Дипломат

Цзян Чен совсем уж не ожидал увидеть того, кого увидел, когда нашел и сорвал с одежд маскирующий талисман. На полу лежал Су Ше! — Су Минь Шань?! — Цзян Вань Инь? — тот был удивлен не меньше.  — Что вы здесь делаете среди ночи?! — Я… искал… кое-что… — Я вообще-то тоже. И подозреваю, что не нашел я это потому что меня опередили. — Зависит от того, что искали вы, — отвечать просто так Су Ше был не намерен. — Ладно, я задаю вопрос иначе. С какой целью вы пришли сюда, господин Су: навредить Цзинь Гуань Яо или помочь? — Помочь. — Тогда мы на одной стороне. Вставайте, — он протянул руку, помогая подняться, — я так понимаю, что записи в вашем рукаве? — Я нашел кое-что полезное. Не ожидал, что вы здесь будете так скоро. — Хорошо, — еще один союзник радовал, — Надо скорее отнести их Цзе У Цзюню и обсудить все с ним.

***

Даже для Гу Су Лань завтрак в половине четвертого утра был крайне ранним. Су Шэ был смущен присутствием учителя Лань и ощущал себя неуютно под его неодобрительным взглядом. Цзян Чен эти чувства вполне понимал и разделял. -… тогда я послал своих людей, чтоб они обыскали место ночной охоты и нашли источник темной ци. Они не нашли совершенно ничего, что могло бы оставить отметину, — отчитывался перед главами двух орденов Су Мин Шань. — То есть в лесу совершенно ничего нет? — Цзян Чен весьма бы обрадовался этому. — Не совсем. Когда позавчера мои люди приехали, то были обеспокоены. Я сам отправился, чтоб осмотреть лес. — К этому были какие-то причины? — Лань Си Ченю все это явно не нравилось. — Да. Мы нашли остатки темной ци от заклинания. Вероятно, кто-то нарочно поднял мертвецов. Но не артефактов, ничего, что могло бы оставить отметину. — Что ж, все весьма интересно с этой отметиной, — Лань Ци Жень довольно теребил свою бороду, — Я смог отыскать того адепта и осмотреть его рану. Однозначно, этой отметине куда больше, чем несколько дней. — И он вам так запросто ее показал? — Я сказал, что в Гу Су Лань знают много способов избавления от проклятий. Метка расположена крайне неудачно и мешает пострадавшему держать меч и даже пользоваться палочками для еды… — Она у него прямо на ладони?.. — Вы что-то знаете об этом, глава Цзян? — Тот человек, что забрался ночью в нашу спальню на свадьбе главы Не, носит теперь на руке темную метку на ладони правой руки. — Откуда такая точность? — Лань Ци Жень был не на шутку встревожен. О Юн Мэн Цзян и через восемь лет после смерти Вей У Сяня ходила масса слухов относительно того, что путем тьмы увлекался не только приемный сын семьи Цзян, но и родной. Если темную метку оставил Цзян Вань Инь — это осложнит дело. — Мне в этом признался человек, что ее оставил. Это преступник, что содержится под стражей в Нечистой Юдоли. Шао Сон Шу. — Дядя, сейчас вы действуете от имени старейшин… — начал глава Лань. — Разрешаю! — кивнул Лань Ци Жень. О чем просил Лань Си Чень оставалось лишь догадываться.Однако он поднялся, позвал за собой одного из адептов и вышел. — Сегодня должны объявить дату суда, — Су Шэ был в курсе всех новостей, — Поговаривают это будет завтра или послезавтра. — Ничего, мы теперь знаем все, что необходимо. Да и господин Цзинь достаточно умен, — подытожил Лань Ци Жень поглаживая бороду.

***

Суд назначили, однако, гораздо раньше положенного законом срока. Не успели господа из Гу Су Лань закончить свои утренние медитации, как слуга известил, что суд начинается. Видимо, Цзинь Гуань Шань надеялся, что недостаток времени у защиты сыграет ему на руку. Лань Си Чень, однако, был готов. Он сказал, у них будет достаточно доказательств невиновности Яо. Более того, сказать слово в защиту Цзинь Гуань Яо собирался не кто иной, как сам Лань Ци Жень! Зная произошедшее между ними это было весьма забавно. Лань Си Чень даже немного недоумевал по этому поводу. С тех пор, как Цзинь Гуань Яо, будучи не в себе, пытался заигрывать с ним, учитель Лань с разговорах с племянником его иначе как «ходячим бесстыдством» не звал. Вероятно, дядя исполнял свое обещание перед Цзян Ченом за выступление перед советом старейшин. И пусть даже для Лань Си Ченя оно закончилось не так хорошо, как хотелось бы. Суд проводили в главном зале башни Кои, где обыкновенно принимали посетителей и устраивали празднества. Народу пришло достаточно много и далеко не все были из Лань Лин Цзинь. Все уже были в сборе. Обвиняемого тоже уже привели. Яо каким-то потерянным или отчаявшимся не выглядел совершенно. Он тоже явно имел некий план действий и знал, что сказать в свою защиту. Выглядел разве что немного неопрятно, но именно что немного. Он явно пытался сохранить внешний вид и выглядеть как только возможно прилично и привлекательно. Вид названного брата и супруга заставил Яо слегка улыбнуться. После церемонии приветствия, занявшей изрядно времени, Цзинь Гуань Шань начал: — Уважаемые гости башни Кои и члены ордена Лань Лин Цзинь, мы собрались здесь, чтоб предать честному суду Цзинь Гуань Яо, практикующего использование темной ци и проклявшего адепта Чень во время ночной охоты. В зале загалдели. Вероятно, адепт Чень уже успел порядком всем поплакаться о своей темной метке. — Расскажите, как все было, господин Чень, — в голосе главы Лань Лин Цзинь сквозила чуть не отеческая забота. — Четыре дня назад я с другими адептами Лань Лин Цзинь отправился на охоту на старое кладбище за городом, чтоб истребить заведшегося там призрака. Охотой руководил первый молодой господин Цзинь. Когда мы нашли призрака и нашли причину его появления, молодой господин Цзинь вдруг зачем-то бросился в лес. Я поспешил за ним, чтоб помочь ему. Я видел, как он поднял двух мертвецов по средствам начертаний и когда я бросился к ним с мечом, то он проклял меня. Темная метка у меня прямо на ладони и причиняет мне нестерпимую боль. Даже почтенный учитель Лань проникся моими страданиями… Адепт опять продемонстрировал всем свою ладонь. — Позвольте и мне сказать, глава Цзинь, — говорил Яо. — Говори! — без всякой вежливости и интерса отозвался Цзинь Гуань Шань. — Четыре дня назад я отправился на ночную охоту на старое кладбище за городом по приказанию отца. Мне было поручено руководить адептами и отвечать за слаженность действий. Мы действительно нашли на кладбище призрака и, когда уже все было закончено, я заметил между деревьев пару лютых мертвецов. Они двигались медленно и были не слишком опасны, по сему я пошел за ними один, — на этих словах Цзян Чен скроил рожу, примерно означавшую: «Женушка, ты охренел?!». Впрочем, ровный тон Яо это не изменило, — Мне не составило труда с ними справиться и когда я уже собирался вернуться к остальным адептам, то услышал в лесу крик. Кричал адепт Чень, получивший где-то темную отметину. Днем, когда стало бы светло, я намеревался вернуться в тот лес и разузнать, что ее оставило. — Это ты, ты ее оставил! Лжец! — адепт Чень откровенно играл на публику. — Нет, это вы лжете, господин Чень! — Яо был непрошибаемо спокоен. Видимо, истерики А-Лина и Цзян Чена закалили его дальше некуда. — Тишина! — стукнул своей тростью Цзинь Гуань Шань, — Негоже приличным людям браниться как на базаре. Я склоняюсь к тому, что Цзинь Гуань Яо — злостный врун, что использовал темную ци и заметая следы своих действий без жалости ранил человека, служащего мне верой и правдой. И этому существует доказательство в виде записей, что по счастливой случайности смогли перехватить. Все они сделаны рукой моего… — последовала театральная пауза и вздох.Актерскому мастерству Цзинь Гуань Шаня можно было лишь поражаться, — Цзинь Гуань Яо. — Я не отрицаю существование этих записей, отец! — Я могу увидеть эти страницы? — Цзян Чен опасался, что за четыре дня в башне Кои могли нарисовать и подделку. — Вы не доверяете доказательствам, глава Цзян? — Я хочу убедиться, что все верно и не произошло фатальной ошибки. — Что ж, понимаю ваши супружеские чувства, — секретарю был подан знак, — Может быть вы даже зачитаете нам в таком случае некоторые фрагменты с этих сраниц? Секретарь поднес бумаги Цзян Чену. Глава Цзян хмуро пролистал их. Да, это и вправду был почерк Яо. И та часть,что касалась пережитого Цзян Ченом проклятия то же была примерно такой, какой ее записывал Яо. — Тогда позвольте зачитать их, — секретарь дождался одобрительного кивка Цзинь Гуань Шаня, — "... это проклятие воздействует не на тело, а на душу проклятого и уничтожает ее без остатка. Средства для его излечения нет. Проклятый погибает в муках, лишаясь души..." — Не правда ли, занятно написано? — Вам следует просить прочесть и абзацем выше, чтоб был ясен контекст. Эта цитата не полная. Она начинается словами "Предположительно, темная ци входит в тело и растворяется в потоках светлой ци. Таким образом…" — секретарь скользил по тексту глазами и кивал. Хорошая память Яо позволяла помнить все дословно. — Я пока не давал слова Цзинь Гуань Яо! — глава Цзинь повернулся к Цзян Чену, — Вы же не станете отрицать, что это почерк вашего супруга? — это слово сегодня уже звучало. Видимо, Цзинь Гуань Шань хотел всем напомнить о том, чего так стеснялся сам Яо: о браке с Цзян Ченом. — Страницы, что представлены в качестве доказательства, действительно написаны рукой моего супруга. Отчасти под мою диктовку, — подтвердил Цзян Чен. Отрицать очевидное было глупо. — Для чего сделаны эти записи? — Для того, чтоб отправить Цзе У Цзюню, — Лань Си Чень встал и поклонился, — Как вы все знаете, Облачные глубины никогда не отказывают в лечении страждущим. Ежедневно к нам приходят люди, одержимые духами, томимые чарами и страдающие от проклятий. Цзинь Гуань Яо, как мой названный брат, обучался искусству врачевания в нашем ордене и дал обещание сообщать как можно подробнее о различных необычных случаях, с которыми он самостоятельно справиться не сможет или записей о которых нет в книгах. — Зачем вам это? — Наш орден помогает людям, но чтоб помочь, нужно знать с чем имеешь дело. В нашей библиотеке есть описания симптомов более тысячи проклятий, которые мы изучили за время существования ордена и смогли найти способы их снятия. — Но в этих бумагах… — Лань Си Чень перебил Цзинь Гуань Шаня вопреки всем приличиям и правилам своего ордена. Лань Ци Жень довольно хмыкнул. -… лишь описание симптомов, но не способа создания. Если б вы их читали, уважаемый глава Лань Лин Цзинь, то заметили бы, что тут нет ни одного талисмана, последовательности или даже намека относительно того, как эти проклятия создать и наложить. Позвольте в качестве доказательства я зачитаю кусок из данных бумаг, — прекрасная память Яо тут была кстати. Он жестами показал, где надо читать,— " Человек на полу пытался зажать нанесенную мною рану. Из рукава он достал пилюлю — в темноте не был виден цвет — в проглотил ее. О составе пилюли можно лишь догадываться, но в тот момент я предположил, что это обезболивающее. После чего он в конвульсиях скончался, а его тело начало стремительно иссыхать»… — А далее? — Далее идет описание того, как господин Цай помог справиться с этим проклятием. — И все? — спросил кто-то из толпы. Прозвучало как-то почти разочарованно. — Да. Как видите, ни слова о том, как было создано и наложено это проклятие. Секретарь Цзинь Гуань Шаня попросил у Лань Си Ченя текст с его записей, сравнил со своим и кивнул. Все совпадало слово в слово… Цзинь Гуань Шань дал знак адептам, что стояли по обе стороны от Яо и те рванули на нем одежды, обнажая торс. Это было весьма унизительно. Темные метки на ослабленном без сна и еды теле проступили несколько ярче, но все же выглядели не черными пятнами, а серыми тенями. — В таком случае объясните мне эти темные метки, что мы все видели. Их столь много на теле Цзинь Гуань Яо, что не остается сомнений в том, что он использовал темную ци. — Мой супруг никогда не использовал темную ци. Иначе бы я давно его казнил, — Цзян Чен аж вскочил. — Изгнанием из ордена? — со смешком спросили из толпы. Цзян Чен уже начал думать что там есть некто, кто специально послан подстрекать всех к решению казнить Яо. — Нет. В моем ордене за это предусмотрено отсечение головы! — Цзян Чен готов был хоть сейчас удушить Цзинь Гуань Шаня. Цзы Дянь вполне достанет. — Тогда у вас вполне есть повод это сделать. В записях есть так же и способ нейтрализации проклятия. Читайте. Секретать прочел пару строк: -"…От этого проклятия помогает лишь огонь и сжигание всех разлетающихся частиц истлевшей плоти до того, как они коснутся земли или каких-либо предметов…" И вот еще. ". .глава Цзян исцелился от проклятия вопреки всем более ранним случаям способом, который надлежит выяснить…"  — Вы зачитали записи, но ваше обвинение строится на том, что там описан и способ нейтрализации одного из проклятий, а так же то, что глава Цзян исцелен от одного из них неизвестным способом, так? — Лань Ци Жень поднялся и стал прохаживаться по залу, как он порой делал это на уроке. Ему надоело молчать и слушать это гнусное представление. Его авторитет был непререкаем: для многих из находящихся в зале он был наставником во время учебы. — Да, так… — На главу Цзян напали со спины и след от проклятия у него был сзади. Так давайте осмотрим и спину Цзинь Гуань Яо. Если он виновник проклятия, то темная метка должна быть и у него. Где у нас точно была темная метка, глава Цзян? — На спине, слева у лопатки. Цзинь Гуань Яо может сказать точнее. Он помогал обрабатывать ту рану. — На два пальца ниже лопатки, — уточнил Яо. Лань Ци Жень отодвинул волосы со спины Яо, продемонстрировав, что там ничего нет даже отдаленно похожего на темную метку. Лишь след от Цзы Дяня и несколько шрамов от меча, полученных еще во время войны. Лань Ци Жень даже помог Яо прикрыться. Цзян Чен шепнул одному из адептов сбегать в Цветущий сад и принести Яо новую одежду.  — Я хотел бы высказаться о темных метках на теле первого молодого господина Цзинь. В позапрошлом году на него и юного господина Цзинь было совершено покушение. Господин Цзинь спас наследника ордена, но практически ценой своей жизни. Нападавшие на него метили в самые важные точки на теле, пытаясь добить его. Если вы присмотритесь к остаткам тёмных меток, то заметите, что они покрывают область сердца и золотого ядра. Это смертельные раны, после которых молодой господин Цзинь выжил просто чудом. Я принимал участие в его лечении и помню каждую из этих меток. Здесь нет ни одной новой, лишь те, что остались от того нападения. Неужели вы, глава Цзинь, отплатите своему сыну такой черной неблагодарностью за спасение вашего внука? — Есть и еще один свидетель, — господин Цай проталкивался из задних рядов, после упал на колени и попросил, — Позвольте и мне сказать. — Говорите… — Цзинь Гуань Шань был недоволен. Его собственный адепт защищал его сына! Куда катится его орден?! — Это я был тем человеком, что помог господину Цзинь избежать губительного проклятия при последнем покушении. Но это проклятие я видел и ранее во время войны, когда молодой господин Цзинь еще даже не был признан вами! — Хорошо, будем считать что мои подозрения насчет записей оказались ложны. Однако темная метка с руки господина Чень никуда не делась и получил он ее в том лесу. — Позвольте и мне сказать слово, господин глава? — склонился Су Ше. — Дозволяю. — Меня тоже крайне взволновала судьба адепта Чень и я отправил своих людей осмотреть лес, чтоб убедиться, что там более не осталось нечисти или скопления темной ци… — Как вы сердобольны, господин Су! Не могу вами не восхититься. Не поверите, я тоже посылал туда адептов и они нашли там остатки заклинания, что поднимают мертвых, — Цзинь Гуань Шань явно был готов к чему-то такому. — Позвольте… Позвольте… П-п-пройти… — неуверенный голос второго господина Не, пробиравшегося сквозь толпу, заставил Цзинь Гуань Шаня нервно дернуться. Лучше б тут был Не Мин Цзюе, чем этот хитрец. Не Мин Цзюе мог бы еще повестись на какую-то провокацию или потребовать бы испытания огнем, которого бы Мэн Яо мог и не пережить по некоторой несчастливой случайности. — Приветствую, второй господин Не! Какая неожиданность видеть вас! Как вы тут оказались? — Приветствую, глава Цзинь! Не поверите, в кои-то веки решил выбраться в Лань И за покупками и тут такое! Весь город только о вас и судачит! Не мог же я не появиться и не посмотреть, что же за переполох? — Никакого переполоха. Вина почти доказана… - Цзинь Гуань Шань будто удивился. — Что вы, глава Цзинь? Как же доказана?— Не Хуай Сан выглядел таким милым и удивленным, когда ответил ровно тем же тоном,чтотговорил глава Цзинь,  — Есть лишь слово адепта с темной меткой против слова Цзинь Гуань Яо и не более. Разве вы установили, кто сотворил заклинание, поднявшее мертвых? Или нашли источник проклятия? Почему более никто не высказался из тех, кто был на той охоте? То, что Не Хуай Сан так запросто умоет главу Цзинь не ожидал никто. Тот аж поперхнулся. Если Яо обо всем этом вынужденно молчал, а Цзян Чен не слишком знал законы Лань Лин Цзинь, то Не Хуай Сан свод законов помнил хорошо и читал его не ранее, как сегодня утром. — Во всем этом нет необходимости, второй господин Не! — П-п-правда? А мне ведь так любопытно! Это же такая захватывающая таинственная история! В лесу произошло что-то, а вы не хотите знать,что творится на территории вашего ордена? — Цзян Чен понял, что Хуай Сан сейчас буквально издевается над главой Цзинь и его издевки попадают точно в цель. — Второй господин Не прав. Вы упустили из виду крайне важные детали. Я не был бы так строг, если б речь шла о десятке ударов кнутом. Но на кону жизнь и репутация не только Цзинь Гуань Яо, но и вашего ордена, — Лань Ци Жень поддержал Не Хуай Сана и даже перенял правила игры. — Я, как супруг, требую дополнительного расследования! — встал Цзян Чен. — Я, как названный брат, требую выяснения истины. — Хорошо. Отсрочка до завтра!