Волки и змея

      Чемодан летел перед Гоморой, которая оживлённо болтала с братом, а рядом шёл большой чёрный пёс — кавказская овчарка по кличке Бес. — Обязательно используем наши шутихи, вонючие бомбочки-впитыватели и старое доброе слабительное, — мечтательно рассуждала девушка. Бес счастливо гавкнул. — Да, ты тоже нам поможешь. — погладил пса за ушком Горанд. — Твой лай заставит папашу обосраться. Уже представляю его лицо, когда он нас увидит… — Помочь, Мора? — с чётко слышимым болгарским акцентом спросил по-русски парень, которого девушка не может терпеть.       Виктор Крам, ловец сборной Болгарии по квиддичу — мечта любой девчонки.       Он, как часто говорил, любит Гомору, но слава явно шибанула ему по башке и вытрясла все мозги. А может, всему виной удар бланжером, в любом случае это не объясняет измену и фразу: «Мы что, до сих пор встречаемся?» — Mach weiter mit viel spaß deinen huren! * — прошипела черноволосая. Она знала, что Крам её поймёт. У него нет проблем с немецким, болгарским, ирландским (который девушка не пожелала учить) и русским — только с английским. — Мора, я же извинился, ну чего мы не можем начать сначала? Я люблю только тебя… — Ты не стал бы мне изменять, если бы любил, — чемодан с грохотом упал на палубу корабля, ветер развивал пальто и волосы девушки. Волшебница направила палочку на спортсмена. — Ты переспал с Викторией Тарасов, я видела вас голыми в твоей комнате. И что ты мне сказал тогда? «Мы что, до сих пор встречаемся?», вот что ты тогда сказал! — Лучше вали, не то она начнёт пылять пыточными, — заметил Ран, поправляя на себе шапку. — Мор, спокойно. Этот подонок не достоин твоих речей. — Таранталлегра, — ноги Виктора пошли в безудержный пляс. — Пусть разучит чечётку. — Мора, убери заклинание! — послышалось сзади. Девушка лишь фыркнула и вновь подняла чемодан в воздух. — Сам теперь разбирайся! — далее Гомора обратилась к брату. — Какая каюта? — Нижний ярус, левый корпус, семнадцатая и восемнадцатая каюты, — отрапортовал парень. Его чемодан был перемещён со вчера, а вот сестра вечером загуляла. Ему пришлось укладывать девушку на диван в Главном зале немецко-британского отделения и самому собирать добрую половину женских вещей. — Спасибо, братиш.       Они спустились вниз, Ран открыл дверь семнадцатой каюты. Чемодан залетел в дверной проём и с лёгким стуком опустился на пол. — Вольф, — постучался в каюту директор. Двойняшки обернулись. — Живо надели форму! Скоро отправляемся. — Зачем её надевать именно сейчас? — скрестила руки на груди девушка. — Ах, Вы — старый извращенец! Вам, видимо, нравится моя сестричка в форме… — ухмыльнулся брюнет. Он не мог не прокомментировать отношение Каркарова к форме. — За такие слова я могу высадить с корабля, — пригрозил Игорь. — Лан, начальник, не ругайтесь, — закатил глаза Ран. — Сэр.       Директор вышел, захлопнув дверь.       Черноволосая разлеглась на кровати и застонала от удовольствия — утренние и послеобеденные тренировки никто не отменял, и из-за этого у Моры болели мышцы. — Мерлин, я сейчас кончу. — Нечего за лето жиром заплывать, — прокомментировал брат, усаживаясь удобнее. Он положил ноги сестры себе на колени и спиной опёрся о стену. Бес лёг рядом с кроватью, свернувшись в большой, пушистый, живой комок шерсти. — Сам в весе пять кило набрал, ещё мне что-то говоришь, — пробубнила девушка, когда корабль начал покачиваться. — Ты набрала пять с половиной. — Иди нахуй. — Только с тобой, — парень ущипнул сестру за ляжку и тут же получил в лицо каблуком сапога. — Сучка! — Нехер меня лапать, — Мора села, но Ран решил мстить. Он повалил сестру обратно и начал её щекотать. Обратив зубы в клыки, черноволосый принялся кусать девчонку. — Прекрати… — Гомора тщетно пыталась отбиться. — Помогите! — Мора… — дверь открылась и на них смотрел замстаросты немецко-британского отделения — Роман Химинок, венгр. — М-да… Правду говорят — инцест дело семейное.       Затем русоволосый поспешил ретироваться — в него полетел сапог. Горанд отстал от сестрицы и последовал примеру замстаросты, свалив от Моры. — Вот гад, — девушка закрыла дверь и придвинула стул. Извращенцев и вуайеристов в школе хватало, тем более она, Виктория Тарасов и Махаэра Филь — единственные девушки из компании двадцати восьми парней, которых допустили к поездке.       Мора сняла с себя вязанное платье и заметила большое зеркало, что находилось вместо двери шкафа. Она невольно залюбовалась собой — осиная талия, объёмная грудь, округлые бёдра, накачанная задница, стройные ноги с крупными натренированными ляжками, которые ей нравились. Её тело было идеальным, по крайней мере, она сама так считала. Был, конечно, жирок на боках, но её это не смущало — тело очень хорошо смотрелось с кружевным бельём, которое девушка обожала.       Гомора сплела резинкой растрёпанную гульку и начала одеваться. Бледная кожа, которую все сравнивают с оттенком бледной поганки, неплохо смотрелась с формой, но девушке она не сильно нравилась. Коричневые леггинсы, чёрные сапоги на маленьком каблуке, обтягивающая ярко-красная футболка. Нечто, напоминающее короткое — чуть выше середины бедра — пальто-мантию с длинными рукавами, кроваво-красного цвета. Девушка всегда считала ЭТО пальто, что застегивается с правой стороны на заклёпки. Ремень на талии чёрного цвета, на бляхе — герб школы. С помощью другого ремешка крепилась шуба с тёплым клочковатым мехом, тоже красная. Когда не очень холодно они перекидывали шубы набок, из-за чего очень болело плечо. — Так, Бес, ничего не грызть, ты останешься сам, — черноволосая села около собаки. — Мне в школу надо, потом я тебе вкусняшку стащу.       Пёс лишь гавкнул и залез на кровать. — Наглый, — произнесла девушка. — Все собираемся на выходе, скоро прибудем, — провозгласил Каркаров. — Шармбатон уже там. — Наконец-то! — Мора первая вышла из каюты и направилась наверх к выходу. — Ран, тащи задницу сюда! — Заткнись, — гаркнул Игорь. — Уже тут, — рядом с ней уже был брат. Брюнетка не хотела, чтобы с ней вставал кто-то ещё. Тем более Виктор, что стоял неподалёку и во все глаза глядел на девушку, буквально пожирая взглядом её формы. Та лишь фыркнула. — Волнуешься? — спросил Горанд, сжимая руку сестры. — Продумываю, как бы разбомбить всё и не попасться, — ухмыльнулась девушка. — Кхем, — кашлянул Каркаров. — Я хотела сказать как бы еду раздобыть и не обголодаться, — мило улыбнулась черноволосая. Затем она поспешила распустить кудри. — Так-то лучше. Заплети, — скомандовал директор, но ему бессовестно показали фигу. — Так, шпана, на выход.       Все начали выходить парами под аплодисменты толпы. Директор вышел первый и поприветствовал седовласого старика, у которого были очень длинные борода и волосы. Одет он был в белую парадную мантию, на неровном и длинном носу были очки-полумесяцы. Каркаров был почти в такой же форме, как и у учеников, только она была белой, и сразу же начал заботиться о Краме. Конечно, наша звезда требовала особого обращения к себе.       Профессор Дамблдор не внушал двойняшкам особого доверия, но в его голубых глазах было видно мудрость, что явно копилась многими десятилетиями. — Ну вот почему они одеты нормально? — спросила по-английски девушка, указывая на толпу детей в чёрных мантиях и в некоторой мере классической форме. — Чёрный, белый, разные галстуки… Почему у нас именно красно-чёрно-коричневая?! — Потому что мы лохи, — сказал Ран. Кто-то из Хогвартса хихикнул. — И чего это они такие худые? Их что, нормально не кормят? — Они просто дохиляги, — махнула рукой Гомора. — У них, видимо, нет военной дисциплины, строевой техники и сдачи нормативов, как у нас. Они к физической битве и к войне совсем не готовы! — И не говори.       Оба не старались понижать голос, и на них грозно смотрел директор. Вольфам пришлось замолчать и рассматривать остальных без переговоров.       Вскоре Хогвартсцы расступились и ученики Дурмстранга начали идти сквозь толпу. — Это он, наш папаша, — Ран показал на мужчину с чёрными сальными волосами, что доставали ему до плеч. Мужчина стоял среди толпы детей в зелёных галстуках и смотрел на всех холодно и равнодушно, в какой-то мере даже с ненавистью. Как только он посмотрел на двойняшек, его брови поднялись, глаза выпучились, а вид стал… Одновременно изумлённым и потерянным.       Гордо подняв головы, дурмстрангцы вошли в британскую школу. — Нехиленький такой замок, однако, — присвистнула Мора. — Сначала изучим, потом будем бомбить. — Согласен, — кивнул брюнет. — Нам ещё явно нужен проводник. — Или карта.       Ученики Хогвартса то и дело вытягивали головы позади учеников в красной форме чтобы взглянуть на Крама. Девушки шарили в поисках ручки и хоть какого-то клочка бумаги. В прочем, ничего необычного.       Когда они вошли в какой-то зал, то увидели пять столов. Один стоял перпендикулярно остальным. Над четырьмя столами висели флаги — красный с золотым львом, бронзовый орёл на синем фоне, жёлтый с чёрным барсуком и зелёное знамя с серебряной змеёй. Над пятым был другой флаг, судя по всему, флаг школы. Это было огромное полотнище, на котором была изображена большая буква «X» в окружении льва, орла, барсука и змеи. Потолок отражал небо над головой, в воздухе на красивых подсвечниках горели свечи. На столах стояла золотая посуда, а за одним из столов сидели девушки в белых тонких мантиях. Некоторые завернули головы в красивые шарфы.       За один из свободных столов расселись и дурмстрангцы. Какой-то блондинистый мальчик начал разговаривать с Виктором. — Боже, ещё начни раздеваться перед ним, — произнёс Ран. — Уверена, он сделает это, если тот попросит, — прошипела Мора, затем взяла тарелку. — Как думаешь, золото настоящее? — Скорее всего позолото, либо малая концентрация. — Сколько за одну тарелку дадут? — Мора! — проговорил Роман. — Не лезь в чужие разговоры! — одновременно проговорили оборотни и затем, глядя друг на друга, рассмеялись.       Как только вошли директора шармбатонцы встали и не садились до того момента, пока тучная женщина в чёрной одежде не села. — Пижоны, — прокомментировал Ран.       После речи седовласого директора, на столе в пустых золотых (или позолоченных?) тарелках и мисках начала появляться самая разнообразная еда. Даже та, которую они видели впервые. — Хавчик! — воскликнули оба и буквально налетели на еду. Что-что, а аппетит у них действительно волчий. — Ран, ешь аккуратнее, — вот эта девица со светло-русыми волосами — Махаэра Филь, арабка. Можете считать её девушкой Рана, по крайней мере, сейчас. Этот парень настоящий ловелас. — Ефть офота! — пробубнил он. Вольфы не любили столовые приборы и часто ели руками. — Вам попадёт от директора за свинство, — не унималась Филь. — И фто?! — послышалось от Моры. — Поффык! — Мерлин, — закатила глаза Эра. — Чёрт с вами. — Зырь, вон там вейла, — черноволосая показала на учениц из Шармбатона, когда подали сладкое. Там сидели несколько девушек необычайной красоты. Их волосы были серебристого цвета, лица как у куколок, большие красивые глаза. Большинство парней неотрывно и с обожанием на них смотрели. — Как тебе? — Просто расфуфыренные тёлки, — сморщил нос Ран. — Я не ебу таких красивых. — Ран! — воскликнула Махаэра, краснея. — Ну вот чего? — возмутился брюнет. — Я обычный человек, не ебу таких фиф. — Согласна, такие слишком красивые, — закивала сестра Рана. — Не стоит даже общаться с такими. Именно фифы чаще всего стервы.       Вскоре и сладости исчезли (Мора всё время тянулась к бламанже, безе и ирискам, Ран же предпочёл кофе и черничный пирог). Седовласый директор Хогвартса снова заговорил о турнире. Сначала представили Людо Бэгмена и Бартемиуса Крауча. — Вот Бэгмена я знаю, великий спортсмен, а другой дядька мне неинтересен, — произнесла Мора. — Другой из правительства Британии, — оповестил Ран. — Перед ним не палимся.       Черноволосая кивнула. Потом какой-то уродливый дядька — видно, прислуга — принёс большой деревянный ларец. — Папаша на нас смотрит, — заметила девушка.       И правда — профессор Снейп, сидя за преподавательским столом, неотрывно смотрел на двойню. Вольфы заметили сходства с отцом, даже слишком много — высокий рост, чёрные глаза, чёрные волосы (которые у Рана, как и у отца — прямые), кожа оттенка бледной поганки. Отец не спортивен, худощав, лицо его покрыто морщинами. Некоторые из учеников в зелёных галстуках тоже заметили сильное сходство между дурмстрангцами и учителем, с любопытством их разглядывая. — Напугаем батю? — услышала Мора шёпот брата. — Чутка внешность изменим. Хорошо? — Обоими лапами «за», — так же шёпотом ответила она. — На счёт три, — Ран сел ближе к сестре. — Три!       Вольфы улыбнулись и начали менять лица. Их глаза стали ярко-жёлтыми, зрачок чуть вытянулся, зубы удлиннились и заострились, лицо вытянулось и покрылось короткой шерстью. Профессор Снейп широко раскрыл глаза и чуть не упал со стула, он что-то сказал рядом сидящему учителю и вновь посмотрел на двойняшек. Ран и Мора убрали изменения и стали прежними, но улыбались шире. Девушка помахала рукой и повернулась к брату. — Видел? Уверена он в ахуе, — счастливо произнесла она. — Всем обратно на корабль, — услышали они зычный голос Каркарова. — Виктор, как ты себя чувствуешь? — Виктэ, кэк ты сэбя чусвуэшь? — передразнила Мора. — Ещё пусть поцелуются. — Мора, идём, — Ран потащил девушку к выходу. — Ты слушала речь старика? — Конечно нет, но судя по этому, — она показала на Кубок Огня. — Нам стоит кидать туда листики с именами и школой и эта штука выберет кого-то одного. Спорим, она тоже считает Виктора таким «классным». — Мора, споко… — Ран врезался в перед и стоящего Химинока. — Это что… — Да, это он, — сказал Роман и отошёл. — Херасе, здесь Поттер! — воскликнули оба и получили подзатыльники уже от старосты — огромного бугая под два метра ростом Мэтта Торнскома, коренного американца. — Не орите, — пробасил Мэтт. Гомора наступила ему на ногу каблуком сапога. — Вот сволочь! — Да, те девки мне такими и кажутся, — ответила она, указывая на толпу девушек. Они стояли и глазели на Крама.       Двойня слушала разговор Каркарова и странного старика. Он был весь в шрамах, часть носа отсутствовал. Старик был со вставным голубым глазом, что сейчас яростно сверлил директора. Черные волосы были с примесью седины.       Вскоре все разошлись, а двойняшки теперь знали, кого боится их директор.

***

— Ну вот зачем нас подняли ни свет ни заря, да ещё и в выходной?! — ныла девушка, почёсывая голову. Её волосы были спутаны, глаза закрывались. — Сам не понимаю, — поддакнул Ран.       Они первыми бросили листочки в Кубок Огня и теперь ждали остальных по приказу директора около Кубка.       Все из Хогвартса потихоньку собирались в, настолько они поняли, холле. Толпа зевак глазела на них как на восьмое чудо света. Оборотни увидели Поттера и двух учеников — мальчика и девочку. К ним подошли двое рыжих мальчика и чернокожий пацан, разговаривали с ними. Вольфам ничего не было слышно.       Сначала один рыжий, глядя на золотую черту радиусом в три метра, переступил её и по его лицу было видно, что он очень счастлив. Затем к ней подбежал второй рыжий парень. — Близнецы, — заметил Ран. — Как мы, ну почти.       Вскоре их невидимой силой выбросило из круга, а лица рыжеволосых украшала борода. — Косячники, — ухмыльнулась Мора. — Надо бы с ними познакомиться. — Идём, шпана, — сказал Каркаров стоящим дурмстрангцам. Они вошли в столовую, насколько поняли, и сели туда же, где и сидели.       После завтрака они отправились обратно в корабль готовиться к ужину, после которого должны назвать того, кто будет участвовать. Ну, и расписание выдать, ведь они будут целый год учиться в Хогвартсе. Лучшего случая для мести и не придумать…