Волки и змея

— Кто хочет попрактиковаться в пыточном заклятии?       Столь неожиданный вопрос ввёл в ступор всех учеников Дурмстранга. Они начали переглядываться, время от времени снова возвращая глаза на Аластора Грюма. Этот учитель не понравился практически всем и за внешний вид, и за характер, и за манеру проведения уроков.       Мора же к нему относилась вполне нормально. Хотя нет, он ей нравился. Он был крутым, не то что скучная МакГонагалл. У Грюма был и вставной волшебный глаз, и когтистая лапа вместо ноги, и фигова туча шрамов и опыта — чем не настоящий пират?! — Пыточное, сэр? — переспросил Роман, поправляя очки. — Оно запрещено, — проговорил Виктор. — Нас посадят. — А мы не на людях его использовать будем, — криво и хитро ухмыльнулся Аластор. Эта улыбка была жуткой, и краски сгущал ещё и вид на отсутствие части носа. Он зашёл в свой кабинет, который был соединён с классом дубовой дверью, и палочкой направил несколько клеток с белками к столу. Белочки держались лапками за прутья клеток и смотрели своими чёрными глазками на учеников, метаясь из одного угла в другой. Всего вылетело пять клеток. — Практикуйтесь на них. У вас есть тёмные чары, так что считайте, что с этого дня у вас начались смешанные занятия. — А чего это Вы решили так сделать? — не понял Ран. — Вы же… — На вашем месте, мистер Вольф, я бы учился и не вякал, — проворчал Грозный Глаз. — Кто хочет показать, как это делается?        Голубой глаз Грюма начал безудержно вращаться, осматривая каждого не более секунды. Гомора уверенно подняла руку. Волшебный и настоящий глаз посмотрели на девушку. — Мисс Вольф, прошу выйти и встать перед классом, — указал рукой на место преподаватель. — Это ни к чему, — девушка взяла в руки палочку. Она с воистину геометрической точностью начала отмерять углы падения заклинаний при разных вариациях развития событий. — Круцио!       Белочка с правого края стола начала пищать и извиваться, упала на спину и буквально кричала. Она царапала зубами и коготками стенки и пол клетки, затем брюнетка убрала палочку и белочка затихла. — Полная агония и абсолютная боль, великолепный результат, — проговорил мужчина. Затем он перевёл карий глаз на Рана, а голубой всё ещё смотрел на Гомору. — Не желает ли Ваш братец попробо… — Круцио, — вставая с место, перебил парень. Белочка по центру заверещала, закричала и спустя некоторое время Ран отпустил её. — Просто прекрасно, — протянул он с хищной улыбкой. — Вы, Вольфы, хорошие ученики.       Голубой глаз учителя метался от одного оборотня к другому. И как назло их лица были бледнее обычного — на ночь Святочного бала выпадала первая ночь полнолуния. Они не знали, на что способен волшебный глаз Грюма.       Тут Вольфы заметили, что седые волосы учителя едва заметно для человеческого глаза (но прекрасно видно для оборотней) начали становиться чёрными, а сам он стал чуть выше. Они не успели всё рассмотреть — как только он отпил из фляги, всё стало прежним. Они только успели учуять горьковатый запах оборотного зелья.       Грюм дал задание и чёткое распоряжение — либо практиковаться на белках, либо вылетать из класса к директору. Все выбрали первое, и как только бледная Махаэра подошла к центру кабинета, раздался спасительный… Нет, не звонок — стук в дверь. Учитель открыл, и оттуда показалась голова Фреда, при всём при том явно очень счастливая. — Профессор МакГонагалл вызывает всех дурмстрангцев для обучения вальсу, — проговорил он. Грюм нахмурился. — Именно на уроке? — прокряхтел Грюм. Или не Грюм? — Она сказала, что Вы не будете возражать, — спокойно ответил рыжий. — Тем более, это — гости, и среди них участница Турнира. — Ладно, засранцы, можете идти, — все взяли портфели и сумки и встали. — Чего стоите, валите, пока я добрый! — махнул рукой Аластор.       Все решили не медлить и пошли на выход. Около выхода всё ещё стоял Фред и явно кого-то ждал. — Любимая, идём, — проговорил он и взял руку Гоморы в свою. Уизли был реально счастлив — он мог легко маскировать свою любовь под часть спора. — Что с тобой? Ты какая-то бледная. Заболела? — Нет, — сказала девушка, но руку сжала. По телу разлилось тепло, его рука была шершавой, но приятной на ощупь. — Что такое? — не унимался рыжий. Брюнетка решила начать осуществлять свой коварный план по проигрышу Фреда, ну и частично сказать правду. Тем более, это для пар вполне нормально: — У меня месячные. — Ч-что? — переспросил он. Ран ухмыльнулся и поспешил отвернуться и, для большей целости, он ускорился, оставляя пока-не-парочку наедине. — У меня месячные. Менструации, эти дни, красная армия атакует — называй как хочешь, суть одна и та же, — пожала плечами черноволосая. Она могла без стеснения о таком говорить, даже не понижая голос.       Фред покраснел и его лицо стало цветом, как и уши. — Оу… Эмм… — растерялся парень. — Это… Который день уже? — Второй, нехорошо мне. Низ живота болит жутко, а вчера вообще ужас был. — Бедная, — проговорил он, всё ещё красный.       Фред слегка погладил большим пальцем тыльную сторону ладони Вольф, и она не смогла сдержать глупой улыбки и быстро стучащего сердца, буквально бьющего по вискам.       Может, и вправду заболела? — Фред, у меня такой вопрос… — неловко начала девушка, но тут же взяла себя в руки. Негоже благородным Вольфам расслабляться и становиться нюнями и соплежуями. — Ты знаешь вход в столовую? — Да, это Большой зал, — рыжий посмотрел на Мору как на больную. — Не туда, это я знаю. В эту… На кухню, во! — Показать? — поднял бровь парень.       Ухмыльнувшись, брюнетка принялась рассказывать свой план на отца…

***

— Блин, ну и где же он? — Должен скоро прийти. Вроде. — В смысле «Вроде»?! — Ой, Джордж, помолчи-ка и дай поесть.       Гомора выхватила у Уизли игрушечную палочку в виде селёдки — их собственного производства, между прочим, — и пихнула его под бок. Селёдка запищала и девушка, одновременно с братом, прыснула. — Как дети малые, — фыркнула чернокожая девочка. — Анджелина, не надо. Они же гости, — проговорил Фред. Глаза Вольф засияли. — Так это ты Анджелина Джонсон? — спросила Мора. — Приятно познакомиться, — кивнула та, чуть приподняв уголки губ. — А откуда ты меня знаешь? — Да просто…       Тут дверь Большого зала открылась, и вошёл Снейп. Его мантия, как всегда, эффектно развевалась. Под взгляды учеников он подошёл к своему месту за столом и начал есть. — Что ты опять натворила? — поднял бровь Ран. — Блин, я же тебе не сказала, — ударила себя по лицу девушка. — Я дала домовикам слабительное, они его подсыпали бате в тыквенный… — Пьёт, — яростно зашептал Фред. Все шестеро — Ли Джордан в придачу — посмотрели на преподавательский стол. Северус поднёс к губам стакан с тыквенным соком и только хотел было отпить, как почувствовал слабый запах лекарств. Он поставил кубок на место и осуждающе посмотрел на Вольфов, качая головой. — Чёрт, прознал, — зарычала девушка, до хруста сжав кулаки. Рыжий успокаивающе положил руку на кулак Моры. Злости как не бывало! Девушка расслабила его и сжала ладонь парня, положив голову на его плечо. Он осторожно убрал руку и положил её на талию девушки, прижимая ближе. Кровь прилила к её щекам, а дыхание участилось. Да что это такое?! — Ты неплохо танцуешь, — сипло проговорил он, утыкаясь носом в волнистые волосы. — А там девочка одна мне… — Что она тебе сказала? — очень тихо спросила Мора, закрывая глаза. Это такой романтический момент… — Она назвалась Викторией и сказала, что ты мне все ноги отдавишь.       …был. — Убью сплетницу, — проговорила она. — Я наврала, чтобы не идти на Святочный бал. Мне идти тупо не с кем. — Так, — в миг посерьёзнел Фред. — Кто я тебе? — Допустим, парень. — Значит я автоматом становлюсь твоим кавалером. Боже, трагедию развела!       Гомора тыкнула его резиновой селёдкой. Оба тут же засмеялись. — Ну вы пиздец-парочка, если честно, — проговорил Ли Джордан. Мора просто показала ему средний палец и мило улыбнулась, сощурив глазки. — Хей, Гарри! — помахала рукой брюнетка, случайно попав ногтями с красивым маникюром по щеке брата, за что получила подзатыльник. Девушка ущипнула Рана, а тот вытащил с кармана резинового цыплёнка — тоже от Уизли — и яростно завопил на весь зал: — Защищайся, жалкое ничтожество! — Наша битва будет легендарной!!! — заорала девушка, и оба начали драться на игрушечных волшебных палочках, вызывая смех окружающих. Каркаров хлопнул себя ладонью по лицу, приговаривая: «Ой тупицы… Тоже мне, чемпионка…»       Спустя пару минут разом встали трое учителей из-за стола и, ошеломлено переглянувшись, быстро начали спускаться и идти в сторону выхода. За ними ещё, и ещё.       «Так, что-то мне это не нравится, » — подумал Снейп, когда кроме него за преподавательским столом никого не осталось, и поднёс кувшин с тыквенным соком к носу. Оттуда буквально разило лекарствами. — ВОЛЬФЫ!!!..

***

— Мы должны что? — переспросил младший из мальчишек Уизли — Рон. — Вы будете просто делать то, что мы вам скажем, — повторила, но медленнее, Гомора. — Ничего сложного, мальчики! — А я что? — обиженно буркнула Джинни. — Уже отправили приглашения вашим братьям и родителям, — сказал брюнет, поглядывая на часы. — Они должны приехать с минуты на минуту. — А это ещё зачем?! — завопили рыжеволосые близнецы. В эту секунду дверь класса распахнулась и туда забежал Бес, высунув язык. Сзади него болтался ошейник, а чуть дальше бежали Роман Химинок и Мэтт Торнском. — Сорвался, — еле дыша сказал староста. — Даже я не смог его удержать. Гуляйте с ним сами!       Бес, разогнавшись, повалил Рона и начал облизывать его лицо. — Фу, наглый пёс, — стараясь оттолкнуть пушистое создание, он принялся махать руками, но это не особо помогало.       Все дружно рассмеялись, даже мальчики из Дурмстранга, еле стоявшие на ногах. — Ладно, пусть тут сидит, — Ран подошёл к овчарке. — Бес, ко мне!       Чёрный пёс послушался и мирно подошёл к хозяину. Затем сел около него и помотал головой, разбрызгивая растаявший снег. — Он только нас слушается, — погладив Беса по голове, сказал брюнет. Овчарка утвердительно гавкнула. — Рождество — семейный праздник, должна быть семья, — пояснила девушка, активно жестикулируя. Как будто ничего не произошло. — Святой лифчик Морганы, ну почему вы не понимаете?! — У нас традиция — показать семейный уют, тепло родного дома и радость праздника, — проговорил Ран. — Мы всё это отображаем в небольшой сценке, в которой участвуют все члены любой семьи, и чем больше людей в этой семье — тем лучше. — Не огорчайте меня, ну пожалуйста, — слегка выпятив губу протянула брюнетка. — Лан, я согласен, — первым сдался Фред. — Я с тобой, — Джордж похлопал брата по плечу. — Джин, ты с нами? — Если вы принесёте мне имбирных пряников и приготовите домашний гоголь-моголь. — Ой, это же просто, — махнул рукой Ран. — Всё будет. — А ещё, когда будет сценка, можно будет поесть, — хитро сощурив глазки и глядя на Рона, добавила девушка. — Я в деле, — у четверокурсника аж глаза засияли. — Вот и прекрасно, — сказали Вольфы, потом посмотрели друг на друга и вся компания залилась смехом.