Дипломат

На лице Цзинь Гуань Шаня появилась довольная улыбка. — Вот видите, какое невероятное совпадение, второй господин Не! Все не так очевидно, как вы хотите представить. — Тогда я предлагаю то, что ни у кого не оставит сомнений, — после паузы произнес Лань Ци Жень. Вероятно, вмешательства Гу Су Лань в таких масштабах глава Цзинь не ожидал. — Неужели? Вы, почтенный учитель Лань, знаете такой способ? — Знаю. В Облачных глубинах он применяется в особо спорных случаях вроде этого. — И что же этот за способ? — Снадобье, что не даст солгать. — Ах, это так рискованно, я не хотел бы поставить под угрозу жизнь или здоровье своего старшего сына и адепта Чень! — вдруг вспомнил о жизни Яо Цзинь Гуань Шань. — Это совершенно безопасно. Сейчас ведь нужно, чтоб вода сошла и камни обнажились.Вас не убедило слово господина Шао, а мне кажется подозрительным, что всего за четыре дня темная метка нанесла такой урон здоровью господина Ченя… — В моем ордене есть свои методы… — Пока они показали себя малоэффективными и истина до сих пор неизвестна. Или вы ставите под сомнение и знания, и честность ордена Гу Су Лань? — этим вопросом Цзинь Гуань Шань оказался прижат к стенке. — Я согласен выпить это снадобье, чтоб доказать свою невиновность! — голос Яо прозвучал неожиданно звонко, — А что скажет господин Чень? Господину Ченю не оставалось ничего более как согласиться, иначе бы это бросило тень на все его слова. — Тогда через несколько минут можно будет это сделать. Лань Ци Жень не надолго вышел из зала, оставив всех в ожидании. Когда он вернулся, следом, за его спиной, шел адепт с подносом. Две закрытых крышкой крошечных чашечки. Цзян Чена аж передернуло. Яо развязали руки и он,не глядя и не раздумывая, проглотил чай. Чень некоторое время мялся, но в итоге и ему пришлось выпить. Цзинь Гуань Шаня такой поворот ситуации совсем не порадовал. Еще пару минут пришлось подождать, пока снадобье начнет действовать. Этот момент Цзян Чен тоже не пропустил. Взгляд у Яо стал мутным и каким-то ни на чем не задерживающимся. Примерно так же он смотрел будучи сильно пьян или когда пил успокоительные снадобья после своей попытки повеситься. Не самые приятные воспоминания. Допрашивать обоих подозреваемых во лжи взялся сам Лань Ци Жень. — Что ж, начнем с обвиняемого. Вы использовали темную ци на территории Лань Лин Цзинь? — учитель Лань задавал очень конкретные вопросы. Он прекрасно знал, что метки на теле Яо оставили вовсе не нападавшие. — Нет. — Вы подняли мертвецов на последней ночной охоте? — Нет. — Вы видели, кто это сделал? — Да. — Вы знаете, кто это был? Яо чуть пошатывался. Его тон становился каким-то странным, но вовсе без ноток смеха. — Да, знаю… но не хочу говорить… — Видите, он кого-то укрывает! — вмешался Цзинь Гуань Шань. — Кого вы там видели, господин Цзинь? — Адепта Чень. — Все логично. Адепт же пошел за ним! — глава Цзинь и тут нашел к чему придраться. Лань Ци Жень не обратил на это никакого внимания и продолжил. — Это за ним вы пошли в лес? — Нет. — А за кем? — За братом… — Что?! — такого поворота никто не ожидал, особенно Цзинь Гуань Шань. Сюань Юй вроде как никуда не выходил самостоятельно из башни Кои уже долгое время и из своих покоев не вылезал без большой необходимости, — Это ложь! — Почему же? Ваш младший сын сообразителен и любопытен, насколько мне удалось его узнать… — Не Хуай Сан опять прятался за веером, — От чего бы ему тайком не поехать на охоту? - Давайте спросим о произошедшем и господина Чень, -Лань Си Чень как всегда на словах был мягок. Адепт Лань Лин Цзинь тоже вел себя уже не так как обычно. Он словно был чем-то сильно напуган. Стал дерганным. Его взгляд бегал. Вел себя господин Чень так, будто готов сорваться с места, лишь представится случай. — Вы пошли в лес вслед за Цзинь Гуань Яо? — Лань Ци Жень был беспристрастен. — Да. — Вы видели там еще кого-либо? — Да. — Кого? — Двух мертвецов, Цзинь Гуань Яо и еще какого-то мужчину. — Вы рассмотрели его? — Нет. — Вы получили темную метку в лесу? — Нет. — Где вы ее получили? — В Нечистой Юдоли, — Цзинь Гуань Шань так впился в подлокотники своего кресла, что после точно должны остаться вмятины. — Когда вы ее получили? — На двенадцатый день нового года. — Как вы ее получили? — Я проник в дом, где гостил орден Юн Мэн Цзян и получил ее, когда сбегал оттуда. — Вы видели того, кто ее оставил? — Да. — Он сейчас здесь? — Да. — Укажите на него! Господин Чень ткнул пальцем в Шао Сон Шу. В зале ахнули. Кажется, репутация Лань Лин Цзинь шла на дно так стремительно, что спасти ее уже было нельзя. — Все-все, довольно! — запротестовал Цзинь Гуань Шань, — Кажется, и правда произошло величайшее недоразумение и невероятное совпадение. Видимо, тот камень подбросил сам адепт Чень, чтоб оправдаться… Ведь сначала же ни мои люди, ни люди господина Су ничего не нашли… — Так вы снимаете обвинения с Цзинь Гуань Яо? — этот вопрос волновал Цзян Чена сильнее всего. Цзы Дянь выдавал сейчас его волнение, почти превратившись в фиолетовую молнию. — Снимаю, — ответ прозвучал тоном, будто Цзинь Гуань Шаню нанесли лично оскорбление. В этот момент у Цзинь Гуань Яо подкосились ноги и он упал на колени. Цязн Чен сделал знак своим людям, чтоб они забрали его супруга и не дали ему окончательно лечь на пол. Вот интересно, кто его самого ловил в Облачных глубинах? Там есть специально обученные этому адепты или он просто плюхнулся на циновку на полу на глазах у совета старейшин? — Я так же требую суда на господином Чень за ложь и клевету! — Я присоединяюсь к этим требованиям как названный брат Цзинь Гуань Яо! — Лань Си Чень выглядел так, будто готов был достать Шуо Юэ и снести голову главе Цзинь прямо при всем честном народе. Цзян Чен вполне понимал и разделял это желание. Очевидно, кто был автором всех этих обвинений. — И надо обязательно выяснить, почему господин Чень так… поступил… — Не Хуай Сан опять вернулся к своему робкому тону, но в его глазах был нехороший блеск. — Все, суд окончен! — Цзинь Гуань Шань в гневе стукнул палкой об пол, — Судьбу господина Чень я решу сам! Охрана между тем пыталась унести Яо, даже не развязав ему руки и не подпустив к нему адептов Юн Мэн Цзян — А ну стойте! — заорал Цзян Чен на адептов лань Линь Цзинь, которые уже готовы были куда-то утащить бессознательного Яо, — Еще раз спрашиваю, глава Цзинь, обвинения сняты? — Да, — Цзинь Гуань Шань смотрел так, будто хотел, чтоб от его взгляда на теле Цзян Чена появилась дыра или даже несколько. — Тогда немедля освободите Цзинь Гуань Яо! — Ему надлежит вернуться в тюрьму до окончания всех формальностей. — Каких еще формальностей?! — Цзян Чен был в ярости. — Надо подписать несколько бумаг… — Я их заберу оттуда, чтоб он подписал когда очнется. Цзинь Гуань Шань подждал губы, но сделал охране знак оставить Цзинь Гуань Яо. Его унесли в Цветущий сад адепты Юн Мэн Цзян. Цзян Чен с большим удовольствием унес бы Яо сам, но надлежало кое-что сделать. Например, приструнить тестя. И сказать господину Цаю, чтоб передал нянькам, что надо собрать вещи А-Лина. Яо здесь больше и дня не останется. Выяснить, как скоро очнется Яо и что для этого нужно. Поблагодарить господ Лань и Не Хуай Сана. Даже Шао Сон Шу, чтоб его гули искусали, заслужил благодарности. Не Хуай Сан, впрочем, со своей свитой торопился покинуть башню Кои и времени на разговоры у него было крайне мало. Он лишь позвал Цзян Чена в гости в Нечистую Юдоль после дня Поминовения Мертвых. Лучше, конечно, одному и к нему лично. После был краткий разговор с Лань Ци Женем, который успокоил, что Яо очнется сам без всякой помощи через час с небольшим. Господин Цай сказал, что ему лишь однажды удалось пробраться к Яо и господин Цзинь, скорее всего, очень сильно голоден. Кормить заключенных в тюрьме надлежало родственникам, а отец к своему сыну не благоволил совершенно. Одного из адептов Цзян Чен оставил охранять вход в спальню Яо, другого — отдать распоряжения слугам насчет ванны. Самого шустро из всех послал на рынок за едой. Гуй его знает, чего еще можно ожидать после столь наглой попытки прям после снятых обвинений утащить Яо обратно в тюрьму. Ко всему прочему еще прибежал А-Лин, проигнорировав урок с кем-то из новых учителей и ему тоже требовалось внимание. За всеми этими хлопотоми времени прошло изрядно. Яо по идее даже должен был проснуться. Когда Цзян Чен вошел в спальню, Яо уже сидел бочке с водой, откинув голову на край. Выглядело все так, будто он опять уснул. Однако, едва заслышав шаги, он встрепенулся и вытянул руку с мечом. — Кто здесь?! - голос был настороженный. — Это я, женушка! — Тысячу раз просил меня так не звать! - устало огрызнулся Яо. Но атмосфера стала все же чуть менее тревожной. — И я даже не заслужил спасибо за то, что спас тебя? — Спасибо. Хотя, предположу, без второго господина Не было бы гораздо сложнее. — Не-сюн хорош! Особенно когда начинает себя вести как Нефритовый сокол, — Цзян Чен был неподдельно восхищен этими метаморфозами старого друга. — Думаю, он скоро напишет третий том… — это наконец разрядило обстановку. Яо, кажется, пришел в себя и осознал, что все закончилось. — На… — проворчал  Цзян Чен, протянув Яо лепешку, — Эти с рынка. Не отравлены вроде, — с лепешками все было абсолютно нормально. Фея их нашла съедобными, А-Лин умял едва ли не половину. — Спасибо… — похоже, Яо и впрямь был голоден. По крайней мере есть он начал весьма быстро, лишь чуть перегнувшись наружу через край бадьи, чтоб крошки не падали в воду. — Уедем сегодня же! И больше я тебя не отпущу сюда. Как твой супруг и глава ордена я настаиваю на этом! — Яо смотрел на него с набитым ртом и вообще выглядел сейчас будто моложе на семь лет с этим несколько удивленным лицом. Возможно, виной этому была еще и прическа: он высоко подвязал волосы, как делал это когда А-Лин был еще младенцем. — Я бы рад сказать, что ноги моей больше здесь не будет, но не все так просто. Думаю, я побываю здесь еще не единожды… — Зачем? Я не позволю тебе… — Я должен буду сюда приезжать, хочу я того или нет, чтоб сопровождать А-Лина. Отец разочаровался в моем брате как в наследнике и теперь его внимание переключилось на Цзинь Лина. — Так А-Лин должен стать следующим главой. Разве нет? — Да, должен. Поэтому отец хочет поставить под сомнения меня как воспитателя наследника и забрать А-Лина. И ты вряд ли что-то сможешь с ним сделать… И пока я не знаю, как это пресечь. — Ты и А-Лин просто теперь будете жить в Пристани лотоса, пока твой отец не извинится. Яо поджал плечами откусил еще большой кусок лепешки:  — Вкусные!.. Почти-ка в Цин Хе… — Тебе вся еда из Цин Хе что ли нравится? Мед, лепешки… — Тогда я был молодой и вечно голодный, — остатки лепешки исчезли с такой скоростью, будто это было так и сейчас. Яо опять откинулся на край бочки. Цзян Чен сел сзади, чуть приподнял рукава и погладил Яо по плечам, спустился на грудь… — Цзян Чен не сейчас… — А когда? — Цзян Чену не хотелось продолжения, скорее хотелось продлить вот эти мгновения нежности. —  Когда вернемся домой… — Яо чуть стушевался, — И когда я высплюсь… — Ты опять будешь спать пару дней? — это было нормальным явлением после возвращения Яо из башни Кои. — Вполне возможно. Я не сомкнул глаз в тюрьме и чувствую себя разбитым. — Тогда уедем поскорее. — Хорошо. Тогда дай мне закончить с мытьем и я начну собираться. В башне Кои они не задержались. Яо удалось переговорить с Лань Си Ченем, но, похоже, разговор у них опять не склеился. Ближе к вечеру они выехали в Юн Мэн. Цзинь Гуань Шань даже не стал протестовать против того, что его внук тоже уезжает. Суд над господином Ченем не состоялся. Адепт не смог вынести такого позора и покончил с собой, едва очнулся после гусуланьского снадобья. Господин Чень оставил весьма пространную записку о том, что не может вынести такого позора и боли от темной метки и хочет покинуть этот мир, выпив яд. Мотив его обвинений в сторону Цзинь Гуань Яо так и остался неизвестным.