Мафия

      Эдгар зажмурился от ударившего в лицо света. В горле ужасно пересохло, тело совершенно не слушалось. Юноша не мог понять, что происходит. При попытке встать он заметил, что руки его прикованы к стулу, на котором он сидел. Верхней одежды не было, но в помещении было достаточно тепло, чтобы не ёжиться и не дрожать.       — Так так так… — Кто-то размеренным шагом обошёл Эдгара вокруг, а после положил руки на его плечи. По спине пробежал холодок. В следующую секунду у шеи Валдена оказался тонкий клинок. Юноша замер. Некто позади тихо усмехнулся. — И кто это у нас тут?       Из-за яркого освещения Эдгар не мог в полной мере разглядеть похитителя. Тот убрал клинок и встал прямо между Валденом и светом, так что тот мог разглядеть только силуэт и некоторые детали.       — Начну с более простых вопросов. Ты можешь говорить?       Эдгар приобрёл невозмутимый вид.       — Могу, и скажу только то, что ты не имеешь права так со мной обращаться!       Некто усмехнулся и похлопал юношу по голове.       — Итак, имя, фамилия, род деятельности?       Эдгар молчит. Он отвернулся и громко фыркнул. Мужчина чуть задумался.       — Я тебя раньше не видел. Гражданский или новичок?       — Гражданский я! Гражданский!       Человек издал протяжный «а» и развязал руки Эдгара. Тот вскочил и ударил лбом неизвестного прямо по зубам.       — Твою ж мать! — Мужчина потёр рот и выдохнул, покачав головой. Он выключил свет, благодаря чему зажавшийся в противоположную стену Эдгар теперь может видеть его в полной мере. Достаточно крепкое телосложение, высокий рост и… что-то странное с его левым глазом.       — Кто ты такой и что тебе от меня нужно?! — Юноша зашипел и выставил локти перед собой. Некто помахал руками и покачал головой.       — Успокойся. Тогда начнём разговор по-другому. Меня зовут Хосе Баден, я человек как ты уже понял мужского пола, высокого роста и с синтепоном вместо мозгов.       — Что ты за бред только что проговорил?       — Стараюсь разрядить обстановку. Так как зовут тебя?       Хосе убрал клинок за пояс и оперся локтями о стол, подавшись назад. Эдгар несколько секунд тянул резину.       — Я — Эдгар Валден. — Юноша вздернул нос и скрестил руки.       — Ааа, сам Валден? И что же ты, Бога ради, забыл в этой дыре, сэр Валден?       Он усмехнулся и отпил неизвестную жидкость из бутылки.       — Да я… меня знакомая притащила сюда. — Эдгар хмыкнул и отвернулся. — Что это за место? Почему она умерла?       — Ааа… Мелли? Ладно, тогда расскажу по порядку. В этом поместье заключены двадцать человек, и их заставляют играть в мафию на смерть. Думаю, ты слышал о пропажах людей. Так вот, организатор этого всего — больной идиот, снимающий все на камеру и пересматривающий у себя. Ему доставляют удовольствие предсмертные крики жертвы и безысходность. У него там уже, небось, коллекция этого всего. — Баден отпил жидкость вновь. — А ещё он параноик. Чипирует своих сотрудников, чтобы дистанционно управлять ими, при чем ему их не жаль. Если четверым можно ошиваться около поместья в определённое время, то Мелли зашла не на свою территорию, поэтому он прослушал диалог, и она была почти сразу убита.       Эдгар поморщился.       — Откуда ты всё это знаешь?       — Я раньше работал на него. Точнее, примерно до прошлой игры… — Он расстегнул пару пуговиц рубашки и продемонстрировал Эдгару длинный шрам от Правой ключицы до места на сантиметров пять выше солнечного сплетения. Шрам выглядел довольно свежим и неаккуратным. — Чип находится тут. Его можно вытащить, но делать это лучше профессионалу, а не алкоголику с трясущимися руками, хех.       Юноша закрыл рот рукой и чуть отшатнулся.       — Итак, смотри, нас с тобой не видит его чип, я знаю слепые зоны камер, мы знаем расположение чипа. Можем попытаться «прооперировать» тех ребят, которые работают снаружи, но это, как я уже сказал, лучше делать доктору. А ты ведь не доктор, верно? Да и рискованно это, им потребуется как минимум день оклематься, да и отправлять их обратно в таком виде… в общем, ты меня понял.       — Подожди… А почему ты не обратишься в полицию?! Ты ведь все знаешь и не чипирован!       Баден покачал головой.       — Они ничего не найдут. Тут нет дороги, до поместья идти в среднем часа два если не знать короткого пути, так что…       Эдгар прикусил губу. Во что он опять оказывается втянут?       — Ну и что ты предлагаешь делать? — Юноша скрестил руки и немного подошел к капитану. Тот почесал затылок.       — Итак. Среди нынешних работников этого чокнутого остались немой почтальон, могильщик-альбинос и двое наблюдателей — Чародейка и циркач.       — Чародейка? — Перебил его Эдгар. — В смысле чародейка? Просто прозвище?       — Не-а! — Баден покачал головой. — Чародейка может размазать или оглушить противника, а так же обладает нехилым телекинезом.       — Дядь, ты не пьян?       Баден усмехнулся и пожал плечами.       — Просто поверь мне на слово.       — Так… У тебя есть план?       Капитан кивнул.       — Конечно! Я на что четыре года тратил?!

***

      Ребята спускались на завтрак. Кто-то о чём-то перешёптывался, кто-то шёл один, кто-то шёл в компании, но молча. Курт зачитался и вышел из комнаты позже остальных. Он потянулся и медленно оглянулся, после чего вдруг заметил фигуру девушки. Франк пригляделся. Вера выглянула из комнаты Эммы, быстро пробежалась взглядом вокруг, не заметила Курта, скрывшегося за косяком двери, и быстро, на цыпочках, побежала вниз за остальными. Простояв пару секунд, путешественник влетел в комнату Вудс и принялся быстро осматриваться по сторонам. Подушка выглядела странно, и Курт резко сбросил ее с кровати. Под ней оказалась окровавленная пила. Ее зубчики были надломлены, а кровь старались тщательно смыть, но явные следы все ещё оставались. Франк отшатнулся, пару секунд стоял, глубоко вдыхая, после успокоился, осторожно взял улику в бумажку и ушёл к себе в комнату. Вера подложила улику Эмме, или… Эмма является убийцей? Курт покачал головой. Вера сегодня была подозрительной и слишком выдавала себя поведением… обвинять ее сейчас бессмысленно. Нужно дождаться дня суда и рассказать все уже там. Путешественник спустился вслед за ребятами, уже собравшимися в столовой. Наиб и Марта о чём-то перешёптывались, Лука и Трейси что-то громко обсуждали, размахивая руками, Кричер что-то рассказывал Эмме… кое-кого не хватало. Курт огляделся ещё раз. Действительно, глаза его не подводят. Эмили нигде нет.       Она спускалась вниз первой, как услышала, что в дверь постучали. Эмили дождалась, пока остальные уйдут от осторожно открыла дверь, быстро отойдя в сторону, и пропустила внутрь Виктора с коробками. Юноша поставил их на пол, выдохнул и потянулся, похрустывая косточками.       — Ах, добрый день, Виктор. Тебе не тяжело было?       Гранц пожал плечами и улыбнулся, а после протянул девушке быстро начирканную на коленке бумажку. Эмили улыбнулась, но ее лицо стало более серьезным после прочтения. Виктор продолжал улыбаться. Он провел по своему рту пальцами, показывая, что лучше бы и самой Эмили улыбнуться. Девушка сглотнула, улыбнулась и кивнула ему. Парень махнул рукой и быстро пошёл прочь. Женщина выдохнула и быстро направилась к остальным в столовую. Ребята обернулись на неё. Эмили села на стул и сжала записку сильнее.       — К нам приходил Виктор. Он хотел кое-что нам сообщить… — Дайер покашляла кулак и протянула записку перед собой.       

Два человека, ранний помощник Организатора и Юноша, сообщили мне о расположении датчиков в наших телах и способе их удаления. Доктор, вы можете безопасно их извлечь, но нам нужно придумать, как сделать это так, чтобы организатор не заметил. Так же хочу рассказать вам об одной фишке: камеры. Администратор не всегда прослушивает диалоги. Когда у камеры мигает красная лампочка, это значит, что он смотрит. Когда горит без подмигиваний — и смотрит, и слушает. Ему стало бы быстро скучно, если бы он слушал все ваши диалоги. Он достаточно уверенный в себе.

      Ребята переглянулись. Они передавали записку из руки в руки, проигрывая в голове варианты дальнейших действий. Трейси подняла глаза на камеру, висевшую в столовой. Лампочка не горела вовсе. Девушка покашляла в кулак и указала на это остальным.       — Слушайте… — Начал Нортон. — Если мы извлечём датчик из тела, то его носитель может просто держать его в кармане, словно никогда и не извлекал, не так ли?       — Да, но смотри. Датчик находится внутри тела, а Значит нужна будет операция. — Эмили обернулась на Деми. — Как долго вам можно находиться на территории поместья?       — Ну… — Барменша задумалась. — Патриция и Майк находятся тут постоянно. Виктор может находиться на территории поместья не более десяти минут, а Эндрю в принципе нельзя заходить за ворота.       — Вот как… — Дайер потёрла подбородок.       — А мы можем типа… — Лука поскрёб по столу и щёлкнул пальцами. — Алкоголичка, ты ведь говорила, что почта и копатель постоянно ошиваются вместе?       — Как ты меня там назвал, лупоглазый?!       — Если они ошиваются вместе, то можно извлечь чип Виктора, отдать его Эндрю, чтобы создать впечатление, что они вместе, а по ночам например складывать подушки или Типа того!       — Ты дурак или да? Мог бы и учесть вероятность, что когда у Эндрю будет чип Виктора администратор выйдет им навстречу и увидит ТОЛЬКО Эндрю! Всем не поздоровиться! — Стукнула его в плечо Трейси. Лука ойкнул и уставился в потолок.       — Вообще, идея в целом неплохая, но нужно лучше подумать над реализацией. Виктор сможет ходить после операции?       Эмили чуть задумалась.       — Смотря на то, где придётся резать. Да и вообще, у нас нет наркоза! Мы что, на живую будем?!       Ребята переглянулись.       — А если Типа… Вырубить? — Задумался Уильям, за что получил по затылку от Марты.       — Это опасно, можно и убить!       — Алкоголь может притупить боль, верно, Эмили? — Деми наклонила голову. Док кивнула. — Значит, можно будет его споить и все, дело с концом. Посмотрим, если Виктор сможет ходить после операции, то мы оставим его на пару дней тут, Эндрю наверняка сможет выкрутиться, а потом мы отправим его домой, так?       Ребята переглянулись вновь. Идея звучала рискованно, но разве у них есть ещё варианты действий? Верно. Никаких. Нужно опробовать каждую идею, какой бы рискованной она не была… к тому же, благодаря информации о камерах они могут связаться и с Патрицией и Майком с чердака!

***

      — Хэй, Уильям!       Атлет обернулся. Деми хитро улыбнулась, что-то пряча за спиной.       — Слушай, я видела, что тебе трудно от того, что происходит. Тебя ведь Вера обвинила в убийстве… Ну, и я заметила, как ты смотрел, поэтому…       Девушка протянула ему бутылку вина. Эллис удивленно приподнял брови, но взял скромный «подарок». Барменша улыбнулась ему и помахала руками, прикрыв глаза.       — Это… Было так заметно с моей стороны, верно?       Деми покачала головой и усмехнулась.       — Нет-нет, просто я, бармен со стажем, легко могу рассчитать взгляды людей на то, что им нравится. Ничего личного, просто опыт.       Уильям чуть улыбнулся ей и кивнул.       — Тогда… Я, если что, буду на чердаке.       Девушка кивнула ему. Эллис снова улыбнулся и направился к лестнице на третий этаж.       — Только будь там осторожнее, ты же помнишь, что там пол гнилой! — Прокричала она вслед.

***

      Утром игроков разбудило громкое сообщение, гласящее, что наступил день суда. Нехотя, они вышли из своих комнат и направились к двери, ведущей в комнату суда и запертой обычно. Над лестницей горели Лампочки, и ребята не могли вспомнить, были ли они ранее. Сейчас мысли были забиты другим: сегодня один из них умрет. Умрет болезненно, с громкими, въедающимися в душу криками.       В комнате суда ничего не изменилось. Стулья стояли по краям, завешенный ширмой «трон» и большой экран, на котором уже были выведены причина смерти, вопрос над оружием убийства и сама фотография тела Кевина. По предоставленным данным, он умер от передозировки неизвестным наркотиком, а после тело уже расчленили.       Курт вошел последним. Он поднял оружие вверх и выпрямился, громким кашлем привлекая к себе внимание. Вера дрогнула.       — Я нашёл это оружие в комнате Эммы в субботу. — Эмма наклонила голову. Курт продолжил. — Оно лежало под подушкой. Последней из ее комнаты выходила Вера.       — А почему ты не сказал это сразу когда нашел? — Язвительным тоном высказалась Наир. — Может, ты и решил меня подставить? М? Прятал у себя, а теперь вот решил, что сможешь использовать против меня?       — Милочка, тебе бы лучше следить за своим тоном. — Фиона скрестила руки. — У нас достаточно улик, чтобы обвинить тебя.       Вера топнула ногой       — Не смей разговаривать со мной в таком тоне! Тебе до меня как до Луны пешком, фанатичка чёртова!       Фиона отшатнулась и вздернула нос.       — Я могу обьяснить всё. Эмма убийца, она украла мои духи, спрятала их у себя в комнате, как и оружие! Я пыталась найти ещё улик против неё, но поняла, что у меня не хватит времени! Ты просто вышел не в подходящий промежуток времени и тебе показалось!..       — Что показалось? Стоило мне войти в комнату Эммы, как я сразу заметил подозрительное расположение подушки. Если бы ты искала оружие убийства, то так же сразу бы засекла это, только если ты не сама в спешке прятала его там.       Вера притянула руки к себе и цыкнула.       — Я точно так же могу заявить, что меня подставили вы трое! А вдруг вы из мафии?! Вы из мафии и решили действовать вместе, чтобы утопить меня!       Девушка указала на Эмму, Фиону и Курта пальцами. Те переглянулись между собой. Илай вздохнул.       — Хлоя, успокойся. Ты проиграла.       Девушка застыла и медленно обернулась на Илая. Тот лишь смотрел куда-то перед собой.       — Твоя сестра не хотела бы, чтобы ты поступала неправильно. Она все ещё волнуется о тебе.       — Закрой свой рот, поганый предатель!       Пророк не двинулся. Ни одна мышца на его лице не пошевелилась. Рука Веры, указывающая на него, дрогнула. Девушка прикусила губу и упала на колени. На ее глазах проступили слезы       — Я бы не стала делать такие ужасные вещи, поймите же вы! Я не убила бы никого тут! Я никогда бы никого не убила!       — Вера Наир и Хлоя Наир… — лицо Счастливчика немного помрачнело. Девушка обернулась на него. — Наследницы парфюмерного бизнеса, две сестры… Хлоя Наир пропала без вести, ходят слухи, что она сбежала из дома чтобы использовать свой талант в другом Месте… Вера взяла бизнес на себя…       Девушка сжала пальцами ковёр и чуть напряглась. Ребята посмотрели на неё.       — Вера. Ответь на вопрос: где Хлоя?       — Я не знаю, она сбежала… — Вера прикусила губу. Тонкая струйка крови потекла по подбородку. Илай покачал головой. Лакки бросил быстрый взгляд в его сторону.       — Ах, прости, кажется, я неправильно спросил. Хлоя, что ты сделала с Верой?       Наступила тишина. Девушка тихо всхлипнула и покачала головой.       — Я не знаю, о чем ты говоришь! Что ты такое несешь?! Я — Вера! — Ее голос дрогнул.       — Ты ведь и сама понимаешь, что это не так, верно, Хлоя?       Наир опустила голову. На ковёр упало несколько капель с лица девушки.       — После пропажи твоей сестры твой бизнес резко пошёл в гору. У Хлои был талант подбирать запахи, а у Веры был чуткий носик, не так ли? Но Вера не могла справиться с бизнесом, какая жалость…       — Закрой свой рот! Да кто ты вообще такой?! Откуда ты все это знаешь?! Почему ты неожиданно стал таким… Таким… — Наир не могла подобрать слов. Лакки смотрел на неё сверху вниз. Он подошел и убрал руки в карманы, хмыкнув.       — Ты просто невнимательная. Вы все — невнимательные. Видите только то, что хотите видеть.       Вера сглотнула и отползла от везунчика, но чьи-то ноги сзади остановили ее. Проспектор поднял ее на ноги. Девушка не выглядела такой же уверенной в себе, как раньше. Ее ноги подкашивались и дрожали, так что проспектор держал ее за руку, чтобы она не упала.       — Я не Вера. Это правда. Я… Из-за неё наш бизнес…       — Не это сейчас важно. Ты убила Кевина?       Наир зажмурилась и медленно кивнула. Лакки цыкнул и сел на стул с громким недовольным вздохом.       — Это было даже слишком просто.       Ребята обернулись на него. Наиб хотел что-то возразить, но загорелся экран. Администратор переплел пальцы. Он выглядел либо скучающим, либо уставшим.       — Итак, дорогие игроки, готовы ли вы сделать свой выбор?       Ребята уверенно кивнули. Вера крепко вжалась в Нортона, но тот более не держал ее. Девушка упала на колени и разрыдалась. Она кричала о том, что она не хотела никого убивать. Кричала, что она — жертва обстоятельств и никому не навредила бы. Кричала, что не хочет умирать. Игроки не могли ничего поделать. Она сама созналась, что убийца, и сама так глупо выдала себя.

Вера Наир была признана виновной.

      — Методом голосования вы выбрали виновной Веру Наир, и в этот раз вы не прогадали! Парфюмер имела роль Мафии!       Девушка больше не плакала. Либо она была в шоке, либо у неё не осталось слез — игроки не могли понять. Свет погас, послышался удаляющийся крик, и трон подсветился. Наир с новой силой дергала руками и ногами в попытках освободиться.       — Нет, прошу, не убивайте меня! Я… Я не хотела никому навредить! Они меня заставили! Прошу, дайте мне шанс, я все исправлю! — Она смотрела не на игроков, а куда-то вверх. Складывалось ощущение, что она и не с ними в принципе разговаривает.

Искры

      Душераздирающий крик. Вера не могла сдерживаться от боли как Сервайс. Она дергалась, срывала голос. По ее лицу текли слезы, а от тела пошёл дым. Девушка охрипла, но все равно продолжала кричать, и крики эти были похожи Скорее на вопли из ада, нежели на человеческие. В миг все прекратилось. Слышно было только оглушающий звук электричества под невероятным напряжением. Истерика Веры сыграла ей на руку и она умерла быстрее.       Ребята сидели в шоке. Трейси закрыла рот руками и закашлялась. Сидевшие вблизи Марта и Эмма увидели, как Эмили стошнило из-за запаха паленого мяса и волос, теперь уже смешанного с запахом желудочного сока. Поистине отвратительный запах. Шторы захлопнулись и свет в помещении загорелся. Игроки не могли произнести ни слова. Они молча сидели, уставившись на ширму. Все уже были готовы к тому, что произойдёт и уже произошло, но смерть — всегда ужасно. Особенно жестокая. К такому нельзя привыкнуть раз и навсегда. Марта встала, опираясь на стул, прикусила губу и похлопала в ладоши.       — Нужно уходить отсюда, сейчас же. Идём наверх, сейчас нам всем нужно отдохнуть, чтобы продолжить сражаться. Это… Я понимаю, что это сложно, но если мы не пойдём сейчас вперёд, а останемся сидеть тут, мы не сможем выжить.       Наиб встал с места и кивнул.       — Именно. Мы можем сидеть и в шоке наблюдать за смертью своих товарищей, а можем дать бой этому уроду. Мы не можем оставить жертвы наших товарищей напрасными. Теперь вставайте, нам есть над чем подумать перед сегодняшней ночью.       Ребятам не стало лучше. Они быстро забегали глазами по помещению, вспомнив, что сегодня умрет ещё один, а может два человека…