Дипломат

Однако спокойно уехать в Нечистую Юдоль Цзинь Гуань Яо было не суждено. Цзинь Гуань Шань не часто радовал своими приездами Пристань лотоса. И еще реже он радовал своим вниманием старшего сына, когда это не касалось престижа ордена или воспитания Цзинь Лина. Но сегодня происходило что-то уж совсем из ряда вон: он приехал к Яо и уговаривал возвратиться обратно в башню Кои вместе с племянником. Вернуться в отчий дом, в родное гнездо. Едва ли не со слезами умолял это сделать. Яо, наученный уже горьким опытом общения с отцом, ехать, конечно же, отказался и вообще недоумевал, с чего вдруг к нему такое внимание. Отец готов был на любые условия. Предлагал признать недействительным брак с Цзян Ченом, коль это мешает Цзинь Гуань Яо вернуться в Лань Лин. Весьма вовремя подошедший глава Цзян за такие слова пообещал скормить тестя самым злобным гулям, что есть в окрестностях. Сомнений в том, что если гулей нет, то он их специально для этого отыщет и пригонит, не было никаких. Яо пытался выведать, что такое нашло на отца. Неужели у него начался так странно проявившийся старческий маразм? Или он опять что-то затевает и его сын и внук будут пешками в этой игре в семью? Цзинь Гуань Шаня недолюбливали за то, что тот так жесток с обоими своими сыновьями, а внук у него бывает редко. Так что отец вполне бы мог таким образом пытаться поправить все более падающий престиж Лань Лин Цзинь. Может он вскоре собирается отойти от дел в пользу Сюань Юя? Слухи о том, что младший брат ушел в уединение и растит золотое ядро до Яо уже доходили. По правде, он не знал верить им или нет и что вообще с младшим братом. Тот с осени не отвечал на письма и не писал ничего сам. И это было вполне понятно после истории с госпожой Мо. Уж не убил ли его отец в порыве злости? Хотя вряд ли. Отец пришиб бы скорее старшего из сыновей, чем младшего. Может Сюань Юй сам что-то сделал с собой? Яо помнил, что тот все же стремился воскресить мать, а не умереть сам. Что точно произошло в башне Кои выяснить удалось только путем долгого перекрестного допроса с подключением А-Лина, уговаривающего дедушку не врать. Цзинь Гуань Шань явно не хотел рассказывать всех подробностей и юлил изо всех сил. История выходила удивительная и даже феерическая. Из башни Кои сбежал наследник, Цзинь Сюань Юй. В последнее время он был совсем плох: сидел в своих покоях не выходя вообще, совершенно запустил себя. Отец даже подумывал отправить его обратно в деревню Мо, к тетке, в надежде, что там сыну станет лучше и спокойнее. Не успел. Цзинь Сюань Юй ушел куда-то самостоятельно и по сей день его не нашли. Цзинь Гуань Шань винил себя в сумасшествии младшего сына и корил за то, что был с ним слишком строг, что не позволил ему бегать за Яо и далее по списку. Яо от этой новости едва смог удержать смех. Кажется, это называется карма. Отец так старался избавиться от одного сына в угоду второму, а получилось… ну как получилось. Исчезновение молодого господина Цзинь заметили не сразу, а лишь через день, когда его и след простыл. Он редко и ненадолго покидал свои покои и никому в голову не могло прийти, что он не вернулся. Накануне видели, как он тайком выходил через задние ворота, но не придали этому особого значения. Он жался к стенам, будто пытался казаться незаметнее. Слуги старательно делали вид,что это именно так. Все в башне Кои знали, что молодой господин был странным и никто не перечил ему в этих странностях. Хотя слуги, видевшие как он уходил, говорили, что вид у него был совершенно дикий и несколько испуганный. История была загадочна до невероятного. Из Лань Лина он будто испарился и с осени его никто не видел. Причем Сюань Юй не отправился просто так попутешествовать по территориям ордена или к соседям в гости. Он именно что сбежал, хотя мог спокойно верхом выехать через главные ворота и никто бы слова не посмел сказать. Это все грозило обрасти сплетнями и пересудами, которые Цзинь Гуань Шань старался держать внутри стен башни Кои. До Пристани лотоса доходили слухи, но все они были иного толка. Говаривали, некоторое время назад Цзинь Гуань Шань стал появляться на людях без своего младшего сына и упоминал, что тот взялся за ум. Яо этим слухам особого значения не предавал, считая, что его младший брат все так же предается меланхолии и не отвечает на письма из-за обиды за то, что Яо упокоил его мать. Оказалось, что слухи о том, что Цзинь Гуань Шань тайно разыскивает сына не врали. Сюань Юя дружно искал весь орден Цзинь, но тот как в воду канул. Первым делом Цзинь Гуань Шань послал адептов в Юн Мэн, думая, что Цзинь Сюань Юй мог направится в Пристань лотоса к своему возлюбленному. Однако тут никто не видел второго молодого господина Цзинь или кого-то похожего на него. Да и едва ли глава Цзян не выгнал бы пинками соперника, претендующего на его супруга. Адепты Лань Линь Цзинь обыскали каждый куст до самого И Лина и не нашли ничего.По пути им еще встретился Лань Ван Цзи, непонятно каким ветром туда занесенный. Хотя что с него спрашивать? За последние три года он в своем служении и смирении обошел большую часть доступных заклинателям земель и очистил несколько деревень и Ци Шане в одиночку. Молодого господина Цзинь он не видел конечно же. В деревню Мо Сюань Юй тоже не вернулся. В Лань Лине при более пристальном осмотре так же не нашлось его следов. Его тайно искали в Цин Хе, предположив, что тот мог искать убежища у второго господина Не. Адепты лишь по достоинству оценили непролазность тамошних лесов и не нашли никого и ничего. Посмотрели даже в Ци Шане, на спорных землях, откуда еле унесли ноги. Цзинь Сюань Юй будто испарился. Башня Кои и все, что так тщательно готовил в последние годы для наследования Цзинь Гуань Шань, вмиг осталось без наследника. Яо отцу, конечно, не поверил. Больно все это выходило странно. Он бы еще понял, что если б отец приехал скандалить и обвинять в том,что Яо соблазнил брата — это было бы похоже на обычные их отношения. Но сейчас… В качестве доказательств Цзинь Гуань Шань предложил съездить в башню Кои и все увидеть своими глазами. В сопровождении главы Юн Мэн Цзян, разумеется. И, если Яо захочется, то остаться. Цзинь Гуань Шань уже распорядился отремонтировать Цветущий сад, явно предполагая, что Яо по-прежнему предпочтет жить там. Такая спешка объяснялась тем, что Цзинь Гуань Шань резко начал стареть. Долгое ношение артефакта с темной ци повредило его золотое ядро и вылечить это не смогли даже мудрецы из Гу Су Лань. Удары,что настигли его в последние годы были лишь началом этого процесса. Если б Яо не заставил отца снять кольцо,то смерть бы уже пришла к главе Лань Лин Цзинь. Яо попросил некоторое время,чтоб подумать над всем этим. Когда они остались вдвоем с Цзян Ченом,тот не удержался от того, чтоб не «укусить» слегка супруга: " Ты ж хотел куда-нибудь съездить!"

***

В Лань Лин Цзинь Яо все же отправился. Правда, не столь быстро, как настаивал Цзинь Гуань Шань. Яо выдвинул ряд условий, которые отцу надо было выполнить, прежде чем Яо будет приезжать в башню Кои более чем на пару дней. Для начала следовало найти заговорщиков, что уже трижды едва не убили Цзинь Гуань Яо. Вторым условием было то, что отец любыми способами прекратит сплетни о Яо и его матери. На этом список не кончался, но эти два пункта были самыми первыми. О расторжении брака с главой Юн Мэн Цзян надо было хорошо подумать. С одной стороны, если Яо вернется в клан Цзинь, то это даст отцу практически неограниченную власть, чего Яо бы не хотелось. С другой — камнем преткновения в браке с Цзян Ченом были по большей части супружеская близость и невзаимность чувств. На расстоянии эти проблемы становились куда менее существенны. Поддерживать с супругом в переписке ровные отношения Яо было вполне по силам, а целый день полета на мече мог охладить желание к плотским утехам у кого угодно. Даже главы Юн Мэн Цзян, желающего любимого супруга. И все же Цзинь Гуань Шань настаивал на приезде Яо в этом году, еще до начала празднования наступления Нового года. Цзян Вань Инь согласился на официальный визит длиною в три дня и не более. Цзинь Гуань Яо после своего последнего ареста был с ним полностью согласен. У Яо причины ехать были, но далеко не из любви к отцу или желания поскорее прибрать орден к рукам. Он уже имел представление, с чем ему придется столкнуться и сколько к нему враждебности в Лань Лине. Ему хотелось закончить расследование с Первым братом, узнать где именно осколок Тигриной печати и понять, куда делся Сюань Юй. В покоях Цзинь Сюань Юя будто ничего не трогали с момента его побега. Разве что окна открыли для лучшего освещения. Бардак тут царил изрядный. Цзян Чен огляделся с явным омерзением. Как вообще можно жить в такой грязи и беспорядке? Везде были бумаги, исписанные столь неаккуратно, что прочесть это было невозможно, горы смятых талисманов, пятна туши на столе, разбросанная одежда, какие-то сломанные вещицы, пустые миски и мешочки от трав. Среди этого бардака на стопке книг лежала заколка, что должен носить наследник Лань Лин Цзинь. Когда-то она украшала голову Цзинь Цзы Сюаня. На полу была разлита киноварь да столько, что получилось изрядных размеров пятно. Такое, что в него мог бы улечься взрослый человек. Еще Яо ощутил слабенький отголосок темной ци над пятном, но не стал говорить об этом вслух. Обычные заклинатели могли это и вовсе пропустить, настолько незначительными были следы. Что-то Сюань Юй тут натворил. Что-то, что заставило его в страхе бежать из отцовского дома. Фее пятно на полу тоже не понравилось и она начала на него рычать. Очевидно, что с этим пятном было что-то не так. Возможно, под ним было спрятано магическое поле. Времени было немного: послезавтра Цзян Чен намеревался возвратиться в Пристань лотоса и Яо поторапливался. Если Сюань Юй ушел отсюда добровольно и планировал это, то кое-что, вернее кое-кого, он должен был бы забрать собой. Темную ци по крайней мере он хотел использовать лишь для одной цели. Цзинь Гуань Шань сначала и не понял, зачем Яо просит разрешения посетить фамильную усыпальницу, что была на территории башни Кои. Несмотря на необходимость вернуть Цзинь Гуань Яо и Цзинь Лина домой ожидать каверз от сына вполне можно было. Однако тот настаивал и говорил, что это может как-то разъяснить ситуацию с побегом Цзинь Сюань Юя. В склеп отправилась целая процессия. Цзинь Гуань Шань лично желал узнать, что там понадобилось его внебрачному сыну. Глава Лань Лин Цзинь сопровождал десяток адептов на всякий случай, а Цзинь Гуань Яо — все, кто приехал и ним из Юн Мэна, кроме разве что Феи И А-Лина. В склепе Яо медлить не стал и отправился в самый дальний угол, к вполне конкретному саркофагу. Цзинь Гуань Шань помнил, что в этой стороне хоронили тела безвременно погибших наследников из побочной ветви Цзинь и последний раз тело сюда приносили лет тридцать пять назад, когда троюродный брат самого Цзинь Гуань Шаня погиб на ночной охоте. Адепты еле-еле сдвинули крышку саркофага и глава Цзинь поднес фонарь, чтоб разглядеть, что же тут спрятано. Поднялся трупный смрад. Отрубленная голова лежала в пол оборота, но Цзинь Гуань Шань узнал бы ее и с затылка.  — Госпожа Мо? Как она тут оказалась?! —  был уверен, что в саду это была лишь игра его воображения. Если это был лютый мертвец, то почему она не напала на него? — Пешком пришла, — саркастично заметил Яо, — Сюань Юй не хотел с ней расставаться и поднял ее. — Как он посмел это сделать?! — Цзинь Гуань Шань залился краской. — Не знаю. Я лишь могу сказать, что сам ее упокоил и раз ее тело здесь, то с побегом Сюань Юя все не просто. Это рождало новые весьма печальные мысли. Возможно, Сюань Юй окончательно лишился рассудка. Возможно, в попытке воскресить мать он призвал какое-то темное существо или призрака, что напугал его. Возможно, он испугался того, что делает. В любом случае состояние его рассудка и местонахождение вызывало много вопросов. Вряд ли он был в силах сам о себе позаботится. Уходя он не взял ни денег, ни теплой одежды - ничего. Цзинь Гуань Шань велел Яо прийти к нему после обеда. Он желал знать все, чего не знал о своем младшем сыне. Яо кое-что рассказал, хоть и далеко не все, чтоб не выдать свои поиски печати и то, что он ходил в тайный кабинет отца. Кажется, Цзинь Гуань Шань был несколько шокирован узнанным. Его младший сын настолько тосковал по матери, что не побоялся ступить на путь тьмы и весьма успешно пошел этой скользкой дорожкой. Видимо, его сумасшествие было вовсе не из-за скорби по госпоже Мо. Но как, как Сюань Юю удавалось все это скрывать? Ведь никто из адептов не почувствовал темной ци или сильных артефактов, что были в самом сердце ордена. У Цзинь Гуань Шаня закралась догадка, что его младший сын зачаровал тех мышей , а он и не догадывался! Лишь требовал от Сюань Юя невозможного... Впрочем, и Цзинь Гуань Шань не сказал сыну всего. Две недели назад адепты, посланные искать Сюань Юя, привезли из И Лина окровавленное и изорванное золотое одеяние с гербом Лань Лин Цзинь и прядь волос, запутавшуюся в растрепанной вышивке. Более они не нашли ничего.