Дипломат

Господин Цзинь, все еще держась за стену из-за головокружения, поздним вечером спустился в кухню. Как и ожидалось, вся "непобедимая армия" сидела там за чаем и орешками. — Я даже спрашивать не буду, что такое было в последние три дня и кто был зачинщиком всего этого. Я лишь прошу не мешать мне уехать. У меня действительно важное дело, которое вы не даете мне исполнить! — господин Цзинь был в кои-то веки не на шутку зол. — Мы всего лишь хотим, чтоб вы не уезжали среди зимы да еще так скоро! Вы сегодня сильно ударились, куда ж вам ехать-то? — Люн И всерьез волновалась за здоровье господина Цзинь. И спокойствие господина Цзян. — Ничего, переживу. В моей жизни случились раны и посильнее! — Яо чувствовал себя паршиво и подозревал, что дело было вовсе не в падении на подмерзшую землю во дворе. — Что же у вас за дело такое что не может подождать? — осторожно спросила Мин-Мин. А-Сун повис на Яо, едва не заставив упасть: — Папа! — даже в полутьме было заметно сходство между ними. Волосы одинаково отливали медными бликами от света огня, глаза были такими же темными,а носы были слеплены явно по одной форме. Мальчик смотрел вверх, на Яо и улыбался отцу. — Это действительно важно и без моего отъезда ничего не получится, — объясняться со служанками он был не намерен. Яо не придумал иного способа. — Но вы разбили душу и сердце вынули из господина Главы с этим отъездом,  — причитала Мин-Мин. Она видела, как господин Глава плакал в садовом павильоне днем над вещами господина Цзинь, а после раскидал их из сундука по комнате. — С ним ничего страшного не будет, — вообще это «ничего страшного» уже третью ночь не давало Яо нормально спать своими попытками помириться, заговорить, извиниться, угрозами или мольбами выманить обещание не уезжать. — Да с ним уже страшно! Он места себе не находит! — Аи-Аи сказала это на удивление громко. А-Сун прижался к Яо еще крепче, прячась за ним. Яо машинально потрепал его по волосам. — Все, хватит! Я должен завтра же уехать! — Яо не хотел препираться сейчас, — И только попытайтесь мне еще раз помешать! — Да что у вас за дело-то такое, чтоб мы не могли помочь?! — возмутилась Люн И, — Вы так спешите, будто от этого зависит ваша жизнь! — Возможно, что и так, — Яо предполагал, что именно может выясниться. Не так прост этот господин Цай, как хочет казаться. — Так что ж вы молчали-то, господин Цзинь! — всплеснула руками старая служанка, — Раньше бы сказали — мы бы все разузнали для вас. — Раньше бы ничего не получилось. И без моего отъезда не получится. — Это все из-за господина Цая? — Яо, пожалуй, был слегка удивлен такой прозорливостью Люн И. — Откуда вы знаете? — Ну… мы хоть и женщины, но не так глупы, как вы думаете, и знаем, что он единственный, кто вас уговаривал уехать. — Вот как? — Яо был пожалуй удивлен такой осведомленностью. То ли от удивления, то ли еще от чего-то его накрыл очередной приступ головокружения. — Сядьте скорее, господин Цзинь. Мин-Мин, сбегай-ка за лекарем, — и после того, как Яо устроили на подушках у стола, Люн И продолжила, — Мы хотели бы вам помочь, да не знаем, что вы задумали. Хоть намекните, что вам нужно. — Я хочу вывести господина Цая на чистую воду. Мне сдается Шао Сон Шу прав и господин Цай не тот, кем кажется. — И лучше способа, чем сбежать среди зимы вы так и не придумали?! — Это единственный способ ему дать проявить себя и узнать о его намерениях, — лучшего пока и правда в голову не приходило. Господин Цай завтра готов был хоть сам лично вывести Яо из усадьбы. — А если б был… другой? — Люн И пододвинула чашку с крепким до горечи чаем. — О чем вы, Люн И? — Яо отхлебнул чай. "С чего Люн И себе такую горечь заваривает? Будто в Цин Хе жила!". — Ну если б вы, скажем, узнали о нем кое-что, что бы заставило его все вам рассказать, то вы бы уехали совсем? — Не знаю. Я правда хочу на некоторое время уехать погостить в Нечистую Юдоль. — Но после-то вернетесь? — все в кухне затаили дыхание. — Вполне может быть. Все же бросить все, над чем я трудился десять лет, будет глупо, — господин Цзинь призадумался, — Так что же вы там такое знаете о господине Цае? — Пока ничего ровным счетом, но вот Сюэ Син, думаю вполне может узнать… Прачка зевнула и весьма фривольным жестом поправила лиф платья. — Ради господина Цзинь — хоть сейчас. Все одно этот господин Цай чудной какой-то, — Сюэ Син была обычно не против развлечься с симпатичными слугами мужского пола или пофлиртовать с кем-то в городе. Благородные господа были явно не для нее. Господин Цай был на удивление настойчив и это было как-то ... не так. Конечно, он давненько овдовел, так и не нашел новую госпожу Цай, но неужто для такого привлекательного мужчины не нашлось бы подходящей пары из заклинательниц или просто знатной семьи? Эта его навязчивость была до жути странной. Две служанки из Пристани лотоса уже были связаны с заклинателями. А-Сы родила ребенка от любимого господина, которым грезила несколько лет, и была этим счастлива как никто в мире. Цин-Цин вовсе стала госпожой Не вопреки всей сословной разнице и предрассудкам. Но Сюэ Син... Она не была ни красива, ни умна, ни обладала должным для женщины мягким нравом, а ее репутация и вовсе отпугивала многих. Слуг в Пристани лотоса, что не побывали в ее объятьях, можно было по пальцам пересчитать.И тут едва приехавший заклинатель начинает оказывать ей знаки внимания. Так что прачка, обычно свои приключения на свет не выносившая, даже пошла спросить совета у Люн И. Та велела к господину Цаю присматриваться, чем Сюэ Син с энтузиазмом и занялась. В нижние штаны она тоже не преминула заглянуть. Результат прачку весьма удовлетворил. Постоянного романа между ними не завязалось, но периодически господин Цай навещал ее, чтоб потешиться и узнать, как дела в доме. Пожалуй, в прошлой жизни эта пожилая женщина была великим полководцем, никак не меньше. Настолько точно и разумно Люн И планировала действия. Яо не подозревал о том, что господин Цай себе такое позволяет. Вероятно, о правиле Пристани лотоса не заводить интрижек со служанками он не знал и, возможно, даже не догадывался. Он всегда старался казаться человеком порядочным и прямым. И вдруг Сюэ Син, за которой шла слава если не потаскухи, то как минимум женщины моралью не слишком обремененной. Все это было… странно. Случайным свидетели интрижки прачки и заезжего заклинателя должен был стать помощник Чжоу. Все в доме знали, что он не очень ладит с господином Цзинь, зато любит дисциплину и это бы сняло подозрения в том, что эту встречу подстроил Яо. Люн И не была бы собой, если б все не прошло как по маслу. Сюэ Син с хохотком задрала свой подол в темном уголке в одном из коридоров, позволяя господину Цаю насладится своими прелестями и ровно тогда там появился спешащий по делам Чжоу, которого сия картина сильнейшим образом возмутила. Прачка для вида поизображала совестливость и раскаяние и была отправлена к Люн И, чтоб та ее наказала за бесстыдство. С господином Цаем Чжоу, которому все произошедшее вчера на кухне передал Первый советник еще ранним утром, побеседовал в пустых гостевых покоях. Кажется, о правиле не заводить интрижек со служанками господин Цай не догадывался. В башне Кои это было делом обычным и никто внимания не обращал на такие вещи. Разговор вышел напряженный. Чжоу в итоге повел господина Цая к главе ордена, чтоб тот разобрался в происходящем и осчастливил наконец Сюэ Син, не находящую себе покоя, достойным мужем. Такой поворот событий в планы господина Цая явно не входил. " Мы сейчас же отправимся в покои господина Главы, где вы ему и расскажете о своих чувствах к нашей прачке и попросите ее руки!" Господа скандалили в своих покоях да так, что служанки разбежались кто куда. Глава ордена велел супругу сидеть дома и никуда не ехать, а господин Цзинь хотел уйти сию секунду. Появление господина Цая он воспринял как спасение. — Как вы вовремя, господин Цай! Все же я погорячился, отказываясь от вашей помощи! — Какой еще помощи?! — глава Цзян походил на взбешенного гуля. — Он единственный, кто хотел мне помочь с отъездом! — господин Цзинь явно не следил за языком в запале ссоры с супругом. — Что?! — весь гнев главы Юн Мэн Цзян с упрямого супруга переключился на господина Цая и это явно обещало быть неравной схваткой. Цзян Вань Инь хоть и был моложе, но в совершенствовании достиг куда больших высот, — С чего ты вдруг помогаешь ему?! Что у вас за отношения?! Ты ухлестываешь за моим супругом?! Цзы Дянь себя ждать не заставил и господин Цай по полной ощутил все прелести этого хлыста. — Нет, как я могу ухлестывать за господином Цзинь? Просто я видел, что он не справляется и ему тяжело сейчас, — примирительно начал господин Цай. Держался он достойно и заискивающе его слова не звучали. — Так значит ты имеешь виды на моего супруга, раз так легко замечаешь его душевные терзания?! — Нет… Я лишь переживаю за юного господина Цзинь.  Цзян Чен выслушал и зло сощурил глаза. Господин Цай казался ему человеком порядочным и честным, а он оказывается, совсем не таков… — Продолжай! — Я хотел занять место воспитателя наследника Лань Лин Цзинь, — господин Цай был прямолинеен и смотрел в глаза, показывая, что он не лукавит и не собирается. — Зачем?! — Я слишком привязался к вашему племяннику, — с некоторой тоской сообщил он, — Он напоминает моего сына, что погиб во время войны. А-Дон был таким же славным мальчиком в этом возрасте, как и юный господин Цзинь. А вы и господин Цзинь излишне строги с ним, как мне казалось. Чжоу, молча смотревший на всю эту сцену, даже забыл, зачем привел сюда господина Цая. — Понятно… — тон главы Юн Мэн Цзян ничего хорошего не предвещал.Однако Цзы Дянь свернулся. — Я знаю, что совершил ошибку и примите мои искренние извинения. И вы, господин Цзинь, — господин Цай поклонился сначала Цзян Вань Иню, потом Цзинь Гуань Яо. Яо это объяснение не удовлетворило, но он промолчал. Ему господин Цай показался куда более амбициозным человеком. Но более объяснений не последовало. — Идите, — взмахнул рукой глава Юн Мэн Цзян, давая понять, что все окончено, — Я не в праве отстранить вас от преподавания фехтования наследнику Лань Лин Цзинь, но могу ограничить общение с племянником. С сегодняшнего дня вы лишь ведете его уроки и не более. — Спасибо, господин Цзян! Господин Цай вышел, напоследок встревоженно глянув на Яо. — Все! Теперь ты доволен? Господин Цай раскрыл свой "коварный план". Можно никуда не ехать. — И все же я хочу некоторое время попутешествовать, - не унимался Яо. — Нет! - все опять могло перейти на крик,но Цзян Чен уже понял, что этим от супруга мало чего можно добиться. — Да! —  ответил Яо с некоторым нажимом,— Я уезжаю в Цин Хе. Может поохочусь по дороге. Мне.Надо. Уехать.Отсюда! — Ладно! Хорошо! — прикрикнул, капитулируя, Цзян Чен, — Ты поедешь в Цин Хе или куда ты там хотел, но так, как подобает человеку твоего статуса, — и понизив голос прибавил, — И моему супругу. — Я не хочу всего этого официоза, — Яо стоял на своем. — А я хочу, чтоб ты туда добрался целым и невредимым! — Цзян Чен! — Послезавтра. Ты поедешь туда послезавтра. С двумя адептами. Яо в ответ вздохнул. От двоих он как-нибудь сбежит. Ему надо побыть одному. В этом мире не появилось бродячего заклинателя по прозванию «Зимний туман», но «Весеннее солнце» вполне еще может быть.