Дипломат

Толпа шепталась. — Что здесь произошло? — Яо напустил на себя строгий вид. Такие столпотворения всегда были не к добру, где бы не происходили. Перед камерой преступника, готового заговорить и обличить своих подельников это было вдвойне плохо. — Восьмой советник скончался от пыток, — сообщил один из стоящих тут, не оглянувшись на того, кто спрашивал. Лишь глянув, обомлел и отошел, пропуская главу ордена. — Что?! — Яо недоумевал. Какие пытки? Он не отдавал такого приказа.Он даже еще не начал и наделся, что пытки не понадобятся, что советник заговорит в обмен за достойную и легкую смерть без позора и ославления всей его семьи. Тот вполне готов был это сделать.— Бегом за лекарем!!! — Яо сам себя не узнал в этой ярости в голосе. Восьмой советник нужен был ему живым! Или?.. Или так даже лучше? Можно же ведь попросить господина Вея увидеть его воспоминания и все станет ясно. Такому допросу сопротивляться невозможно, солгать нельзя, утаить что-либо не получится. — Дядя, ты запытал человека до смерти? — удивленный вопрос Цзинь Лина застал Яо врасплох. Он едва не забыл, что пришел сюда не один. — Нет, Цзинь Лин. Кто-то нарушил мой приказ, и я выясню, как это случилось. Тело советника между тем выносили на циновке и выглядел он и правда так, будто его жестоко пытали, не оставив целой ни одной кости. Еще Яо почувствовал холодок темной ци, что проползла по ногам, пытаясь проникнуть в тело и у нее это почти получилось. Это было прескверно. Кто-то нагло и запросто использовал темную ци прямо в сердце ордена. Может быть, советник сделала это сам, чтоб не разболтать лишнего? Если да, то это его не спасет. Если это сделали его союзники — им же хуже. Темная ци оставляет следы на теле. Господина Цая пришлось выпускать. Тот был понятлив, обиды за арест не держал и сказал, что сам на месте господина Цзиня поступил точно так же ради выяснения истины. Сейчас ему стоило спешить на урок: кроме Цзинь Лина с ним занималось еще пятеро юношей из хороших семей. Происшествием с Восьмым советником он был потрясен. Крики он слышал и был уверен, что того пытают, чтоб добиться от него правды. Это было бы вполне логично и оправдано. В любом случае, сейчас все выглядело так, будто Яо приказал пытать Восьмого советника. Вообще предательство было большой неблагодарностью по отношению к главе ордена со стороны советника: Яо не так давно назначил его на эту должность, сменив человека, служившего его отцу. А ведь при выборе нового Яо старался учесть все, включая лояльность к нему самому и Цзинь Лину. Интересно, сколько еще таких вот спрятавшихся под личиной уважения людей находится вокруг него? Тело советника, которого все же не смогли спасти ни вливание светлой ци, ни самые лучшие лекарства Яо приказал сохранить и не отдавать пока родным для похорон. Более того, велел выпороть любого, кто проболтается о смерти Восьмого советника. Включая Цзинь Лина. Племянника это задело. Во-первых, его никогда не пороли. Дядя Цзян только грозился, но ни разу угроз не исполнил. Но тут дело было серьезное, а дядя Цзинь в последнее время стал чересчур строг. Во-вторых, неужели дядя Цзинь считает его таким бессовестным болтуном?! Цзян Чен был совершенно не удивлен произошедшим с советником. Предложил Яо временно переселиться в Пристань лотоса ради безопасности. Но именно сейчас был момент, когда заговорщики вышли из тени и их имена могли стать известны очень скоро.Уезжать было так рискованно, как и остаться. Яо написал письмо в Облачные глубины, интересуясь, сможет ли его брат — господин Вей, конечно же, — еще раз совершить Сопереживание в целях раскрытия заговора и, если он согласен, то как это лучше осуществить. Оставалось лишь ждать ответа и того, что скажет господин Вей. В Облачных глубинах талант супруга второго господина Лань к темному пути не одобряли. Яо предполагал, что у его просьбы могут быть свои цена и последствия. К вечеру Цзян Чен засобирался домой. Его дела так же никуда не делись. Он сказал, что пришлет людей, чтоб помогли в расследовании. Часть своей свиты он так же оставил охранять супруга и племянника. Хотя, конечно, если б он лично приглядывал за "женушкой", было б спокойнее. К ночи в покои совсем измотавшегося за день дяди заглянул Цзинь Лин. Яо уже готовился сказать, что именно сегодня не поедет на ночную охоту. Совсем. Никак. Он слишком устал за день: дела ордена никуда не делись, а нервотрепка с заговорщиками лишь добавила груза заботам. Еще надо было подумать насчет проекта башен. Цзян Чен так ведь и не ответил относительно денег. Лань Лин Цзинь сейчас мог позволить себе лишь половину суммы. Вторую в любом случае придется брать взаймы. Шахты лишь начинали работать, ковать в кузницах было пока нечего и некому. Клан Ху трудился не покладая рук, но ткачество занятие не быстрое даже у лисиц-оборотней. Нечисть в Ци Шане сама за свое истребление платить не спешила, а охоты в Лань Лине не были столь уж доходны. Бродячие певцы,конечно, разносили по городам и весям героическое сказание о победе Лань Лин Цзинь над полузмеями и благодатных землях Ци Шаня, где риса родится в три раза больше, но все это так же сработает через пару лет. Цзинь Лин, однако, заговорил вовсе не о ночной охоте. — Дядя Цзинь, а почему люди женятся? — Яо как-то не думал, что услышит этот вопрос сейчас. В детстве А-Лина он бы выдумал десяток вариантов ответов. Тогда было как-то проще изъясняться на такие темы. — Бывают разные причины. А с чего такой вопрос? — Ну... Мне стало интересно… — Яо еще раз глянул на А-Лина. Его племянник все еще познает мир или это уже первые юношеские чувства? — И что тебе конкретно интересно? — Почему это происходит? - А-Лин сел на подушку по другую сторону стола. Фея улеглась у него за спиной, будто хотела изобразить спинку кресла. — У всех по-разному, но рано или поздно это происходит почти со всеми. Твоих родителей хотели поженить по договору, но между твоим отцом и матерью вспыхнули чувства. Глава Не женился на госпоже Не из-за большой любви, хоть это и создало много проблем. Глава Лань женился, чтоб исполнить долг перед кланом и его брак основан на взаимном уважении, а не любви, — Яо даже как-то увлекся, перечисляя. Приятно было отвлечься на что-то более позитивное от бесконечных заговоров и проблемы поиска денег. — Дядя Цзинь, а почему поженились вы с дядей Цзяном? — вопрос был неудобный. Совсем неудобный. — Этот брак устроил твой дед. — Зачем? - А-Лину явно было любопытно. — Это было необходимо. Не всегда можно выбирать. Иногда люди должны вступить в брак. Многие уважаемые семьи сватают своих детей еще до их рождения. Главы орденов так же зачастую вступают в браки из-за выгоды, а не из любви, - Яо не был уверен, что сейчас хочет говорить о тех причинах,что заставили его сказать "да" и поклониться три раза вместе с хмурым Цзян Ченом. Он тогда был уверен, что иного выхода нет, что это очень важно, что отец доверяет ему крайне ответственное поручение. Что он сам был глуп, наивен и не смог уловить суть ситуации. — А я? Я же будущий глава ордена... - А-Лин был, кажется, даже несколько напуган ответом дяди. — Нет, я не искал для тебя невесту. Еще слишком рано, — Яо попытался переменить настроение беседы: пугать племянника не хотелось. Хотя, наверное, стоило позаботиться о поиске достойной пары для него сейчас, пока время Яо еще не пришло. Он предполагал, что Цзян Чен либо отнесется к выбору жены племяннику довольно легкомысленно, либо, напротив, все свои невозможные требования к невестам перенесет и сюда. — Но если ты сам захочешь выбрать через несколько лет деву из достойной семьи или тебе кто-то понравится в этом не будет ничего дурного. А-Лина это несколько воодушевило. - Дядя Цзинь, а почему ты все ещё вместе с дядей Цзяном? - А-Лин уже раз задавал этот вопрос, когда увидел, как один его дядя избил другого. Ответ повторился слово в слово. - Потому что так надо, Цзинь Лин. А сейчас отправляйся спать. Уже слишком поздно. А-Лин поднялся и вместе с Феей вышел, оставив дядю в раздумьях о том, не слишком ли много "надо" в этой жизни.

***

Вместо ответа на письмо Лань Хуань приехал сам. Он не так часто виделись, занятые делами своих орденов, как хотелось бы. Сейчас ситуация была довольно странной. Лань Хуань предпочел не доверять ее бумаге. Господин Вей был согласен помочь, что разобраться в происходящем. Но несколько дней назад кто-то пытался тайно пробраться в Облачные глубины, используя темную ци. И эта вылазка была хорошо спланирована: колокол минши зачаровали, чтоб он молчал. Атаку успешно отбили, но глава Лань не был уверен, что это не пробная вылазка. Более того, господин Вей половину примененных заклинаний не опознал. Яо хотел было позвать господина Цая,чтоб спросить его о темном заклинателе в войске Вэней,но вспомнил, что господин Цай несколько дней назад уехал,чтоб навестить символические могилы жены и сына. Вроде их кто-то пытался разорить. Так же Лань Си Чень заметил и перемены в состоянии названного брата. Яо отрицать не стал, хоть и не раскрыл всю глубину проблемы. - А-Яо,только не говори, что мне это кажется. Глава Цзян так же обеспокоен. Что с тобой? — Кажется, поездка в Ци Шань вывела мои инь и ян из равновесия. Та охота была крайне тяжелой. А еще навалились дела ордена. Если честно, то я и сам не замечал, пока ты не сказал, — Яо нагло, в глаза глядя, врал. Он замечал, понимал что с ним. Пугался этого. Искал пути. Больше всего не хотел, чтоб это как-то обнаружилось. Но чем больше проходило времени, тем заметнее становилось его состояние. Подгнившие фрукты источали поистине пленительный аромат, а объятья супруга заставляли млеть. — И ты… что ты намерен делать, А-Яо? - Лань Хуань понимал, что его любимый человек врет, хочет все скрыть. На это были причины. Смута внутри великого ордена могла закончиться печально. — Я не хотел бы прибегать к тому способу, что мы испробовали летом. Но я не знаю и других, - Яо опустил залившееся краской лицо. Он не знал, как вообще начать разговор с Цзян Ченом о том, что надо опять. И не запрет ли его супруг из добрых побуждений и заботы в его покоях в Юн Мэне. — Я сам напишу главе Цзян, — Лань Хуаню, кажется было не менее неловко. — Я не хочу его беспокоить. У него вроде бы в гостях мой брат и второй господин Не теперь часто бывает в Пристани лотоса. — Это надежда, А-Яо? - Цзян Чен на любой намек о расторжении брака отвечал категорически отказом. Но если у главы Цзян появился интерес ко второму господину Не, то это могло сильно изменить ситуацию. Лань Хуань очень хотел бы этих перемен, хоть понимал, что не может ничего толком предложить кроме тайных встреч. — Возможно... Я боюсь уже на что-то надеться, Лань Хуань, — это было чистой правдой. Яо не знал, можно ли ему вообще надеться что-то успеть для себя, желать чего-то, может ли он что-то успеть.