его лица исчезла совсем. — Однажды я уже сделал кое-что исключительно ради А-Лина, совсем не подумав о себе, и зарекся впредь быть умнее. Ты же не думал, что я хочу так жить до конца своих дней? Однако, слова про исчезновение я внес вполне намерено, чтоб и отец не прекращал поиски. Ведь ему выгодно исчезновение А-Лина как никому другому.