Дипломат

— По правде, об этом я так же хотел поговорить, — Не Хуай Сан вдруг стал на удивление серьезен. Его тон изменился. Он весь вдруг собрался и напрягся. — Что-то случилось с госпожой Не? Первый брат по тем слухам, что доходят до нас, в весьма дурном настроении… — Яо сплетни и пересуды в порту слушал весьма внимательно. — Более, чем в дурном, — подтвердил Не Хуай Сан. — Я хотел просить вас о помощи. — Я всегда рад помочь Первому брату. Хотя я сейчас уже и не глава ордена, но… — Лань Си Чень готов был сделать все, что только возможно в его положении ради старшего названного брата. — Нет, помощь мне нужна от господина Цзинь, — Яо слушал не переставая читать письмо. Он быстро пробегал глазами по строчкам письма и на его лице было весьма странное выражение. — Сюань Юй определенно повредился умом… — под нос произнес Яо. — Так какой помощи от меня хочет Первый брат. — Ее хочет не он, а я. Едва ли у него хватит сил просить о чем-то подобном. — Звучит так, будто Первому брату нужна помощь темного пути. — Почти, почти… — согласился Не Хуай Сан. Он жутко нервничал. Ведь Цзинь Гуань Яо мог запросто отказать ему после всего произошедшего между ними, после того, как Не Хуай Сан пытался прибрать к рукам Юн Мэн, как Не Мин Цзюе своими пьяными речами спровоцировал такой скандал. И все же он встал с подоконника, прикрыл ставни и прилепил на них талисман, каким пользовался в юности, когда ночами в Облачных глубинах нарушал правила Гу Су Лань со своими приятелями распивая вино и листая весенние летописи. — Второй господин Не, не томите. Если нужна помощь, то лучше скажите, что произошло, — Лань Си Чень была сама доброта сейчас. Или он хотел шанса для Яо? Ведь окажи тот услугу Не Мин Цзюе, то кодекс чести Не не позволит главе ордена убить или взять под стражу такого человека, сколь бы он не был виновен. — Ладно. Но я сам ничего толком не знаю, это все мои домыслы и подозрения, — Не Хуай Сан прошел ближе к столику, за которым сидели два беглеца. Гуань Яо в момент его появления что-то писал и пил чай, но подле стола стоял и сосуд с вином, видимо, приготовленный на вечер. — Буквально в день той самой поездки за персиками, едва брат отбыл в башню Кои, госпожа Не почувствовала себя дурно и по всем признакам вышло, что она весьма скоро родит. И в ту ночь на свет действительно появился очередной наследник Не. В доме были радостные хлопоты, слуги спорили, кто из них самым первым донесет радостную весть до моего брата и получит награду за такие новости, — Не Хуай Сан нервно обмахнулся веером. Тогда все так хорошо начиналось! — Я так ждал новостей из покоев молодой госпожи Не! Я даже нарисовал эскизы подарков для своих новых племянника или племянницы или, может быть, опять двойни и готовился отправить их к ювелиру, когда станет известно, кто именно родился. Госпожа Не ведь на редкость плодовита, — этого было не отнять. В первый раз Цин-Цин вовсе родила тройню, что немало порадовало не только их отца, но и старейшин. — И в чем же проблема? — Яо отлично помнил привычку Не Хуай Сана суетиться по пустякам и все беспокоиться, что небо упадет*. — Ювелир сбежал, не выдержав вала работы?  — Едва ли он сбежит, — чуть усмехнулся Не Хуай Сан. — Его дом скоро будут роскошен почти так же, как Нечистая Юдоль… — И все же, господин Не, что вас так обеспокоило? — Сначала я и вправду был в замешательстве с подарком, но сейчас я в замешательстве иного рода. По сей день неизвестно, кого родила госпожа Не: сына или дочь. — Как это? — Всем в Нечистой Юдоли приказано молчать о последнем ребенке главы ордена. Его даже не показали брату, когда тот вернулся, а повитуха молчала о том, что госпожа Не родила уже два дня как. Брат своего ребенка увидел лишь когда сам ворвался в покои жены, но вышел оттуда мрачнее тучи. Вся эта таинственность, которой был окружен младший наследник Не, наводила на мысль, что ребенок родился больным или пострадал во время родов. Глава Не, однако, исцелить свое дитя не мог. Брат запретил нянькам даже шептаться о родившемся ребенке и начал готовиться идти войной на Ци Шань, грозясь переловить там всех темных тварей, какие есть. Но поездку на охоту в Лань Лин почему-то решил не отменять, будто она что-то могла решить… — Неужели ребенок погиб? - Лань Хуань сделал весьма нехороший вывод. Даже у заклинателей нередко умирали дети, не говоря о простых людях. — Я не знаю, что с этим ребенком, и в глаза его не видел по сей день! Я тоже сначала думал, что ребенок умер и мой брат не хочет говорить об этом: служанки шептались, что в комнатах их госпожи колыбель пуста. — А госпожа Не? Неужели она ничего не говорит? — Она не выходила из своих покоев с момента родов, предпочитая принимать пищу в одиночестве. Мы с матушкой уже извелись все. Так не хватает ее улыбки! Матушка даже ходила побеседовать с ней и пыталась уговорить показать ребенка, но все тщетно. И что самое странное, что из покоев Цин-Цин не слышно детского плача! История выходила темная и странная. Но в жизни бывает всякое. — Не Хуай Сан, ты вообще уверен, что этот ребенок есть? — Абсолютно! Я видел ночью силуэт Цин-Цин, что ходила с ребенком на руках и укачивала его. Сверток был малюсенький, будто в руках у нее было лишь пустое одеяльце…и до недавнего времени я сам думал, что она не выходит из-за скорби, пока не увидел, как ночью в саду жена моего брата кормила грудью ребенка! Не подумай ничего дурного, я не поглядывал за ней. Она вовсе не выходит днем и я опасался, что ее скорбь в отсутствие моего брата дома… Яо, кажется, вполне понимал, к чему клонит Не Хуай Сан. — Только это вовсе не скорбь? — Нет. Недавно, придя поругать прачек за плохо отстиранный рукав моих одежд, тех самых, из ланьлинсокго шелка, что я запачкал на пиру в башне Кои, я увидел у них гору грязных пеленок. Прачки болтали о том, что младший ребенок госпожи Не пачкает пеленок больше, чем его старшие братья и гадали, не тройней ли она нас порадовала опять. Это зрелище мне не показалось ни приятным, ни занятным, покуда я не увидел, что пеленки все как одна в шерсти! Ни котов, ни собак Цин-Цин в своих покоях не держала. Шерсти там было неоткуда взяться, только если… — Только не говори, что госпожа Не родила… — Я не видел. Но брат думает, что ребенка госпожи Не могли подменить, что его украли оборотни. Это объясняло все странности в поведении Не Мин Цзюе, эту внезапно вспыхнувшую ярость на охоте и требование отдать ему Бай Ли. — Ты думаешь, что это проделки моего слуги? — Я ни в чем ни тебя, ни его не обвиняю. Но он единственный, кто может хоть как-то пролить свет на эту ситуацию. Я смотреть не могу, как страдает мой брат и его жена, — слезы в глазах Не Хуай Сан, похоже, были вполне настоящими. Покуда Не Мин Цзюе решал проблемы известными ему методами, его младший брат по-своему пытался найти выход из этой ситуации. — А-Яо, мы должны помочь… У Яо на лице было довольно сосредоточенное выражение. Он знал, куда отправился Бай Ли и был уверен, что тот не поехал бы воровать ребенка Цин-Цин, даже если б знал о нем, или едва ли это пришло в голову кому-то из его родичей. Клан Ху предпочитал из своей деревни не высовываться без необходимости. А необходимость у них была раз в год забирать на почтовой станции тюки с шелком и красками, да оставлять мясо и обещанные рулоны тканей. Ну иногда их навещал Бай Ли, привозя какие-то подарки родне. Однако в радиусе сотни ли от деревни Ху не происходило ничего даже отдаленно похожего на проделки оборотней. В этом плане господин Ху твердо держал свое слово. Шкодливое поведение Бай Ли так же скорее тянуло на мелкие шалости и по большей части было связано с едой, и он по факту не сделал ни одной дурной вещи специально. Однажды,он правда, подсыпал слабительных трав одному человеку, что дурно говорил о господине Цзинь, господине Ду и самом Бай Ли. В последнее время на него сильно влиял господин Ду, уверенный, что в мир надо нести добро и помогать всем, кому ты в силах помочь. Эта идея Бай Ху так же была по душе. Но если Бай Ли на самом деле в отместку утащил ребенка главы Не, то Яо стоило с этим разобраться как можно скорее. — Хорошо. Но у меня будут условия. Первый брат не посмеет тронуть ни меня, ни второго брата, ни Бай Ли, если мне удасться его отыскать. — Если тебе нужна помощь, люди или деньги… — Думаю, я сам справлюсь. Я неплохо зарабатываю здесь. — Ох, тебе приходится трудиться? Почему ты не написал главе Цзян или мне? - Не Хуай Сан в жизни не работал, как работают обычные люди и ему это казалось чем-то ужасно утомительным и даже дикими. — Не вижу в этом ничего дурного. И небогатые люди привлекают куда меньше внимания. — Умно. — Тогда если это мы выяснили, то мое второе условие: глава Не не будет выдвигать никаких обвинений против Лань Лин Цзинь и как-то связывать мой орден с оборотнями. — Я попробую его уговорить… — Не Хуай Сан не был уверен в исполнимости этой затеи, но иного выхода у него не было. Не у Феи же просить помощи? Бай Ли хотя бы говорить умеет. — Третье: я знаю тягу к справедливости у Первого брата и требую, чтоб он не пытался содействовать аресту Лань Хуаня орденом Гу Су Лань.. — Я попробую исполнить… — Я привезу Бай Ли в Нечистую Юдоль только когда буду уверен в этом, — Яо хоть и оставил пост главы ордена, но не потерял властных интонаций в голосе. Что ж, это был не отказ, но Не Хуай Сану надо будет изрядно потрудиться, чтоб исполнить все эти условия.